Несмотря на то, что улыбка на лице молодого господина казалась такой невинной и нежной, я все же отчётливо чувствовала исходившую от него опасную атмосферу. Может быть, это из-за животного инстинкта, который у меня появился в связи с этой формой. Я стала бороться ещё яростнее, но его хватка была крепкой.

Он вынул из рукава тоненькую ниточку и обвязал ее вокруг моей левой ноги. Вскоре после этого он меня отпустил. Я тупо уставилась на нить, которая безмолвно связывала меня с ним.

И как до этого дошло? Он ведь не хотел поймать меня, посадить в клетку и превратить в своего питомца, не так ли? Нет, я никак не могла позволить этому случиться. Может быть, мне следует перевоплотиться и выложить ему всю правду? Стоп. Твой мозг остался с вместе с человеческой версией Арины? Кто он? Именно, молодой господин из поместья Айвори. И что ты собираешься сказать ему? Что просто выслушивала все его секреты и наблюдала, как он разговаривает с птицей? Нет, нет. Давай ка лучше останемся пока в этом обличье.

- Я отпустил тебя, а ты даже не попыталась улететь, - он драматично вздохнул. - Так не пойдет. В этом жестоком мире тебя сразу же загрызут до смерти. Сильный уничтожает слабого, моя маленькая птичка.

Его глаза снова опасно блеснули.

И как я, по-твоему, могла бы сбежать, когда я привязана к тебе этой веревочкой? Я не глупа! Хотя нет, я неправа. Я действительно глупая. Сейчас я даже не человек, так как я могу думать как человек? Если бы я попыталась улететь после того, как ты сказал это, то вот это выглядело бы действительно странно. Может быть, мне следует вести себя так, как будто я в шоке и не знаю, что мне делать? Похоже, он все равно считал меня довольно глупой птицей.

Он вынул из-за пазухи что-то завернутое в бумагу и начал снимать обертку. Чем-то сладким пахло от этого свертка. Наконец-то выяснилось, что было внутри бумаги, внутри лежали какие-то пирожные. Судя по виду, это пирог с красной фасолью. Он (тут я поняла, насколько проголодалась) выглядел очень аппетитно. Я небрежно взглянула на него, а затем еле заставила себя отвести взгляд. Я как могла старалась не смотреть на этот вкусннейший пирог. Невежливо пялиться на чужую еду. Тут я весьма радостно вспомнила, что я же теперь птица. Я могла смотреть на еду сколько угодно. Так что я вплотную уставилась на этот лакомый кусочек. потом наклонила голову и зачирикала, изображая хорошую и послушную птичку.

Молодой мастер положил себе на ладонь маленький кусок пирога и поставил ладонь передо мной. Он сказал с нежной улыбкой:

- Это твое.

Птица должна клевать еду перед собой. Кроме того, теперь я была ещё и тупой птицей, так что причин наброситься на еду было достаточно. Я все больше и больше привыкала к своей роли глупой птицы. Я прыгнула вперед и уже собиралась клюнуть великодушно предложенную мне еду своим крошечным клювом, когда молодой хозяин немного отодвинул ладонь назад. Совсем немного, всего дюйм, но этого было достаточно, чтобы понять, что он делает. Он играл со мной.

Гнев начал закипать во мне, я уже собиралась восстать против него, когда все же вспомнила. Я была глупой птицей. Я должна довести это великое дело до конца. Кому нужна эта глупая гордость, когда я буду страдать гораздо хуже, если меня разоблачат. Все же это моя вина в том, что я недостаточно чувствительна. Я должна еще больше тренироваться с завтрашнего дня.

С горькой обидой в сердце я прыгнула вперед. Я прилежно сделала вид, что хочу клюнуть еду, и рука, как и ожидалось, снова отодвинулась. Я услышала небольшой смешок от этого раздражающего молодого человека. Какой же злой парень. Мы повторили эту унижающую процедуру около пяти раз, я уже собиралась взбунтоваться (даже у глупой птицы все же была какая-никакая гордость), когда мой клюв наконец коснулся еды, за которой гнался. Я принялась копаться в кусочке пирога и не останавливалась, пока мой крошечный птичий желудок не был полон. Это моя заслуженная награда за то, что меня разыгрывает такой нахальный парень. И все таки этот пирог с красной фасолью был лучшим, что я когда-либо пробовала, вероятно, его приготовили в известном столичном ресторане.

А этот мелкий злодей вовсю хохотал. Теперь он рассеянно гладил и перебирал мои перья.

- Ты такая глупая. И как ты до сих пор жива?

Я не глупая, у меня просто плохие рефлексы! Теперь, когда я подумала об этом, он ходил так, словно он был призраком. Оба раза я совершенно не услышала его приближения. Так что это не только моя вина. Я сдержалась и проигнорировала его насмешки, продолжив увлеченно клевать торт передо мной.

- Хм? Что здесь делает сломанный тренировочный меч? Куда делся владелец? - вдруг спросил он.

Это напомнило мне, кое о чем. Разве это не я бросила свой меч и вещи на скамейку?

- Маленькая птичка, ты знаешь, кто хозяин этих вещей?

Он снова погладил мою маленькую головку, а я зачирикала в ответ. Затем, как и раньше, без предупреждения, его нежная, как лепесток, улыбка стала холодной.

- Нехорошо, когда твое место занимают другие, не так ли?

Ваше имя что, было выгравировано на этой скамейке? Откуда мне знать, что ее нельзя занимать? К счастью, все вещи, которые я бросила здесь, никак не могли привести ко мне. Я действительно совершенно не могла привыкнуть к перепадам настроения этого парня. Я поклялась, что больше не буду использовать это уютное местечко, купание под солнцем было все же довольно не плохим выбором по сравнению с этим.

- Надеюсь увидеть тебя и в следующий раз, дорогая птичка. Не умирай.

Он усмехнулся, как будто не поверил этому, а затем освободил меня от веревки, что удерживала меня. Он уже собирался погладить меня по голове в последний раз, когда я отскочила назад и гордо подняла голову.

Он весело расхохотался, а потом ушел.