Том 14. Глава 2: А основное блюдо у нас под клошем

У одного из Семи Мудрецов Королевства Ридилл, Мага Самоцветов Эммануэля Дарвина, есть три любимые вещи.

Чай после еды, деньги и власть.

Однако сегодня утром выяснилось, что у слуг закончилась его любимая заварка, и после завтрака он остался без чая.

Вдобавок ко всему, в его мастерской магических инструментов подняли арендную плату, одного ученика переманили конкуренты, а доходы скатились в минус — всё шло из рук вон плохо.

Усилием воли проглотив утреннее раздражение, Эммануэль отправился на обед.

Сегодня он трапезничал по личному приглашению второго принца Феликса Арка Ридилла.

Встреча проходила в дорогом ресторане элитного квартала, расположенного на полпути между столицей и Академией Серендиа.

Эммануэль предвкушал изысканные блюда, но куда больше его сердце трепетало от самого факта, что его позвал принц, которому прочили трон.

На фоне совершенно бездарного в политике первого принца и ничем не примечательного третьего, Феликс явно выделялся талантами.

За его спиной стоял могущественный герцог Крокфорд, принц заработал себе славу на дипломатическом поприще, а недавняя победа над Проклятым драконом лишь добавила ему очков. Разве не идеально всё складывается в его пользу?

Эммануэль всячески заискивал перед герцогом Крокфордом и пользовался его покровительством, однако с самим вторым принцем пересекался нечасто. Как он ни старался сблизиться с ним на светских встречах, Феликс относился к нему так же ровно, как и ко всем остальным дворянам, не позволяя сократить дистанцию.

По прибытии в роскошный ресторан Эммануэля проводили в отдельный кабинет в самой глубине зала. Феликс уже ждал его там.

Заметив гостя, принц поднял голову и безупречно вежливо улыбнулся.

— Добрый день, лорд Дарвин.

— Премного благодарен за сегодняшнее приглашение.

— Это я должен благодарить вас за визит. Прошу, присаживайтесь.

Едва маг опустился в предложенное кресло, слуга бесшумно наполнил его бокал аперитивом.

Смакуя превосходное красное вино, Эммануэль прикидывал, как бы ловчее подольститься к Феликсу.

Хотя Семь Мудрецов и считались советниками Его Величества, на деле к нынешнему королю была приближена лишь Ведьма Звёздных Пророчеств. Остальные же, как ни поразительно, к государственным делам относились с полным равнодушием.

Эммануэль всегда считал, что именно он достоин этого места, однако, возможно из-за слишком сильного влияния герцога Крокфорда, король не спешил призывать его ко двору.

Именно поэтому маг так отчаянно стремился заручиться поддержкой будущего правителя. Если Феликс приблизит его к себе и оценит по достоинству, Дарвин станет истинным королевским советником. И возвысится даже над остальными Мудрецами.

Пожалуй, сейчас вернее всего будет завести разговор о шумихе вокруг Проклятого дракона и вознести хвалу подвигам принца... Но пока Эммануэль обдумывал эту мысль, Феликс опустил бокал на стол и заговорил первым:

— Ах да, на днях я посетил вашу мастерскую, лорд Дарвин. Поистине впечатляющее место.

Слова Феликса вызвали у Эммануэля не радость, а приступ паники. Он ничего не слышал о визите принца. Неужели тот приходил инкогнито?

— Поразительно: там выставлены сплошь превосходные магические инструменты, вполне достойные титула Мага Самоцветов. Их функциональность безупречна, да и отделка просто потрясает. И ученики у вас исключительно одарённые.

Феликс не скупился на комплименты, однако Эммануэль на самом деле весь извёлся от беспокойства.

— Что вы, я безмерно польщён вашей похвалой.

Он попытался рассмеяться, но смех вышел сухим и неестественным.

И всё же, пока маг изо всех сил натягивал на лицо улыбку, Феликс достал что-то из кармана и опустил на стол.

Это была брошь с топазом тончайшей работы.

— Кстати, лорд Дарвин, вам знакома эта вещь?

— Хм, с виду магический инструмент, но... позвольте.

Обернув брошь шёлковым платком, Эммануэль взял её двумя пальцами, считал выгравированную магическую формулу — и в ужасе вытаращил глаза.

