Глава 39: Моя, её и её любовь

— Выбранная Яно-куном останется...

Сказала она мне.

— А не выбранная исчезнет...

Продолжила она.

А потом они.

Вздохнули и попросили...

— ... Выбери.

Шторы развевались, по комнате гулял весенний ветерок.

Я ощущал лёгкое онемение как после пробуждения. Руки слегка дрожали. Хоть холодно и не было, но меня продрал озноб.

... Да, это время настало.

Я вынужден был осознать этот факт.

Со встречи с Акихой и Харукой прошёл год.

И пришло время определиться с нашим странным любовным треугольником. Этот момент настал...

Возможно всё было только ради этого.

Кто должна быть рядом со мной? Кого я люблю?

Чтобы я определился с этим.

В голове стали всплывать образы.

За окном расчерчивал параболу мяч.

Растворяющиеся в закате очертания, глаза, в которых вращается галактика.

Миг, пока я смотрел на них. Казалось, что он длился вечно.

Всё ради этого момента. Чтобы решить всё сейчас...

Акиха и Харука продолжали меняться передо мной.

Точно помехи продолжали меняться выражения и жесты. Мне даже показалось, будто я сплю.

Однако...

— ... Фух...

... Глубоко вздохнув, я снова сосредоточился.

Думай.

Выбирай.

Я ведь готовился ради этого момента.

Раньше я сомневался. Не мог определиться с предложенным мне выбором, даже не мог определиться с тем, кто я сам. Но теперь всё иначе.

Судо и Сюдзи, Хосоно и Хиираги-сан, а ещё Кирика. И конечно же Акиха и Харука.

Проведя с ними целый год, я изменился.

И меня наконец больше не тревожит вопрос «кто я такой».

«Кто такой Яно Сики» не изменит того, что я должен сделать. Я должен ответить на вопрос, заданный мне.

Я хочу решить здесь всё. Выложить им всё, что во мне.

Наощупь, я снова стал искать это в себе.

Там были «чувства к кому-то». Я нащупал их кончиками пальцев.

Чувства во мне остались неизменными.

Желание найти ту самую. Сладко-горькая боль.

Я чётко ощущал это, чувство было таким большим и сильным, что его нельзя было игнорировать.

Это... Точно любовь.

Но ухватиться я не мог. Я не мог понять, к кому она обращена.

Ответ точно золотая рыбка в воде, он ускользал между моих пальцев.

И я вспомнил. Тот сон. Чувство, кого я люблю. Это была не Акиха и не Харука...

В голове вертелось множество мыслей.

Число вопросов увеличивалось, и упорядочиваться они не собирались.

И тут... Послышались спешные шаги.

Они звучали в коридоре. И их было много.

Вот они уже были перед кабинетом.

— ... Яно-кун, я открываю! — прозвучал голос, и дверь немедленно открылась.

Это была тяжело дышавшая и растрёпанная Тиёда-сенсей. И позади ещё двое взрослых.

Хрупкая женщина и здоровенный мужчина.

Я их знал. Это родители Минасе...

Когда Акиха и Харука стали меняться, я тут же связался с Тиёдой-сенсей. Мы разговаривали в классе. А она где-то ждала.

Я думал, она сразу же придёт, но она стала дожидаться родителей девушки, что в очередной раз напомнило мне, насколько всё серьёзно.

— Как вы?! — усадив Акиху и Харуку на стул, спросила Тиёда-сенсей. — Вы уже!..

— Нет... Пока ещё нет.

В голосе я ощутил напряжение.

Сердце забилось быстрее.

— Но они постоянно меняются, состояние нестабильное...

Все посмотрели на Акиху и Харуку.

Они сидели на стуле и менялись каждый миг.

Это казалось таким неестественным, что учитель и родители ненадолго лишились дара речи.

У кого-то зазвонил телефон. Тиёда-сенсей сунула руку в карман и проверила, что было на экране.

— ... Это доктор, похоже всё готово.

— Тогда надо провести обследование, — сказал отец девушек, сидя рядом на коленях.

— Успеем ли мы до больницы? Надо для начала понять это.

— Да, верно.

