– Преступление: использование лживых доводов, чтобы ввергнуть Империю Бессмертных в хаос!

– Преступление: разработка плана по свержению Императора Идена Лукаса Натана Атарка!

– Преступление: распространение ересей, чтобы столкнуть народ Империи Бессмертных в пропасть!

Священник зачитывал вслух написанное на свитке. Толпа аплодировала всё громче и громче по мере того, как список обвинений становился длиннее.

– Убей её! Убей её! Убей её!

– Убейте ведьму, что носит маску святой!

Люди топали ногами по земле, озлобленные и возбуждённые.

Тощая собака огляделась по сторонам и прошлась по окрестности. Услышав откуда-то издалека каскад одобрительных выкриков, она заскулила, поджав хвост.

– Убейте её немедленно!

– Лжесвятая! Заплати за свои грехи смертью!

Во все стороны летели яйца. Клэр опустилась на колени, чтобы посмотреть на те из них, чтопосле удара лужицами растекались по помосту.

Стук.

Гнилые овощи били по её голове. Кто-то со всей любовью вложил камень в один из них, из раны ожидаемо полилась кровь.

Теперь в её сторону стали бросать гораздо больше помоев.

– Что за подлая женщина! Даже такое кровотечение не заставило её кричать.

– Пришло время тебе заплатить за свои ошибки!

Священник, державший свиток, посмотрел на Клэр. Молодой служитель подле него закусил губу и принял смущённый вид.

Клэр медленно подняла голову. Некогда отливающие золотом волосы и белая кожа теперь не были чисты и потеряли свой цвет.

– Уйди с миром, прошу.

Лицо следившего за ней священника получило немного странное выражение. Вскоре он поднял руку.

– Начинайте!

Ожидавшие приказа люди с обеих сторон вцепились в Клэр за руки. По мере приближения развязки драмы толпа ликовала все больше и больше, казалось, люди сходят с ума.

Холодный блеск пробежался по изогнутому лезвию меж двух столбов. Клэр затолкали под орудие казни и схватили за голову. Грубо уронили на платформу. Шея прижалась к перекладине. По спине засеменили мурашки, когда нежная кожа коснулась неровной поверхности.

– Убей!

– Убей!

– Убей!

По толпе прокатилась волна одобрения. Клэр закрыла глаза, поняв, что конец близок. Затем произошло нечто странное.

Стук. Стук.

Послышался звук тяжёлых, медленных шагов. Этот звук прорезал аплодисменты и выкрики и донёсся прямо до её ушей, что не могло не привлечь её внимание.

Скрип. Скрип.

Деревянные ступени протестующе скрипели при каждом шаге. Клэр огляделась. Яркий свет выхватил из темноты огромную фигуру.

В одно мгновение ревущие аплодисменты смолкли. Все зрители одновременно опустились на колени. На их лицах читались одновременно благоговение и страх.

Клэр в тишине повернула голову в сторону. Только тогда она сообразила, кто стоит перед ней.

Правитель Империи Бессмертных. Иден Лукас Натан Атарк Бессмертный.

Он был облачён в доспехи, его шлем был приторочен сбоку. Броня и красный плащ, что должны бы сиять, как золото, были тусклыми и грязными, будто их измазали краской. Птичья маска и чёрные волосы тоже были в зеленых пятнах. Свесившаяся с края маски капля липкой жидкости с брызгом упала вниз. Как по сигналу, толпа вокруг начала аплодировать с новой силой.

– Император жив и здоров!

– Это кровь монстра. Чудовище было убито императором!

– Смотри, здесь кровь! Император заботится о нас!

Голубые глаза смотрели на неё без особой заботы. Он был холоден как лёд и вызывал не меньше мурашек, чем гильотина.

– Святая.

Сильный, глубокий голос.

– Ты хочешь остаться в живых?

Рука императора застыла над клинком в немом заверении, что исполнит желание Святой, будь то смерть или жизнь. Клэр задумалась о своём прошлом. Все свои поступки она совершала ради красивого Императора, которого сейчас видит перед собой. Не ради себя. Она помнила это. Если и имела место какая-то надежда, то только на то, чтобы привлечь его внимание. Но ведь итогом её действий были позор и смерть.

– Это твоя последняя возможность. Предложение не повторится.