На магических инструментах, поступающих в продажу, принято вырезать имя мага, создавшего формулу. Такая подпись многократно повышает ценность изделия по сравнению с безымянными аналогами.

И на этой самой броши красовалось имя Эммануэля Дарвина.

— Ваше Высочество... где вы её...

— Купил в одной уличной лавке... По словам торговца, это творение самого Мага Самоцветов. Вот только для мастера такого уровня заложенная в неё магическая формула чересчур убога.

По спине Эммануэля пополз липкий холодный пот.

И всё же, напустив на себя озадаченный вид, он затараторил:

— Ох, в последнее время развелось мошенников, которые ради наживы гравируют моё имя на всякой дешёвке... Ума не приложу, что с этим делать. Особенно часто подобные низкопробные поделки сбывают подпольные ремесленники, не состоящие в гильдии...

— Торговец обмолвился, что вещь подержанная, поэтому позже я велел своим людям разыскать прежнего владельца. И тот, на кого они вышли, утверждает... что приобрёл её напрямую в мастерской Дарвина.

Щека Эммануэля нервно дёрнулась, но он из последних сил натянул на лицо улыбку.

— Да полноте, это какое-то недоразумение. В моей мастерской продаются исключительно первоклассные вещи! Чтобы у меня продавался такой мусор...

— Лорд Дарвин, когда вы в последний раз брались за работу собственноручно?

Феликс по-прежнему улыбался. Но сама атмосфера вокруг него неуловимо изменилась, обнажая истинную суть этой улыбки.

...Из мягкой она превратилась в леденящую.

— Ваш ученик дал показания. Оказывается, уже много лет вы не создаёте магические инструменты лично. Вы поручаете это ученикам, а сами лишь ставите подпись и выставляете товар на продажу... Судя по всему, бедняга не выдержал укоров совести и перешёл в другую мастерскую.

Да, именно уход этого самого ученика к конкурентам и испортил сегодня Эммануэлю настроение.

Но откуда об этом известно Феликсу?!

— Прошу прощения, но я совершенно не понимаю, о чём вы...

— Если всё подтвердится, вашу мастерскую ждёт разоблачение, а ваше положение в рядах Семи Мудрецов пошатнётся.

Лоб Эммануэля покрылся испариной. Затравленно бегая глазами, он продолжал цепляться за жалкие оправдания:

— Понятия не имею, о чём вы...

Глядя на него, Феликс вновь улыбнулся.

Но теперь его улыбка была не просто леденящей... в ней сквозило нечто жуткое, пугающее своей бездонностью.

— Лорд Дарвин, не окажете ли вы мне одну услугу?

Феликс достал из кармана пузырёк. В крошечной склянке, которая легко уместилась бы в сжатой ладони, плескалась бесцветная прозрачная жидкость.

— Я хочу, чтобы вы дали выпить это герцогу Крокфорду.

Было совершенно очевидно, что эта жидкость смертельно опасна. По сути, Феликс выдвигал Эммануэлю ультиматум:

Если дорого кресло среди Семи Мудрецов — переходи на мою сторону и убей герцога Крокфорда.

Однако, хоть Эммануэль и мечтал подольститься к Феликсу, становиться его безропотной марионеткой он ни капли не собирался.

С чего это я должен плясать под дудку какого-то юнца?! — подавив дрожь, Эммануэль громко и вызывающе рассмеялся.

— Ха-ха-ха! Вынужден вас огорчить, но ваш дедушка... герцог Крокфорд смотрит на мой подход сквозь пальцы. Сами понимаете, я человек чрезвычайно занятой. Не могу же я всё своё время посвящать исключительно корпению над магическими инструментами!

Поглощённый обедами с покровителями и светскими встречами, Эммануэль в последние годы почти не занимался ремеслом собственноручно.

Поэтому он поручал работу ученикам, вырезал на изделиях свою подпись и выставлял их на продажу.

И герцог Крокфорд прекрасно об этом знал. Знал — и всё равно брал Эммануэля под своё крыло. Ведь заручиться лояльностью одного из Семи Мудрецов было для него исключительно выгодно.