Кивнув, Тиёда-сенсей посмотрела на Акиху и Харуку.

— Эй, можете встать? И идти?

Молча они кивнули.

Тиёда-сенсей испытала облегчение.

— Вот и хорошо. Скоро врач будет, а пока пойдёмте в лазарет. Остальное там проверим.

Точно это была команда... Мы стали готовиться к уходу.

Акиха и Харука встали со стула, мать девушек взяла их сумку.

Отец поддерживал, а Тиёда-сенсей указывала, куда идти.

... От этого голова кругом.

Будто это было изначально спланировано. И перед этим они много раз тренировались.

Тут я пришёл в себя.

— ... Э-это!

Колеблясь... Я всё же заговорил.

— Я... Могу что-то сделать?

Даже произнести это было непросто.

Ведь я хотел сказать и спросить много всего.

И я ещё не дал им ответ. Останется ли ещё время на это?

Что с ними будет? Далеко ли до больницы? И что если они не успеют?

... Однако.

Стоит ли вообще сейчас говорить об этом?

Трое взрослых паникуют, и я не знал, могу ли отвлекать их.

— ... Прости, пока остаётся лишь ждать.

Похоже она поняла мои чувства.

Вспотевшая Тиёда-сенсей грустно скривилась и сказала:

— Как только что-то станет известно, я сообщу.

— ... Хорошо.

Только это я и смог сказать.

Сейчас было не до меня.

Надо было думать об Акихе и Харуке.

Но... Кое-что.

Кое-что я должен был сказать.

— Я подумаю!- крикнул я в спину, когда они выходили. — Подождите, пока я всё обдумаю и определюсь с ответом! До скорого!

Акиха и Харука обернулись.

Всё ещё продолжая меняться, они ответили.

— По

— ка.

И после этого их вывели из кабинета.

* * *

... Точно потеряв равновесие, я завалился на стул.

Шаги в коридоре стихли. Я лишился сил и просто развалился на стуле.

Из лёгких вышел весь воздух.

Я остался один. И понял, что голова моя была на пределе. Всё тело расслабилось. А голова всё ещё немного пылала...

... Нормально ли это?

В пустой голове всплыл этот вопрос.

Я оставил всё на взрослых. Они появились внезапно и увели Акиху и Харуку до того, как я успел ответить.

Надо ведь было... Задержать их?

Настоять на своём, чтобы я смог определиться и дать девушкам ответ...

Надо было... Сразу дать ответ.

Раз они спросили, я должен был сразу ответить.

Поздно я об этом думаю. Давно я уже не испытывал неприязни к себе.

За окном всё так же можно было увидеть Нисиоги. Вид дарил чувство «повседневности».

Обычный день, которому ничего не известно о том, что у нас происходит.

Мир бессердечен. Чего бы ни желал, как бы не надеялся, ты ничего не получишь.

Чувство безнадёжности лишь крепло. Я раболепно придавался отвращению.

Однако...

Всё же вид за окном прекрасен. Яркие цвета стали постепенно уходить. А я в очередной раз задумался, правда ли я вообще ничего не могу?

И вот через какое-то время...

— ... М!

... В кармане завибрировал телефон.

Я подскочила со стула. Провёл пальцем по экрану.

На экране были трещины после того, как он упал. Похоже не только стекло, но и дисплей был повреждён... Ну, ничего не поделаешь. Раз работает, отдам потом в ремонт.

Тиёда Момосе: «Врач провёл обследование».

Это писала Тиёда-сенсей через Line.

И после небольшой паузы.

Тиёда Момосе: «Завтра утренним рейсом они летят в больницу на Хоккайдо».

Тиёда Момосе: «Можно было бы остаться на пару дней, но причин задерживаться в Токио нет».

Сики: «Вот как».

Сики: «Спасибо».

Сики: «И у меня будет возможность поговорить с ними?»

Тиёда Момосе: «Я уточню».

Тиёда Момосе: «Если недолго, то можно».

Поблагодарив Тиёду-сенсей, я убрал телефон в карман.

... Если недолго.

То есть это мой последний шанс с ними увидеться.

Там я либо смогу сообщить о чувствах, либо не смогу.

