Сегодня утром меня внезапно вызвала директор академии Медея через надзирателя общежития. Сначала я не хотел идти, но, по словам надзирателя, личная встреча лучшего ученика среди поступивших с деканом академии – это традиция.

Дверь в кабинет директора.

Я поправил одежду и постучал в дверь.

Тук-тук.

— Директор, это я, Кан Комма.

— А, входи.

За дверью послышался соблазнительный голос. Я осторожно открыл дверь. Большой стол, полностью заполненный книгами и свитками. Вокруг на полках плотно стояли старинные книги.

За столом виднелось окно с разноцветным витражом. Мягкое освещение создавало старинную и мечтательную атмосферу. Если проводить аналогию, то это как продолжение библиотеки академии. Но только очень грязное.

— Ой, наш Комма так сильно похудел! Теперь ты совсем повзрослел, мальчик.

— …

— Подожди минутку. Сейчас я полностью оденусь и поговорим.

Медея только сейчас подтянула халат, сползший до плеч. Хотя я отчётливо постучал и сказал, что войду. До чего же она откровенная женщина, во многих смыслах. Человек, у которого внешность и внутренний мир настолько совпадают, что с ним становится ещё труднее общаться.

— Может, мне зайти в другой раз?

— Нет, что ты! Я, как ни крути, занятая женщина!

Завязки халата тоже, видимо, были нарочно ослаблены, потому что при малейшем движении казалось, что будет видна грудь. Когда я опустил взгляд, Медея, будто чему-то обрадовавшись, ухмыльнулась и застегнула халат до конца. Когда между складками одежды мелькала прозрачная кожа, у меня в голове прокрутились образы красного журнала, который я вчера видел в библиотеке.

— Хочешь чего-нибудь выпить? Зелёный чай, кофе, чёрный чай и так далее, есть почти все напитки, которые продаются в школьном магазине.

Сказала Медея, открывая дверцу холодильника и довольно поправляя волосы.

Я кивнул в знак согласия.

Уже два дня я пью воду из-под крана, потому что не могу себе ничего позволить из-за непомерных цен в школьном магазине. Не время стыдиться. Принимать, когда дают, — долг.

— Тогда мне, пожалуйста, холодный зелёный чай.

— А, что?

Когда вырвалась старая привычка, Медня быстро несколько раз моргнула. На её лице на мгновение промелькнуло замешательство.

— Ты просишь холодный?

— А, да.

Медея слегка улыбнулась, бросила мне бутылку зелёного чая и села напротив, скрестив ноги. Округлые бедра выглядели вызывающе.

— Малыш, что за «хияси», «хияси». Комма, а ты, может, на самом деле внутри старик или что-то в этом роде?

— Пфф!

От этих слов я поперхнулся и выплюнул зеленый чай. Подол халата Медеи слегка намок.

— Ох, ну ты даешь. Пей медленно, медленно. Никто не отберёт.

Она широко раскрыла глаза, подошла ко мне, похлопала по спине и вытерла рот рукавом. Я украдкой посмотрел на неё и подумал.

«Жаль, что ей уже семьдесят лет».

Я провёл рукой по холодной груди и слегка кивнул. В знак благодарности.

После этого на лице Медии появилась довольная улыбка.

— Как тебе жизнь в академии?

— …Ну… так себе.

На самом деле тяжело, но разве можно сказать человеку, который оказал мне такую необычную любезность: «Нет! Академия — полное дерьмо»?

«Но всё же…»

Обязан задать этот вопрос.

— А в школьном магазине всегда такие высокие цены? Одна бутылка воды стоит десять тысяч…

Медея, услышав мои слова, начала заливаться смехом.

Смеётся? Над простолюдинами?

Посмеявшись так, что даже слёзы потекли, и держась за живот, Медея, наконец, успокоилась и сделала глоток из чашки. Аромат чёрного чая достиг моего носа.

