– Эй, не дёргайся!

– Веди себя тихо!

– Хоть кто-нибудь вёл себя тихо после этих слов?!

База Резистанса, глубоко под землёй.

На тюремном этаже с рядами ржавых решёток эхом разносится гневный крик девушки. Это был голос Комари, которую сейчас пытались заточить члены Резистанса. Не желая оказаться пленённой в столь шаблонной клетке, Комари сопротивлялась изо всех сил, но… усилия часто оказываются тщетны. Схваченная двумя учениками, Комари швырнули прямиком в камеру.

– М-м-м-м-м! Я требую гуманного обращения к пленникам!

Она тут же вцепилась зубами в железные прутья, но магически обработанная решётка даже не дрогнула. Всё, что осталось Комари – лишь показать язык ученикам, которые заперли дверь и ушли.

Оставшись одна, Комари фыркнула и плюхнулась на пол.

Итак, что же ей теперь делать?

Но в этот момент из глубин камеры раздался голос:

– Мяу… Наконец-то явилась, Комари.

– Этот голос!..

Невольно обернувшись, Комари увидела беззаботно зевающую Феррис. Она неспешно виляла хвостом, словно защищая спящую на дальней койке Лалу.

– А что вы здесь делаете??.. А, ясно… Из-за меня же…

С Комари теперь обращались как со шпионкой. Вполне естественно, что её спутниц, Лалу с Феррис тоже пленят.

– Простите, я совсем о вас не подумала… – потупилась она, но Феррис прервала её извинения.

– Не надо. Ты просто действовала, исходя из того, что считала правильным? Тогда не стесняйся и не извиняйся, а лучше сделай гордо грудь колесом.

– Хнык, Феррис!

В ответ на её неподобающую кошке невозмутимость, Комари не удержалась и нырнула лицом в её пушистое брюшко. Немного поласкав её, она вдруг вспомнила кое-что важное.

– Но что нам делать?! Кёя тоже может быть в опасности!..

Раз даже маленькую девочку и кошку посадили за решётку лишь из-за того, что они были товарищами Комари, то и за её членом команды Кёей наверняка уже идёт охота.

Однако Ферриса отмела её тревогу:

– За него можешь не переживать. Его вырастили таким, что он может за себя постоять, – уверенно заявила Феррис, а затем добавила: – К тому же, если бы с ним что-то и случилось, то я бы об этом узнала.

– …? Ты наложила на него какую-то магию? – с любопытством спросила Комари, на что Феррис помахала хвостом.

– Нет, всё просто – я его люблю. Вот и всё. Если с ним что-то случится, я однозначно об этом узнаю.

– Л-любишь…?! К-к-как взросло!..

Комари покраснела, а Феррис почему-то захихикала с самодовольным видом: «Мяу-хе-хе». Казалось, будто обе совсем позабыли о том, что находились в тюрьме.

Кроме того…

– Но вернёмся к делу. Комари, ты ведь уже осмотрела их базу? Тогда расскажи, что видела, что почувствовала? Ну же, здесь и так скучно.

– Ага!

И Комари принялась обо всём рассказывать. О Реинкарнаторе, о целях Резистанса и о том, что они совершили, когда она последовала за ними.

Выслушав всё, Феррис хмыкнула… а её выражение лица резко сменилось на обеспокоенное.

– «Реинкарнатор»… средство, дарующее оригинальные навыки, говоришь?..

– Трудно поверить, да? Но это правда! Глотаешь всего одну таблетку и бабах! – объяснила Комари жестами, и Феррис спокойно кивнула.

– Хм, да уж, в принципе это возможно… Всё-таки за все стоит та самая Сноэлла.

Услышав, что само имя богини используется в качестве обоснования, Комари несколько раз моргнула.

– Ты знаешь эту богиню?

– Да, я хочешь хорошо её помню. Она даже среди старожилов была самой не похожей на богинь богиней.

– Э? Вот оно как? А мне она показалась очень доброй, прямо вот – богиня-богиней.

– Речь не о внешности, а о образе мышления. Она же «богиня инноваций и мышления». Богиня, что ненавидит застой и вечно о чём-то размышляет. Среди богинь, которые лишь дрейфуют в вечности, подобное – чистой воды ересь. Короче… она слишком нормальная, – сделала вывод Феррис, который Комари толком не поняла. – И именно поэтому она такая проблемная. В отличие от остальных богинь, она постоянно прогрессировала. Изначально она не была высокоранговой богиней, но её познания и умения в области запечатывающих техник и оригинальных навыков уже достигли уровня пятёрки величайших богинь. Поэтому ей вполне по силам создать средство под названием Реинкарнатор. В конце концов… создать-то его не так уж и трудно.

Услышав оборот слов, которые выбрала Феррис, Комари наклонила голову.

– Неужели… ты знаешь, что это за средство?

– Знаю, вернее… это лишь метод исключения.

– Что ты имеешь в виду?.. – вновь спросила Комари, получив уклончивый ответ.

Но тут раздался другой голос.

– Ой, похоже, вы куда бодрее, чем я думал, – эхом раздался в темнице мерзкий голос.

Рефлекторно обернувшись, Комари увидела, что перед решёткой стоял Кокуфудзи.

– О, а вот и ты! Немедленно выпусти нас! Я не шпионка! – начала возмущённо протестовать Комари, едва завидев его.

Она не из тех, кто будет молчать, после того, как её закрыли за решёткой по ложному обвинению.

Но ответ Кокуфудзи оказался неожиданным.

– Хм, как досадно. Вы думаете, я слепой? Я знаю, что вы не шпионка.

– Чего?..

– Какими прогнившими бы они ни были, но в исполнительном комитете работают не дураки. Если бы они решили заслать к нам шпиона, то выбрали бы кого-то поумнее.

Комари показалось, что он издевается над ней, но сейчас ей на это было наплевать.

– Тогда… тогда зачем ты так с нами?!

– Зачем? Очевидно же – ты слишком правильная.

Комари не могла поверить своим ушам.

Она была права, поэтому её оболгали и схватили? Его действия казались противоречивыми, однако Кокуфудзи открыто подтвердил это.

– Все ваши слова о том, что мы делаем то же самое, что и школа, что сила не для этого – до тошноты красивые… но абсолютно правильные. Разумеется, дело не только в словах. Будучи слабее всех, вы, тем не менее, встали перед всеми нами в такой ситуации. То же самое касательно старых друзей. Порой возразить товарищу сложнее, чем сражаться с врагами. И вы сделали это так просто, так прямо. Да, вы воистину праведны. Это подлинная отвага. Кто бы что ни говорил, я ручаюсь за это.

Хотя говорил он как всегда мерзко и окольно, но Комари заметила… Неужели… её дико хвалят?

– …Э-хе-хе, не стоит.

Неожиданная издевательская похвала заставила Комари расплываться в улыбке. Но, разумеется, разговор на этом не закончился.

– …Однако именно по этой причине вы – фактор риска, что уничтожит нас. В этом плане вы намного хуже, чем шпионы.

– Ч-что ты имеешь в виду?!

– Именно то, что и сказал… Вы воистину праведны. Но для обычных людей, вроде нас, придерживаться праведности очень трудно. Скажу прямо: мы не можем следовать за вашей праведностью. Если прислушаться к вашим на первый взгляд прекрасным идеалам – нас мгновенно постигнет крах. Вы – демон с ангельским голосом. Потому вас и необходимо изолировать. Понимаете? – спросил он Комари.

…Но она, разумеется, отрицательно покачала головой.

– Ничегошеньки я не понимаю! Ведь если не поступать правильно – тогда для чего вообще нужна наша сила?! Для этого был создан Реинкарнатор?! – спросила Комари в ответ.

После чего Кокуфудзи… хихикнул.

– Ч-что смешного?

– Хе-хе-хе… Нет, прошу меня извинить. Когда я говорю с вами, мне всё время кажется, будто я смотрю на прошлого себя, – ностальгично улыбнувшись, Кокуфудзи вдруг начал говорить о чём-то совсем другом: – Мисс Комари, кем я выгляжу в ваших глазах? Наверняка: «мерзким и надоедливым мелким злодеем, который тащит слабых на путь зла»?

Комари вздрогнула.

– …Н-ну, думаю, у вас мало друзей.

– Ха-ха-ха, благодарю вас за честный ответ… Но когда-то они были. Истинные друзья, понимающие друг друга, – его взгляд устремился вдаль. – То было славное время. У меня были замечательные товарищи, цель спасти мир, и я каждый день тренировался, чтобы стать идеальным героем. Я прикладывал столько усилий, что вошёл в число сильнейших в А-ранге… Да, я верил, что сила героя, дарованная госпожой богиней, сокрушит любое зло.

Выражение лица рассказывавшего о прошлом Кокуфудзи стало необычайно мягким – обычно окружающая его пугающая атмосфера полностью испарилась. Смутно, но Комари поняла, что это и было его подлинное выражение лица.

Но длилось это недолго.

– …Однако я изменился. Хотя, наверное, правильнее будет сказать, что пришёл к пониманию. Дело было на турнирном бое во время таких же, как сейчас, военных учений. Нам противостояли тогдашние S-ранговые. Хотя для них, мы, должно быть, выглядели самодовольной командой новичков. Так что они устроили нам небольшое публичное наказание… Нас разгромили. Не позволили ни сопротивляться, ни сдаться и издевались до конца, пока не разнесли в пух и прах. Это и заставило меня осознать жестокую истину: мир не делится на «добро» и «зло». В нём есть лишь «сильные» и «слабые».

Это прошлое, о котором он сухо поведал, было прямо как несчастье, обрушившееся на Канон. Комари на мгновение потеряла дар речи… но всё равно посмотрела Кокуфудзи прямо в глаза.

Несчастное прошлое не может быть оправданием для всего.

– Но это неправильно! Пусть вам и было горько, но мстить – ошибочно! Ведь мы все герои и товарищи! Есть иной путь… – хотела было сказать она, но Кокуфудзи холодно её оборвал.

– «Все»? Ха-ха, отнюдь. Мы с ними фундаментально различаемся. Я ведь уже говорил, что в мире есть лишь два типа людей: сильные и слабые. И сильные – это горстка избранных героев… Иными словами, высокоранговые. Ты ведь знаешь, что у оригинальных навыков, которыми обладают герои, есть более высокий уровень? – Кокуфудзи прошептал: – Состояние, достичь которого может ограниченное число истинных героев. Ну а все S-ранговые открыли эту дверь. Поэтому мы с ними не одинаковые. Прямо как муравьи отличаются от слонов, мухи от соколов, а обезьяны от людей… Между нами лежит абсолютно непреодолимая пропасть!..

Комари понимала, что это не простая метафора или преувеличение. Он говорил о чём-то, что реально существует.

– В тот день мы усвоили это. И цена за это знание была слишком высока. Хотя шрамы на теле зажили, ужас, впечатанные в сердце – не исчезнет никогда. Мои друзья решили все покинуть школу. И я тоже… Вот только терять воспоминания всё-таки было страшно, так что перед этим я решил разок встретится со старыми друзьями. Оглядываясь назад, это было очень глупо. Они, разумеется, всё забыли. Моё лицо, мечты, которые мы некогда разделяли, мир, что мы вместе спасли… Все наши суровые, но весёлые приключения.

В чертах лица Кокуфудзи проступила невыразимая тоска… Но и её он подавил, оставив лишь пылающую решимость.

– Поэтому я перестал сбегать. Если всё забуду даже я, то эти дни действительно канул в лету. Для меня это куда страшнее. И в то же время я решился, изменить эту школу, где властью обладают сильные! – его голос наполнился невиданной страстью. – Да, корень зла в этой школе! «Искажённая система рангов, культ силы, возведённый в абсолют, и откровенное неравенство в обращении… Это – отравленный горшок, где слабые – жертвы, а сильные становятся ещё могущественнее! И всё решает центральный орган школы – исполнительный комитет! Поэтому я организовал Резистанс, чтобы раздавить школу. Мы использовали Реинкарнатор, чтобы заманивать слабых и давать им «высокую цель» борьбы с сильными, создав мощное и безжалостное войско. Вместе с ними мы однозначно вырежем под корень текущий прогнивший исполнительный комитет. И затем изменим эту школу, сделав местом, которое можно будет назвать школой в истинном смысле этого слова, где учат, как правильно обращаться с силой! Чтобы больше таких трагедий никогда не случалось!!

В его пламенной речи звучала непоколебимая решимость. Ему не было дела до того, скольким высокоранговым придётся причинить страдания ради этой цели. Он не чурался никаких злодеяний. Дьявольская твёрдая решимость.

Но больше всего Комари пугало то, что он сам отчётливо осознавал свою неправоту. Прекрасно осознавая, что это зло, он сознательно повторяет ошибки ненавистных врагов. Комари была попросту напугана невообразимой болью, что ждёт его на этом пути. Но в то же время понимала: какие бы доводы она ни привела – он с него не свернёт.

– Что ж, что-то я малость заболтался. Видно, ваш энтузиазм заразителен… Или же… я оправдываюсь перед прошлым собой. Хе-хе, в любом случае это глупо. Прошу вас забыть о том, что сейчас было. Если я не смогу сдержать эмоции, то растеряю всех сторонников.

Вернув себе обычную холодность, Кокуфудзи самоиронично улыбнулся.

– Но переживать об этом нет нужды.

– О-о чём ты?.. – спросила Комари.

Однако вместо ответа, Кокуфудзи прочитал небольшое заклинание. В этот миг из воздуха появились цепи и связали Комари, словно змеи. Разумеется, беззащитную Феррис со спящей Лалой постигла та же судьба.

– …?! Б-больно.. Что это такое?..

– Хм, не по-джентельменски обращайся с леди.

Проснувшись от внезапной боли, Лала издала маленький вскрик.

– Эй, не трогай их!

– Это зависит от вас, – холодно заявил Кокуфудзи и увёл их троих с собой.

Они направлялись под землю – ещё глубже тюремного этажа.

– Где это мы?.. – очень встревоженным голосом воскликнула Лала посреди жуткого коридора, в котором практически не было освещения.

– Не бойся. Давай возьмёмся за руки.

Комари взяла Лалу за руку, несмотря на то, что была скована, но девочка всё равно выглядела напуганной. Оно и неудивительно в такой-то ситуации.

Феррис погладила её по щеке кончиком хвоста, чтобы успокоить.

– Не беспокойся, Лала. Что бы ни случилось, конец уже предрешён. Кёя придёт, разнесёт их всех в пух и прах и на этом всё закончится.

Услышав, как она решительно и без колебаний заявила это, Кокуфудзи фыркнул.

– Похоже, ваш фамильяр та ещё оптимистка… Будь такой герой реален – страдать бы никому не пришлось.

Прошло несколько минут.

Пройдя через несколько тайных дверей, они прибыли в маленькую комнату, где их ждала…

– Ох, добрый вечер, ребята.

Сноэлла со своей обычной мягкой улыбкой на лице.

– Ч-что богиня здесь…? – нахмурилась Комари, но тут же поняла. – Неужели вы собираетесь запечатать наши воспоминания?..

Она знала, что богини обладают силой запечатывать воспоминания. Должно быть, это быстрейший способ сохранить секреты Резистанса. Но эти методы же прямо как…

– Это же как в школе…?!

– Да, именно так. Их методы отвратительны, но в то же время эффективны… Ну и? Думала эти упрёки тронут меня сейчас?

Выражение лица Кокуфудзи оставалось непоколебимым. Ведь он был готов любыми средствами исправить эту школу.

– Ну что ж, госпожа Сноэлла, давайте не будем откладывать в долгий ящик.

– Хорошо. Если ты настаиваешь.

Кивнув, Сноэлла подошла к Комари. Будучи скованной, она не могла сопротивляться.

…Но в этот момент раздался стук в дверь, а за ним последовал голос обеспокоенного ученика.

– Кокуфудзи, вы здесь?!

– Я же говорил вам не приходить сюда.

– Н-но у меня срочное донесение! Только что была активирована крупномасштабная магическая формула обнаружения…

– …? Исполнительный комитет? Но мы же должны быть в их слепой зоне…

– Я сам не знаю деталей, но… Короче, барьерный отряд сказал позвать вас…

– Вот как? Хорошо. Но сейчас…

– Всё хорошо, Ицуки, – вмешалась сзади слушавшая их разговор Сноэлла. – Без тебя им будет тревожно.