И от этого будет зависеть их будущее...

Я должен ещё раз подумать о них. Кого их них я люблю? Акиху или Харуку?

Но... Это странно.

Чем больше думаю, тем дальше кажется ответ.

Я всё сильнее ощущаю, что тут что-то не так. Во мне непонятное нежелание думать об этом.

Но всё же увидеться с ними я хочу.

Раз всё сейчас так, а может именно потому, что так.

Я хочу увидеть их лица, даже могу не слышать, могу не видеть улыбок, просто хочу быть рядом.

... И тут постучали.

— Яно-кун, ты тут? — прозвучало с той стороны. Голос басистый, как-то не соотносится с лёгким стуком.

Я тут же поднялся.

Этот голос...

— Это отец Акихи и Харуки. Можно войти?

— А, д-да! — выпалил я. Блин, совсем в своих мыслях потерялся и не заметил, как он пришёл.

Я поправил волосы и одежду и открыл дверь, и отец девушек — вроде Минасе Такео — вошёл внутрь.

— Прости, мы тогда торопились. Даже поздороваться забыли. Ну, здравствуй.

— Да, здравствуйте...

Отвечая, я смотрел на него.

... Он всё так же производит впечатление.

Около ста девяноста сантиметров ростом, а руки толщиной с ногу. Волосы короткие, и при этом интеллигентное, величественное доброе лицо. Я слышал, что он врач, но больше на рыбака похож...

... Всё же необычный он.

И это отец Акихи и Харуки.

Вообще ничего общего... Но они и правда семья, у них одна фамилия и живут они вместе.

Он осмотрел помещение.

— ... Можно присесть?

— А, да, конечно.

Я кивнул, и Такео-сан сел туда же, где обычно сидели девушки.

Стул казался ещё меньше, и издал скрежет, какого я никогда не слышал.

Смотря в пол, мужчина какое-то время подбирал слова.

— ... Тиёда-сенсей тебе всё рассказала?

— Да. В целом, в Line написала.

— Вот как. Ага, пока всё стабильно. Вот прямо сейчас ничего случиться не должно.

— Это хорошо.

— Да. Так что... Ага, — Такео-сан посмотрел на меня. — Я решил воспользоваться моментом и поговорить. С тобой, Яно-кун.

— Понятно.

... Что? Так ему есть, что сказать?

Мы впервые остались наедине, и теперь я испытывал напряжение.

Отец одноклассницы. К тому же той, с кем у меня романтические отношения.

Мы не в первый раз встречаемся. Меня уже познакомили с ним летом, и с тех пор я несколько раз его видел. Но с глазу на глаз я общаюсь с ним впервые.

Я точно окаменел, а он выдохнул так, будто воздушный шар надуть пытается.

— Я постоянно о тебе слышу. Потому спасибо, что дорожишь Акихой и Харукой.

— А... Нет. Это они меня постоянно выручают.

За этот год они и правда много раз приходили ко мне на выручку.

Без них. Если бы их не было, каким бы я был на втором году?

Только представил, и стало страшно. Уверен, что ничего хорошего не было бы.

Я был бы уже не я, и уже не ходил бы в школу вот так.

— Яно-кун, благодаря тебе у них появилось много друзей. Ты правда им очень помогаешь. Они очень переживали за школьную жизнь из-за своих смен.

— Что вы, всё это результат их стараний. Я не так уж и много сделал...

— Ты не прав. Ведь, — Такео-сан опустил взгляд.

А потом печально улыбнулся.

— До этого момента ты всегда был рядом с ними.

... До этого момента.

Да, теперь я понимаю его чувства.

Низким голосом он поблагодарил, но в то же время был опечален.

Ему... Было неуютно.

Нечто подобное происходило с его дочерью. И он не знал, как сильно может вмешиваться. Ему хотелось что-то сделать как родителю, а ещё как врачу. У девушек всё было сложно, но они могли жить жизнью обычных старшеклассниц, и это наверняка благодаря ему.

Но... Их проблема.

Проблема Акихи и Харуки разворачивалась у нас перед глазами.

То есть сам Такео-сан не мог принять в ней участие...