— Прости, прости. Комма, твоя хозяйственная речь показалась мне такой милой и смешной. Если я тебя этим обидела, извини.

Она ещё раз отпила чаю и, постукивая пальцем по чашке, сказала.

— Верно? В школьном магазине чертовски дорого? У меня тоже руки трясутся, когда я хочу там что-нибудь купить.

— Вы, директор?

Когда я спросил, склонив голову набок, Медея вздохнула и добавила.

— От этой должности — только название. Зарплата маленькая, льгот тоже мало. Чисто номинальная должность. Мне её навязал предыдущий директор, но я тоже хочу поскорее сбежать из-за этого стола.

Медия на мгновение замолчала, погрузившись в размышления.

Её профиль, освещённый лучами заката, обладал зрелой красотой, в отличие от Авель. Пока я смотрел, на её лице появилась легкая улыбка.

— Что? Я такая красивая, что ты не можешь оторвать взгляд? Или, может, нам с тобой стоит вместе сбежать из академии?

«Отличная идея?»

Даже если забыть о Медее, если бы я мог сбежать из этой академии, мне не пришлось бы выполнять все эти надоедливые планы, которые я себе наметил. Я сглотнул слюну и сделал серьёзное лицо, Медия улыбнулась и прикоснулась своим изящным указательным пальцем к моему лбу.

— Наш Комма такой милый. Но пока нельзя. Если бы ты был постарше, я бы подумала, но ты сейчас студент, а я педагог. Подумаем после выпуска.

Медея хихикнула, будто ей было весело, и скрестила ноги в другую сторону. Затем она достала из кармана карточку и протянула мне.

— Держи, Комма, пользуйся.

— Что это?

— Скидочная карта для преподавателей, я всё равно редко делаю покупки, так что мне она не особо нужна. Со скидкой цены будут примерно такими же, как вне академии.

— Разве можно давать такое студенту просто так?

— Студент голодает, разве я, как педагог, не могу ему предложить хотя бы это? И вообще, у лучших учеников должны быть привилегии. Так что не стесняйся, бери. Мне даже кажется, что я слишком поздно тебе её дала.

Она подмигнула мне. Я бы подумал, что она кокетничает, но сейчас Медея мне показалась просто очаровательной. Настолько, что возраст казался лишь условностью.

Когда мои губы задрожали от радости, Медия, не переставая улыбаться, хлопнула в ладоши и сказала.

— В общем, на этом сегодняшний разговор закончим! У меня запланированы дела. Спасибо, что в воскресенье уделил мне время! Если будут вопросы, приходи в любой момент!

Когда я поклонился и уже собрался уходить, стоя у двери, Медея окликнула меня.

— Ах, да. Тот журнал тебе понравился?

— …

— Хе-хе, наш Комма же тоже мужчина. Если захочешь увидеть вживую, можешь попросить у меня в любое время.

Я, не оборачиваясь, вышел из кабинета.

Мудрая Медея. Для меня она была женщиной, с которой невозможно справиться.

Жизнь в академии шла тише и спокойнее, чем я предполагал.

Я боялся встречаться с Хлоей в классе и старался избегать её взгляда, но она, видимо, нашла друзей и хорошо влилась в класс. Иногда наши взгляды встречались, и она, издавая своё фирменное «хи-ик», краснела и отворачивалась. В такие моменты новые друзья Хлои холодно смотрели на меня.

Ну, я специальный студент, поэтому привык к пренебрежительным и равнодушным взглядам.

Я был не единственным специальным студентом в классе.

Их было мало, и по какой-то причине они избегали друг друга. Возможно, это такой своеобразный комплекс неполноценности специальных студентов.

И всё же, я рад, что не выбрал высший класс и настоял на классе «Ланг». Сейчас, должно быть, в классах «Сон» (Звезда) и «Ён» (Дракон) ученики оценивают друг друга, создают фракции и устраивают политические интриги.