Холодный взгляд велел заговорить. Клэр облизнула губы, пересохшее горло мешало ей дышать.

– Ваше величество, мы приступим к казни прямо сейчас.

– Подожди.

– Не говорите с ней больше.

– …

– Уже было показано, что на самом деле представляет из себя Святая. Она может смутить рассудок Вашего Величества. Так что, пожалуйста…

Священник обратился с мольбой, протянув руку, которая уже была поднята. В этот момент – тук!

Топор палача перерезал веревку, которая удерживала лезвие на гильотине.

Лицо императора сморщилось.

– Ах…

Священник сказал что-то, чтобы показать, насколько он удивлен. Палач подумал, что движение руки священника означало, что убийство должно быть совершено.

Свист.

Лезвие опустилось в момент, когда усилился ветер. Клэр не сводила глаз с мужчины в маске. Она медленно раскрыла рот.

– Если… я… умру и вернусь к жизни, я не встречу тебя.

Странные нотки появились во взгляде императора, когда он проследил за движениями её губ. Она склонила голову набок, размышляя о том, что происходит.

Свист!

Стук.

Пол был залит кровью.

– Ва-а-а-а!

От криков толпы содрогнулась земля. Клэр потеряла сознание и увидела яркий свет.

Вспышка.

Изначально тусклый свет замерцал, будто нашёл свою погибель.

– О, как же я это ненавижу.

Прижавшись лицом к монитору, Квон Ин Юнсморщила лицо так сильно, как только могла.

– Разве ты не должен как минимум, не знаю, дать условия для работы?

У неё не было причин злиться на ни в чём не повинный монитор, но именно этим она и занималась. Было далеко за полночь.

Когда все вышли из офиса, её посетило странное чувство. Ин Юн коснулась своей макушки. Она устала, глаза были сухими, а голова раскалывалась.

– Он с ума сошёл? Как я могу сделать это к утру следующего дня?

Босс дал ей работу, сказав, что у неё есть три дня.

– Исследование рынка, не сомневаюсь, полезная штука, но как его можно закончить за такие сроки?

Ин Юн огляделась через спинку стула. Если бы там сейчас был новый работник, можно было бы вздохнуть более свободно. К сожалению, работник упал с лестницы после сверхурочной работы. Это произошло прямо на глазах у Ин Юн, и у неё не было времени удивляться, пока она вызывала неотложку и пыталась утешить плачущую новенькую.

Но с таким количеством работы она больше не могла никого жалеть.

– Без шуток, здорово ощущать себя рабом. Ух… шея болит.

Ин Юн почесала у себя за шеей.

– Я что, умру от переутомления?

Фальшиво рассмеялась, покачала головой из стороны в сторону и поводила руками по всему месту. Растяжка немного помогла её затёкшим плечам.

– Но я, кажется, смогу закончить, если не буду спать всю ночь.

Придвинув свой стул поближе, Ин Юн что-то пробормотала. И снова склонила голову перед экраном. Уже собралась было положить руки на клавиатуру, но тут что-то произошло.

Бах!

Она потеряла сознание, приложившись к компьютеру лицом, а не рукой.

* * *

Вспышка.

Это странно.

Промелькнуло что-то. Показалось?

Она медленно открыла глаза и посмотрела на потолок.

– О, я вижу.

Свет в комнате мерцал.

Так. Она некоторое время ругалась на своего босса. Потеряла сознание. Она не думала, что от усталости её голова ударит по клавишам. Ин Юн вздохнула и приложила руку к макушке.

В эту минуту перед её глазами пронеслось множество незнакомых сцен. Молодая девушка держит за руку мужчину средних лет, который плачет и смотрит на могилу без каких-либо чувств. Молодой человек в разодранном комбинезоне копает мотыгой мерзлую землю. Девушка, идущая одна по тёмному, сырому лесу, наполненному страхом. И отвратительный палец, выгребающий пепел из камина…

– Да что это, чёрт возьми, такое?

Такое чувство, словно она мельком заглянула в чью-то жизнь. Внутри всё переворачивалось, а голова шла кругом.

– …Клэр.

Кто-то издалека позвал её. Она чувствовала, как всё тело сотрясает дрожь.

– Прекрати.

Кто бы это ни был, настойчивости ему не занимать. Было неожиданно больно, когда этот кто-то схватил её за плечо и встряхнул.

– …Клэр.

