Поздно ночью она покинула особняк Великого Герцога и вернулась в императорский дворец. Как только она вошла в спальню, то отпустила Нелл, которая сопровождала её.

— Нелл, иди отдохни. Ты, наверное, тоже устала.

— Спасибо, принцесса.

После того как Нелл ушла, она приняла ванну с помощью других служанок и села перед туалетным столиком. Пока она сидела перед зеркалом, знакомая служанка с каштановыми волосами расчёсывала её волосы. Сквозь гребень струились блестящие рыжевато-золотистые локоны.

«Фух...»

Она бессильно откинулась на спинку стула. Последние события сильно её утомили. Ей просто хотелось на мгновение закрыть глаза и отдохнуть. Но стоило ей это сделать, как в памяти всплыла история, которую она услышала днём от Великого Герцога. Если Император передал сообщение Императрице, значит, он скоро вернётся? А ведь это был человек, которого она ненавидела больше всего.

Она надеялась, что он не вернётся хотя бы до свадьбы. Но раз уж всё зашло так далеко, без присутствия Императора пожениться уже будет невозможно. Она вздохнула и медленно закрыла глаза. Однако, как только её веки сомкнулись и зрение померкло, в голове пронзила резкая боль.

— Ах!

— Простите, принцесса!

Похоже, волосы запутались в гребне. Служанка с дрожащим голосом принесла извинения.

— Ничего страшного.

Неосознанно она потянулась к гребню, запутавшемуся в волосах. Служанка также поспешно протянула руку, чтобы помочь распутать прядь. В этот момент их пальцы слегка соприкоснулись — и её зрение потемнело, а затем в темноте вспыхнул яркий свет.

Уютная спальня исчезла, и перед ней развернулся незнакомый пейзаж.

«Опять видение?»

Она уже знала по опыту, что это — предсказание будущего, но всё равно не могла к этому привыкнуть. Она огляделась в иллюзии. Это было похоже на тёмный склад. Потолок был покрыт паутиной, вокруг лежал всякий хлам. В одном из стен было грязное окно, на подоконнике которого лежал белый снег.

В темноте раздался женский шёпот:

— Думаете, если понемногу, то не заметит?

Следуя за голосом, Ева прошла внутрь и увидела двух человек, стоявших друг напротив друга среди нагромождения коробок. Спиной к ней стояла молодая женщина в форме служанки — лица не было видно. Другого человека полностью скрывала тень — невозможно было разобрать ни лица, ни пола.

Служанка нервно ответила:

— Я сделала, как было велено. Но... что это?

Это был незнакомый голос.

«Кто это?»

Та же служанка продолжила:

— Говорят, как только принцесса это съела, у неё сразу началась сильная головная боль. Я испугалась, подумала, что она умирает...

«Что?!»

Ответ из тени прозвучал со смешком:

— Это концентрированное лекарство из листьев корана.

— Принцесса ведь не умрёт? — спросила служанка испуганно.

И в этот момент Еву поразило не содержание, а то, что она узнала голос — это была та самая служанка с каштановыми волосами, которая совсем недавно причёсывала её.

— Нет, не умрёт. Пару дней будет сильная головная боль, но угрозы жизни нет.

Женщина напротив протянула служанке что-то.

— Вот деньги заранее. Как и договаривались — уезжай после свадьбы.

— Хорошо.

Служанка обернулась — и её лицо, скрытое до этого в тени, стало видно. Как и ожидалось, это была та самая служанка из комнаты. Как её звали?

Как только Ева вспомнила её имя, видение исчезло.

Она резко открыла глаза. Перед ней было знакомое зеркало. Свет от канделябра отражался в нём золотистыми отблесками. В отражении она увидела себя — с распущенными рыжевато-золотистыми волосами в мягко освещённой комнате. Лицо было белым как воск.

— Принцесса, вы плохо себя чувствуете?

Служанка, распутывавшая ей волосы, с тревогой посмотрела на неё.

— Нет, я просто устала.

С невозмутимым выражением она перебирала шпильки на столике.

