“Конечно.”

Лидиана не могла немедленно начать помогать Элеоноре.

У неё были свои обстоятельства, собственное положение и цели.

Более того, у неё был тот, кто предложил ей стать его Святой.

Она хотела быть ему полезной, и не хотела предавать ни его, ни свои обязанности.

И всё же…

「.........Что вы собираетесь делать, госпожа Лидиана? Ну, раз всё пришло к этому, вы можете и сдаться…」

「...Нет.」

Тёмная комната, в которой не было хозяев.

Услышав холодный вопрос высокорангового священника, она ответила не колеблясь.

「Я не сдамся. Я должна найти какой-нибудь способ. Чтобы не предать его и помочь Элеоноре!」

Она подняла поникшую голову, сжала руки в кулаки и с вызовом уставилась вперёд.

В её красных глазах были сила и жар.

「Если уж на то пошло, я могу использовать силу своей семьи и своей страны! Ленардо, помогите мне! Мы должны во что бы то ни стало убедить его!」

Она не могла немедленно принять решение. Она не была Элеонорой.

В таком случае она… должна что-то выбрать.

Она больше не смотрела в пол.

Она — как обычно — надменно и властно приподняла подбородок и заявила:

「Как я могу называть себя Святой, если не могу даже помочь подруге?! Значит, у меня нет права находиться рядом с ним!!!」

**

“Конечно.”

Обычно Ленардо не увлекался попытками сделать невозможное.

Он знал, где был смысл пытаться, а где нет.

Напрасная борьба совершенно бессмысленна. Самое большее, что можно было из неё вынести — это чувство удовлетворения.

Матиас уже опередил их.

Так что близких к Элеоноре людей не подпускали к Амальде.

И Ленардо, который когда-то втёрся в доверие к Амальде, развернули прямо на пороге её особняка.

Храм тоже, зная о лжи Матиаса, не допускал вмешательства Ленардо в суд над Элеонорой.

Как бы он ни пытался выяснить ситуацию внутри Храма, он не мог узнать ничего больше того, что ранее ему сказал коллега.

А если он попытается копнуть поглубже, это вызовет подозрения со стороны Храма.

Для него, изначально не имевшего никакой поддержки сверху, не было никакого другого выхода, кроме как в ожидании ходить вокруг да около.

Если он оступится и его заметят, то всё, чего он достиг за это время, окажется в опасности.

Тем не менее…

「Ааа! Чёртова принцесска! ”В любом случае, сначала помогите мне встретиться с Элеонорой” — да легче сказать, чем сделать!」

В Храме, в собственной комнате... Бросив своё тяжёлое тело на диван, Ленардо чесал затылок.

К Элеоноре никого не подпускали, кроме тех, кого утвердил Матиас, да и само её местонахождение было неизвестно.

“Встретиться с Элеонорой” сейчас было сложнее, чем когда-либо.

「В каком бы большом долгу перед ней я не был, разве оно того стоит?! Почему я должен пройти через…」

「Но…」

На Ленардо, который смотрел в потолок, внезапно упала тень.

Кто-то знакомый смотрел на него и как-то радостно и довольно улыбался.

「Похоже, ты веселишься, впервые за долгое время.」

「…………」

Он не отрицал её слов.

Веселится…… всё-таки это неподходящая формулировка.

「……Ну, я же пообещал сделать всё, что в моих силах. А раз есть что-то, что я могу сделать, ничего другого не остаётся.」

Не ради победы, не ради заискиваний перед другими он теперь ломал голову, чтобы помочь кому-то.

Поэтому он не чувствовал вины.

**

“Конечно.”

Амальда Ридж пришла навестить Мари и Софи.

Новость об аресте Элеоноры уже распространилась по всему Храму.

Теперь все в Храме знали, что Элеонора издевалась над Некомпетентным богом, и что его спасла Святая Амальда. Когда Мари и Софи обедали в столовой, она улыбнулась и присела к ним за столик.

「Девочки… Бедняжки Мари и Софи. Не могу поверить, что после леди Розали на вас положила глаз Норочка.」

Она обратилась к ним с живым сочувствием.

Искренняя доброта, без каких-либо интриг.

Она от всего сердца беспокоилась о том, сколько же неприятностей пришлось им пережить, общаясь с двумя проблемными девушками, связанными со скверной.

Все Святые в столовой были низкоранговыми. Внезапное появление Святой Верховного божества приковало к их столику взгляды всех окружающих.

