Глубины Мирового Древа, куда не достигает свет.

Самое тёмное, закрытое иное пространство внутри изнаночной сферы явлений.

В этом месте, о котором никто не знал, парила угольно-чёрная сфера.

Изолированная от мира, она была гробом, коконом и яйцом. Грезя о конце света, она лишь тихо пульсировала.

…И вот, момент настал.

Сфера, отметившая девяносто четыре миллиона шестьсот восемь тысяч биений, внезапно зашевелилась. Едва по поверхности, словно рябь, пробежали волны, как от вершины вниз пролегла трещина, и… изнутри показалась фигура юноши – Кёи Кудзё.

Юноша, вышедший из отвергающего свет кокона, два-три раза сжал и разжал ладони, проверяя ощущения. Словно он давно не ощущал наличия плоти.

…И кое-кто встречал этого юношу.

– Вы проснулись, мой владыка?

– …Что, ты всё еще здесь, Сноэлла?

Почтительно преклонив колено, богиня мышления Сноэлла поднесла ему одежду. Похоже, она всё это время ждала его пробуждения.

…Однако эта её манера поведения, подобная покорной слуге, тут же испарилась.

– Пф, всё такой же грубый мальчишка. Что значит «ты всё еще здесь»? Мне ведь некуда возвращаться. Я же на твоей стороне, – как всегда огрызнулась Сноэлла, и след её былой покорности простыл.

Хотя Розалия сняла с неё оковы ещё три года назад, она всё равно осталась на стороне Кёи. Она совершила немало гнусных поступков, так что места в этом мире для неё быть не могло.

– Вот как. Ну… извини, – искренне извинился Кёя, продевая руки в рукава принесенной одежды.

– Вот то-то же! К тому же ты даже одежду не подготовил. Что бы ты без меня делал?! – продолжала ворчать Сноэлла, но… затем добавила одну фразу:

– Кроме того, ты ведь владыка демонов, так? А значит… тебе не мешало бы иметь хоть одного подчиненного для солидности.

– И то верно. Спасибо.

– Д-да ты чего, не надо меня благодарить! – Сноэлла, чьи щёки слегка порозовели, затем посмотрела Кёе прямо в глаза. – Взамен… разнеси всё до основания. Весь этот мир, переполненный дурацкими ролями. Своей силой.

– Да, я с самого начала так и планировал.

Кёя спокойно, но уверенно кивнул и направился к выходу из пространства.

Сноэлла склонила голову ему в спину. Глубоко, почтительно, вкладывая в этот жест всё своё уважение. Как его единственный в этом мире вассал.

– Берегите себя, владыка демонов.

За пределами изолированного пространства оказался роскошный большой зал. В дальней его части возвышался величественный трон. Вероятно, Сноэлла соорудила его от нечего делать за эти три года.

С горькой усмешкой от такой «аутентичности» Кёя сел на трон. А затем… просто тихо закрыл глаза. Он ничего не предпринимал. Юноша просто ждал. Ведь именно так и должен вести себя владыка демонов.

…И первый посетитель не заставил себя долго ждать.

– …Как я и думал, первой окажетесь вы. Всё так же быстры на подъём, Кудзуха?

– Ха-ха, ну а как иначе-то? Такая уж у меня роль, – выражаясь в своей навевающей воспоминания шутливой манере, телепортировалась Кудзуха Минахо всё с той же надменной ухмылкой на лице.

– Ну и, что вам нужно? Неужели… решили проверить мои силы, выступив в роли авангарда?

– Эй-эй, ты что, не проснулся ещё? Я свой выход уже прошляпила. Я не из тех девушек, которые, будучи статистками, лезут на главную сцену, не умея читать атмосферу… Я сюда так, немного развлечься пришла. Тебе ведь нужен кто-то, чтобы скоротать время до появления главного героя? – притворившись равнодушной, Кудзуха вальяжно уселась и спросила: – Ну как? Хорошо спалось? Какие сны видит владыка демонов?

– Да ничего необычного. Сны о Феррис.

– Ха-ха-ха! С определенной точки зрения ты звучишь как опасный сталкер. Хотя, пожалуй, я как-то поздновато уже это подметила! Ха-ха-ха-ха! – задорно рассмеялась Кудзуха.

Похоже, она действительно пришла просто поболтать. Поэтому Кёя решил поддержать беседу:

– А как дела у вас? Что происходило в мире эти три года?

– А, это… Как ни странно, всё было не так уж плохо. Конечно, поначалу было много споров. Всё-таки было объявлено о конце света, так что обычной жизни пришёл конец. В нормальных условиях начались бы бунты или войны. Но всё это было подавлено твоим Всемогуществом. И знаешь, что в итоге случилось? Люди стали разговаривать друг с другом, – Кудзуха пожала плечами. – Впрочем, это единственное, что им оставалось. Насколько мелкой бы ни была проблема, всё решалось долгими обсуждениями и поисками компромисса. Иногда получалось, иногда нет. Но люди осознали одну вещь: если сесть и поговорить, то к всеобщему удивлению со всем можно как-то разобраться… Так что я считаю, этот мир стал лучше, чем был раньше, –серьёзным тоном пробормотала Кудзуха и задала вопрос: – Слушай, может, прекратишь сражаться и попробуешь пожить в этом мире? В нынешнем мире даже мисс Лост Нуар нашлось бы место, – предложила Кудзуха с серьёзным выражением лица.