— Наверное, всё дело в том, что я много выходила в последнее время. Мне просто нужно завтра отдохнуть.

Она вздохнула и приложила ладонь ко лбу.

— Спасибо, что причёсывала меня. Кстати, как тебя зовут?

— Лана, принцесса.

Лана. Теперь она хорошо запомнила это имя. И тут же вспомнила, кто эта девушка — та самая служанка, которая поругалась с Нелл на лестнице.

Лана вспотела и опустила голову под пристальным взглядом Евы.

— По поводу того случая…

— Разве тебя тогда не наказали?

— Да, да. Мне урезали жалование, и я выполняла грязную работу. Потом главная горничная простила меня, и я вернулась.

Когда это было? Нелл упала на лестнице всего три дня назад. А её уже простили? Если бы не видение, Ева бы, возможно, подумала, что это просто местные порядки, даже если немного странные. Но теперь всё выглядело иначе.

«Кто-то намеренно отпустил её — чтобы вернуть ко мне.»

Она скрыла внутренние мысли и сделала вид, что всё в порядке.

— Хорошо. Раз ты уже наказана — всё улажено. Можешь идти.

— Да, принцесса.

Лана вышла, а Ева смотрела на себя в зеркало и размышляла:

«Кто-то приказал ей подмешать лекарство в мою еду.»

Скорее всего, этот «кто-то» связан с Императрицей или Императором. Но это был не яд, а лекарство, вызывающее головную боль. Слишком рискованно убивать её до возвращения Императора. Да и у них, вероятно, нет доказательств, чтобы обвинить Великого Герцога. А ещё была проблема с посудой.

Посуда в императорской семье — от чашек до ложек — была вся из серебра и зачарована магией, которая мгновенно реагирует на яд. Поэтому яд использовать невозможно. Но если использовать безвредное, неядовитое средство, вызывающее только головную боль — его легко подмешать.

«Они не хотят меня убить. Они хотят, чтобы я заболела.»

Это имело смысл. Если невеста заболеет, свадьбу придётся отложить. Если это не отравление, а обычная болезнь — никто не заподозрит подвох. Особенно зимой, когда легко простудиться от постоянных выходов на улицу.

«Значит, кто-то придумал это, чтобы выиграть время.»

В точности как родственники герцога поступили с Дианой. Возможно, этот человек даже слышал о том случае и вдохновился им. В любом случае, Лана вскоре подсыпет лекарство в её еду. Она заболеет, пожалуется на головную боль и ляжет в постель.

«Если я отправлю Лану в другой дворец — смогу избежать немедленной опасности...»

Но даже если Лану убрать, может появиться новая угроза. И следующая опасность может быть незаметна заранее.

«Тогда лучше...!»

Она посмотрела в зеркало и упорядочила свои мысли. А на следующее утро позвала Нелл.

— Сходи к сэру Микаэлю Шелдону и скажи, что я хочу с ним встретиться завтра в полдень.

— К сэру Шелдону?

— Да. Скажи ему, что это касается прошлого — он поймёт.

Подумав немного, она добавила:

— Так же отправь приглашение Его Светлости Великому Герцогу. Если это возможно — пригласи его на чай днём.

Около полудня на следующий день она направилась в большой сад на западной стороне дворца принцессы. Как только она вошла, то увидела огромную заснеженную клумбу. Весь сад, по размеру сравнимый с небольшим парком, был разбит в виде шахматного поля с лавандовыми грядками. В центре стоял небольшой павильон из белого мрамора. Восемь колонн поддерживали светло-серую крышу, посередине стоял чайный столик. Половина стен павильона была открыта, другая — с решётчатым узором, так что всё вокруг хорошо просматривалось.

Вот почему она выбрала именно это место.

Центр лавандового поля, открытый со всех сторон. Никто не сможет подкрасться незаметно или подслушать, прячась поблизости. Так же, как Великий Герцог отвёл её к террасе у водопада.

— Принцесса, вы меня звали?

Незадолго до полудня Микаэль прибыл в павильон.