– Но оставлять вас одну… Хотя, ладно. Я оставлю големов вместо себя. Если что-то случится, я мигом примчусь к вам.

С этими словами, Кокуфудзи создал шестерых големов и быстрым шагом ушёл вслед за учеником-посыльным.

В тот самый момент, когда его спина исчезла вдали…

– Г-госпожа богиня! – окликнула её Комари.

Может, она и помогает Кокуфудзи, но она всё ещё богиня. Если рассказать ей правду о искажённых идеалах Кокуфудзи, то, возможно, она поможет им.

Разумеется, надежды на это были призрачные… Но события приняли неожиданный поворот.

– Что ж, похоже, Ицуки ушёл, – вздохнув с облегчением, пробормотала Сноэлла, а затем произнесла немыслимое. – Не беспокойтесь, Комари, Лала. Я… тайно вас освобожу.

– Что?..

Сноэлла обернулась и улыбнулась. Им не послышалось. Похоже, Комари не было нужды убеждать её – она изначально собиралась помочь им.

– Неужели вы тоже хотите остановить Кокуфудзи, госпожа Сноэлла?..

– Да, так и есть. Мне известно его болезненное прошлое. Поэтому я и помогала ему с запечатыванием воспоминаний и созданием Реинкарнатора, но… всё-таки это неправильно. Мне следовало взяться за дело раньше. Но мы, богини, слабы… поэтому он заставил меня помогать… однако теперь, когда его нет, вам нечего бояться. Я сделаю вид, что запечатала ваши воспоминания и отпущу вас.

– Ясно, вот оно как было…?!

В душе Комари вздохнула с облегчением. Богиня мышления прекрасно понимала сложившуюся ситуацию.

Но тут Сноэлла вдруг нахмурилась.

– Ох, вот ведь незадача. Я бы хотела вас отпустить, но… что нам делать с этими големами? Поскольку них высечен приказ автоматически подавлять любое сопротивление и попытки к побегу, они не будут меня слушаться.

Комари и остальные были скованы магическими цепями и находились под наблюдением шестерых големов. В данный момент они ничего не делали, однако любое подозрительное движение немедленно спровоцирует атаку.

Что же нам делать? – ломала голову Комари, в то время как на Сноэллу, судя по всему, снизошло озарение.

– А, точно! Тебе нужно просто победить их!

– Э? Н-ну, в общем-то вы правы, но…

Мысль была предельно здравая… Вот только, схватили её как раз потому, что она не способна их победить…

– Хе-хе-хе, не делай такое лицо, всё будет хорошо. У меня есть сила, которое позволит тебе осуществить это… Вот!

Улыбнувшись, Сноэлла протянула ей…

– «Реинкарнатор»…?

– Да, именно. С ним ты сметёшь их всех! Ну же, открой ротик.

– П-подождите, я…

– Эх, сейчас не время капризничать. Мы должны торопиться.

На мгновение Комари заколебалась перед протянутой ей таблеткой.

Недавно я наотрез отказалась от неё. Ведь лучше не иметь силы, которая используется, чтобы издевательств… Но сейчас ситуация была иной. Если я воспользуюсь ей для спасения Лалы и Феррис, то один раз можно… – размышляла она, как вдруг…

– Хе-хе-хе… Что за низкопробный спектакль ты тут разыгрываешь, Сноэлла? Ты же с самого начала не собиралась отпускать нас, так с какой целью пытаешься скормить ей своё средство? – раздался из-под ног хихикающий голос Феррис.

В этот момент черты лица Сноэллы стали чуть суровее.

– …Ох? Не припоминаю, чтобы у меня были знакомые кошечки… Кто вы, собственно, такая?

– Кто знает? Попробуй догадаться сама, используя своё умную голову. Хочешь, дам тебе намёк?

– Хе-хе-хе, звучит забавно… Но, довольно. У меня нет времени играть с тобой в загадки.

– Вот как? Очень жаль. А ведь я думала приготовить приз получше этих грязных семян.

Стоило только Феррис это упомянуть, как в тот же миг выражение лица Сноэллы явно переменилось.

– Нет, правда, кто ты такая? Из нейтральной фракции? Оппозиционной? Или же одна из приспешниц Хельзы?

– Ой, как странно. Я думала, ты не собираешься играть в загадки.

– Э-эм, о чём именно вы говорите?..

Феррис язвительно усмехнулась, а выражение лица Сноэллы исказилось. Комари же их диалог был совершенно непонятен.

После чего Феррис начала говорить нечто неожиданное.

– Послушай внимательно, Комари. Сила, которую вы зовёте «оригинальными навыками» – это не дар богинь. Они представляют из себя семя, что изначально обитает внутри человеческой души. Именно поэтому «оригинальный» в названии скорее имеет значение «первоначальный», чем «собственный». Ведь это название первого семени, коему однажды суждено стать древом, – сухо изложила Феррис.

Об этом факте Комари узнала впервые. Однако… какое сейчас это имеет отношение к…?

– Поэтому то, что силу вам даруют богини, говорят лишь для удобства. Строго говоря, богини только представляют ключ для снятия печати семени… Однако, используя средство под названием Реинкарнатор, она действительно даровала вам оригинальные навыки. Но в чём фокус? – Феррис смерила Сноэллу пристальным взглядом, и сама же ответила на свой вопрос: – Ответ прост: Реинкарнатор создан из души настоящего живого человека, не так ли?

Услышав об этом, Комари потеряла дар речи.

– Средства, сделанное из человеческой души?.. Неужели вы заставили всех… Канонушку выпить нечто подобное? – спросила Комари, повысив голос.

В ответ Сноэлла спокойно открыла рот. Где-то в глубине души Комари надеялась, что она будет отрицать это.

С уст богини же однако сорвался… усталый вздох.

– Ах, вот поэтому я и ненавижу людей. Какие же они все до невозможности жалкие. Мораль, долг, этика… Тьфу, аж тошнит. Ты прямо как Хельза. Интересно, все призванные ей герои, такие? Я не понимаю – что души, что жизни всё равно исчезнет через какие-то сто лет, так какая разница? Почему бы нам не стремиться к инновациям? – проворчала Сноэлла, будто став совершенно другим человеком. – Эй, Комари, как тебе этот мир? Тебе в нём весело?

Её тон был таким же материнским, как и при их первой встрече. Но теперь, судя по всему, она не собиралась выслушивать ответ на свой вопрос.

– Лично мне, очень-очень-очень и о-о-о-очень скучно. В этом Мировом Древе что люди, что богини, что демоны – все лишь действуют, согласно данной им роли. Нет ни инноваций, ни прогресса. Нет, вам, игрокам, наверное, всё-таки весело. Но мы несчастны. Нам запрещено вмешиваться в мир – лишь отпирать и запирать печати. Мы обременены ролью вечно наблюдать за скучным миром со стороны с самого своего рождения. Уверена, если вам включить зацикленное примитивное детское анимэ миллион раз подряд, то вы сможете хоть немного понять мои чувства. Поймёте, насколько ужасающая эта пытка.

Каждое слово Сноэллы было полно накопившейся досады и неудовлетворённости.

– Но знаешь, совсем недавно произошло несколько приятных событий: появление Лост Нуара, восстание Розе… Да, с самого момента основания этой школы, я просто не могла унять чувство взволнованности. Я решила, что наконец-то смогут начать что-то новое! Но этого не случилось. Стоило лишь ознакомиться с результатами, и в итоге я узрела лишь повторение событий, которые где-то уже видела. Даже богини школьной фракции просто хотят подражать людям. В чём нет ничего удивительного, ведь именно такими богини и созданы. Смотри, даже сейчас, я не могу силой впихнуть Реинкарнатор даже тебе – слабейшей героине, которая даже пальцем пошевелить не способна. Это просто до невозможности жалко.

Самоуничижительно улыбнувшись, Сноэлла протянула руку в нагрудный карман.

– Поэтому… Я решила сделать так.

Она достало нечто, совершенно неподходящее фэнтезийной богине – хладный пистолет. А его дуло было направлено… не на Комари, и не на Феррис.

– Дудочка?.. – задремавшая во время сложных разговоров Лала несколько раз моргнула, глядя на направленное на неё дуло пистолета.

– Э-эй, вы что делаете?!

– А разве не очевидно? Это крайне удобно… Мы – безучастные зрители и наше влияние на мир ограничено. Но так как мы обе – богини, я могу сделать с ней всё что угодно.

– Ого, низко же ты пала, Сноэлла. Похоже, есть какая-то причина, по которой ты хочешь заставить её выпить Реинкарнатор.

– Да, так и есть. Это финальная стадия эксперимента по началу чего-то нового. Поэтому мне нужно, чтобы она выпила его любой ценой.

В миг, когда Сноэлла, сказав это, повернулась к Комари…

– А теперь, ежели ты дорожишь этим дитя, то…

– Хорошо, я выпью!

Её мгновенный и решительный ответ заставил Сноэллу довольно улыбнуться.

– Ох-ох, ну надо же – как быстро ты решилась.

– Не надо, Комари. Есть другой способ…

– Спасибо Феррис. Но со мной всё будет хорошо!

Реинкарнатор. Теперь, когда она знала, что это продукт зла, попирающего этику, один лишь его вид вызывал у неё тошноту. Однако…

Ничего страшного, – решилась Комари. Ведь ей было не впервой нести на себе крест чужой жизни.

После чего Комари проглотила протянутый Сноэллой Реинкарнатор.

В следующий миг…

– Угх…

Глубины сердца охватил жар, словно внутри что-то загорелось. Одновременно с этим на правой руке возникла слабая пульсирующая боль. Посмотрев туда, она увидела, как из-под рукава сочится блеклый зелёный свет. Сноэлла засучила рукав, чтобы убедиться, и обнаружила там… прекрасную Печать Спасителя Мира.

– Хе-хе-хе, смотри, разве не чудесна Печать Спасителя Мира, которую ты так желала? – саркастично усмехнулась Сноэлла. – Но это ещё не всё. Сейчас начнётся настоящее действие. Тебе стоит поблагодарить меня. Ведь я собираюсь продемонстрировать тебе кульминацию своих экспериментов… Дверь, ведущую в новый мир. Место, до которого слабая девочка, вроде тебя, по идее, не добралась бы никогда даже за всю жизнь. Тебе очень повезло, – зловеще прошептала Сноэлла с лицом, полного невиданного ожидания и восторга.

Хотя Комари и понимала, что эти слова явно намекали на ужас того, что вот-вот произойдёт, она ничего не могла с этим поделать.

После чего Сноэлла с широкой улыбкой на лице произнесла:

– «Ордер[1]: Флоранти…

Однако в тот самый миг, когда она собиралась закончить фразу…

Раздался звук, будто что-то раскололось. И в то же время с появившейся Печатью Спасителя Мира произошла аномалия.

…Печать, что должна была сиять зелёным, медленно увядала, теряя цвет.

– Отторжение?.. Нет, скорее… Поглощение?.. – растерянно пробормотала Сноэлла, пока Печать Спасителя Мира стремительно увядала.

А затем исчезла в мгновение ока… Однако всё на этом не закончилось. Одновременно с этим из груди Комари полился яркий свет. Стоило этой вспышке озарить сковывающие девушку цепи, как они мгновенно исчезли, а бросившиеся в атаку големы превратились обратно в земляные глыбы. Вдобавок к этому всё в комнате мутировало при контакте со светом. Некоторые вещи лопались, другие – исчезали, а третьи – возвращались к исходным материалам, из которых были созданы. Сие зрелище не иначе как странным назвать было нельзя.

– Отторжение? Очищение? Регрессия? Да что у неё за оригинальный навык такой?! Почему такое семя оказалось у «бракованной», вроде тебя…?! Нет, так вот почему Хельза…?! – бормотала сама с собой в экстазе Сноэлла, глядя на этот загадочный феномен.

А рядом Комари отчаянно пыталась подавить этот аномальный свет. Однако льющийся свет лишь становился всё сильнее, вопреки воле Комари.

Если так продолжится, то в итоге он поглотит всё.

(Нет, я не могу его подавить!..)

Но в этот момент…

– Чего паникуешь, Комари? – раздался спокойный голос Феррис посреди этих катаклизмов. – Эта сила малость броская, но страшиться тебе нечего, ведь она твоя. Она принадлежит тебе. В чём тогда её отличие от меча, которым ты постоянно машешь? Давай, вспомни, как его нужно держать, не паникуя. Встать в стойку, вскинуть меч, а затем опустить – ты ведь каждый день это делаешь, не теряя интерес.

Слова кошки звучали беззаботно и расслаблено, как и всегда. Возможно, благодаря непринуждённому тону Феррис, запаниковавший разум Комари вновь обрёл покой.

Феррис права. Если это меч, то я знаю, как держать его в руках. Мои руки, ноги и каждая частичка тела помнят ощущения от меча. Поэтому… у меня точно получится.

Комари медленно выровняла дыхание и вообразила стальной меч, который всегда использует. Приложив обе руки к бушующей силе, она крепко её сжала, словно выжимая. Комари ощутила вес, текстуру, и остроту всем своими телом и стала с ними едина.

Да, в прошлом она бы просто сдала под весом меча. Но теперь всё было иначе. Благодаря ежедневным тренировкам и бою с Юки, она, несмотря на слабость, научилась контролировать меч собственными силам. Тут всё аналогично.

С умиротворением разума и тела вышедший из-под контроля свет постепенно конвергировался. Постепенно он изменил форму и стал обычным коротким мечом… И наконец вернулся в грудь Комари, словно убранный в ножны.

После чего свет полностью исчез…А Комари рухнула на коленки.

– Х-ха… х-ха… х-ха…

– Угу, молодец. В качестве награды я позволю тебе потом погладить себя.

Прямо как во время первого использования «Эль Вискама», все силы покинули Комари. Но даже так, она умудрилась удержать его под контролем.

Комари была измождена, но в то же время испытывала облегчение… Но это всё ещё был не конец.

– Хе, хе-хе-хе… Прекрасно, просто великолепно. До чего изумительное благословение!.. – поднялась из руин с блаженной улыбкой Сноэлла.

Даже увидев столь аномальную силу, она, казалось, ничуть не испугалась.

– Ну же, выпей ещё больше Реинкарнатора! Мы должны взрастить твоё семя! – в экстазе приближалась она. – И тогда, именно ты станешь новым Мировым Древом…

Комари не понимала смысла сказанных ею слов. Но продолжать это она в любом случае больше не собиралась.

– Отказываюсь! – чётко заявила Комари и встала на защиту Лалы.

Из-за того света, цепи с големами исчезли. У неё больше не было причин подчиняться Сноэлле.

Но, разумеется, богиня тоже это понимала.

– Ладно, мне тебя не сдержать. Поэтому… пусть с героем разбирается другой герой, – ухмыльнувшись, Сноэлла тут же создала в воздухе пространственную дыру и крикнула в неё: – Ребята, шпионка сбежала! Прошу, помогите!

Наверняка голос, созданный фирменной пространственно-временной магией богинь, достиг всей базы. Комари была шпионкой-предательницей, а Сноэлла – возглавляющей Резистанс богиней. Стоит им ещё раз её поймать, и они с лёгкостью сочинят очередную ложь.

Дело плохо, нам нужно срочно отсюда сматываться, – осознала своё невыгодное положение Комари и, схватив Лалу за руку, бросилась бежать. Решение было на редкость верное… Но, увы, малость запоздалое.

– Эх, ну и дела.

В миг, когда Комари обернулась, она увидела перед собой белоснежный дым, из которого показался Кокуфудзи с усталым видом… С момента команды Сноэллы прошла лишь секунда, однако для настоящих героев секунды более чем достаточно.

– Кто бы мог подумать, что вы доставите неприятностей госпоже Сноэлле. Судя по всему, вам нравится сеять хаос среди нас.

– Прости меня, Ицуки. Это моя оплошность. Не мог бы ты схватить их ещё раз?

– Конечно.

Кивнув ей, словно Сноэлла могла его об этом и не просить, Кокуфудзи вытянул руку. Естественно, Комари не могла ему сопротивляться.

Верно, для него схватить одного провалившегося героя – проще пареной репы. Настолько легко, что займёт всего секунду… однако для настоящих героев секунды более чем достаточно.