— Девочки в их возрасте... — он начал говорить как старый друг. — Раньше они всегда полагались на меня. Рассказывали, когда радовались и когда у них были проблемы. Про больницу, болезнь и школу, мы обо всём говорили. Но в старшей школе... Они перестали это делать.

— ... Вот как.

— Михару-сан... Их мать так же говорит. Что Акиха и Харука в том самом возрасте. Что они уже не маленькие. А ещё Михару-сан сказал: «Наверняка у них любимый человек появился». Ведь и правда. Судя по поведению, им кто-то нравится. Потому мне было неспокойно, — усмехнулся он. — Что это за парень, что он думает об их состоянии? Я места себе не находил. Вот так и появляются отцы с гипер-опекой. А ведь я и подумать не мог, что стану таким.

Он опять усмехнулся.

Всё же хороший он отец.

Он от всего сердца дорожит Акихой и Харукой и на него всегда можно положиться.

— Потому... Я рад, что это ты, — сказал он мне. — Ты старался, был с ними... И столько всего сделал для них, потому я рад, что это ты. Уверен, ты дал им много того, чего не смог я.

Ничего такого я не сделал.

Я просто хотел быть рядом с ними. Хотя не уверен, что у меня получилось.

Но когда об этом сказал Такео-сан, я подумал, что всё же смысл в этом был. Я смог сделать что-то хорошее для них.

— Потому даже когда раздвоение личности прекратится, всё будет хорошо. Не знаю, что будет дальше. Но явно ничего плохого.

— ... Вот как. Хотелось бы, чтобы так и было, и для этого... И для этого, я бы хотел сделать то, что могу.

— Спасибо.

Такео-сан тоже откинулся на спинку стула.

Выглядел он более расслабленно.

Похоже сказал всё, что собирался.

И вот он ещё раз усмехнулся, ещё выразительнее, чем раньше.

— И знаешь, что ещё... Мне будет грустно... Что бы не случилось, больше я не смогу жить вместе с Акихой и Харукой. Я думал, что уже готов к этому, да вот только...

— Да, я тоже так думаю.

— Харука сильная девочка... — вспоминая, он прикрыл глаза. — У меня в больнице им довелось насмотреться. Это её злило, и она решила, как сделать лучше... Да, важно, что она рядом с Акихой... Я благодарен за это, она мне дала свежее мнение.

... Когда услышал, всё в груди сжалось.

Было ясно, что он вспоминает, какой была его дочь.

Но... Сейчас всё будет иначе.

Акиха или Харука исчезнет. И Такео-сан это понимает.

Потому он и пытается вспомнить каждый фрагмент, пока они не исчезли.

— Акиха всегда была такой серьёзной, что заставляла меня волноваться... — проговорил мужчина.

Я же не мог оторвать от него взгляда.

— Потому... Я мог гордиться ей. Она ответственная и правильная. Я всегда был неряшливым, вот ей и приходилось стараться...

... И вот он.

Такое-сан точно говорил сам с собой.

— Акиха... Хотела стать Акихико-сан...

Так... Он проговорил.

— Привычки, образ мышления, одежда, всё... Даже имя «Акиха»...

... Я понял.

Речь... О том, что послужило причиной раздвоения.

Что-то случилось в их детстве.

Что-то случилось, она чего-то желала, и личность расщепилась.

Вот что можно было предположить.

Стоило спросить. Я бы мог узнать о причине всего.

Но...

— ... Это.

— М?..

— ... А, нет. Простите, ничего.

... Я покачал головой, а вопрос так и растворился у меня в горле.

Такео-сан с подозрением посмотрел на меня, но вот что-то понял.

Я бы хотел, чтобы они сами рассказали.

Ведь это важно.

Это что-то очень личное для Акихи и Харуки.

А значит я должен спросить об этом лично у них. Когда бы это ни случилось. Я хочу узнать обо всём лично от них.

... Тут Такео-сан взглянул на телефон. Похоже пришло сообщение.

Он бросил взгляд на экран.

— Похоже они готовы, — мягко сказал он мне. — Акиха и Харука готовы поговорить с тобой.

— ... Да, — я кивнул и встал со стула.

