На следующий день после использования Звездной Ткачихи Миры на маяке Монику, учитывая сильную усталость от древнего артефакта, освободили от наружных работ. Вместо этого ей поручили в одной из комнат Ассоциации Магов провести разбор и объяснение заклинания снятия теней.

Перед доской, сидя нога на ногу, расположилась Четвёртая Ведьма Шипов Мелисса Розенберг.

Чуть поодаль, на стуле, сосредоточенно записывая всё, сидел ученик Моники — Айзек Уокер.

— Эй, ну-ка. Почему здесь торчит эта отлынивающая от караула паршивая псина?

От откровенно агрессивного тона Мелиссы Моника вся сжалась, но Айзек спокойно и ровно ответил:

— Разбираться в магии, которую разработал мастер, — это естественная обязанность ученика, разве нет?

— Оооо, неужели такой третьесортный тип, как ты, вообще способен это понять?

Почему эти двое так сильно друг друга ненавидят…

Моника дрожала всем телом, но всё-таки собралась с духом, крепко сжала мел и повысила голос:

— Т-тогда… н-начнём объяснение!

Атака Прожорливой Зои нанесла Ридиллу огромное количество жертв. Люди, поглощённые тенями и впавшие в состояни мнимой смерти, нуждаются в оживлении — и таких очень много как в столице, так и в Сазандоле. Поэтому улучшение и распространение заклинания снятия теней сейчас — самая срочная задача.

В последние дни Моника, параллельно с лечением пациентов в Сазандоле, непрерывно проверяла и дорабатывала заклинание.

Новая версия, по сравнению с первоначальной, стала намного безопаснее и избавилась от лишних элементов. Это была её настоящая гордость.

— Таким образом, фиксируя атрибуты с 42-го по 71-й узел, мы значительно повышаем стабильность заклинания… На этом всё!

Когда Моника закончила объяснение, Айзек внимательно прошёлся взглядом по всей магической формуле на доске и восхищённо выдохнул:

— Какая совершенная формула… Максимально убраны все излишества, при этом стабильность на высоте. Более идеальной и быть не может.

Хоть похвала ученика и была чересчур восторженной, Моника действительно очень гордилась этой формулой, поэтому уголки её губ невольно задрожали от удовольствия.

А вот Мелисса молча сверлила доску взглядом, потом вдруг встала с задумчивым видом, взяла мел и подошла ближе.

— Эй, Мони-Мони. Насчёт этой формулы…

Мелисса провела косую черту, разделив формулу пополам, и в пустом месте дописала дополнительные узлы.

— Здесь ведь можно разделить на две части, верно? Одна — для оживления из ложной смерти, вторая — для снятия теней.

Мел перестал скрипеть. Моника, глядя на добавленные Мелиссой элементы, поморщилась.

— Д-да, технически можно… но…

Как и сказала Мелисса, формулу действительно можно разделить. Но при разделении появляются дополнительные узлы, которые Мелисса только что нарисовала, — то есть лишние элементы. Если оставить формулу единой, как придумала Моника, она активируется как одно заклинание. А разделение означает одновременное поддержание двух отдельных заклинаний — и расход маны резко возрастает. Иными словами — разделение чудовищно неэффективно.

— Когда всё собрано в одно — это однозначно красивее и лучше…

— Зато разделённое проще осваивать, и ману контролировать легче.

— При разделении появляются общие узлы и соединительные формулы — это дополнительные затраты маны и усилий! Однозначно, однозначно лучше держать всё в одном заклинании! Это эффективнее!!!

Моника упрямо стояла на своём. Мелисса же покачала мелом из стороны в сторону и поцокала языком.

— Пусть даже самое эффективное заклинание в мире — если его могут использовать единицы, то в реальности оно всё равно неэффективно.

— Н-но…

Моника уже готова была заплакать, когда Айзек молча поднялся и подошёл к доске.

Взяв мел, он продолжил:

— Моника, мой мастер. Прошу прощения за вопрос от профана, но…

— Д-да! Конечно! Спрашивай всё, что угодно!

Моника изобразила на лице уверенность "надёжной наставницы". Айзек же быстро разделил первую половину (уже разделённую Мелиссой) ещё пополам и дописал дополнительные узлы.