– Приношу свои извинения, но не мог бы ты не трогать моих друзей своими грязными руками? – раздался звонкий голос, разрывающий отчаяние.

Его владелица спустилась в эпицентр затруднительной положения, словно весенний ветер.

– Кано… нушка…?!

– Рада, что ты цела, Комари.

Появившаяся девушка – Канон – решительно преградила путь Кокуфудзи, защищая Комари.

…Однако Кокуфудзи всё равно улыбался, несмотря на то, что ему помешали.

– Так-так-так, кто бы это мог быть? Не иначе мисс Канон. Что привело вас сюда? Не думаю, что это возможно, но… вы ведь не скажите: «Я пришла спасти её», не так ли? Не слишком ли эгоистично будет прикидываться подругой, после столь ужасного предательства? Или я не прав? – язвительно улыбнулся Кокуфкдзи.

И это была чистая правда.

– …Да, пожалуй, ты прав – я предала Комари. Будучи не в состоянии преодолеть свой страх, я сбежала, бросив Комари… Но наконец-то я поняла, что куда больше я боюсь потерять дружбу с Комари… Поэтому, – Канон робко повернулась к подруге. – Комари… пожалуйста, про…

– Давай действовать по плану А, Канонушка! – бодро произнесла Комари, не дав Канон закончить фразу. – Я атакую! Начнём с «бабах», а дальше по обстановке! – громко раскрыла свой бесполезный план Комари и естественно встала плечом к плечу с Канон.

Словно так и надо было.

Верно, проблема не в том, простит или не простит. Ведь Комари с самого начала не считала её поступок предательством.

– …Хе-хе, всё-таки Комари есть Комари.

Улыбка наконец вернулась на лицо Канон. Одна лишь мысль о том, что она стояла рядом со своей вечно неизменной и несравненной лучшей подругой, согревало сердце Канон. Комари явно не осознавала, что обладала способностью придавать другим отваги.

Так что…

– Спасибо, Комари… Но я должна извиниться ещё раз.

– Э?..

– Разыграем этот план в следующий раз.

Едва Канон это прошептала, как вдруг образовался вихрь, который мгновенно принял форму единорога – духа ветра – и окутал троицу, включая Комари, гривой из лёгкого ветерка. После чего единорог бросился к выходу, оставив свою хозяйку позади.

– К-канонушка, что ты…?

– Прости меня, Комари, но я не могу потерять тебя здесь. Ты… станешь всеобщим героем.

На этом их разговор окончился. Нёсший Комари и остальных единорог убегал, несясь по коридорам, словно порывистый ветер.

Ведь она понимала, что стоявшая перед ним девушка не пропустит просто так.

– «Иди первой, а я здесь разберусь»? Ну и ну, до чего же это глупо. Я всё равно моментально их догоню и всё вернётся на круги своя. Ваши действия начисто лишены смысла. Так что, избавьте меня от этих бесполезных потуг, преклоните колено и дайте мне пройти. Тогда мне не придётся причинять вам боль.

– Ох, откуда ты знаешь, что мои потуги «бесполезны»? Что если… я одолею тебя здесь и сейчас?

– Хе, что точно бесполезно, так это то, как вы сейчас храбритесь. Просто взгляните, вы же… сами дрожите. Думаете, что сможете победить меня в таком состоянии?

Да, Кокуфудзи сказал абсолютную правду. Всё её тело тряслось настолько сильно, что она не могла физически скрыть это. Она всё ещё не избавилась от страха перед битвами, который отпечатали в ней «Розенские детки».

Но… несмотря на оцепеневший дух, Канон улыбнулась. Настолько высокомерно, заносчиво и гордо, насколько вообще могла.

– Дрожу? Хе-хе-хе, дурачок. Ты… в курсе вообще про «дрожь от предвкушения»?

– …Понятно, значит, таков ваш ответ. Да будет так. Ежели таково ваше желание, то я ещё раз продемонстрирую вам муки, страх и отчаяние!..

Он посмотрел на Канон сверху вниз холодным, словно лёд, глазами.

----…

--…

– Прошу, вернись! Я должна спасти Канонушку… – отчаянно кричала Комари верхом на скачущем по коридорам единороге.

В тот раз Комари чётко сказала ей, что спасёт её. А в итоге спасли опять её саму. Это неправильно. Я не хочу этого. Чем без конца убегать… лучше сражаться вместе до самого конца, даже если мы ему не ровня.

Но единорог не останавливался. Она игнорировала голос Комари и продолжала неистово нестись вперёд, сметая учеников, что вставали у неё на пути… Ведь таков был последний приказ её хозяйки.

И вот, когда они уже достигли выхода в вестибюле первого этажа…

– Всем открыть огонь!

Едва они вошли в зал, как в них разом полетело множество разных атакующих заклинаний. Их выпустили ученики, которые поджидали в засаде в слепых зонах.

Всего их было около пятидесяти человек. Даже скачущий в форме ветра дух никак не могла уклониться от атаки пятидесяти героев, усиленных Реинкарнатором. В итоге её подстрелили в шею, и она рухнула.

– Кья-а-а…?!

Троицу швырнуло от удара. Шустро прижав к груди Лалу и Феррис, Комари сильно ударилась об пол.

– Ай!.. В-вы целы?..

– К-комари… у тебя кровь!..

– Это было слишком безрассудно!..

Острая боль пронзила всё её тело, а сознание было как в тумане. Она чувствовала, как с головы стекает густая горячая кровь. Но она всё равно встала на ноги и улыбнулась, чтобы не тревожить их… и увидела, что они окружены. Все держали оружие на изготовке и не скрывали свою враждебность.

Бежать некуда, оружия – нет, плана, как выбраться из такого положения – тоже. Ситуация уже была патовой, но Комари всё равно…

– Не волнуйтесь, я защищу вас!..

Комари широко раскинула руки, защищая их. Как бы сильно ни загнали её в угол, она никогда не сдастся. Во имя подруги, что поставила на кон жизнь, чтобы дать ей сбежать.

Словно это было в порядке вещей, бесчисленные руки потянулись к Комари. Хотя она и понимала, что это безрассудно, Комари в ответ сжала свои кулаки.

– Достойная решимость, но… похоже она тебе не понадобится, – вдруг пробормотала Феррис за мгновение до того, как их схватили. После чего, лениво зевнув, чёрная кошка пожаловалась в пустоту: – Ты сильно опоздал, Кёя.

Огромная дверь, которая должна была быть заперта на многослойную печать, мгновенно разлетелась на куски, словно лист бумаги.

Извне хлынул яркий свет, и все присутствующие закрыли глаза. После чего вместе с воздухом показался… один парень.

– Прости, что опоздал.

Это был такой же, как и всегда, Кёя Кудзё с таким же, как и всегда, немного смущённым выражением лица, в такой же, как и всегда, малость невзрачной одежде.

– К-кёя, ты опоздал!!!

– Тебе ещё миллион лет расти, чтобы опаздывать в геройском стиле!

– Говорю же, прости меня. Тем более добраться сюда было очень непросто.

Стоило ей увидеть его спокойную улыбку, как у Комари подкосились ноги, и она нечаянно упала попой на пол. Кёя погладил её по голове.

– Спасибо, что защитила Феррис и Лалу.

– Кёя…

Одни эти его слова смели все её тревоги и боль, словно ветер, подувший в запертую крепость.

…Однако ситуация оставалась неразрешённой.

– Всем, приготовиться!

По команде члены Резистанса тут же нарастили магическую силу. Даже вместе с Кёей, у врага всё ещё было значительное численное преимущество. Да и к тому же, что изменит ещё один провалившийся герой? Их могут просто схватить всех разом и дело с концом.

Но в миг, когда они увидели вторую фигуру, появившуюся вслед за Кёей, выражения лиц учеников поменялось.

– Догнала. А ты быстрый, Кёя, – сказала пришедшая с опозданием вторая фигура.

Стоило им увидеть её, как лица всех учеников напряглись.

– …Д-да вы гоните…

– «Розенские детки»…?

С бесстрастным выражением лица объявилась Хина Кирасаки. При появлении наименее желанного здесь S-рангового героя, все оцепенели. Само собой, включая Комари и остальных.

– О, суперсильная девочка!

– Хе-хе-хе, и где ты её только подобрал?

– Успокойтесь, пока что она союзник… наверное. Мне бы хотелось всё объяснить, но сейчас совсем не до того, – успокаивая их, Кёя переключил внимание на членов Резистанса.

Хотя появление Хины подняло шумиху, они – обученный отряд. Вечно они растерянными стоять не будут.

– Не бойтесь, у нас есть Реинкарнатор! Защищайте нашу базу до самого конца!

Верно, Реинкарнатор – это оружие, созданное для этой цели. Чего им бояться?

Стоило им всем разом проглотить по ещё одному семени, как сила Резистанса возросла в несколько тысяч раз. Группа из почти пятидесяти человек со множеством способностей… Их боевые способности достигли такого масштаба, что их впору было назвать «армией». В данный момент они стали сильнейшим войском, намного превосходящей совокупные силы всех стран на планете. Больше никто не сможет остановить их марш.

…Если быть точнее, то никто, «за исключением этих двоих».

– Кёя, снова пополам?

– Да, давайте так… Комари, Лала, подождите немного – скоро всё закончится.

Даже перед лицом подавляющей военной мощи, Кёя и Хина оставались невозмутимы.

Само собой, Комари не могла позволить безрассудствовать им одним и тоже немедленно встала на ноги.

– П-подождите, я…

«Помогу вам», – хотело было сказать она, но…

– …Давайте… биться… вме… Ась? – стихла под конец фразы Комари.

И причина на то была проста – спустя считанное мгновение армия Резистанса уже была разгромлена.

– Конец.

– Извини, что заставил ждать, Комари… Кстати, что ты только что сказала? Прости, я толком не расслышал.

– …Д-да так, ничего…

И так данная битва резко закончилась. Все ученики были без сознания. Теперь у Комари и остальных была возможность сбежать, не опасаясь преследования.

– Что ж, давайте поскорее отступим. С остальным пусть разбирается исполнительный комитет…

Кёя развернулся… Однако Комари побежала в противоположном направлении.

– Эй, Комари?! Куда это ты?!

– Возьми Лалачку с Феррис и уходите без меня! Я должна вернуться и спасти Канонушку!

– Канон?.. – услышав о ней, Кёя в целом понял, что случилось. – Ладно, я понял. Но это моя задача. А Лалу с Феррис я представляю тебе. Так что уходите без меня.

– Н-но ведь так нельзя…

Она никак не могла допустить, чтобы Кёя один подвергал себя опасности. В тот самый момент, когда Комари уже собралась упрямо пойти дальше… Из неожиданного места показался человек, который согласился с ней.

– Да, мисс Комари права. Так нельзя, – настойчивым тоном произнёс Кокуфудзи, приведя с собой оставшиеся силы Резистанса. – Ну и ну, такого я не ожидал. Кто бы мог подумать, что к нам заявится сама госпожа номер два в школе. Однако… вы же не рассчитываете побуянить здесь в своё удовольствие, а затем просто уйти, не так ли?

На лице Кокуфудзи появилась его обычная улыбка. Однако Комари не слышала, что он там говорил. Раз Кокуфудзи сейчас здесь, то, выходит, что…

– Ч-что с Канонушкой…?!

– Ох, есть ли смысл отвечать на ваш вопрос? И так должно быть очевидно, разве нет?

– Кх!..

В этот миг Комари, сломя голову, рванула с места… но Кёя схватил её за руку и остановил.

– Не поддавайся на провокацию… Он на совершенно ином уровне в сравнении с другими.

Кёя чётко видел.

Окутывающая Кокуфудзи магическая сила была отточена до уровня, не идущего ни в какое сравнение с другими учениками. Натянутая, словно арбалет, но при этом гладкая, как водный поток. Его циркулирующая без малейших нарушений магическая сила была в идеальной боевой готовности. Что означало лишь одно – перед ними отлично натренированный воин.

И, судя по всему, Кокуфудзи думал о том же самом.

– …Хм, похоже, мы в невыгодном положении. Ребята, предоставьте её мне. Возьмите раненных и отступите в эвакуационное помещение.

– Н-но ваш враг одна из «Розенских деток»! Господин Кокуфудзи, в одиночку вы с ней…

– О чём и речь. В данный момент мы не сможем её победить. Стратегическое отступление будет разумным ходом. Однако, должно быть, в момент входа сюда они развернули формулу, блокирующую телепортацию. Поэтому я хотел бы попросить вас развеять её и защитить госпожу Сноэллу. Я выиграю вам время, – отдал Кокуфудзи рациональный приказ.

Каждое сказанное им слово было корректным, и его подчинённые, следуя приказу, принялись выносить своих павших товарищей и отступать.

Однако Кёя понимал, что это лишь показуха. Нет, в действительности слова «мы не сможем победить» сами по себе, вероятно, не были ложью. Но, должно быть, в его голове также была следующая мысль:

«А вот если я буду один, тогда другое дело».

– Феррис, правильно ли я понимаю, что это он здесь босс?

– Да, его поддерживает проблемная богиня, но... покамест можешь о ней не думать. Это он стоит за распространением Реинкарнатора.

Услышав этот диалог, Кокуфудзи, как всегда, учтиво поклонился.

– Меня зовут Ицуки Кокуфудзи. В дальнейшем имейте это в виду.

Разумеется, ни капли уважения в этом не было.

– И всё же я впечатлён. Никогда бы не подумал, что товарищ мисс Комари и вправду объединился со школой. А ведь я собирался использовать это лишь в качестве ложного предлога.

– Не пойми неверно. Так просто сложились обстоятельства. Я сам толком не понимаю, как так вышло.

– Ха-ха, ничего страшного. Я не собираюсь обвинять вас. Более того... Я благодарен вам. Ведь ты привёл к нам саму номер два в школе.

Взгляд Кокуфудзи пал на Хину.

Она же в ответ лишь бесцеремонно огласила, что ей нужно:

– Дай силу.

– Ох, как прямолинейно. Поверить не могу, что герой твоего уровня возжелает получить Реинкарнатор.

– Угу. Поэтому и пришла.

– Ха-ха-ха, вот оно как? Впрочем, мне хоть и жаль, что вам ради этого пришлось так потрудиться… но он не продаётся. Я не отдам его никому, кроме своих товарищей. Хотя, если вы перейдёте под наше знамя, то это будет совсем другая история, – язвительно насмехался Кокуфудзи.

После чего…

– Угу, ладно. Перехожу.

– Э-эй, Хина?! Вы хоть понимаете, что говорите?

Было неясно, поняла ли она идиому, но так или иначе в душе Кёя запаниковал.

Ведь изначально у Хины была лишь одна причина прийти сюда – чтобы получить Реинкарнатор. И ежели у такой простой девушки, как она, потребовать сотрудничество в обмен на препарат, то она вполне может послушно сделать всё так, как её просят. Если она сейчас обернётся против них, то ситуация резко ухудшится.

…Однако эти опасения развеял, как ни странно, сам Кокуфудзи.

– Хе-хе-хе, до чего же импульсивная вы особа… Тем не менее, я вынужден вам отказать. Стоять с вами плечом к плечу, пусть даже и ненадолго, для меня подобно смерти. Так что, коль уж вы так хотите эту вещь… попробуйте отнять её силой. Как вы обычно и поступаете.

Кокуфудзи нарочито показал Хине флакон, заполненный таблетками Реинкарнатора, а затем убрал его во внутренний карман.

А затем провокационно добавил:

– Если сможете, разумеется.

Сказав это, он тут же положил руку на свою одежду, а затем разорвал ткань от правого плеча до манжеты.

В этот миг…

– Это ещё что такое?..

Увидев обнажённую правую половину тела Кокуфудзи, Комари обомлела от страха.

И причина была очевидна с первого взгляда. От правой ладони до плеча его половина тела была окрашена в жуткий чёрный цвет.

(Татуировки?.. Нет. Выходит, это…)

Прищурившись, Комари сразу же заметила, что хотя с расстояния казалось, будто его рука была полностью окрашена в чёрный, но на самом деле это было скопление крошечных узоров. И каждый из них изображал… малый древесный лист.

(Печать Спасителя Мира?..)

Вся правая половина тела Кокуфудзи была заполнена огромным количеством Печатей Спасителя Мира.