— Прости, что взваливаю это на тебя, — сказал мужчина и низко поклонился.

Он поднял голову и взглянул на меня.

— Прошу... Позаботься о них.

Я глубоко вдохнул.

Мой разум прояснился, и я кивнул Такео-сану.

— Да... Положитесь на меня.

* * *

— ... Прости за то, что было, — говоря это, в комнату вошла Акиха.

Она как обычно тихо закрыла дверь и прошла в комнату.

— Уже поздно, но на завтрашнее утро уже столько планов... Да, только сейчас и получится спокойно поговорить.

Та самая девушка, которую я знаю.

Ещё недавно они безостановочно менялись, а тут привычная манера общения и жесты. Это была серьёзная и интеллигентная Акиха...

— Смены... Прекратились? — удивился я, спрашивая у смотревшей в окно Акихи.

— Я думала, что мы будем постоянно меняться, но...

Потому я и был готов.

Что больше не увижусь с «привычной Акихой» и «привычной Харукой».

Что они отправятся туда, откуда уже не вернутся.

Но.

— ... Да, это было недолго, — говорила она усмехнувшись. — Мы потеряли равновесие... Но попробовали привычный способ и смогли успокоиться.

— Вот как... Это хорошо. Значит вы меняетесь как раньше...

— Да. Сейчас десять минут, и время сокращается... Скоро это может повториться. Думаю, нынешнее состояние продлится до завтра или послезавтра...

— ... Ясно.

... Время снова сокращается.

После этих слов слабая надежда во мне пропала.

Это было известно изначально. Их время смены сокращалось. И когда оно дойдёт до нуля, раздвоение личности прекратится...

То есть они движутся к концу, и у нас не так много времени, чтобы мы могли поговорить.

— И ещё я немного помню.

— ... Помнишь?

— Почему-то помню те моменты, когда была Харука. И наоборот. Похоже и Харука помнит то, что знаю я.

— ... Ого, такое разве бывало?

Этого я не ожидал.

Раньше у каждой были свои воспоминания.

Потому они всегда делились воспоминаниями с помощью дневника и телефона, что очень непросто.

Но... Когда они менялись без конца, то могли общаться со мной нормально. Вот как, тогда у них были общие воспоминания...

— Ну, изначально это было для того, чтобы защитить меня... — почему-то слегка смутилась Акиха. — Харука ведь появилась для того, чтобы защитить меня от стресса. Потому и нужно было разделение памяти. Чтобы действовать самостоятельно, она стала отдельной личностью и защищала меня.

... Это продолжение истории причины раздвоения.

Понимая это, я внимательно слушал Акиху.

— Но... Всё изменилось. Я избавилась от стресса, и Харуке не надо меня защищать. И теперь, когда мы так часто меняемся... То, что мы не разделяем память — это скорее уж опасно.

— А, ну да, верно...

Когда меняются, для них происходит резкая перемена.

Они не владели общей информацией, и чтобы защитить себя, им необходимо было поделиться воспоминаниями.

— И потому... — начала она.

Акиха слегка хитро улыбнулась.

— Возможно это неплохая возможность рассказать обо всём.

Сказав это, она ненадолго замолчала.

А потом... Голову подняла Харука.

— Ну вот, — она уверенно улыбнулась. — Я могу продолжить рассказ! Это так удобно.

— О, и правда!

Это было так неожиданно, что я даже удивился.

Я могу сразу говорить с Акихой и Харукой.

Раньше я такого даже представить не мог, и вот это стало возможным.

Как и сказала Харука, это удобно, а ещё непривычно.

— Хи-хи-хи...

Почему-то девушка рассмеялась.

— Но теперь у нас не будет личных секретов.

— А, точно...

— Потому, Яно-кун, будь осторожен. Если мы опять тайком поцелуемся, Акиха тоже узнаешь...

— Я не сделаю этого. И Акиха тоже. Больше никаких секретов.

Мы оба улыбнулись.

Стало немного грустно.

Как долго я ещё смогу вот так общаться с Харукой?

Ещё пару дней? Или немного дольше?

... Надо было принять решение.

Надо определиться с моим ответом.

— ... Что ж, Яно-кун.

Мы посмеялись.