Даже во время прохождения «Чудесного благословения М» я поражался их жестокости, а теперь, став местным жителем, если бы я попал в такой класс, меня бы так потрепало, что я не смог бы оставаться в одиночестве.

«А ведь жить можно».

Благодаря скидочной карте для преподавателей, которую мне дала Медея, общее качество моей жизни улучшилось. Пусть и не шикарно, но я смог питаться относительно сбалансированно. Я должен трижды в день кланяться в сторону кабинета декана за её доброту.

Кроме того, поскольку мне хватало питательных веществ, тренировки становились всё более результативными. Возможно, из-за того, что я ещё рос, мышцы крепли на глазах, и я чувствовал, как мой рост увеличивается.

И это было не просто ощущение, потому что брюки школьной формы казались заметно короче по сравнению с тем, какими они были до поступления.

Если подумать, я, хотя и не специально, как студент выполнял свои обязанности добросовестно. Я старался участвовать в утренних пробежках и тренировках, а также пытался усваивать теорию на лекциях.

До сих пор всё шло хорошо. За этот короткий период я не оставил следов, которые могли бы негативно повлиять на основной сюжет, и не привлекал к себе внимания. Преподаватели, похоже, тоже делали вид, что не знают о том, что я лучший ученик.

Если мне удастся сохранить такое положение дел в течение трёх лет, я достигну того многообещающего будущего, о котором мечтал, и это меня воодушевляло.

«Пока что…»

Когда я сидел, подперев подбородок рукой и глядя в окно, в классе вдруг все оживились, и ученики, кроме двух-трёх, вышли наружу.

Конечно, никто не сказал мне, что происходит. Мне было всё равно, поэтому я решил вздремнуть во время короткого перерыва. Короткий сон помогал мне справиться с усталостью и сосредоточиться на лекциях.

Теоретический урок во второй половине дня был посвящён истории основания академии. Говорят, что история — это зеркало будущего, но для меня, знающего общий сюжет игры, этот предмет был бесполезен.

Я облизнул губы и стал тщательно выбирать учебник, который станет моим спутником в сладкой дрёме.

«Учебник истории слишком твёрдый, с острыми углами, а на обложке этой книги столько каракулей, что на лице останутся следы…»

В этот же момент:

— Ух ты, это он?

— Вау, какой красавчик.

— Надеюсь, он не попадёт в наш класс.

— Эй, как пить дать, он будет в классе «Сон».

Шум в коридоре стал ещё сильнее. В классе повисла странная атмосфера. Я решил не обращать внимания и продолжил выбирать подушку. Внезапно необъяснимое чувство тревоги пронзило мою грудь.

«Какое же сегодня число?»

Я достал телефон, чтобы проверить дату.

«5 мая 2034 года».

«Неужели?»

Я поспешно вышел из класса. Затем я нашёл место, куда были устремлены взгляды всех учеников, уже вышедших из класса.

Толпа была слишком большой. Я протиснулся сквозь неё и направился вперед. Если я случайно кого-то задевал, на меня смотрели с презрением, но я не обращал на это внимания.

Я долго пробирался сквозь толпу, но смог добраться до первого ряда. Я перевёл дух и быстро осмотрелся. Затем я вызывающе спросил стоявшую рядом девушку:

— Скажи, сегодня кто-то пришёл?

— Не мог бы ты не разговаривать со мной? Мне неприятно.

Она посмотрела на цвет моей бирки и ответила таким взглядом, будто не хотела со мной даже словом перемолвиться.

— Отвечай, если не хочешь нажить проблем.

Я посмотрел на неё сверху вниз, слегка запугивая, и она, испуганно вздрогнув, указала взглядом направление. Моя голова, словно притянутая магнитом, повернулась в ту же сторону. И я пробормотал, словно в оцепенении:

— Он пришёл.

Главный герой этого мира.

Леон ван Райнхарт.

Это был он.

* * *

Жду ваши спасибы под главами и оценки тайтлу!

* * *