– Это всё Реинкарнаторы?.. Но если принять так много, то…

– Да, вы правы. В обычной ситуации такая передозировка бы привела к полной утрате сил и смерти… Но я исключение из этого правила, – самоуверенно ухмыльнувшись, Кокуфудзи озвучил причину: – «Эйвис Вэйфэрер[2]» – навык развивающей категории высшей ступени, позволяющий адаптироваться и эволюционировать в любой обстановке. Это мой настоящий оригинальный навык. Он особенно хорошо сочетается с Реинкарнатором. Как видите, я не только выработал сопротивляемость к передозировке, но и не ограничен пятнадцатью минутами. Единожды полученные оригинальные навыки остаются со мной навсегда. Разумеется, чем больше я использую новые навыки, тем сильнее они эволюционируют.

Ассимиляция, привыкание, адаптация и эволюция… Понятно, почему он величает этот навык высшим среди развивающих. Питаясь Реинкарнаторами, Кокуфудзи стал «сверхмультиспособником», который способен управлять бесчисленным множеством эволюционировавших оригинальных навыков. Он воистину стал героем со спецификациями следующего поколения.

Понятно, плохо дело. Кёя невольно нахмурился. Сейчас ему нужно было как можно скорее добраться до Канон. Если он здесь застрянет, то члены Резистанса телепортируются вместе с ней.

Но тут…

– Иди дальше, Кёя.

– Э?..

Услышав неожиданное предложение Хины, Кёя не мог поверить своим ушам. Однако это не было жертвенным порывом вроде: «пожертвую собой ради Кёи».

– У меня дело к нему. У него дело ко мне. Поэтому я сюда и пришла.

Кёя хотел спасти Феррис и остальных.

Хина хотела заполучить Реинкарнатор.

До сих пор они сражались вместе лишь потому, что их цели совпадали. А теперь перед глазами Хины стоял Кокуфудзи с Реинкарнатором. А это значит, что у Хины больше нет никаких причин действовать заодно с Кёей… Хотя в этом была и толика благодарности за помощь.

– Спасибо, что привёл сюда.

– …Это вам большое спасибо. Будьте осторожны.

– Не волнуйся. Я сильная.

С окончанием этого диалога подошёл к концу и наш с ней альянс. Но мы с ней так и договаривались.

Слушавший наш разговор Кокуфудзи недовольно фыркнул.

– Ох-ох, кто это вам дал право решать всё самим? Думаете, я послушно дам вам пройти?

Реакция Кокуфудзи была совершенно естественной. С его точки зрения он не мог допустить, чтобы хоть кто-то из нас двоих достиг своих целей. Очевидно, что он попытается раздавить нас обоих.

…Точнее, должен был попытаться, но…

– Хотел бы я так сказать, но… ладно. Проходите, – резко изменил свою позицию Кокуфудзи и спокойно освободил путь к лестнице.

Этот явно неестественный поступок заставил Кёю нахмуриться.

– …Что ты задумал?

– Ха-ха, не тревожьтесь, это не ловушка. Ваш побег доставит нам неприятности, а вот… если вы войдёте внутрь, то никаких проблем не будет. Я всё равно потом вас схвачу, – улыбнувшись с полной уверенностью, Кокуфудзи добавил: – К тому же… мне бы не хотелось, чтобы кто-то мешал моей битве с ней.

Для него было бы нежелательно, чтобы кто-то присоединился к битве с номером два в школе… Да, это, несомненно, одна из причин, но Кёя чувствовал, что далеко не единственная.

Основание было простым – взгляд Кокуфудзи. С самого начала он пристально сверлил Хину взглядом, и его глаза сочились нескрываемой враждебностью. Если так подумать, то даже демонстрация своих способностей была частью этого. То был открытый акт устрашения. Кокуфудзи, который вроде бы был крайне рациональным парнем, не мог сдерживать переполняющую враждебность по отношению к Хине.

На то есть какая-то особая причина? Но хотя мне жутко интересно её узнать, но… сейчас некогда копаться в этом.

– Пошли, Кёя!

– …Да, ты права. Феррис, Лала, следуйте за мной. Учитывая сложившиеся обстоятельства, оставайтесь в поле моего зрения. Так будет безопаснее всего.

Кёя с остальными побежали на выручку к Канон вниз по лестнице.

Остались лишь Хина и Кокуфудзи.

– Итак, наконец-то мы с вами остались нае… – произнёс Кокуфудзи, проводив Кёю и его друзей взглядом, словно только этого и ждал.

Но в следующий миг боковую часть его лица пронзил мощный удар ногой. Получив прямой удар, Кокуфудзи отбросило сквозь прочную стену в соседнюю комнату.

– Конец.

К сожалению, Хине не были интересны скучные вступительные слова. Её целью был Реинкарнатор. А для этого ей нужно кое-кого одолеть. Поэтому она так и поступила. В её лексиконе с самого начала не существовало слов «подлость» или «неожиданный удар».

…Однако.

– Ну и ну, какая вы нетерпеливая… – раздался его голос из глубин обломков, и то же время невредимый Кокуфудзи неспеша вернулся из дальней комнаты. – Мы всё равно собираемся убить друг друга, так почему бы перед этим немного не побеседовать?

Хотя Хина его просто пнула, но все прочие ученики от такого удара гарантировано теряли сознание. А он, даже получив его, улыбался со спокойным выражением лица.

После чего Кокуфудзи с жуткой улыбкой на лице спросил:

– Впрочем, спросить у вас я хотел лишь одно… Вы помните меня?

На этот неожиданный вопрос Хина лишь склонила голову набок. Ей было совершенно невдомёк, зачем об этом спрашивать перед боём?

Но ответ был прост:

– Ты кто?

– Ха-ха, оно и видно. Да-да, именно так я и думал. Этого достаточно, –Кокуфудзи жутко засмеялся, словно услышал нечто уморительное… а затем тихо сказал: – Что ж, извините, что заставил ждать. Давайте начнём?

В этот самый миг, когда Кокуфудзи это заявил, он уже был за спиной Хины.

Обернувшись, Хина увидела перед собой его поднятую ладонь, из которой вплотную и без какого-либо прочтения заклинания была выпущена мощная молния. Не давая ей сделать даже шаг, молния поразила Хину прямо в лицо.

– …Хм.

После того, как яркая вспышка молнии рассеялась, Хина всё ещё стояла на том же самом месте, а на её лице не было ни единой царапинки. Почувствовав, что что-то здесь не так, Кокуфудзи немедленно дистанцировался от Хины.

Уклонение? Нет, она не двигалась с места.

Взаимоуничтожение? Нет, ничего напоминающего магию не было.

Абсолютная защита? Нет, в таком случае её одежда должна была запачкаться.

Блокирование чтения заклинаний? Нет, само заклинание активировалось без каких-либо проблем.

Мгновенная регенерация? Нет, атака вообще не достигла её.

А если ничто из этого… то остаётся лишь один вариант.

– Понятно… «Обнуление способностей»?

В этой школе, где собралось огромное множество людей с оригинальными навыками, было неожиданно трудно дать единое определение «силе». Одно дело простые усиления физических способностей и атакующие оригинальные навыки, но ведь есть ещё и навыки производящей категории, специализирующиеся на поддержке, барьерные, бафающие, дебафающие, накладывающие аномальные состояния и даже не вписывающиеся в эти рамки навыки, вмешивающиеся в правила, и так далее – оригинальные навыки учеников были невероятно разнообразны. Насколько бы высокий ранг у тебя ни был, тебя мог полностью «обезвредить» враг куда более низкого ранга из-за плохой совместимости. Фактически, за исключением неприкасаемого первого номера, даже среди героев S-ранга смена позиций была обычным делом.

Однако среди всего этого разнообразия есть лишь один тип способностей, который действует равно эффективно против любого оригинального навыка… Это навыки, отменяющие другие навыки. Навык-убийца навыков, односторонне подавляющий лишь силу врага в школе, где всё завязано на оригинальных навыках – вряд ли найдётся более подходящая способность для той, что восседает на троне номера два в школе.

– Хе-хе-хе, вот оно как?.. Тогда, давайте поступим так.

Мгновенно отказавшись от магического боя, Кокуфудзи достал меч из другого измерения. Этот меч был выкован из орихалка – прочнейшего металла в мире, заполученного после победы над владыкой демонов Стадии VII. Вдобавок к этому, он завершил подготовку, многократно наложив на себя все имеющиеся у него бафы.

Если враг обнуляет способности, нужно навязать ему простой ближний бой. Без колебаний переключившись на него, Кокуфудзи атаковал Хину плавными и молниеносными ударами меча. Разумеется, каждый приём был следствием его собственного мастерства, а не оригинальных навыков. Верно, он предвидел, что среди высокоранговых героев окажутся те, кто владеет навыками обнуления способностей. Поэтому он каждый день оттачивал мастерство ближнего боя.

…Однако Хина всё ещё занимала второе место во всей школе и с лёгкостью уклонилась от его хаотичной серии атак за счёт одной лишь походки.

– Хм, должен признать, я впечатлён. Похоже, вы тоже усердно тренировались, – Кокуфудзи осознал, что если продолжит в том же духе, то ничего не добьётся, и решил добавить ещё один толчок.

– Тогда…

– Как насчёт такого? – раздался вдруг из-за спины Хины ещё один голос, который вне всяких сомнений принадлежал Кокуфудзи.

В тот же миг взятая в клещи Хина уклонилась в последний момент.

– Ой, даже этим не вышло прикончить вас?

– Ох, как жаль, как жаль.

Перед отступившей на некоторое расстояние Хиной в ряд стояло два Кокуфудзи и оба с одинаково язвительными ухмылками… Нет, не двое. Трое, четверо, пятеро… Всего из-за обломков показалось семь Кокуфудзи.

– Удивлены?

– Это один оригинальных навыков, которые я обрел через Реинкарнатора.

– «Альтер Эго».

– Этот навык временно создаёт полноценные реплики.

– Изначально он был ограничен в использовании только на неорганические объекты.

– Ха-ха, как видите, он эволюционировал до такой степени.

– В данный момент все эти реплики – настоящий я.

Это клонирующая магия, полностью копирующая магическую силу, умственные способности, физические возможности и даже оригинальные навыки. Из-за секретного оружия Кокуфудзи Хина оказалась в невыгодном положении семеро против одного.

Но даже в таком затруднительном положении, Хина, не меняя выражения лица, пробормотала:

– …Отвратительно.

– Ха-ха-ха, говорите всё, что хотите!

Семеро Кокуфудзи одновременно резко пришли в движение.

Длинный меч, топор, копьё, дубина, молот, кастеты, косы – семь видов оружия и боевых стилей, использованных одновременно. Каждое из орудий сделано из орихалка, мастерство владения каждым из них на уровне сверхмастера. И главное, что заслуживает особого упоминания – их пугающая слаженность. Хоть это и атака семерых, они нисколько не мешали друг другу, выкладываясь каждый на все сто. Но в этом не было ничего удивительного. Ведь поскольку они изначально один человек, нарушить их слаженность было просто невозможно.

Посему спустя уже не такой большой промежуток времени Хина перестала успевать справляться с ними.

(Попалась!!!)

Одновременная атака, нацеленная на все важные части человеческого тела – шею, грудь и живот. Больше не осталось ни единого способа защититься от семи приближающихся клинков. Казалось, атака должна была гарантированно лишить Хину жизни, но…

– …Что происходит?

Клинок, что несомненно должен был отсечь голову развалился на мелкие кусочки. И не только длинный меч, но и топор, копьё, дубина – сломались все семь видов оружия. Разумеется, все они были сделаны из орихалка наивысшего качества. К тому же являлись не магическим снаряжением, не зачарованным магической силой, для противостояния обнулению способностей. Она не смогла бы разрушить их с помощью отмены навыков.

(Получается… это не обнуление способностей?!)

Столкнувшись с непредвиденным, Кокуфудзи был вынужден дистанцироваться от неё.

Неужели он неверно опоздал её способности? Но следов контратаки тоже не было. Он совершенно не понимал, почему орихалковое оружие было уничтожено.

Но тут…

– …М-м? Эй, ты что делаешь? Немедленно отступи!

Один из его клонов почему-то стоял на месте и даже не пытался дистанцироваться от Хины. Анализ способностей противника – это самое главное в битве между героями. Стоять в радиусе поражения неизвестного врага – верх глупости.

Но в тот миг, когда он попытался призвать его отступить, тело двойника бесшумно наклонилось. А затем он рухнул, словно решив немного отдохнуть. Что, чёрт побери, происходит? – нахмурился Кокуфудзи, но тут наконец всё осознал.

Безжизненно раскинутые конечности, безвольно открытый рот, остекленевшие, пустые глаза. Неужели это…?

– …О-он умер?..

Да упавший двойник все всяких сомнений был мёртв… Однако так потрясло Кокуфудзи отнюдь не то, что его клон умер. Они с Хиной бились насмерть, так что гибель двойников была вполне ожидаема. Поэтому вся проблема заключалась в том… что он умер слишком «чисто».

Никаких внешних ранений, ни следа яда или смертельного проклятья. С телом всё было абсолютно в полном порядке, прекратилась разом лишь его жизнедеятельность.

(Что она с ним сделала…?!)

Да и вообще, во время той одновременной атаки Хина ничего не делала. Она получила прямой удар. У неё не было времени даже на защиту, не говоря уже о контратаке. Возможности для контрудара у неё не было. Доказательство тому – остальные двойники не получили ни царапины. Единственная разница между мёртвым двойником и остальными заключалась в том, что у мёртвого были кастеты и он напрямую коснулся Хины…

– …Н-неужто…?

В тот миг, когда одна возможная причина мелькнула в его сознании, по спине Кокуфудзи пробежал холодок. Он понял, в чём на самом деле заключалась суть её оригинального навыка.

– Ясно, так вот оно что?.. Хе-хе-хе… Вот это да, как же чудовищно!.. Вижу вы не зря носите титул номера два школы!.. – судорожно улыбнувшись, Кокуфудзи огласил правду: – Ваша уникальная способность – это «мгновенная смерть»…!!!

Сила, мгновенно убивающая всё сущее в мироздании, включая магию, неорганику и жизнь – чит абсолютной мгновенной смерти. Такова была истинная сущность оригинального навыка Хины. Перед этим навыком бессмысленны любые барьеры и формы защиты. Он пропускает все процессы и меняет состояние того, чего касается на «конец». Самый что ни на есть чит среди читов.

Словно само воплощение концепции равной для всех и абсолютной «смерти»…

– «Обратный Путь в Страну Мёртвых».

Едва он произнесла называние навыка, как из всего тела Хины начала сочиться чёрная, как смоль, магическая сила. Это было визуализированное воплощение смерти, убивающее даже свет. Одно лишь прикосновение этой чёрной дымки заставляло крепкие каменные стены рассыпаться и обратить витающую магическую силу в ничто.

В этот момент Кокуфудзи наконец осознал причина, по которой она до сих пор не использовала свой оригинальный навык. Дело не в том, что она хитро скрывала свой козырь. Просто стоит ей использовать его, и она гарантировано убьёт врага. Поэтому она его и не демонстрировала… Нет, правильнее будет сказать, что все, кто видели его, уже мертвы.

– Ха-ха, проклятое чудовище!..

В этот миг Хина пришла в движение.

Она понеслась вперёд, в то время как всё её тело окутывала абсолютно чёрная магическая сила. Она не использовала магию или оружие… Хотя точнее будет сказать, что она не могла их использовать. Поскольку сама её магическая сила несла в себе свойства мгновенной смерти, что оружие, что формулы бы тут же саморазрушились.

Но ей они были ни к чему. Ведь она могла убивать касанием магической силы, не полагаясь на оружие или магию.

Поэтому её боевой стиль был прост. Хина просто окутывала себя магической силой целиком, словно платьем из перьев, которое обращалось в сильнейшую пику и сильнейший щит. Воистину атака и защита в одном флаконе. Ничто не достигнет её. Абсолютно неприкасаемый чит, достойный императрицы, царствующей на вершине иерархии героев.

И по правде говоря, Кокуфудзи ничего не мог с этим сделать.

Он отчаянно пытался контратаковать несущуюся прямо на него Хину. Поднял множество защитных стен, обрушил на неё атакующую магию всех элементов и использовал на полную несколько сотен оригинальных навыков, полученных через Реинкарнатора. Но всё это было бессмысленно.