…Но Кёя лишь усмехнулся.

– Снова пытаетесь заговорить мне зубы. С вами, как всегда, нельзя расслабляться… Эта гармония поддерживается только благодаря моей силе. В этом нет смысла. К тому же… время на исходе.

– …А, ну да, точно…

Видимо, поняв смысл этих слов, Кудзуха посмотрела на него с легким сочувствием. Но Кёя, не обращая внимания, продолжил:

– Поэтому я уничтожу мир до того, как это случится, – выразил он свою решимость с такой же лёгкостью, как и три года назад.

Услышав эти слова, лишённые всяких сомнений, Кудзуха лишь пожала плечами.

– Ну что ж, тогда старайся изо всех сил. Я за тебя болею… Эй, что это за взгляд?

– Да нет, просто «болею»…

– На этот раз я на полном серьёзе. В конце концов, благодаря тебе Розе не пришлось умирать. Лично я тебе очень благодарна. К тому же… «спасти что-то важное, даже ценой мира»… Я бы такой выбор сделать не смогла. И не только я. Наверняка есть и другие такие ребятки. Так что – удачи.

Как обычно было непонятно, врала она или говорила правду.

В любом случае, её время вышло.

– Что ж, давай на этом закончим нашу болтовню. Кажется, там уже очередь собралась.

Кудзуха встала и отступила назад. Её место занял пожилой мужчина внушительного телосложения.

– Доброе утро, Кёя Кудзё. Хорошо ли ты спал?

– Здравствуйте, Янаги. У вас прибавилось седины?

– Ха-ха-ха, в моём возрасте время летит незаметно.

Старый воин… Янаги добродушно улыбнулся.

– Но это не всегда плохо… На самом деле, недавно я решил на старости лет заняться резьбой. Сначала это было просто хобби для себя, но Мики посоветовала мне выложить работы в так называемую «соцсеть»… И представляешь, они «хайпанули». Молодёжь стала приходить посмотреть на мои работы. Вот, посмотри на фото.

Своими огромными руками он выудил из-за пазухи совсем не подходящий ему современный смартфон. На заставке красовалось фото огромного дракона, явно вырезанного двуручным мечом, а вокруг толпилась молодёжь, делая селфи. В центре компании Янаги неловко показывал знак «V». …Похоже, он и его скульптуры стали популярным местом для соцсетей.

– Никогда бы не подумал, что такой мир существует. Прогресс – удивительная штука. Так что я даже подумываю стать «ютубером». Думаю, назвать первое видео «Как бывший герой-старик вырезал дракона двуручным мечом». Ха-ха, не забудь подписаться и поставить лайк, Кёя.

Лицо Янаги так и светилось радостью. Прирожденный воин, так восторженно говорящий о интернете и соцсетях… Кёя не знал, радоваться этой перемене или печалиться.

Но двуручный меч, покоящийся за спиной старого воина, казалось, тоже довольно улыбался. Должно быть, он был рад, что старик, которому оставалось лишь доживать свой век, нашёл для себя новый путь.

И для Кёи это стало ответом на его сомнения.

Из разговоров с Кудзухой и Янаги следовало одно: они оба искренне верят, что завтрашний день наступит.

Да, сегодня тот самый день, который злейший великий владыка демонов объявил концом света. По идее, все должны были бояться, дрожать и отчаяться. Но тем не менее, они были совершенно спокойны. Словно были абсолютно уверены, что мир не погибнет.

– Судя по всему… у неё всё получилось?

Этот вопрос был самым важным не только для Кёи, но и для всего человечества… Но оба лишь буднично пожали плечами.

– Если честно, то я не знаю. Всё-таки тридцать тысяч лет – это слишком долго. Моего духа хватило лишь на то, чтобы сопровождать её первые пять тысяч лет. Так что я понятия не имею, что произошло в оставшиеся двадцать пять тысяч.

– У меня то же самое. Хотя я обладаю способностью к перерождению, пока я жива, я нахожусь в нормальном течении времени. Душа просто не выдержит тридцать тысяч лет одних лишь тренировок. Так что я не знаю, как там наша девочка. Может быть… она просто потерпела неудачу и умерла, – ответили они почти в унисон, словно их это не касалось.

…Но Кёе показалось, что это, напротив, было проявлением абсолютного доверия.

– Хе-хе-хе, что, так любопытно? Но, увы, ответ узнаешь позже. Потерпи ещё немного. Кажется, пришли другие гости.

Как и предсказала Кудзуха с ехидной усмешкой, появились новые посетители.

– Привет, ты проснулся.