Затем опустил мел.

— Теперь, наверное, можно разделить и на три части.

— А-Айк…?

Моника задрожала всем телом и посмотрела на собственного ученика с выражением глубочайшего предательства. [Et tu Brute]

— Т-три… три части? То, что можно собрать в одно — разделить на три?!

Рядом с оцепеневшей от ужаса Моникой Мелисса довольно хлопнула в ладоши.

— А, точно. Фиксацию атрибутов можно поручить другому человеку. Это самая манаёмкая и морочная часть.

— Именно. Особенно оживление требует крайней осторожности, поэтому лучше снизить нагрузку на основного исполнителя.

Моника выпучила глаза до предела, губы задрожали, и она издала крайне некрасивый, обиженный звук:

— П-почему… почемуууу…

А Мелисса с Айзеком тем временем продолжили обсуждение как ни в чём не бывало.

— Значит, заклинание придётся использовать в паре.

— Вдвоём проще проверять друг друга на ошибки и снижать вероятность промахов. Кадров всё равно не хватает, поэтому в первую очередь нужно оживить преподавателей Минервы.

— Ого, хочешь использовать оживлённых магов на износ?

— Чем больше хороших преподавателей, тем лучше. Нужно также наладить сотрудничество с другими магическими школами Ридилла и как можно быстрее развернуть систему ускоренного обучения…

Моника, вся в слезах, трясущимися руками вцепилась в край одежды ученика.

— Айк… Айк… зачем… зачем ты разделил на три?..

Разделить такое идеальное, безупречное, красивое заклинание на три части и добавить лишние элементы — для Моники это было немыслимым кощунством.

Айзек смягчил строгий взгляд и виновато улыбнулся.

— Прости, Моника. Но если учитывать, сколько времени потребуется обычному магу, чтобы освоить твою формулу, — этот вариант реально эффективнее.

— Гениальные причуды не всегда применимы в реальной жизни. Смирись уже — добавила Мелисса.

— Уааааааа!

Гениальнейшая ведьма королевства Ридилл рухнула на колени и разрыдалась от собственной беспомощности.

＊＊＊

Моника яростно черкала мелом по доске, вычисляя расход маны при разделении заклинания. Мелисса параллельно прикидывала стабильность разделённых версий. Айзек же записывал план: сколько потребуется преподавателей, если обратиться за помощью к магическим учебным заведениям Ридилла и как быстро можно развернуть систему обучения.

В этот момент в комнату вошёл уборщик.

Держа совок, который поддерживали две ласки, он аккуратно сметал мусор и мельком глянул на троих, яростно спорящих у доски.

— Слушай, а если уж на то пошло — не проще ли и соединительную формулу вынести отдельно? Будет понятнее.

— Э-это же уже почти четыре части получается…! Тогда лучше поменять способ встраивания соединительной формулы…

— Уокер. Ты вообще можешь это заклинание использовать?

— Теоретически понимаю, но с контролем маны у меня пока не очень. Думаю, даже среди высших магов таких, кто полностью справится, будет немного.

— Вот видишь? Это и есть реальность, коротышка.

— Уааааа… Айк… Айк… я научу тебя управлять маной… Тебе не придётся полагаться на разделение… Я сделаю из тебя настоящего, великолепного мага… обещаю…

— Я был бы счастлив учиться контролю маны у тебя, мой учитель. Как только решим текущую проблему — со всей серьёзностью займусь этим, мой мастер.

— Да-да-да, ладно. Так вот, насчёт разделения заклинания…

— Не надо разделять… нееееееет… хныыы… угиии…

Уборщик смотрел на эту сцену ясными, непомутнёнными глазами.

Хотелось сказать: "Успокойтесь уже", — настолько бурно всё происходило. Но и Моника, и Айзек — оба изо всех сил стараются ради страны. Как это всё-таки замечательно.

Пока уборщик восхищался, Айзек небрежно помахал ему рукой. Уборщик слегка поклонился в ответ, мысленно пообещал себе учиться ещё усерднее и вместе с ласками вышел из комнаты.

До времени отъезда кареты оставалось ещё достаточно, поэтому, следуя принципу "уходя — не оставляй следов", он добросовестно продолжал уборку.