Пламя, свет, лёд, вся магия исчезала, а барьеры и защитные стены мгновенно испарялись. Будь то про пространственные формулы, навязывание правил, словесные смертельные проклятья или оригинальные навыки, относящиеся к особым категориям, – все они сметались, будучи не в состоянии противопоставить хоть что-то. Что было закономерно, ибо смерть есть абсолютное бедствие, обрушивающееся в равной степени на всё сущее. Даже самому миру однажды придёт «конец», и ничто не в силах избежать этой абсолютности. Кокуфудзи оставалось лишь метаться в попытках убежать, повторяя бессмысленные контратаки.

Но даже в столь безнадёжной ситуации… в душе он самодовольно ухмылялся.

(Хе-хе-хе-хе… Какая же мне повезло… Как же мне повезло!!! Кто бы мог подумать, что удача улыбнётся мне до такой степени…!!!)

Кокуфудзи был бессилен против несущейся на него Хины, использующей чит мгновенной смерти. Это бесспорный факт. Но лишь «пока что».

Верно, его изначальный оригинальный навык «Эйвис Вэйфэрер» – развивающий навык, дарующий владельцу эволюцию. А фундаментальная цель эволюции заключается именно в «преодолении смерти».

Когти волков эволюционировали и стали острыми, чтобы те не умерли от голода.

Панцири черепах эволюционировали и стали крепкими, чтобы те не умерли, когда на них нападают.

Отрастившие перья птицы, олени с быстрыми ногами, киты, обретшие гигантские тела – практически вся эволюция на Земле происходила ради одной цели: преодолеть смерть и передать гены следующему поколению.

Его «Эйвис Вэйфэрер» же представлял из себя навык, который можно назвать кульминацией этого процесса. Иными словами, эта сила, существующая, чтобы преодолеть смерть.

Именно поэтому в этой битве с Хиной его сила значительно эволюционировала.

Его магическая сила становилась сильнее каждый раз, когда её блокировали. Его защитные стены становились крепче каждый раз, когда их разбивали. Он сам становился быстрее с каждым разом, когда Хина практически настигала его… Ведь все оригинальные навыки были часть его самого. Они были его когтями и клыками, что эволюционировали вместе с ним. Каждый раз, когда магическая сила смерти защищала Хину от него, все его характеристики взрывообразно росли, а оригинальные навыки ускоренно эволюционировали. Эволюция через смерть с ошеломляющей эффективностью. В одну секунду была вложена скорость эволюции, на которую земным видам потребовалось бы несколько десятков тысяч лет.

Да, если и существует единственный оригинальный навык, способный противостоять читу мгновенной смерти… то таковым точно был его «Эйвис Вэйфэрер».

(Естественный враг! Я её естественный враг! Смерть лишь подпитывает мою эволюцию! Моя сила существует, чтобы победить тебя! О, богиня, я так благодарен тебе за этот несомненно удачный поворот судьбы!)

С каждой смертью он становился сильнее, крепче и быстрее. Эта разница в совместимости, описать которую можно было лишь словом: «естественный враг», казалась самым что ни на есть наставлением богини. Судьба, ниспосланная ему небесами, чтобы покарать возгордившегося сильнейшего.

Уверенный в победе Кокуфудзи был опьянён растущей с каждым мгновением силой. Верно, лишь сейчас кажется будто он мечется, пытаясь сбежать. Если он продолжит эволюционировать с этой аномальной скоростью, то час победы несомненно настанет.

Огневая мощь, которую смерть не сможет отклонить.

Защитная стена, которую смерть не сможет сломать.

Скорость, за которой смерть не сможет угнаться.

Стоит ему достигнуть точки, когда его сила превзойдёт этот чит мгновенной смерти, так он сразу одержит победу. Но над Хиной Кирасаки ли? Нет, над всей этой искажённой школой. Как сильнейший в мире и абсолютно непобедимый герой, занимающий первое место в школе. Таково будущее, которого желает Мировое Древо.

Но почему?

(…Странно, очень странно…) – невольно пробормотал про себя Кокуфудзи.

Даже в этот самый момент он эволюционировал каждое мгновение. Он проскочил несколько десятков тысяч лет, которые бы потребовались на эволюцию в обычной ситуации, чтобы достичь уровня, на котором он бы смог одолеть эту девушку. Верно и неуклонно он становился всё сильнее. В этом не было сомнений.

Но… но… но…

– Почему?!

Скорчив гримасу, Кокуфудзи обрушил на неё очередную из многих тысяч атак. Но выпущенная им магия была естественным образом заблокирована абсолютной чёрной магической силой. Абсолютная стена смерти всё ещё стояла перед ним.

Прямо как в самом начале.

– Почему… почему разница не сокращается??

Я продолжаю эволюционировать, а Хина стагнирует на одном месте. За кем преимущество было очевидно. Я прекрасно понимаю, что спешить нужды нет. Но всё же… почему у меня ощущение, что я совсем её не догоняю?

…Нет, успокойся, никаких проблем нет. Пока нужно смириться и спокойно продолжать эволюционировать.

Чтобы избавиться от нарастающего беспокойства, Кокуфудзи выпустил магию взрывов в полную силу. И в миг, когда она поразила Хину, та наконец остановилась.

(Получилось…??)

Но дело было не в этом. Как только дым рассеялся, он увидел стоящую и всё такую же абсолютно невредимую Хину.

После чего Хина, не двигаясь с места, вдруг заявила:

– Всё, конец.

– Чего?..

– Я победила. Давай препарат, – сказала Хина, протянув руку, с таким выражением лица, словно это было нечто само собой разумеющееся.

На мгновение Кокуфудзи был ошеломлён… но затем резко пришёл в себя.

– Хым, громкие слова!.. Вы сперва сразите меня, а потом уже говорите так!.. Нет, погодите… Ясно, вы всё поняли, да? Вы испугались скорости моего роста? Поэтому и хотите всё прекратить, пока преимущество ещё на вашей стороне?

Кокуфудзи ликующе улыбнулся. Другими словами, она пытается вырваться из этой ситуации. Выходит, я действительно догнал её.

Но…

– …Рост? Разве?

– Ч-что…?!

Хина озадаченно наклонила голову. Разумеется, если смотреть объективно, то сила Кокуфудзи взрывообразно возросла. В несколько тысяч раз, по сравнению с началом битвы… Но она даже не заметила этого?

– Бред, вы просто блефуете! На самом деле у вас нет средств против меня! Будучи не в состоянии использовать магию, вы не способны поймать меня! Поэтому, если всё продолжится в таком духе, то я, способный к эволюции, неизбежно догоню вас! Ваш единственный шанс на победу – убить меня в самом начале!

Кокуфудзи уже понял, в чём заключается единственный недостаток чита мгновенной смерти. Сама её магическая сила несёт в себе свойство мгновенной смерти. Поэтому она не способна на обычные вещи, вроде конструирования формул или заставить магическую силу циркулировать внутри тела для самоусиления. Именно поэтому она не могла полагаться на уловки и слабые точки против врага, которого не получается поймать «голыми статами». У неё не было способов поймать уже эволюционировавшего Кокуфудзи.

Да, поэтому вестись на её блеф было не нужно. Враг стагнирует, а я эволюционирую с дикой скоростью. Очевидно, что из нас должен паниковать…

– …Ты заблуждаешься, – раздалось прерывающее его бормотание Хины. – Ты стал сильнее – и что с того? Ты стал крепче – и что с того? Ты стал быстрее – и что с того? Твоя эволюция бессмысленна. Ведь… сколько бы камень ни эволюционировал, человеком ему не стать. Разве нет?

– Ч-что…??

Казалось, будто она провоцирует его. Но в её взгляде не было ни насмешки, ни презрения.

Это как сказать, что синее небо «синее».

Как сказать, что красное яблоко – «красное».

Она просто сухо излагала очевидный факт, как он есть.

«Кокуфудзи не сможет победить её». Для Хины это был факт, очевидный настолько же, как то, что небо было синим. Даже увидев скорость его эволюции, её точка зрения ничуть не изменилась.

А затем Хина озвучила потерявшему дар речи Кокуфудзи ещё один факт:

– Причина, почему ты жив, проста. Я сдерживалась. И всё. Не хотела поломать твой препарат. Так что на самом деле я могу убить тебя в любой момент. Вот так, смотри.

В миг, когда Хина прошептала это, она уже стояла прямо перед ним.

– Ч-ч-ч…?!

Ускорение? Усиление тела? Нет, это…

– Ты убила расстояние?..

Хина мгновенно сократила дистанцию между ними, убив разделяющее их расстояние. Застигнутый врасплох Кокуфудзи не имел возможности избежать протянутой ею руки… Однако за мгновение до того, как смертоносная магическая сила коснулась его, рука Хины вдруг остановилась. После чего она коротко сказала:

– Вот, теперь ты мёртв.

– Кх!..

Остановилась в последний момент?! – дрожа от унижения, Кокуфудзи тем не менее дистанцировался от Хины… Точнее, попытался. Но Хина ему этого не позволила. В следующий миг, когда он уклонился, она тут же настигла его и подняла руку… К тому же далеко не один раз.

– Вот, опять мёртв. Вот, и сейчас. Уже третий раз, а теперь четвёртый, пятый, шестой, седьмой, восьмой…

Как бы он ни пытался убежать, Хина прицепилась к нему, словно тень. И каждый раз, когда останавливала руку прямо перед ним, она сухо считала, сколько раз он умер. Словно играясь с приговорённым к казни смертником, выставляя его на эшафот снова и снова.

Но даже так…

– Я-я всё равно эволюционирую! Когда я достигну скорости, за которой ты не сможешь угнаться…

Верно, даже сейчас я развиваюсь. Можешь недооценивать меня сколько влезет, но рано или поздно, когда я стану быстрее неё…

– Я ведь уже сказала. Скорость не имеет значения.

В миг, когда она пробормотала это, чтобы прервать легкомысленность Кокуфудзи, из всего тела Хины разом изверглась магическая сила в объёме, не идущем ни в какое сравнение с тем, который окутывал её прежде. Совокупного её объёма с солидным запасом бы хватило, чтобы покрыть весь этот большой зал.

Увидев это, Кокуфудзи осознал, что Хина могла бы убить всех вокруг своей магической силой мгновенной смерти, стоило бы ей этого только захотеть. В этой битве она не использовала даже одного процента от своей полной силы. А он просто плясал под её дудку, даже не осознавая этого…

– Эй, скажи, что будешь делать дальше?

– Хи…

Чёрная дымка, мгновенно убивающая при касании, заполнила весь зал и медленно приближалась к Кокуфудзи. Теперь, когда он был окружён со всех сторон, ему было некуда бежать. Всё, что он оставалось забившемуся в угол Кокуфудзи, это сжаться и дрожать, словно ребёнку, который испугался призрака.

Лишь теперь он наконец осознал: сколько бы десятков миллиардов лет они ни эволюционировал, ему никогда не сравняться с этой девушкой.

Она права. Сколько бы камушек ни эволюционировал, человеком в конце своего эволюционного древа ему не стать. Насколько бы быстро, он ни шёл по этому пути, ему никогда её не догнать. Ведь они жили на разных уровнях. Её с самого начала не было в конце пути, по которому он отчаянно шёл.

В этот миг Кокуфудзи вспомнил боль, страх и отчаяние, отпечатавшиеся в нём в далёком прошлом.

– Если ты живёшь, то умрёшь. Это нормально. Если не хочешь умереть… почему бы тебе просто не перестать жить? – раздался апатичный голос из бездны абсолютно чёрной «смерти».

Она казалась мрачным жнецом, властвующим над жизнью и смертью всех живых существ. Ни одному существу не избежать её длани.

Поэтому Кокуфудзи оставалось лишь одно:

– …П-прошу, забирайте… Победа… за вами…

Он протянул флакон с Реинкарнатором, словно преподнося его ей. Руки Кокуфудзи бесконтрольно дрожали. В его сердце, переполненном страхом и отчаянием, не осталось ни благородной миссии, ни твёрдой решимости – ничего, кроме мольбы сохранить ему жизнь.

И взявшая Реинкарнатор, словно само собой разумеющееся, Хина… без колебаний забила им весь рот.

– Что?!.. Вы меня не слушали?! Только я могу принять столько за раз!

– …? Правда?

Кокуфудзи остолбенел от такого варварства, но тут же передумал. Если она сама уничтожит себя из-за передозировки, то лучшего и желать было нельзя.

…Однако, то произошло дальше, было совершенно неожиданным.

Из-за принятия Реинкарнатора, у неё стали появляться бесчисленные Печати Спасителя Мира, но лишь на считанное мгновение. Одна за другой появившиеся печати меняли цвет на чёрный и постепенно исчезали, иссыхая. Через каких-то несколько десятков секунд осталась лишь Печать Спасителя Мира, которая у неё была изначально… Словно навык мгновенной смерти устранил инородные тела, вторгшиеся на его территорию.

Для уже обладавшей сильнейшим оригинальным навыком Хины Реинкарнатор был всего лишь сладостью.

Увидев такой исход, Хина лишь разочаровано пробормотала:

– Это обычная игрушка. Бесполезная, – бросив лишь эти слова, Хина развернулась.

Реинкарнатор оказался не более чем игрушкой для слабаков. Если он не может дать ей новые силы, то ей больше нечего здесь делать.

…Но в этот момент.

– …ва…

– …? Что? Я не слышу тебя.

– …Забери назад… свои слова!.. – окликнул уходящую Хину Кокуфудзи, который, казалось, решил сдаться.

В его взгляде вновь пылал гнев, который должен был быть раздавлен страхом смерти.

– «Игрушка»? «Бесполезная»? Ты хоть понимаешь… что такое Реинкарнатор? Это наша надежда. Меч, возвращающий мужество, сломленное сильными! Даже если я умру… я ни за что не позволю тебе называть его бесполезным, когда ты даже не понимаешь, каково нам!!!

Собрав свой сломленный дух, Кокуфудзи снова поднялся на ноги.

Само собой, он прекрасно понимал, что шансов на победу в повторной схватке нет. Но даже так … он не мог молчать, когда надежду его товарищей и единственное основание, на которое опираются слабые, называли «бесполезной». Разумом он понимал, что это глупо, но его душа, скрытая за маской рационального лидера, не позволяла проигнорировать это оскорбление.

– Прошу, скажи мне, Хина Кирасаки, почему вы всегда такие?! Как вы можете быть такими жестокими?! Читерская «мгновенная смерть»? Хватит уже издеваться! С такой способностью кто угодно станет сильным, это же очевидно! Ты и вы все просто выбили себе SSR в гаче способностей! Только и всего! Почему вы ведёте себя так надменно, будто всё это – ваша собственная заслуга?!

Сильные вознаграждаются, слабые угнетаются. Общество культа силы, установленное школой. На первый взгляд, система кажется равной: прикладывающие усилия и становящиеся сильнее вознаграждаются… Но кое о чём забывать нельзя. Стартовые позиции учеников даже близко не равны.

Источник силы героев – оригинальный навык… А вот какой ты получишь – чистая случайность. Как ребёнок не может выбрать родителей, так и не выбирают и оригинальный навык. Конечно, есть много областей, в которых, приложив усилия, можно стать сильнее. Фактически, большинство высокоранговых учеников, превосходят низкоранговых в областях за пределами своих оригинальных навыков. В этом все солидарны.

Но с другой стороны он знал, что шаги тех, кто были благословлены с самого начала, и тех, кто нет, кардинально различались в ширине, усилиях, скорости и во всём остальном. И несмотря на это, чем выше ранг, тем больше ученики делают вид, что не замечают этого факта. Мол, всё – вина самих слабых и ленивых.

– Почему вы не можете жить скромнее?! Почему не можете проявлять больше сострадания к слабым?! Вы же должны быть лучше, так почему?!

Отчаянный крик Кокуфудзи был прямым воплощением голоса всех, кого называют слабыми.

Однако…

– …Не понимаю, – с искренним неудомением наклонила голову Хина. – Мне извиниться: «Прости, что сильная»? Или пожалеть: «Жаль, что ты слаб»? Что удовлетворит тебя?