Внезапно появилась богиня с андрогинной внешностью…

– О, Розе. Выглядишь хорошо. Как ты провела эти три года?

– Путешествовала. Посещала места, которые любила Розалия… Хотя одной было немного скучно.

Услышав это, Кёя внезапно спросил:

– …Ненавидишь?

– Тебя? Или Розалию?

– …Обоих.

– Ха-ха, странный вопрос. Ты и так знаешь ответ, да и спросить это хочешь не у меня. А главное… даже если и так, твой выбор ведь не изменился бы?

– Это точно, – честно подтвердил он.

Розе рассмеялась от всей души:

– А-ха-ха, эта твоя по-детски упрямая натура так похожа на Розалию. Я бы хотела поговорить с тобой побольше… Но, кажется, кое-кто уже не может ждать, так что оставим это на другой раз.

Едва Розе щелкнула пальцами, как позади открылись телепортационные Врата. И оттуда появилась…

– Кё-ё-ё-я-я!!!

Словно пуля вылетела Лала, богиня-малышка… Но стоило ему увидеть её, как глаза Кёи округлились.

– Ты… так ты выросла…

С момента их последней встречи три года назад она вытянулась сантиметров на десять. Лала превратилась из маленькой девочки в подростка. Конечно, она всё еще была ребенком, учитывая её изначальный рост, но перемены были поразительными. Как же быстро растут дети.

Увидев реакцию Кёи, Лала гордо выпятила грудь.

– Да, я стала настоящей леди! Мне даже дали «титул»! Хочешь узнать какой? Хочешь же, да?! Ха-ха-ха, слушай и трепещи! Мой титул… это… э-э… богиня спасибо и… переполоха?

– «Богиня спасения и реинкарнации», – подсказала Розе.

– Д-да! Именно такой! Короче, я теперь очень важная особа!!! – продолжила обращать внимание на свою взрослость Лала, в то время как Розе помогала ей со стороны.

…Но долго это не продлилось.

– В-в общем поэтому... я даю тебе право похвалить себя! Т-тебе ведь тоже наверняка было одиноко, так что я, т-так и быть, разрешаю тебе погладить себя!

С этими словами Лала, застенчиво переминаясь с ноги на ногу, подошла ближе… Раз уж она сама того желает, ничего не поделаешь. Просьбы маленьких девочек всегда имеют высший приоритет.

Кёя осторожно погладил Лалу по голове.

– Ты молодец, Лала. Хорошо постаралась.

– Э-хе, э-хе-хе-хе...

Впервые за три года её погладили, и Лала пришла в полный восторг. Её расплывшееся в улыбке лицо ни капли не изменилось с тех пор, когда она была совсем малышкой.

После того как Лала была удовлетворена поглаживаниями…

– Хм, значит, все уже в сборе.

Появилась не кто иная, как та самая женщина, которую он все эти три года продолжал видеть во снах.

– Привет, Феррис. Рад видеть, что с тобой всё хорошо. Раз уж ты здесь, значит, и она…

– Да, скоро должна прибыть, – Феррис кивнула, поняв, что хотел сказать Кёя, однако… – И всё же… Мы так долго не виделись, а ты первым делом заговорил о другой девушке?

Феррис слегка надула губы, словно обидевшись. Будь это свиданием, он бы точно получил максимальный «неуд». Кёя поспешно оправдался:

– Виноват, виноват. Просто я постоянно видел тебя во снах, поэтому нет ощущения, что мы долго не виделись… Прости, что заставил тебя страдать от одиночества целых тридцать тысяч лет.

– Хе-хе, раз так, то я тебя прощаю. К тому же… я тоже каждую ночь видела тебя во сне. Поэтому мне ни капельки не было одиноко.

Да, даже спустя тридцать тысяч лет чувства Феррис не изменились. Как и у Кёи.

– Я одержу победу ради тебя. И тогда мы будем вместе навсегда.

– Да… Я буду ждать.

Больше ничего они друг другу не сказали. Но этого было достаточно. Ведь впереди у них будет уйма времени для разговоров… Сразу после того, как мир будет уничтожен.

И, похоже, «этот момент» наконец настал.

– …О, похоже, прибыла, – тихо пробормотала Феррис, почувствовав что-то.

То же самое ощутили и все остальные присутствующие. Кудзуха, Янаги, Розе, Лала и даже Феррис отступили в сторону. Все понимали, что сейчас появится главная героиня… что поставит точку в затянувшейся истории Героя и Владыки демонов.

И больше всех этого ждал именно Кёя.

Он слышит топот её бегущих ног.

Он чувствует её учащённое сердцебиение.

Он видит свет, который она излучает.

В этот миг, когда секунда казалась вечностью, Кёя вдруг подумал:

А-а, так вот что это за чувство.

В детстве, играя в ролевые игры, он всегда задавался вопросом: почему великий владыка демонов, будучи сильнейшим с самого начала, покорно дожидается героя? Ведь если бы он напал сам, то легко бы победил. Будучи ребёнком, он так не по-детски язвил над сюжетом… Но теперь он понимает чувства владыки демонов, который просто сидит и ждёт прибытия героя, что должен его сразить.