И Харука посмотрела на меня.

— Можно... Услышать твой ответ?

И вот... Она опустила голову.

И поднявшая её Акиха спросила:

— Кого ты выбираешь... Яно-кун?

... Я всё время думал об этом.

Пока их не было, пока говорил с Такео-саном.

Пока они возвращались, пока мы общались.

Нет, не только в это время. Я думал с тех пор, как встретил их.

Кто они для меня?

Кто для меня Акиха и кто для меня Харука?

... И сейчас.

Когда они оказались передо мной... Странное чувство сменилось уверенностью.

Выбрать одну из них. Определиться, кто мне нравится.

Мне не казалось это правильным решением...

Я вспомнил. Что мне сказала Кирика не так давно.

Она сказала, что по её мнению выбирать ни одну неправильно. И теперь я понял.

Это точно любовь.

Я люблю девушку передо мной.

Но... Акиха и Харука.

Мне казалось неправильным выбирать кого-то из них.

Тогда... Принимая точку зрения Акихи, я думал.

Что мне делать?

Как воспринимать эти отношения, как всё донести до них?

Я не знал.

Ответ был уже передо мной. Я буквально касался его.

Но схватить всё ещё не мог.

... Акиха опустила голову.

И почти сразу же подняла Харука.

— ... Яно-кун, ты так напряжённо думаешь, — поражённо сказала она и улыбнулась. — Хотя я рада, что ты ответственно подходишь к этому... Но всё хорошо? Ты сможешь дать ответ?

— ... Да, прости, подожди ещё немного.

Вот как... Уже десять минут прошло с тех пор, как я думать начал.

Конечно Харука слегка удивлена.

— Но да... Мне надо ещё немного времени подумать...

— Ясно. Тогда ладно...

С этими словами она села на ближайший стул.

И, слегка прикрыв глаза, стала смотреть в окно.

— ... Это ведь последнее оставшееся время, — она сказала это точно себе. — Возможно исчезну я. А может и Акиха. Но в любом случае это конец. Потому я подожду...

... В голосе была решительность.

И по лицу видно, что она всё приняла.

Но... Это не значило, что тревоги нет. Я в очередной раз задумался о том, что я определяю её будущее.

— ... Хотелось ещё много всего сделать, — сказала Харука. — Став обычной старшеклассницей, я столько всего попробовала, было очень весело. Но... Хотелось попробовать ещё много всего. Я хотела сделать это всё...

— ... Понятно.

Мне стало интересно.

— А что именно ты хотела попробовать?

— Что именно? Ну... Любование сакурой, — слегка весело сказала Харука. — Когда мы подружились в том году, она уже отцвела. А тут только собирается цвести, но я в таком состоянии... — скривилась девушка. — Потому, да. Хотелось бы этого...

— Ведь и правда...

Вместе со всеми полюбоваться сакурой.

Наверняка было бы весело. Стоило представить, и в груди всё сжалось от мысли, что это неосуществимо.

— А летом хотелось бы барбекю устроить, да, и море! Хотелось со всеми вместе поплавать! А ещё поразить Яно-куна своим купальником... И чтобы меня Итсука-тян похвалила, тогда бы я чувствовала себя увереннее...

... Харука продолжала озвучивать и другие желания.

Ей хотелось вместе посмотреть на звёзды.

Вместе готовиться к экзаменам.

Может даже вступить в клуб.

Поучаствовать в спортивном фестивале.

Попасть на концерт любимого исполнителя.

И...

— ... Да... Домой...

... Она заговорила, глядя вдаль.

— Я бы хотела приехать в свой родной город с тобой и показать тебе всё там...

... Вдвоём у неё дома.

В далёком Утаро на Хоккайдо.

Я много слышал о местных спокойных пейзажах.

— Там много памятных мест. И магазин, где я покупала книги, и набережная, откуда с родителями смотрела фейерверки, и заведение со вкусными суси, и начальная школа, в которую ходила... — Харука перечисляла свои любимые места в Утаро. — Я очень люблю этот город.

Там было и много всего горького... Но это был дорогой для неё город.

После этих слов... Харука опустила голову.