– Ч-что, спрашиваешь?.. Я просто говорю, что вы должны быть чувствительнее к чужой боли… – взывая к ней, Кокуфудзи начал рассказывать об одном эпизоде из прошлого: – Ты, наверное, не помнишь, но даже у меня были друзья. Настоящие лучшие друзья, которым я мог доверять. Это счастье было разрушено. Четыре года назад во время турнирного боя этих военных учений… S-ранговой командой, в которой состояла ты!!

Именно эта правда, которую озвучил Кокуфудзи, была настоящей причиной его одержимости Хиной.

– Тогда ты лишь наблюдала. Но даже так – ты соучастница! Пока один из S-ранговых издевался над нами, ты просто стояла с таким видом, будто тебе было скучно. Можешь представить себе, как сильно ты ранила нас таким поведением? В итоге все мои друзья, отчаявшись, выбрали отчисление. Они больше не помнят даже меня. Конечно, я не требую, чтобы ты сейчас извинилась. Что бы вы ни сделали, уже ничего не изменишь. Но я не мог не задаваться вопросом: …почему вы, имея такую силу, ничего не делаете с этими трагедиями? Почему вы, владея этой величайшей силой, не сделали школу лучше?! Разве сила героя… это не меч, созданных для подобных деяний?! – эмоционально спрашивал у неё Кокуфудзи, отбросив обычную рассудительность.

В каждое его слово были вложены чувства слабых, которых всё это время угнетали.

И к сожалению… они не достигли её.

– Х-ха… Общение – сложная штука. Правда сложная. Почему я должна специально им это говорить? Почему само не доходит? – пробормотала Хина с искренним раздаражением, а затем произнесла простой ответ на данные ей вопросы: – Причина проста. Я не испытываю неприязни. Сколько бы вы ни страдали, меня это не касается. Ведь вы – чужие. Безразлично. Можете умереть. Грустно мне не будет. Я ничего не почувствую. Мне вы неинтересны.

Её ответ был…безнадёжно равнодушным. Поэтому сколько бы он ни говорил о боли, сколько бы ни молил о милосердии – всё это не имело ни капли смысла. Ибо ей просто не интересно. На одной этой фразе всё и закончилось.

Но мало кто, вероятно, имеет право осуждать её как бессердечную. Ведь большинство людей такие же. Будешь ли ты что-то делать, даже зная, что на другом конце света умирают от голода дети? В лучшем случае бросишь монетку номиналом сто йен в ящик для пожертвований, на следующий день после просмотра специального репортажа по телевизору. А потом забудешь об этом через два-три дня. Если спросить: «почему?», то ответ будешь лишь один – «Потому что не интересно».

В её случае это просто происходит с людьми перед ней. Разница лишь в масштабах, и нет оснований клеймить её как ненормальную. Это всего лишь банальная, и поэтому абсолютная, непреодолимая стена под названием безразличие. Точно как и её оригинальный навык… ничто в этом мире не достигает её сердца. Ни боль, ни страдания, ни самые искренние чувства – ничего.

Но тут вдруг Хина, словно вспомнив, что забыла сказать, добавила:

– А, но кое-что мне интересно… Мне всё ещё надо слушать твой рассказ?

Ах, вот как?.. Пропасть между ней и нами настолько велика? – осознав это, Кокуфудзи на мгновение решился дара речи. И через несколько секунд захихикал:

– Хе, хе-хе-хе… Верно, да, верно… Чего я вообще ожидал? Вы правы, мы с вами изначально находимся на разных уровнях. Голоса слабых, находящихся далеко внизу, никогда не смогут достичь вас… Ха-ха, очевидно же… – пробормотал Кокуфудзи, опустив голову.

Да, это было очевидно с самого начала. Никто не станет слушать такую мольбу от слабака. Если высшие слои состояли из таких людей, эта школа с самого начала не стала бы такой.

Да, я знаю. Знал это. Поэтому…

– …Хорошо, тогда… я пойду к вам… настолько близко, что вы уже не сможете игнорировать этот голос!..

Кокуфудзи медленно поднял голову.

В его глазах плясали пылающая ярость и безумие.

Подняв правую руку с Печатями Спасителя Мира, Кокуфудзи вложил всю свою магическую силу в крик:

– «Флорантия» – «Ри Эйвис[3]»!!!

Стоило Кокуфудзи прочитать эту магическую строку, как из его основы хлынул абсурдный объём магической силы. Она мгновенно переполнила его тела и начала искажать даже окружающее пространство.

Но такая сила не могла не потребовать платы. Всего через несколько секунд после произнесения заклинания… из глаз, носа, рта и всего тела Кокуфудзи брызнула темноватая, изменившая свой цвет кровь. Да, магическая сила, разлившаяся из его основы, по своей плотности и количеству намного превосходила пределы, которые он мог контролировать. Это была не просто «освобождённая сила», а похоже на то, как если бы он насильно разорвал бомбу, заложенную в его собственном сердце. В конце этого пути ждала только смерть. Ничто иное, как самоубийство.

Но Кокуфудзи не собирался поворачивать назад. Несмотря на то, что превосходящая пределы нагрузка разрывала его тело и душу, он всё равно поддерживал состояние высвобождения. Даже в ситуации, когда и тело, и дух должны были давно сломаться, он удерживал своё «я» на одной лишь одержимости. К его оригинальному навыку это отношения не имело – всё лишь его чистая сила воли. И на краю решимости, которую можно было назвать безумием… он наконец достиг того места.

На мгновение время остановилось.

После застывшего мига мир вновь пришёл в движение. Но он отличался от прежнего. Магическая сила Кокуфудзи, которая прежде лишь бушевала, изливалась и хаотично рассеивалась, теперь начала под единой волей сплетать форму.

Форму целого нового мира.

Из каменных стен прорастали семена, из ковров кишмя кишели насекомые, скульптуры меняли облик, превращаясь в зверей. Повсюду буйно расцветали ростки жизни. Вестибюль мгновенно преобразился в кишащие жизнью джунгли. Это был изначальный исток, что, возможно, некогда был на этой земле, и конечный хаос, к которому однажды всё придёт. Пейзаж, где начало и конец смешались между собой. Мир теперь был переписан во владения Ицуки Кокуфудзи.

И в самом центре этого хаоса Кокуфудзи в экстазе прошептал:

– П-получилось, у меня получилось!.. Вот она… вершина, которую видели высокоранговые герои!!! – выразил Кокуфудзи своё восхищение силой, способной переписать даже мир.

Разумеется, изменился не только мир.

Разрушенное Флорантией тело Кокуфудзи начало быстро исцеляться. Однако это была не простая регенерация. Параллельно исцелению ран, все его параметры взлетели вверх. И со скоростью совершенно иного уровня, в сравнении с прошлой эволюцией. 

Да, то, что он делал сейчас уже не укладывалось в определение эволюции.

Ибо изначально эволюция – это абстракция. Выход на сушу равен выходу из моря, обретение ночного образа жизни означает отказ от дневного. Поскольку эволюция – это движение по одному избранному пути, обратная сторона медали – это отсечение бесконечных других вариантов, что должны были существовать. Именно тому, что выбор продолжается, неудачные виды вымирают.

Но теперь он стал иным.

Он вбирает в себя лишь результаты выбора всех путей.

Остаться в море или выйти на сушу.

Обрести крылья или выбрать копыта.

Отточить клыки или отточить когти.

Обычно нужно сделать выбор между двумя вариантами, но Кокуфудзи получал их оба одновременно. Он не отбрасывал ни одну из возможностей и поэтому гарантированно выживал. Верно, благодаря Флорантии эволюционировали не его тело или магическая сила. А само явление эволюции эволюционировало на более высокую ступень.

Поэтому он стал живым существом, которое уже нельзя было назвать человеком.

Жизнь, что существовала в прошлом, и жизнь, что могла бы существовать. Став скоплением всех возможностей жизни, он, будучи индивидом по имени Ицуки Кокуфудзи, одновременно являлся всем, охватывающим всех живых существ. Он стал прародителем и потомком всей жизни.

Иными словами, сейчас он стал самим эволюционным древом жизни.

– Флорантия… Как же это прекрасно!.. Меня переполняет нескончаемая сила!.. Как же это называется? Ах да, богом, кажется? – был опьянён сладостной силой Кокуфудзи, став высшей формой жизни.

Стоило ему шагнуть – и из его следа прорастало новое дерево, стоило дыхнуть – его дыхание рождало нового зверя, стоило прошептать слово – и его отзвук становился новым роем насекомых. Как же это ещё назвать, если не Деянием Божьим?

Перед таким Кокуфудзи даже Хина не могла оставаться равнодушной.

– …Надо же. Оказывается, и ты можешь, – прошептав это, Хина вновь повернулась лицом к Кокуфудзи.

Словно лишь сейчас первые признав его. Теперь они оба стояли в одном месте.

А значит, оставалось лишь одно.

– Простите, что заставил ждать. Ну что, начнём?.. Уж на этот-то раз.

Перерождённый Кокуфудзи вновь направил свои клыки на Хину.

Да, ранее он склонил колени перед её всеподавляющей «смертью». Но теперь, став богом, он уже не чувствовал, что проиграет. Нет, это даже не будет сражением. Лёгкое касание – и всё кончено. Эта область уже в его ладони. Для вмешательства какой-то там смерти здесь уже не было места.

…Однако его правая нога, которая, вроде как, сделала шаг к победе, вдруг превратилась в амёбу.

– Ч-чего?!

Внезапно лишившись одной ноги, Кокуфудзи рухнул. Но это продлилось лишь считанное мгновение. Правая нога тут же восстановилась в прежнем виде.

Что это сейчас было? Он ошибся с выбором формы? Нет, всё в порядке. Это была лишь небольшая оплошность. Стоит привыкнуть – и дело за малым.

Подавив тень тревоги, Кокуфудзи тут же встал на ноги… Но спустя секунду на этот раз уж его левая рука превратилась в скрученное дерево. Он снова потерял равновесие и упал.

Что-то явно не так. Я не желал этой трансформации. Почему она случилась самопроизвольно?

Пока он был в замешательстве, аномалия ускорялась.

Правая нога стала мягкой, как у осьминога, а левая превратилась в тонкие и длинные птичьи когти, из глазных яблок выросли щупальца, как у актинии, внутри рта зашевелились бесчисленные фасеточные глаза. Кожа стала чешуёй, уши – усиками, кровь – слизью, всё его тело, вопреки его воле, хаотично эволюционировало. Словно наказание, ниспосланное богами возгордившемуся существу.

Его тело совершенно не поспевало за противоречивым циклом жизни, который повторялся внутри него – эволюцией и деградацией, распространение и схождение, зарождение и вымирание.

– А, а, а, а-а-а-а-а-а!.. – неприглядно корчился Кокуфудзи, став совершенно безобразным уродцем.

И тогда его постигла последняя мутация.

Бесчисленные Печати Спасителя Мира на его ещё почему-то сохранившей человеческую форму правой руке посреди искажённого и искорёженного тела начали менять цвет на полностью чёрный. После чего из них потекла зловещая, инородная магическая сила. Всё, чего касался источаемый её угольно-чёрный свет, без исключения претерпевало чудовищную трансформацию.

Деревья скручивались, изрыгая яд, сгнившие животные бродили, насекомые самовоспламенялись и вымирали. Единственное, что, ликуя, набирало силу в мире, где всё искажалось, – это чёрная магическая сила, льющаяся из Печатей Спасителя Мира.

Она искажала мир, высасывая силы из Кокуфудзи, и с каждым мгновением наращивала концентрацию, пока наконец не проявилась в вещественной форме в виде саженца. Он протянул свои ветви дальше…

– Безобразно.

Мгновенно сверкнул абсолютно чёрный меч из концентрированной «смерти». Он срубил почти материализовавшееся чёрное древо вместе с правой рукой, а затем покромсал их на мельчайшие частицы в воздухе. Древо, само существование которого был стёрто из мира, моментально исчезло.

В этот же миг магическая сила, искажавшая окружение, прервалась. Преобразившийся мир рассеялся, словно иллюзия, а с исчезновением своих владений Кокуфудзи, пребывавший в уродливой форме, вернулся к своему первоначальному облику.

Вновь ставший беспомощным человеком Кокуфудзи… бессильно сел на землю.

– Ха-ха… Вот оно как?.. В конце концов я лишь стал марионеткой своей силы… Всё-таки мне это не под силу… – рассеяно пробормотал Кокуфудзи, утратив уже и силу, и волю.

Посвятив всего себя, он действительно достиг того апогея, известного как «Флорантия», которому всё это время завидовал… Но он заблуждался с самого начала.

Слабаки, которые способны достичь этой точки лишь «пожертвовав жизнью», не имеют права, овладеть дремлющей в этих землях силой. Такое право имеется лишь у тех, кто не приносит жертв, кому не нужна никакая решимость, и кто заходит в те земли, как на прогулку, напевая себе под нос.

И сейчас Кокуфудзи до глубины души это осознал.

– Хе-хе-хе… Хина Кирасаки, наверное, я выгляжу потешно в ваших глазах… Но запомните как следует мой облик… Это будущее, которое непременно с вами случится… Однажды вы однозначно и остро прочувствуете каково мне было… когда встретись с тем, кто окажется сильнее вас!..

С этими похожими на проклятье словами Кокуфудзи потерял сознание.

Пристально смотревшая на него Хина озадаченно наклонила голову.

– Что это сейчас было?

Но это было… не в ответ на прощальные слова Кокуфудзи. Жалобы побеждённых изначально не достигали её ушей.

Вопрос у Хины вызвало древообразное инородное тело, которое она увидела под конец. Это было явно нечто ей неведомое… К тому же опасное настолько, что впервые за долгое время у неё пробежал озноб по спине. Она остановила его до полной материализации, но, если бы оно всё же полностью проявилось…

Дойдя до этой мысли, Хина прекратила размышлять. Что непонятно – то непонятно. Значит, думать об этом – толку ноль. Поэтому в голове у Хины сейчас крутилось лишь одно.

– …Хочу кушать.

После чего Хина развернулась.

----…

--…

– Ладно, наконец-то мы добрались…

Кёя с остальными, продвигавшиеся в подземелье базы для спасения Канон, только что наконец достигли самого нижнего уровня.

– И всё же…

– Вау, какое же оно огромное!

– Хм, как же их тут много…

Просматривающийся из-за двери нижний уровень был сделан в форме огромного святилища. В данный момент здесь собралась сотня членов Резистанса. А в центре стоял ученик, который, судя по всему, владел магией телепортации. Однако, похоже, у него были проблемы с конструированием пространственной формулы… Видимо, барьер для блокирования телепортации, который сплёл Кёя прежде чем ворваться сюда, всё ещё функционировал. Тем не менее, они являются владельцами множества оригинальных навыков. Так что нельзя сказать наверняка, как долго этот барьер продержится.

– Нужно как можно скорее со всем тут разобраться.

– Канонушка… где же ты?..

Комари всматривалась изо всех сил, но в такой толпе найти её сразу было невозможно… Но это касалось лишь обычного зрения.

– Не переживай, я уже нашёл её. С ней всё в порядке.

В самом дальнем конце толпы с помощью обнаружения магической силы, я засёк знакомую магическую силу бледного сине-зелёного цвета – этот чистый и благородный цвет вне всяких сомнений принадлежал Канон. Она выглядела сильно измождённой и, похоже, была скована магическим приспособлением, но однозначно жива. Скорее всего, они собираются забрать её с собой, чтобы она не стала источником информации для исполнительного комитета.

Как бы там ни было, мы как-то успели вовремя.

– Оставайтесь здесь. Я выведу её.

Хотя там и собралась сотня членов Резистанса, большинство просто охвачены страхом и растеряны. Всё же они ученики низких рангов, которые изначально не сильны в бою. Без командира в лице Кокуфудзи, они – всего лишь неорганизованная толпа. Вряд ли найдётся много людей, способных сохранить хладнокровие, в чрезвычайной ситуации, когда номер два в школе проникла на вашу базу.

И этот хаос был для Кёи как нельзя кстати. Наложив на себя блокировку восприятия, он бесшумно проскользнул внутрь. Он мог бы спасти Канон силовым методом, но если он начнёт бойню, то в худшем случае Канон могла попасть под раздачу, да и оставался риск того, что её могут использовать как заложницу. Он решил, что самый оптимальный вариант – вытащить её скрытно.

Но как раз в тот момент, когда он удачно смешался с толпой учеников…

– Ребята, прошу вас, успокойтесь.