Что ж… не так уж это плохо.

Затем двери распахнулись.

– Я… я опоздала?!

Её первая фраза была донельзя жалкой.

– Я так увлеклась взмахами меча… А ещё причёска никак не укладывалась!.. А ещё, а ещё по пути встретился заблудившийся котёнок… – паниковала и суетилась девушка… прямо перед решающей битвой, от которой зависит судьба мира.

Её появление было настолько в её духе, что Кёя невольно рассмеялся.

– Ха-ха-ха, ты совсем не изменилась, Комари.

– Э-хе-хе, доброе утро, Кёя! – девушка расплылась в энергичной улыбке.

Это была повзрослевшая на три года… но оставшаяся такой же, как прежде Комари Имари.

– Тридцать тысяч лет, значит? Долгий срок, согласись?

– Вовсе нет, они пролетели как одно мгновение!

Она улыбалась так, что казалось, будто она действительно совсем не изменилась. Однако Кёя понимал… Или, точнее, правильнее сказать «даже Кёя не понимал».

Он совершенно не видел, что сейчас творится у неё в душе.

Это было подобно тому, как никто не может смотреть прямо на ослепительное солнце. Подобно тому, как ты слепнешь от взрывающихся искр. Обладая Всемогуществом, Кёя тем не менее не мог разглядеть даже крупицы силы этой девушки.

Но Кёя ничуть не возражал. Ведь скоро всё и так станет ясно.

– Что ж, я бы хотел о многом с тобой поговорить, но… давай сделаем это не словами. Давай… начнём, пожалуй.

Эти небрежно брошенные слова стали гонгом, возвестившим о начале решающего сражения.

– …Но перед этим… давай сменим место. Здесь немного тесновато.

С этими словами Кёя щелкнул пальцами.

В следующее мгновение пейзаж полностью преобразился.

Они телепортировались… в руины государственной школы Игграсия. Исходная точка, где начались все истории, и конечная точка, где они закончатся…

– Хе-хе-хе, отличная сцена. Актёры в сборе. Теперь не хватает только… «зрителей»… Наверное, так бы сказала Розалия. Поэтому… сделаем так.

На этот раз щёлкнула пальцами Розе. В воздухе один за другим начали разворачиваться бесчисленные экраны. С той стороны на нас смотрели люди со всего мира. Будучи жителями этого мира, они имели на это право и обязанность увидеть собственную гибель.

Да, теперь сцена полностью готова.

– Ну что, начнём?

– Да!

Два героя, натренированных злейшей владычицей демонов, противостоят друг другу в школе для вернувшихся из иных миров. Оба обладают несравненной силой. Впереди – последняя битва, на кону которой стоит завтрашний день. Исход не ведом даже Кёе, захватившему контроль над законами причинности. Это естественно. Причинность связывает начало и конец. А сейчас – момент самого «конца». Того, что будет за ним, видеть невозможно.

Впрочем, это было неважно. Ведь результат скоро станет ясен. И вот – на глазах у всего мира битва началось.

– Что ж, раз уж это конец... Закончим всё с размахом, – пробормотал Кёя и легонько взмахнул указательным пальцем.

Мгновенно разразилась вибрация, напоминающая мощный подземный гул. Но исходила она не из земли. Содрогалась сама атмосфера. И причина была… высоко над головой.

Одна, две, три – то, что поначалу казалось крошечными точками, увеличивалось в размерах с пугающей скоростью. Из точек в кулак, из кулака в футбольный мяч, и наконец – в тени настолько гигантские, что они были способны раздавить мир. Это были бесчисленные метеориты. Дождь из бесчисленного множества гигантских метеоритов вот-вот должен был пролиться на Землю, словно притягиваемый.

Да, законы космоса уже давно были под полным контролем Кёи. Всего одним пальцем он мог запросто управлять движением небесных тел.

Падение скопления огромного количества комет, оставляющих за собой след… было бесконечно прекрасным и абсолютным. Величественная гибель, за пределами понимания разума смертных. Зрелище, достойное конца света, в чём-то даже эстетичное. Пред лицом этого божественного «конца» людям оставалось лишь с экстазом смотреть в небо. И вместо страха они чувствовали благодарность. За то, что в момент финала им довелось увидеть столь прекрасный мифический пейзаж.

…Однако тут раздался, казалось, поющий голос.

– «Бутон Небесной Мысли, седьмая формация – Хранящие Небо Цветки Любви».

В этот миг в небесах пышно расцвели бесчисленные цветы. Один за другим они обволакивали падающие метеоры своими лепестками... и те исчезали, превращаясь в яркий свет. Остался лишь аромат цветов. Словно ничего и не было.

Атака сверхмасштабной массы, сопоставимая с самой галактикой – целиком и бесследно исчезла, оставив после себя лишь стойкий аромат цветов.

Комари улыбнулась посреди рассеивающихся остатков света.