И вместо неё продолжила Акиха:

— ... Я думаю так же, как и Харука, — мечтательно сказала она. — Я много раз представляла это. Как мы втроём идём по городу. По памятным для меня местам вместе. Для меня это настоящее счастье. Я всё думала, как ты будешь выглядеть там. Но...

Глаза Акихи стали влажными.

Точно пытаясь сдержаться, она опустила взгляд...

— Это уже не сбудется...

Выражение на её лице. От него у меня всё сжалось в груди от боли.

Столько всего не сбудется. От стольких вещей придётся отказаться.

Когда вынужден постоянно меняться, что-то ты можешь, а чего-то не можешь сделать.

И принятие не отменяет того, что ты сожалеешь об этом.

И из множества идей сильнее всего... Они хотели отправиться втроём в Утаро...

... Я представил в голове.

Мы втроём идём по стареньким улицах маленького города на Хоккайдо.

Обходим памятные места девушек.

И там со мной были бы Акиха и Харука.

Ветер треплет их волосы, выражения на их лице...

Я представил это. Подумал о том, что если бы это время настало. Я, мы бы...

— ... Пойдём.

... Сам не заметил, как сказал это.

— ... Поехали на Хоккайдо.

— ... А? — глаза Акихи округлились. — Поехали? На Хоккайдо?.. Ты о чём?.. — по лицу было видно, что она ничего не понимает.

Оно и понятно. Решение довольно самоуверенное... Скорее даже спонтанное.

— Отправимся прямо сейчас, — сказал я ей. — Я, ты и Харука... Отправимся в Утаро. Самолётом, поездом, чем угодно. Отправимся в ваш родной город.

... Конечно я был решителен.

Раз Акиха и Харука так говорят. Если они и правда желают этого, нет причин сомневаться.

Значит отправляемся. Втроём... На Хоккайдо.

... Я кажется определился со словами.

Акиха выглядела неуверенной.

— А, н-но... — заговорила она. — Нам завтра с утра надо в аэропорт... У нас ведь не получится...

— Больница же в Утаро? — понимая, что напираю, спросил я. — Так что можно отправиться не завтра с утра, а прямо сейчас.

— Да... Наверное.

... Похоже я очень её озадачил.

Ещё не прошло десяти минут, а Акиха поменялась с Харукой.

— Н-но все ведь так готовятся! И неизвестно, что может случиться! — говорила она.

Сейчас здесь Тиёда-сенсей, родители девушек и врач ждут, пока мы договорим. И они будут присматривать за ними до возвращения.

— Но.

— Я ведь с вами.

Я просто говорил, что приходит в голову.

— Я ведь постоянно наблюдаю за вами. И если что, сразу же сообщу взрослым. Ничего глупого я не сделаю, да и не позволят мне этого.

А ещё... Я озвучил свои чувства.

Сообщил желание, которое долгое время росло во мне.

— Я очень... Хочу отправиться туда с тобой[✱]Именно про одного человека речь тут. Местами именно так и бывает, и фиг знает, как на это реагировать..

— Хочу прогуляться по городу втроём.

— Исполнить последнее желание...

Я правда хочу это сделать.

Понимаю, что это безответственно. Это очень нагло.

Но... Я вспомнил.

Слова Кирики. «Он эгоистичный ребёнок».

Я до сих пор не смог нормально принять этого. Но именно таким она меня видит.

Вообще я и правда вёл себя с ней достаточно эгоистично. Видать это и правда часть меня.

В таком случае... Я хочу сейчас воспользоваться этим.

Доставлю неудобства многим людям. И заставлю волноваться.

С точки зрения Такое-сана это может выглядеть предательством.

Но сейчас на первом месте наши желания.

Ради меня, ради Акихи и ради Харуки.

Я готов отбросит всё... Лишь бы исполнить желание.

Я посмотрел на девушку перед собой. И подумал о том, что хочу донести свои чувства.

Достигли ли они её? После долгой паузы...

— ... Ага.

... Девушка передо мной кивнула.

Она выглядела радостной и взволнованной...

На лице была улыбка, пока по щекам стекали слёзы.

Она... Сказала мне.

— Поехали, Яно-кун!