Со ступеней в дальней части святилища появилась богиня, окутанная божественным светом – Сноэлла.

Её спокойный голос и величественность заставили сильно взволнованных учеников, словно по волшебству, замолчать.

– Я отлично понимаю ваши тревоги. Всё-таки наш враг та самая номер два в школе… Сейчас ей в меру своих возможностей противостоит Ицуки, но кто знает, сможет ли даже он одолеть её…

Её размытая формулировка заставила учеников вновь встревожиться. Но Сноэлла на этом не закончила.

– Но знаете, страхом делу не поможешь. Именно в такие моменты мы должны объединить наши силы. Разве Ицуки не учил вас этому? Вспомните, ради чего мы здесь собрались!

В ответ на её призыв ученики один за другим воспрянули духом.

– Верно, мы тоже будем сражаться!

– Мы спасём Кокуфудзи!

– Вместе мы как-нибудь управимся!

Глаза воодушевляющих друг друга учеников были полны чувства долга и боевого духа.

Наблюдавшая за ними Сноэлла нежно улыбнулась.

– Ох, какие же вы все хорошие детки. Ицуки наверняка обрадуется. Поэтому… я награжу вас силой, куда более великой, чем какой-то там Реинкарнатор!

Её слова вызвали всплеск ликующих криков. А вот Кёя напротив нахмурился.

Сила, куда более великая, чем Реинкарнтор? Неужели у неё ещё есть козырь в рукаве?

– Ну же, закройте глазки. Расслабьтесь, просто примите всё и тогда… вам будет больше нечего бояться, – прошептала Сноэлла.

Все ученики сделали, как она велела, и покорно закрыли глаза. Но почему-то улыбка взиравшей на них богини, в глазах Кёи казалась невероятно злобной.

И тогда Сноэлла, улыбнувшись во всё лицо, произнесла:

– «Ордер: Флорантия».

В тот же миг из правых рук учеников единовременно хлынул свет. Печати Спасителя Мира, полученные от Реинкарнатора, начали сиять. Но что-то было не так. Свет, который должен был быть блекло-зелёным, мгновенно стал мутно-чёрным. И в тот же миг ученики единогласно начали рвать себе грудь от боли.

Ситуация явно вышла за рамки нормы. В таком положение уже не до скрытных действий. Кёя тотчас бросился к Канон.

– Канон, ты в порядке?! Я пришёл спасти тебя!

– Нет… что-то… изнутри меня!..

Подобно окружающим ученикам, Канон сжимала грудь и корчилась от мук. Её затуманенное состояние не давало понять, осознаёт ли она вообще Кёю. Тем временем аномалия ускорилась. Вслед за чернеющим светом из учеников начала изливаться густо-чёрная, инородная магическая сила.

Всё-таки что-то вот-вот должно было случиться. И в тот самый момент, когда Кёя ощутил дрожь…

– Канонушка!

Протискиваясь через волны учеников, Комари отчаянно пробивалась к ним. Вероятно, заметив аномалию, она не смогла усидеть на месте.

Но момент она выбрала крайне неподходящий.

– Стой, Комари, не подходи!

Но в тот миг, когда он её предупредил…

– А, а, а, а-а-а-а-а-а-а-а!!! – издал один из учеников крик, напоминающий предсмертную агонию.

В то же время из его тела начали расти абсолютно чёрные инородные объекты. Они сильно напоминали древесные ветви и были материализацией изливающейся магической силы невероятной концентрации.

И эта мутация не ограничилась одним человеком. Один из другим, словно по цепной реакции, из учеников прорастали чёрные деревья. Словно вылупившиеся паразиты, разрывающие своего хозяина, зловещие деревья пускали ростки, изъедая тела учеников, ставшие для них грядками.

Посреди этого адского хаоса, рука Канон слабо потянула Кёю за рукав и в своём затуманенном сознании она всё же прошептала:

– …Позаботься… о Комари…

– …Хорошо.

Даже несмотря на нечеловеческие муки, её последние слова всё равно были о своей лучшей подруге. Чтобы исполнить её желание, Кёя отвернулся от страдающей Канон. После чего он подхватил мчавшуюся к ним Комари, и на полной скорости покинул это место.

Спустя долю секунды.

Из всех учеников проросли иссиня-чёрные деревья.

– В последний миг, значит?..

В мгновение ока великое святилище превратилось в чёрный дремучий лес.

Вернувшись к Феррис с Лалой в последний момент, Кёя вытер холодный пот со лба. Задержись он хоть на секунду, и уже был бы поглощён тем лесом.

Однако спокойствие его продлилось всего мгновение, поскольку ускользнувшая из рук Кёи Комари попыталась вернуться прямиком в святилище.

– Канонушка! Канонушка-а-а!!!

– Эй, стой, Комари!!!

Кёя отчаянно пытался удержать Комари, которая пыталась прорваться к Канон.

Он до боли понимал её чувства. Но эти деревья были слишком опасны, чтобы бросаться туда без какого-либо плана. Деревья, обратившиеся в лесную пущу, продолжали изливать ещё более аномальную магическую силу, чем прежде. И последствия этого уже начали проявляться видимым образом.

Повсюду в поглощённом деревьями святилище внезапно происходили явления воспламенения. То вдруг вздымались ледяные столбы, а в воздухе с треском метались электрические разряды. Мраморные колонны размягчались в жижу, ряды книжных полок гнили и разваливались, излучая зловоние, алтарь трансформировался в странный кристалл, какого раньше никто не видел. Эта картина, на которой всё сошло с ума, казалась чем-то не от мира сего. Словно законы мира были полностью искажены.

Имело место быть и ещё одно обстоятельство, подтверждающее аномалию.

– Кёя… мне очень страшно…

Дрожь Лалы, взиравшей на это ужасающее зрелище, не прекращалась. Бояться этого, разумеется, было естественно. Но её страх был необычным. Скорее всего, в тех деревьях было нечто, взывающее к инстинктам богинь.

К счастью или к несчастью, здесь присутствовала та, кто знала их истинную сущность.

– Древо Скверны… также известное как Демидрасель.

– …?! Ты знаешь о них, Феррис?!

Выражение лица коротко пробормотавшей их название, было напряжённым, как никогда прежде.

– Это, так сказать, «неудавшееся Мировое Древо». Оно искажает, фальсифицирует и извращает законы мироздания. «Иное», существующее вне границ таких понятий, как добро и зло.

Неудавшаяся версия самого мира? Откуда это здесь взялось?!

Кёя нахмурился, но тут же услышал ужасающую правду, которая развеяла все его сомнения:

– …Помнишь, я когда-то говорила, что в прошлом обнажала Лаванквин всего три раза?.. Один из тех разов был, когда я убила этих тварей.

– …!

Именно факт того, что даже Феррис в зените сил не могла убить их без использования демонического клинка, пробрал Кёю до дрожи.

– На кой чёрт они понадобились этой богине?!

Древа Скверны – кристаллизация «искажений», которых не должно существовать в этом мире. Вне всяких сомнений за ними стоит именно Сноэлла. И она сама воспользовалась хаосом, чтобы исчезнуть. Всё-таки она знала, что это случится.

Но сейчас у нас нет времени беспокоиться о местоположении Сноэллы. Если это инородный объект, изъедающий мир, то…

– …Иного выхода нет?

– Да. Пока они ещё новорождённые саженцы. Но как только они станут полноценными взрослыми деревьями, то их влияние распространится на всю эту Эддасию. После чего единственным вариантом будет полное разрушение мира… Дабы отвратить сие – мы должны искоренить их здесь и сейчас.

– …Ясно, я понял.

Больше Кёя вопросов не задавал. Раз так говорит Феррис, то, наверное, так оно и есть. Поэтому он без тени сомнений призвал врата «Пантэсариума», откуда вызывал пожирающий всё сущее злейший демонический меч…

– П-подождите! Но ведь там ребята… и Канонушка…

– Я знаю, но другого выхода нет. Я… не силах сделать их прежними.

За тридцать тысяч лет Кёя научился лишь тому, как убивать врагов. Он не знал, как сделать людей, превратившихся в Древа Скверны, прежними, и если бы такой способ и существовал, то Феррис уже бы ему на него указала. А раз она этого не сделала, то такого способа нет.

Но Комари не сдалась.

– Тогда это сделаю я!

– Ч-что ты несёшь? Это абсурд!

Кёя не насмехался над Комари. Никто бы не смог спасти учеников в таком состоянии.

Однако Феррис вдруг кивнула.

– …Понятно, та сила? Она действительно отвергала семена. Может, и Древо Скверны очистить сможет… – пробормотала в раздумьях Феррис, однако затем резко предупредила: – Но буду с тобой откровенна – это большая авантюра. Ты понимаешь, что, если у тебя ничего не выйдет, то ты расстанешься с жизнью?

Но ответ на сей вопрос был очевидным.

– Я знаю. Но я обязана сделать это! Иначе… зачем я тогда до сих пор живу…?! – пробормотала Комари, а затем сложила ладонь в мольбе и призвала свой меч богини. – «Эль Вискам»!

В этот миг хлынул поток света. В воздухе появился клинок. Оригинальный навык Комари… Однако теперь он стал чем-то совсем иным в сравнении с тем, что о нём знал Кёи

– Это сила очищения…?! Но с каких пор?..

Прежде «Эль Вискам» был огромным сгустком силы, который лишь принимал форму меча. Он не имел никакого направления и представлял из себя меч, который тупо «разбрызгивал» силу.

Но материализовавшийся перед ней меч был теперь совсем иным.

Это был очищающий клинок, созданный, чтобы отсечь искажённое и исправить искажённый мир, прямо как крылья обрели форму для полёта по небу, а ноги – для бега по земле, призванный Комари меч был окутан чистейшей силой очищения. Было ясно как день, что его форма, свойства и все важные элементы, формирующие меч, были сконструированы исключительно для уничтожения Древ Скверны.

Однако…

– Угх…

Едва только меч проявился, как лицо Комари исказилось от боли. Обладавший силой очищения «Эль Вискам»… требовал от владелицы цены, в сотни раз превышающей обычную форму. Одно лишь его поддержание высасывало из неё все силы до последней капли. Не исключено, что взмах им может даже стоить ей жизни.

Осознавая это, Комари однако ринулась вперёд вместе с мечом.

– Отойдите, ребята! Я спасу всех!

Она знала, что, как и сказала Феррис, это большая авантюра. И что если у неё ничего не выйдет, то она погибнет… но столь малая жертва, её более чем устраивала. Если из-за потери времени, эти деревья станут взрослыми, то наступит конец света.

Так что она не могла жаловаться в слезах. Раз уж она своевольно ставит целый мир на чашу весов, то что значит её собственная жизнь? Она во что бы то ни стало уничтожит Древа Скверны и спасёт всех, даже если её конечности оторвутся и даже если её сердце разорвёт на кусочки.

– Х-ха-а-а-а-а-а-а-а!!

Сжигая свою жизнь, Комари нанесла удар по извивающемуся Древам Скверны.

В миг, когда клинок света поразил ствол, её накрыло мерзким ощущением, словно на части разрывалась плоть живого существа…

– Получилось…

Разрубленное пополам «Эль Вискамом» Древо Скверны начало исчезать от места разреза, словно иссыхая. Сомнений быть не может – этот меч обладает силой очищать Древа Скверны.

С ним она точно сможет всех спасти.

Ощущав конкретный результат, Комари тут же развернулась к следующему древу… Но увидела бесчисленные ветви Древ Скверны, которые неслись потоком к ней, словно цунами.

– Э?..

Когда на тебя нападают, нужно давать сдачи. Это само собой разумеющееся действие самозащиты в природе. И Древо Скверны не было исключением из этого правила. Почувствовав присутствие «врага», причиняющего ему вред, Древа Скверны контратаковали, чтобы защитить себя. Изо всех сил взмахнувшая мечом Комари просто не заметила атакующие её острые ветки в форме магических копий.

Они приближались к девушке на такой скорости, что она не могла уклониться от них, безжалостно пытаясь пронзить её сердце…

– Я же говорил, успокойся.

В миг, когда её должны были жестоко пронзить копья, её спас Кёя.

– К-кёя… Зачем ты…?

– Канон попросила меня, и она сильно разозлится, если я позволю тебе пойти одной. К тому же, неужели ты забыла? Мы «Отряд Лалачки (временное название)». Так что именно в такие моменты мы должны играть как команда.

Держа Комари на руках, Кёя с лёгкостью укорачивался от бесчисленных приближающихся веток. После чего он дистанцировался от них, опустил Комари и объявил их козырный план.

– Впрочем, у нас всего один план. Сделаем это, Комари, «план А». Атака на тебе, а я полностью возьму на себя защиту. Так что… смотри только вперёд и иди напролом!!

– Ладно!!!

И так началась их совместная операция.

Комари тупо прорывалась вперёд, а Кёя, ставший её ногами, уклонялся от контратак Древ Скверны. Однако, чем глубже они продвигались, тем плотнее становились деревья. Если продолжать только уклоняться, то рано или поздно наступит предел. Но даже если попытаться возвести защитный заслон, внутри искажённой области, порождённой Древами Скверны, магия не функционирует нормально. Такими темпами их положение будет неуклонно ухудшаться.

Так что… видимо, придётся немножко надавить.

– «Оркестр» – «Tré», «Muspel», «Jörð», «Iárn», «Nifl[4]», – быстро прочитал он заклинание, и в тот же миг вокруг Кёи появилась магия пяти элементов.

Каждая из пяти формул, повелевающих своим элементом – деревом (Трэ), огнём (Муспель), землёй (Ёрд), металлом (Иярн) и водой (Нифль), несла в себе магическую силу, достаточную чтобы смести целый континент.

Но это была лишь подготовка.

– Церемония пяти стихий: «Цикл Взаимопорождения».

Дерево превращается в огонь, огонь в землю, земля в металл, металл в воду, а вода в дерево.

Кёя циркулировал пять, созданных им магий, на сверхвысокой скорости. Давая жизнь, убивая, получая жизнь, умирая – в высшей точке, после бесконечного количества попыток взаиморождения и взаимоуничтожения, взаимоподавления и взаимоусиления, достигается циклический круг, равный жизни.

Теперь дерево было огнём, огонь – землёй, земля – металлом, металл – водой, а вода – деревом. Пять раннее разрозненных магических сил вознеслись в индивидуальную и в одну отдельную и целую магическую силу.

В результате чего была соткана формула…

– Эхо: «Андлунг[5]».

Пять кругов развернулись, чтобы защищать их обоих. Это искусственная Альтэма – магия всех элементов, созданная путём объединения магических систем демонов и Оммёдо. Тем не менее это фальшивка, порождённая силовым методом. Нестабильная формула, содержащая в себе нарушения магической логики.

Но использована она была по довольно простой причине. Она будет гарантированно функционировать даже в области Древ Скверны, где магическая сила беспорядочно мутирует. Какой бы из атрибутов не мутировал, будучи всеэлементной, данная формула не выйдет из строя. Хотя это уже наполовину агрессивная тактика грубой силы, она обладала чрезвычайно высокой эффективностью. Пять защитных заслонов отражали все атакующие их ветви.

Ну а рядом Комари орудовала своим «Эль Вискамом». С каждым взмахом принимая на себя непомерную нагрузку, она, стиснув зубы, очищала одно древо за другим. Против более сотни Древ Скверны, это, возможно, абсурдный шаг. Но всё же, она очищала их шаг за шагом, неуклонно. Пока вся тьма, стоящая у них на пути не будет рассеяна.

Однако Древа Скверны не стали сидеть сложа руки, ожидая погибели.

Видимо, они поняли, что Комари – их естественный враг, который в конечном итоге изничтожит их. Древа Скверны отказались от бесполезных атак и… вдруг начали атаковать друг друга. Но это была не простая междоусобица. Пожирая друг друга, более сильный поглощал всю силу – каннибализм. Они решили отбросить индивидуальность, чтобы похоронить героя-естественного врага как вид. Так, став одним гигантским деревом, Древо Скверны контратаковало героя, рассеивая свою возросшую тёмную ауру. Для уже полностью истощившей свои силы Комари, это была слишком огромная преграда… Однако Древо Скверны упустило одну вещь. За героем был некто куда более опасный.

– Буквально объединили силы, значит?.. Ну тогда, мы последуем вашему примеру, – пробормотал Кёя и положил свои руки на её, словно обнимая Комари сзади, и мягко передал ей свою магическую силу.