– Не говори, что это конец. Ведь... и завтра, и послезавтра мир обязательно будет существовать! – просто и твёрдо заявила Комари, с невозмутимым видом, даже не сбив дыхания.

А-а, понятно. Вот, значит, как…

– Тогда я раздавлю это будущее вместе с тобой, – холодно бросил Кёя и щелкнул пальцами.

– «Тёмное Зеркало Падшего Неба».

В тот же миг мир погрузился во тьму. В смятении подняв глаза, люди тут же всё поняли.

Солнце, символ сияющей жизни, было изъедено иссиня-чёрной тенью, словно при полном затмении. Мрак, распространяющийся подобно очагу болезни, в мгновение ока поглотил солнце, и мир лишился света. Да, гибнущему миру не нужен свет. Солнце, превращённое магической силой Кёи в жуткую тень, начало вместо тёплого солнечного света источать холодную тьму. Это был чёрный свет проклятий и тяжких недугов, подтачивающий всё, на что он падал. Осквернённое отчаяние безжалостно и в то же время беспристрастно пролилось на мир.

Посмотрев на это почерневшее солнце с возгласом «Вау!», Комари внезапно протянула правую ладонь, мягко прикрыла ей солнце и произнесла:

– «Бутон Небесной Мысли, четвёртая формация – Тенеед»

Комари легонько сжала правую руку, будто пытаясь схватить солнце. Конечно, рука не могла достичь небесного тела, находящегося в сотне миллионов километров… Точнее не должна была… Но когда она снова раскрыла ладонь, чёрное солнце, что должно было быть высоко в небе, необъяснимым образом оказалось у неё в руке в миниатюрном размере. А в вышине снова сияло обычное солнце.

Более того, Комари, подцепив пальцами всё ещё источающую скверну сферу взяла и – кто бы мог подумать – закинула её себе в рот.

– «Бутон Небесной Мысли, десятая формация – Пандора Итер[1]»… Ой, фу-у-у! Это совсем не вкусно!

Комари с недовольным видом высунула язык. Похоже, она просто съела, как леденец, сгусток скверны, способный осквернить всю вселенную… Впрочем, Кёя не особо удивился. Для него сейчас существовала уйма способов уничтожить мир.

– «Алкяст: Форфквадрант Нирмагнумопус – Эльдэннахт[2]», – задействовал Кёя алхимию четвёртой истины, создающей жизнь.

Хотя он не принёс никакой эквивалентной жертвы, которая должна была потребоваться. Кёя самим своим существованием уже превзошёл ценность Мирового Древа. Напротив, само повиновение его воле было наградой, и никакой иной платы не требовалось.

Подобная трансмутация, игнорирующая принципы алхимии, начала без конца извергать орды магических зверей. Каждый из них был беспрецедентно могущественным владыкой демонов, обладающим несколькими оригинальными навыками, полученными с помощью технологий гомункулов. Их характеристики превосходили Феррис на пике её могущества. Армия злейших и худших владык демонов, каждого из которых в одиночку хватило бы для уничтожения Мирового Древа, начала свой марш. Их шаги сотрясали землю, а их рёв шатал небеса. По сравнению с этим надвигающимся воплощением отчаяния, Комари была подобна жалкой лодчонке в бушующем океане. Казалось, её мгновенно разорвут в клочья.

Однако, судя по всему, она была не одна.

– Ну что, ребята, ваш выход! «Бутон Небесной Мысли, третья формация – Ри Канабула[3]»

Комари неспешно хлопнула в ладоши. И тогда у неё под ногами разверзлась дыра, из которой гурьбой начало появляться подкрепление… Но это были существа, ни капли не похожие на владык демонов, которыми повелевал Кёя.

Сначала кролик, связанный из пушистой шерсти, затем гигантский кот, сияющий всеми цветами радуги, следом собака, целиком состоящая из сладостей, а за ней – пухлый плюшевый медведь. Одно за другим появлялись существа самого причудливого вида. Их облик, столь далёкий от кровавого поля боя, казался даже жутким. Но саму Комари, похоже, это ни капли не волновало.

– Э-хе-хе, мы это всё вместе с Лалачкой придумали! Мило, правда?

Пока она беззаботно смеялась, армия владык демонов обрушилась на них подобно цунами. Казалось, их жестокие когти и клыки без труда растерзают этих нелепых зверушек… Однако столкнувшиеся армии показали неожиданное равенство. Нет, скорее даже сказочные существа начали теснить врага. Пушистый мех отражал адское пламя, мягкие лапы сокрушали жестокие когти, и под комичные звуковые эффекты они начали методично избивать владык демонов. Дети по всему миру, что только что дрожали от страха, глядя на это, начали радостно кричать.

Перед лицом этой сюрреалистичной картины Кёя лишь ошеломлённо вздохнул.

– Жалкое зрелище...

Я так старался, наделяя их запредельными характеристиками, а они выставляют себя на посмешище перед какими-то нелепыми зверушками. От досады хотелось лишь вздохнуть… Впрочем, неважно. Я с самого начала на них не рассчитывал.