В этих взглядах были удивление и растерянность. А также зависть к Мари и Софи, с которыми пришла дружелюбно поговорить сама Амальда.

Ведь если удастся привлечь внимание Святой Верховного бога и втереться к ней в доверие, положение в Храме любого человека кардинально изменится.

Возможно, для Мари и Софи такая встреча была бы отличной возможностью.

И всё же…

「Мари, тебе, наверное, было очень тяжело, да? Софи, я тоже не думала, что Норочка такая.」

Всё же……

「Если бы я знала, что Норочка такая, я могла бы всех предупредить. А я не заметила. Прости…」

「Может, уже заткнётесь?! Нам не о чем разговаривать с вами!」

Эти двое отказались от этой “отличной возможности”!

「В хороших отношениях мы были с Элеонорой или нет — вас это не касается! Элеонора наша подруга!!!」

「Пойдём, Мари.」 — сказала Софи.

Когда Софи, не обращая внимания на Амальду, встала из-за стола и отвернулась, Мари, не растерявшись, последовала за ней.

И их не волновали всхлипывания Амальды позади них, и острые взгляды критики в их адрес.

**

“Конечно.”

Конечно, письмо от Герцога Рувелии было доставлено Амальде.

Содержание было точно таким, какое видела Элеонора. Почерк и печать принадлежали самому Герцогу.

Но……

**

「Эелонора! Ну что за дура! Балбесина! Как долго ты ещё будешь заставлять меня волноваться?!」

「Лидди…… А-аяяяяй?!」

Фигура остановилась прямо перед моей камерой, подошла к решётке, протянула руку и схватила меня за нос.

Мои эмоции не поспевали за эмоциями появившегося в тусклом свете плачущего лица.

Только острота в её красных глазах и боль в моём носу были ясны.

「П-почему? Зачем, Лидди?!.. И даже Мари, Софи и Ленардо……?」

Это были знакомые лица, которые, с небольшим опозданием, прибежали, чтобы остановить бушующую Лидиану.

Мари сзади пыталась оттащить Лидиану. Софи быстро забрала свечу из её руки. А Ленардо стоял чуть поодаль и, пожимая плечами, ошарашенно смотрел на эту картину.

В безлюдном тюремном коридоре раздавались шумные голоса.

Ночной холод и тишина исчезли, словно морок.

「Почему вы все пришли?…………」

Больше этого я ни слова не могла сказать.

С тяжестью в груди я поочерёдно посмотрела на них.

「”Почему”?」

Уставившись на меня, Лидиана хмыкнула.

Грубо смахнув рукой навернувшиеся слёзы, она снова выглядела так, будто вообще не плакала.

Теперь она вновь была обычной высокомерной Лидианой.

「Потому что у меня есть что тебе передать. Кое-что адресованное лично тебе и доверенное мне на хранение.」

「Доверенное на хранение……?」

Кивнув Лидиана достала из рукава сложенный лист бумаги.

「Доверенное на хранение самим Его Высочеством письмо Герцогини Рувелия, адресованное тебе.」

「Его Высочеством……? П-письмо от старшей сестры?!」

Я удивлённо посмотрела на листок, который Лидиана протянула мне.

Письмо… Бумага была слишком тонкой для письма. Трудно было поверить, что на этой бумажке, которая колыхалась даже от слабого сквозняка в коридоре, что-то написано.

“Ведь зять сейчас…”

Моя рука дрожала, когда я брала письмо, а в голову лезли плохие предчувствия.

Из освещения была только свеча. Я смотрела вниз, на лист бумаги.

Обычный лист бумаги, сложенный пополам.

Я робко раскрыла его…

『Верь в свою старшую сестру!』

Прочитав его содержание, состоящее из одной фразы, я чуть не засмеялась.

В нём не было ни приветствия, ни подписи, и оно явно было написано наспех.

“Чего и следовало ожидать от старшей сестры……!”

Она была настолько уверенной и сильной, что мои беспокойства были напрасными.

Сдерживая смех, я подняла голову и встретилась взглядом с Лидианой, которая стояла передо мной.

Наверное, она знала, что в этом письме. Она уверенно хмыкала, поставив руки в боки и гордо выпятив грудь.

「Пожалуйста, наберись терпения. Мы обязательно что-нибудь сделаем.」

Затем она вдохнула.

Сделала очень глубокий вдох…… и выкрикнула примерно такое же сильное утверждение, как написала сестра.

「Я обязательно переверну весь этот бредовый суд вверх дном!」