В этот миг…

– Э-это магическая сила Кёи?..

Комари была от всего сердца восхищена влившейся в неё силой.

Качество, количество, плотность – всё было на совершенно ином уровне. Она ничуть не уступала Древу Скверны во всех аспектах или даже превосходила его. Но, несмотря на это, магическая сила Кёи нисколько её не пугала. Хотя этой силы было достаточно, чтобы уничтожить весь мир целиком, она почему-то очень успокаивала её.

Словно тёплое весеннее солнце. Приняв его свет всем телом, Комари вновь сжала меч в руках. 

– Справишься, Комари? Мы спасём всех. Ты и я.

– Да!

Комари влила колоссальную силу, одолженную у Кёи в «Эль Вискам». Ровно столько, сколько требовал меч, сколько ему хотелось, чтобы удовлетвориться. До сих пор лишь контролируемый её оригинальный навык впервые получил поставку силы, достаточную для его истинных нужд.

И «Эль Вискам» менял свой облик, словно расцветший зрелый бутон.

Это был меч. Самый простой меч, без каких-либо украшений на рукояти и ножнах. На первый взгляд он мог показаться куда более слабым в сравнении с прошлым мечом света… Однако, будучи его владелицей, Комари понимала, что это был путеводный свет, рождённый чтобы рассеять эту тьму.

Поэтому Комари назвала его имя. Вложив лишь твёрдое желание спасти всех во что бы то ни стало.

– «Эль Вискам: Альтер, „Левантейн[6]“»!!

Она взмахнула мечом.

Сияющая яркая вспышка.

Искра начала вселенной.

Свечение, мерцающее при сотворении мира.

Семь цветов, даруемых солнцем.

Неся желание девушки, клинок света пронёсся прямо сквозь воздух, пронзил искажённое до невозможности Древо Скверны и… рассёк его на две части.

– Всё-таки ты нечто, Комари.

– Э-хе-хе, всё благодаря тебе!

Издавая вопли, напоминающие предсмертную агонию, Древо Скверны начало исчезать, обращаясь в пустоту. Вместе с его очищением, мутировавшее святилище тоже вернулось в исходное состояние. Ну а выполнивший своё предназначение «Эль Вискам» тоже вернулся в грудь Комари, обратившись в частицы света.

Осталась лишь спокойная тишина и… ученики, освобождённые от Древ Скверны.

– Канонушка!

Подбежав к упавшей лучшей подруге, Комари подняла её тело и с беспокойством позвала её по имени.

Спустя несколько секунд, которые казались вечностью… веки Канон дёрнулись. Затем, едва открыв глаза… она сразу же увидела прямо перед собой лицо лучшей подруги и улыбнулась.

– …Я видела сон… Сон о игре в героя, в которые мы часто играли в той больничной палате…

– Я тоже помню! Это по манге, которую ты приносила! Я всегда была героем…

– А я – принцессой.

– Э-хе-хе, кстати говоря, ты ведь с тех пор и начала разговаривать, как принцесса, так?

– Да, у меня это уже вошло в привычку. Так просто это не изменишь, – мягко улыбнувшись, Канон протянула руку к щеке Комари. – Но знаешь, ты тоже не изменилась. С тех самых пор… моей героиней всегда была ты, Комари.

Комари с Канон обнялись, словно удостоверяясь, что они обе живы.

Видимо, подражая им, Лала тоже крепко обняла Феррис, а та погладила её по щеке хвостиком. Тем временем другие ученики начали приходить в себя, и в святилище снова стало шумно. Они все были истощены, но похоже, их жизням ничего не угрожало.

– …Ну, вроде пронесло… – вздохнул Кёя, а затем плюхнулся на землю.

Инцидент разрешён. Все благополучно спасены. Хэппи Энд… хотелось бы мне так сказать, но осталось одно небольшое дельце.

– …Ты пошёл, Кёя?

– Да, не можем же мы оставить того, кто всё это затеял.

Пожав плечами, Кёя один бросился сквозь учеников, радующихся тому, что они выжили. Туда, куда сбежала виновница всего хаоса – богиня Сноэлла. К потайному проходу, ведущему в подземелье за святилищем.

----…

--…

– Х-ха, х-ха, х-ха!..

Сноэлла изо всех сил мчалась по тёмному каменному коридору.

Это был аварийный потайной путь, созданный в подземелье базы. В обычной ситуации она бы сразу телепортировалась, но из-за развёрнутого блокирующего барьера, не могла использовать пространственную магию. В результате пришлось бежать так, постыдно обливаясь потом.

Разве теперь я не похожа на глупых людей? – испытывая отвращение к собственному унижению, лицо Сноэллы исказилось от раздражения.

Точно, всё это вина той вторгшейся Хины Кирасаки. Мне даже пришлось использовать превращение в Древа Скверны, чтобы сбежать. Раз дело приняло такой крутой оборот, то вернуться в школу мне, наверное, уже не удастся. Не знаю, на кой чёрт эта девка сюда заявилась, но мне теперь это сулит крупные неприятности.

…Однако.

– Хе-хе, хе-хе-хе-хе… – с одной стороны, кипя от ярости, Сноэлла не могла сдержать улыбку.

Несомненно, данный инцидент обернулся несчастным случаем. Но по правде говоря, «Ордер: Флорантия» и «Превращения в Древа Скверны» были экспериментами, запланированными на ближайшее время. Поэтому то, что нужно было сделать в школе, я уже давно завершила, и, если смотреть глобально, данный инцидент был в пределах погрешности. Скорее, можно сказать, что это даже плюс, раз удалось таким образом получить данные в реальном бою.

Впрочем, кое-что меня действительно печалит. Это оригинальный навык той провалившейся героини Комари или как её там. Сила, отвергнувшая Реинкарнатор и даже очистившая Древа Скверны. К тому же, скорее всего, изначально её навык таким не был и его возможности изменились по необходимости. Крайне любопытно.

Как бы мне хотелось вскрыть её прямо сейчас и всесторонне изучить, но… это подождёт до следующего раза. Если меня здесь схватят, то всё это будет зря. Пока что самое важное – сбежать.

Сноэлла была не настолько глупой, чтобы не уметь расставлять приоритеты.

Спустя где-то десять минут, Сноэлла наконец побежала до конца прохода и открыла там дверь в небольшую безопасную комнату. То, что она искала, находилось в дальней её части.

(Отлично, он работает.)

В дальней части комнаты покоился маленький магический круг с формулой телепортации – тот самый, заготовленный на случай чрезвычайных обстоятельств, в котором она уже давно запасла магическую силу с помощью оригинального навыка Кокуфудзи. Хоть он и был рассчитан на одного человека, а точка телепортации была зафиксированной, зато банальная мощность у него была колоссальная. Воздействие Древ Скверны уже должно было ослабить блокирующий барьер, так что, если использовать этот магический круг, то у неё получится сбежать.

А дальше всё просто. Достаточно телепортироваться в Америку, Китай, Россию… любую подходящую страну. Сейчас, когда все страны мира крайне заинтересованы в аномальной военной силе под названием «герои», если богиня попросит у них убежище, то они естественным образом будут пытаться взять её под защиту. Вдобавок ко всему, Япония крепко связана международными договорами и не сможет выслать за ней погоню. Стоит ей сбежать за границу, и она сможет открыто продолжить свои эксперименты.

Верно, она – богиня мышления. У неё припасено множество планов на случай чрезвычайных ситуаций.

(Хым, да чтобы мои инновации да остановились в таком месте?)

И вот, самодовольно ухмыляясь, Сноэлла активировала формулу… Но в этот момент позади неё раздался звук медленного открывающейся двери в безопасную комнату.

Неужели этот провалившийся герой Кёя или как там его, уже догнал меня? – Сноэлла вздрогнула и обернулась.

Но увидела она там отнюдь не Кёю.

– Попа-а-алась.

Там стояла девочка. Её сияющая милота, словно её любил сам мир, казалась абсолютно неуместной в этой серой безопасной комнате. Сноэлла… тихонько вскрикнула.

– Х-хи!.. Р-розе?..

– Эх, ну ты и злюка, Сноэллочка. В такие игры надо обязательно приглашать меня.

Она ослепительно ей улыбнулась, однако лицо Сноэллы напротив исказилось.

– Ч-что ты здесь делаешь?!.. Н-неужто это ты послала сюда Хину Кирасаки…??

– Эх, слишком много ты фантазируешь. Мои детки делают всё, что им в голову взбредёт. Они не из тех, кто слушаются указаний. В принципе поэтому-то я их и курирую. Неудобно держать рядом с собой деток с головой на плечах, – пожала плечами Розе… а затем приблизилась к Сноэлле на шаг. – Но сейчас не об этом… Ты, кажется, хотела мне что-то сказать, да?

– Угх…

На лице Розе была невинная улыбка. Но Сноэлле было ясно как день, что она порицает её за этот инцидент.

Не знавшая как объясниться Сноэлла… вдруг повысила голос:

– А-а что я могла сделать! Ты же вечно только и делаешь, что играешь в школе! Наверняка уже и забыла всё про новый мир! Вот я и действовала сама! Что в этом плохого, скажи?!

Если она признает ошибку, то это будет конец. Сноэлла трещала без умолку.

Розе же наблюдала за ней, весело хихикая.

– Вау, ты сорвалась на меня? А, я знаю. Это же называется истерия, верно? Выходит, даже у богинь-тёток такое бывает!

– Ч-что?!.. Ах ты соплячка!..

Её издевательского отношения было более чем достаточно, чтобы взвинтить и без того разозлённую Сноэллу. Напряжение, страх и раздражение… Оказавшись загнанной в угол, её вдруг осенило.

Богини не могут вмешиваться в мир, но… между богинями дело обстоит иначе.

Сноэлла сунула руку за пазуху и схватила спрятанный там пистолет.

…Но, когда она уже собирались его выхватить, Сноэлла вдруг ощутила на себе чей-то взгляд.

Она посмотрела в точку за спиной Розе и встретилась глазами с ученицей, стоявшей неподвижно в тени двери.

Как давно она там стоит?

Эта девушка в школьной форме не имела никаких примечательных черт. Лицо, тело – всё было самым обычным. Как будто само понятие среднестатистического обрело человеческий облик – внешность, не оставляющая никакого впечатления.

…Но почему же? От одного лишь взгляда этих лишённых эмоций глаз она не могла пошевелить даже пальцем? Всё её тело само собой затряслось, а холодный пот безостановочно лил ручьями. Сердце колотилось с таким громким набатом, что это действовало на нервы. Она даже дышать нормально не могла. Словно лягушка, на которую уставилась змея.

Увидев окаменевшую Сноэллу, Розе снова рассмеялась.

– Ну-ну, успокойся. И вообще, ты, кажется, кое в чём заблуждаешься, но… я ведь ни слова не сказала о том, что злюсь на тебя из-за твоих экспериментов.

– Э?.. П-правда?..

– Ох, всё-таки ты ничего не поняла? А-ха-ха, ну а как иначе? Как думаешь, кто сдерживал следственную группу? Да и вообще… если уж на то пошло, то это я дала тебе этот Реинкарнатор. Я думала, что у тебя получится усовершенствовать его, так что я даже благодарна тебе.

– З-значит, я могу продолжить исследования…

– Конечно же!

Увидев сияющую улыбку Розе, Сноэлла облегчённо выдохнула.

…Но её выражение лица тут же застыло.

– …Но впрочем… Я ведь не говорила, что я не разозлилась.

– Что?

– Я с самого начала сказала, пригласить меня.

– П-подожди…

– Монополизировать что-то не хорошо, правда?

– П-послушай меня…

– Так что…

В руках не слушающей её Розе вдруг появился четырёхугольный чемодан. Сделанный из выделанной кожи светло-коричневого цвета, на первый взгляд он казался лишь слегка антикварным обычным чемоданом.

Однако стоило Сноэлле его увидеть, как её лицо мгновенно исказилось.

– «Фул Эдда[7]»!..

После чего Розе сказала напуганной Сноэлле:

– Это твоё… маленькое наказание.

Сказав это, пальцы Розе расстегнули застёжки чемодана. Тот с грохотом открылся, а внутри него зияла абсолютная тьма. Пустота и концентрированное «небытие», сильно напоминающее бездну вселенной.

– Х-хи!.. – вскрикнув от ужаса, Сноэлла попыталась сбежать.

…Но было уже слишком поздно.

Из кромешной тьмы вытянулись бесчисленные руки, которые мгновенно обвились вокруг всего тела Сноэллы и затащили её в глубины чемодана. Всё, что осталось, – лишь вопли перепуганной богини.

После того, как всё исчезло в глубинах тьмы, чемодан закрылся сам по себе, словно ничего и не было.

– Ладушки, дело сделано. Ну что, пошли домой? – обратилась Розе к девушке позади, снова подняв чемодан.

Ученика никак на это не отреагировала, но Розе это, похоже, ничуть не заботило. Достав из кармана чёрный мелок, она начала, напевая, выводить в воздухе магический круг.

Но тут вдруг…

– М-м? Что-то не так?

Без малейшего предупреждения ученица вдруг обернулась назад. Затем медленно подняла правую руку и прошептала лишь одно слово:

– «spellzhervell».

В этот миг вспыхнуло абсолютное чёрное бушующее пламя. Подобное сверхмощному лазерному лучу, оно в одно мгновение снесло весь эвакуационный коридор.

– Вау, ты чего это вдруг? Неужто… там кто-то был? – спросила Розе, а её взгляд вдруг стал суровым.

…Но лишь на мгновение. Как только она увидела выбежавшую из-под щели в обломках мышку, на её лице вновь появилась обычная улыбка.

– М-м, тебе ещё стоит научиться управлять своей силой. Ну, ты ведь ещё ребёнок, ничего не поделаешь.

Улыбнувшись в гордом одиночестве, Розе взяла девушку за руку.

– В общем пошли домой. Хочу поскорее продолжить игру.

С этими словами Розе вошла в нарисованный ею телепортационный магический круг. Даже здесь, несмотря на присутствие блокирующего барьера, он сработал как ни в чём не бывало, и обе телепортировались неизвестно куда.

А после того, как всё утихло…

– …Пха, – из-под обломков высунулся покрытый пылью Кёя. – Блин, как можно стрелять без предупреждения – у неё там вообще все дома?..

Оттряхнув пыль со всего тела, Кёя проворчал:

– И вообще… Какого чёрта эта богиня притащила с собой демона? – наклонив голову, вспоминал Кёя только что увиденное. Хотя непонятно было не только это. Истинные намерения Сноэллы, подлинная сущность Розе, чем вообще эти богини заняты в школе – всё было покрыто мраком.

Но способ проверить это он знал.

Прямо перед ним висел магический круг телепортации, которым воспользовалась Розе. Он уже начал исчезать, но пока ещё можно было пойти по следам.

Пойти за ними и выяснить всё?

Кёя колебался лишь мгновение, но… ответ пришёл сразу.

Заговоры богинь, цели школы – тут явно пахнет жаренным. Но какое это имеет к нему отношение? В школе полно сильнейших героев. Даже если мир вдруг окажется в беде, они как-нибудь с этим разберутся.

Верно, Кёя хотел защитить не мир во всём мире, а мелкую гармонию одной чёрной кошки. А раз так, то зачем ещё больше рисковать и тыкать палкой в спящего медведя? Пусть этим занимаются настоящие герои. Для фонового персонажа же лучше всего сидеть где-нибудь в уголке, как и полагается фоновым персонажам.

Поэтому…

– Ладно, пойду-ка и я обратно.

Кёя повернулся спиной к магическому кругу и вернулся на поверхность, где его ждали Феррис и остальные.

* * *

[1] Order – приказ (англ.), иероглифами записано как: «принуждение».

[2] Avis Wayfarer – Путник-птица (лат. и англ.). Кандзями: «Путешественник древа эволюции».

[3] Записано как: «Хаотичное чириканье обратного цикла».

[4] Читается как: «Трэ», «Муспель», «Ёрд», «Иярн», «Нифль».

[5] Записано как: Псевдоэпиграф: «Праведные врата, отвергающие сумерки».

[6] Записано как: «Небесная слеза богини: форма „ветви света, несущей благовестие“».

[7] Записано как: «Маленькая ложь важного второстепенного персонажа».