– «Muspel-IlSurtr»… – сорвалось с губ юноши короткое заклинание.

В тот же миг на кончике его указательного пальца вспыхнул крошечный огонёк – и в следующее мгновение армия владык демонов вместе со сказочными существами обратилась в пепел. Перед лицом столь безжалостной и абсолютной резни все потеряли дар речи.

Да, наконец Кёя Кудзё – юноша, ставший злейшим владыкой демонов – вступил в бой лично.

И бедствия, что он принёс, превосходили всякое воображение.

– «Tré-IlJörmun»… «Jörð-IlÞrymr»… «Iárn-IIKýlops»… «Nifl-IlFenrir»…

Вслед за пламенем на его пальцах зажглись заклинания величайшей магии других атрибутов. Каждое из них само по себе было способно разрушить Мировое Древо, но для него они были лишь подготовкой.

– Метод познания пяти стихий – «Круговорот небесной синевы».

Стоило ему сжать кулак, как пять заклятий сжались в одну точку. В высшей точке, после бесконечного количества попыток взаиморождения и взаимоуничтожения, взаимоподавления и взаимоусиления, достигается бесконечный циклический круг. Это была то самая формула построения псевдо-всеатрибутной магии через заклинание пяти стихий, которую он когда-то использовал в штабе Резистанса. Разница была лишь в одном: на этот раз созданное им больше не было «псевдо».

– «Нова[4]»…

На раскрытой ладони юноши зажёгся крошечный свет. Размером с рисовое зёрнышко, он казался хрупким огоньком свечи, который может погаснуть от любого дуновения. Однако любой, кто хоть немного смыслил в магии, волей-неволей понимал истинную суть этого тусклого сияния.

Это был огонь. Это была вода. Это было дерево. Это была земля. Это был металл. Святость и скверна. Исцеление и яд. Покой и движение. Смерть и жизнь. Молитва и проклятие. Белое и чёрное. Будущее и прошлое – это была единая и всеобщая совершенная магия – Альтэма. Вершина магии, которая должна была существовать лишь метафизически. Завершённая форма абсолютной магии, вобравшая в себя все таинства прошлого и… все чудеса, что могут возникнуть в будущем. Защититься от этого заклятья по самой его природе не смог бы никто…

– «Бутон Небесной Мысли, шестая формация – Персик, Цветущий в Царстве Мёртвых», – тихо прошептала Комари, развернув формулу в правой руке.

Это была величайшая магия загробного мира, завлекающая всё сущее в объятия смерти, способная мгновенно оборвать жизнь пары миров… Но Кёя лишь насмешливо фыркнул. Скорее всего, эту формулу она переняла у Хины Кирасаки, но… Что она надеялась сделать обычной магией мгновенной смерти? Единая и Всеобщая «Нова», разумеется, уже включала в себя магию мгновенной смерти. Более того, любое заклятье, которое она могла бы использовать – из прошлого, настоящего или будущего – уже было частью этой Альтэмы. Как бы она ни старалась, это было лишь бесполезным сопротивлением.

…Однако для Комари это тоже было лишь подготовкой.

– «Бутон Небесной Мысли, восьмая формация – Вечный Ткач».

Вслед за магией мгновенной смерти в её левой руке воплотилась магия созидания жизни. Комари сложила руки перед грудью в молитве. Жизнь и смерть соединились в её ладонях. Эти противоположные явления начали пожирать друг друга, но они не просто отрицали друг друга. Жизнь превращалась в смерть, а смерть давала начало жизни, пока границы между ними не стёрлись окончательно. Словно великое дерево, что расцветает, увядает и рождается вновь. В высшей точке, после бесконечного количества попыток взаиморождения и взаимоуничтожения, взаимоподавления и взаимоусиления, достигается бесконечный циклический круг. В самой глубине этой двойной спирали они достигли конечной точки…

– «Нова»…

В ладони Комари зажёгся крошечный свет – абсолютно та же Альтэма, что и у Кёи. Да, насколько бы величественной ни была священная гора, все пути в конце концов сходятся на её вершине. Если Альтэма – апогей всей магии, то это значит, что вся магия ведёт к Альтэме. Комари пришла к той же конечной точке, что и Кёя, пусть и иным способом.

Две абсолютные магии были высвобождены. Как и следовало ожидать, они нейтрализовали друг друга и исчезли. Посреди раздающегося эхо на лице Кёи промелькнуло мимолётное удивление… но оно тут же исчезло.

То, что она достигла Альтэмы, было неожиданно, но, если взглянуть на общую картину, это оставалось лишь погрешностью. Ведь у Кёи был он.

– Довольно, закончим эти игры.

Кёя активировал свой всемогущий оригинальный навык. Он отдал этому семени-величайшему злу лишь один приказ:

«Убей Комари Имари».