– Чувствую, меня сейчас стошнит.

– Клэр.

А, собственно, какая ещё Клэр? Её имя КвонИн Юн. Она просто заснула, работая сверхурочно.

– Стоп, я что, умерла?

– Клэр!

Кто-то крикнул ей в ухо, но, знаете, обидно, когда над тобой так издеваются и даже непонятно за что. Её глаза широко раскрылись.

– Ах!

Ин Юн села и глубоко вдохнула. Повсюду было совершенно темно. Кое-что заставило её нахмуриться. Откуда взялся этот отвратительный запах? Послышался аромат сена, смешанный с чем-то более неприятным. Пока глаза привыкали к темноте, она медленно осматривалась.

– …

Вещью, о которой стоило беспокоиться в первую очередь, оказался не запах. Через небольшие промежутки между досками, прочно, но не плотно слагавшими стены комнаты, проникал ветер. Девушка, покачивая головой, повернулась в сторону. Над снопом сухой травы возвышалась тёмная фигура.

Шелест.

По звуку было похоже на лошадь. Несколько животных стояли за стеной и мельтешили ногами и хвостами.

– Ну и где, черт возьми, я нахожусь?

– Клэр?

Она повернула голову на звук. Прямо перед ней стоял человек, ранее столь неистово трясший её за плечо. Это была девочка, чей нос был усеян веснушками. Поздний подростковый возраст?

Голова у нее была обмотана полотенцем, а одета она была в поношенное серое платье с фартуком поверх него. Косплейсредневековья?

Ин-юн тупо смотрела на девушку и думала об этом.

Хоть у девушки были тёмные волосы и глаза, она не говорила по-корейски.

– Кто ты такая?

От такого вопроса глаза девушки расширились, будто она впервые услышала, как кто-то говорит. Ин Юн убрала руку со лба и нахмурилась, взглянув на свои руки. Странно. Одна из ладоней была вымазана сажей. Она никогда раньше не сталкивалась ни с чем подобным. Это точно не её рук дело.

Она не двигалась, рассматривая ладони, поэтому незнакомка с каштановыми волосами тихо взяла её руку и опустила.

– Теперь ты можешь говорить, Клэр?

Кто может говорить? Значит ли это, что она раньше не могла говорить? Но ещё более важно:

– Почему ты продолжаешь называть меня Клэр?

Незнакомка с тёмными волосами перед ней уже довольно долгое время настаивала на этом странном имени.

– Потому что ты Клэр? – ответила так, словно это был странный вопрос.

Ин-Юн сомневалась, стоит ли говорить правду этой незнакомке. Но самой сильной эмоцией сейчас была сбитость с толку. Она глубоко вздохнула и закрыла лицо рукой.

– Больно?

– Хотела бы я, чтоб это было так.

– Ладно, давай начнём.

– Что?

– Работу.

Пока Ин Юн недоумённо моргала, незнакомка с каштановыми волосами любезно ввела в курс дела:

– Я боялась, что ты проспала. Даже если ты плохо справляешься со своей работой, ты, по крайней мере, привыкла рано вставать.

Ин Юн не была интересна часть про «даже если ты не очень хороша в работе». А вот всё остальное... Вообще ВСЁ... Должно быть, это что-то вроде обмена душами, о котором она читала в книгах.

Сцены, которые появились из ниоткуда в её сознании, вероятно, были воспоминаниями тела, в которое она только что вселилась.

Единственный способ узнать, правда это или нет, – спросить незнакомку. Итак, следующий шаг – это...

– Моя память немножко затуманена, кажется, мне только что приснился слишком безумный сон... На самом деле, я даже забыла, как тебя зовут.

– О нет!

Хана вздохнула и крепко сжала руку Ин Юн. Так невинно, что Ин Юн стало неловко от мысли, что она дурачит маленьких.

– Меня зовут Хана. Ха-на.

Да, сказала, что ничего не помнит, но ведь не говорила, что не слышит!

– Тебе приснилось что-то плохое? Поэтому ты больше ни о чём не можешь вспомнить?

– Ты мне поможешь?

– Конечно! Спрашивай, что хочешь. Я поделюсь с тобой всем. – Хана подошла и села с грустным лицом.

– Кто я?

– Клэр Макиллрой.

– Чем я занимаюсь?

– Служишь благородной семье.