Даже если Феликс предаст этот факт огласке, Эммануэль не сомневался: герцог Крокфорд непременно его защитит.

В подобных делах достаточно уничтожить улики — и проблему можно легко замять.

...Щенок, заставил же понервничать!

И всё же требование отравить покровителя — дело нешуточное. Разумеется, об этом следовало бы немедленно доложить самому герцогу. Но если намеренно промолчать, Феликс останется у него в долгу.

Герцог Крокфорд или Феликс? Если выбирать сторону, то, естественно, того, в чьих руках сосредоточена реальная власть. Однако герцог уже в преклонных годах. Если смотреть в будущее, сделать одолжение Феликсу — тоже весьма неплохой ход.

Пока Эммануэль в уме плёл эти хитрые интриги, Феликс протяжно выдохнул.

— ...Вот как. Значит, подобные вещи легко замять.

С этими словами принц взял со стола колокольчик и мелодично звякнул.

Тотчас же слуга с необычным цветом волос — белым с голубоватым отливом — поставил перед Эммануэлем блюдо, накрытое клошем.

Маг было подумал, что наконец-то подали горячее, но тарелка предназначалась лишь ему одному.

Почуяв недоброе, Эммануэль украдкой взглянул на Феликса. Как и следовало ожидать, на лице юноши играла всё та же улыбка, за которой невозможно было прочесть истинные намерения.

— Прошу, поднимите крышку. О, не волнуйтесь, там нет ничего опасного.

— ...

На всякий случай Эммануэль сжал в ладони защитный амулет, с которым никогда не расставался, и свободной рукой приподнял клош.

— ...Это же...

На белом фарфоре лежало то, что хоть раз в жизни видел любой маг... измеритель объёма маны.

Феликс сцепил пальцы в замок и обратился к Эммануэлю, который так и застыл с поднятой крышкой в руке:

— Самый обычный измеритель объёма маны... И разумеется, никто не подкручивал на нём значения.

— ...Кх?!

Как правило, объём маны растёт до двадцати лет, а затем начинает медленно снижаться.

Минимальный порог, необходимый для того, чтобы входить в число Семи Мудрецов — сто пятьдесят. Стоит опуститься ниже этой отметки — и титул потерян навсегда.

На последнем официальном замере результат Эммануэля составил чуть меньше ста шестидесяти... однако.

— Прошу вас. Если совесть ваша чиста, просто коснитесь его. Лорд Дарвин?

— ...Кх, у-у-у...

Эммануэль мелко дрожащей рукой дотронулся до прибора. Деления на шкале плавно поползли вверх.

Атрибут «Земля», максимальный объём маны: 138.

Таков был истинный уровень Эммануэля Дарвина на сегодняшний день.

— Ха... ха, ха-ха... Должно быть, этот аппарат неисправен!

— Если вы так считаете, почему бы нам не провести повторный замер официально? ...Использовав прибор, который беспристрастно подготовит третья сторона.

Феликс всё знал. Он догадался, что Эммануэль вносил коррективы в работу измерителя, чтобы искусственно завысить свои показатели.

Продажу чужих магических инструментов под собственным именем герцог Крокфорд ещё мог бы замять... но с нехваткой маны этот номер не пройдёт. Одно слово — и Эммануэль с позором вылетит из Семи Мудрецов.

Принц словно напоказ покачал пузырёк с ядом, заставив жидкость тихо плеснуться о стекло, а затем с лёгким стуком опустил склянку перед оцепеневшим собеседником.

— Один из Семи Мудрецов, Маг Самоцветов, лорд Эммануэль Дарвин... Я хочу поддерживать с вами тесные отношения. И впредь.

Под коротким «и впредь», без сомнения, подразумевалось время, когда Феликс взойдёт на престол.

Прямо сейчас будущий монарх испытывал его на прочность.

Сидеть на двух стульях я не позволю. Выбирай: я или герцог Крокфорд... — негласно требовал он.

— ...Вы ведь докажете свою преданность?

Эммануэль дрожащей рукой потянулся к пузырьку.

Чтобы сохранить статус одного из Семи Мудрецов... ему оставалось лишь убить герцога Крокфорда и всецело подчиниться этому юноше — будущему королю.

———