Всемогущество – это сила, исполняющая любое желание. Не нужно сплетать всякие магические формулы, достаточно просто напрямую пожелать исчезновения врага. Всё, что было до этого – лишь прелюдия. Так что пора положить конец этому фарсу.

…Или так должно было быть…

– Это ещё не конец!

Сила, которая должна была быть всемогущей, была с лёгкостью развеяна сиянием Комари. Это был тот самый блеск, что когда-то рассёк «мир» Кёи… Нет, теперь он сиял куда прекраснее. За тридцать тысяч лет тренировок она тоже достигла истинного всемогущества.

Метеоритный дождь, чёрное солнце, призыв владык демонов, Альтэма и даже всемогущий оригинальный навык – каждое из бедствий, обрушенных Кёей, превосходило даже Мистелтенасы. Это должно было стать самим концом света. Но Комари отразила всё это и не чьей-то чужой, а своей собственной силой.

Свет надежды, противостоящий могущественному владыке демонов и защищающий мир… Сейчас Комари выглядела как самый настоящий…

– Хым, как нелепо!

Словно отгоняя всплывшее в голове слово, Кёя высоко поднял правую руку.

Их слуги были равны, их магия была одинакова, и даже их всемогущество находилось в полном паритете. А значит, оставался лишь один способ определить победителя…

– Явись – «Лаванквин»!

Разорвав само пространство, он призвал свой худший демонический меч. Злейшего напарника, которого он боялся больше всех на свете и которому доверял больше всех.

В ответ Комари тоже прошептала:

– Приди – «Левантейн»!

Откликаясь на молитву девушки, явился сияющий святой меч надежды. Тот самый, что она когда-то создала с помощью Кёи, теперь она могла воплотить сама. И сиял он куда ярче, чем в тот раз.

Оба сжимали клинки, которые, по их убеждению, были сильнейшими.

Оба шли путём, который считали наилучшим.

Словно отражения друг друга… они одновременно оттолкнулись от земли. Уловки больше не нужны. Не нужны ни магия, ни мастерство. Если у каждого есть будущее, которое он не может уступить, остаётся лишь добыть его своим мечом.

Взмах, удар – два росчерка скрестились. Удары, в которые была вложена вся душа, столкнулись в лоб, и… на мгновение время замерло.

В этот краткий, подобный вспышке, миг абсолютного равновесия, за её отточенным ударом Кёя ясно увидел пройденный ею путь длиной в тридцать тысяч лет. Увидел дни невообразимых тренировок и бесконечную решимость, вложенную в них.

…А-а, ну конечно…

Кёя просто осознал: она наконец достигла того состояния, к которому стремилась.

– Вот как. Значит, ты всё-таки стала им… – тихо пробормотав это, Кёя внезапно спросил: – Слушай, Комари, ты помнишь день нашей первой встречи?

– Разумеется!

Это было незабываемый первый день в школе Игграсия. Когда они неловко стояли перед воротами, Феррис самовольно высунулась из сумки, и Комари это заметила… Так начались их странные узы.

– Если подумать, это была чистая случайность. С тех пор ты вечно помыкала мной, втягивала в неприятности…

Юноша вспоминал об этом с видом человека, которому доставили немало хлопот… но затем продолжил:

– Но сейчас я искренне считаю, что рад, что в тот день встретил именно тебя… и что именно ты сейчас стоишь здесь, – прямо высказал юноша со своей обычной застенчивой улыбкой.

Это была искренняя похвала и благословение для девушки, которая после бесконечных страданий и тренировок наконец стала героем, которым всегда восхищалась.

Но… именно поэтому владыка демонов произнёс следующие слова:

– Добро пожаловать, герой. Ну же, убей меня!!

Тьма, поднимающаяся из бездонной тени.

Свет, расцветающий ей в ответ.

Противостоящие друг другу владыка демонов и герой одновременно высвободили всю свою мощь.

– «Син: Рагнаретисия – Фин Розен Диануар Эндролл[5]».

– «Ино: Флоранфесия – Эль Дэйлайт Роа Вискам[6]»!!

Из тени Кёи густо поползла масса тьмы, несущая в себе колоссальную злую ауру. Она мгновенно слилась с телом юноши. Принцип был тем же, что и у формы «Ётун Альтер», которую он показал три года назад… но она была на порядки более жуткой. И это естественно. Кёя облачился в злейшее и наихудшее Проклятье Конца, созданное путём сбора всех подобных проклятий со всего мира и их непрерывного усиления в течение трёх лет. Самое дно мрака, предел отчаяния – само воплощение финала, что положит конец истории.

Но был свет, способный развеять даже эту тьму.

Всё тело Комари излучало ослепительное семицветное сияние. Оно окутывало весь мир. Этот радужный свет, сияющий даже внутри отчаяния и мягко растворяющий злобу, был светом мужества, который девушка, изначально бесконечно далекая от роли героя, взрастила за тридцать тысяч лет тренировок. Это было будущее, которое та, что не была «избранной», вырвала своими руками. Само воплощение маяка на пути к завтрашнему дню, что откроет новую главу истории.

Свет и тьма, добро и зло, герой и владыка демонов… Достигнув противоположных полюсов, они столкнулись.

Каждым взмахом руки Кёя раздирал небеса, а каждым шагом – раскалывал землю. Брошенные им проклятия иссушали океаны, а пронзительный взгляд крушил даже звёзды. Подавляющая грубая сила, повелевающая временем, пространством, прошлым, будущим, всей материей и любыми явлениями. Превратить всё Мировое Древо в пепелище для него было проще простого.

Путешествия во времени, изменение истории, контроль над явлениями… Ставший «Концом» Кёя высвободил множество абсолютно непобедимых катаклизмов. Каждое из бедствий могло уничтожить мир, а каждое из его действий было сравнимо с разрушительным штормом, описываемым в мифах.

Но Комари отражала их одно за другим.

Она не могла рассечь небо, но могла уйти от клинка, который рассекал небо.

Она не могла расколоть землю, но могла остановить раздирающее землю заклинание.

Предвидение будущего, управление временем, контроль над пространством, изменение явлений… Комари сокрушила всё множество секретных техник владыки демонов, которые можно было бы назвать абсолютными. И в этом не было ничего странного, ведь ради этого и были прожиты те тридцать тысяч лет.

Поэтому… снова, снова и снова.

Их странно равное противостояние постепенно начало описывать прекрасный круг.

Словно они говорили друг с другом в бессонную ночь.

Словно исполняли одну мелодию.

Словно танцевали, взявшись за руки.

Сердце к сердцу. Сила к силе. Чувство к чувству. Столкновение двух историй, сплетённых воедино. Эта смертельная битва превратилась в мелодию, сотрясающую небеса и разносящуюся по всему миру.

Люди по всему миру, затаив дыхание, наблюдали за этой битвой. Большинство из них до хрипоты болели за Комари, надеясь, что их чувства достигнут девушки, сражающейся за этот мир.

Но была среди них и горстка тех, кто втайне желал конца света. Те, кто когда-то столкнулся с несправедливостью. Те, кто был оттеснён в тень на задворках чужой комедии. И те, кто не стал никем, вне зависимости от того, была жизнь трагедией или комедией…

В самой глубине души они кричали: «Пусть этому миру настанет конец».

Но на самом деле все они где-то в глубине души уже знали исход этой битвы.

И это не имело отношения к сценарию Мирового Древа. Это была очень простая история. Герой и Владыка демонов. Добро и зло. Hero и Villain – разве не очевидно, кто должен победить?

И Кёя понимал это лучше всех.

Он знал, к чему придёт эта история, но всё равно продолжал взмахивать клинком.

Чтобы доказать, что предопределённых финалов не существует.

Что бывают истории, где побеждает владыка демонов.

Что судьбу можно выковать собственными руками.

Он словно впечатывал это в само Мировое Древо. И делал это не для кого-то другого, а ради единственной женщины, которую любил.

Казалось, это сражение будет длиться вечно.

Но, подобно тому, как каждая история всегда подходит к своему концу… Неизбежный конец наступил и в их битве.

----…

--…

– …Молодец, ты постаралась на славу…

С момента начала битвы прошло семь дней и семь ночей.

После окончания ожесточённой битвы на их телах не было живого места. Они оба израсходовали все силы и были изранены с головы до ног… Но тем не менее последним стоявшим на ногах был Кёя.

– …Всё-таки ты очень силён… Кёя…

Растянувшаяся на земле в форме звезды Комари, тяжело дыша, посмотрела на запыхающегося Кёю снизу-вверх. Похоже, у неё не осталось сил даже на то, чтобы сжимать меч. Кёя мягко протянул руку израненной девушке.

– Это ты действительно стала сильной… Вот только твоя неуклюжесть никуда не делась. Надо же было споткнуться в самый последний момент.

– Э-хе-хе… прости…

Кёя помог подняться этой неуклюжей девушке, заботливо отряхнул пыль с её одежды – точно так же, как он часто делал это в школе. И это… стало последним поступком, который ему был дозволен.

– Ну, выше нос. А то… всё своё величие победителя растеряешь… Так что…

Стоило Комари подняться, как Кёя медленно рухнул на землю. Глядя в небо и лежа на спине, он больше не находил в себе сил даже подняться на ноги.

Да, по итогам этой смертельной битвы, превзошедшей даже мифы, последней осталась стоять Комари. Таков был их финал.

– Давай… добей меня… исполни… роль героя… – прошептав это слабеющим голосом, Кёя тихо добавил: – Прости… что втянул тебя во всё это… – принёс Кёя свои извинения.

В ответ на это Комари разомкнула губы и…

– Вот именно, Кёя! Ты хоть представляешь, как тяжело было тренироваться и всё прочее?! – возмутилась она, надувшись. А затем… мягко протянула к нему руку. – Поэтому ступай и извинись перед всеми! Не переживай, тебя обязательно простят! И я буду рядом! – заявила она так, будто отчитывала ребёнка за шалость.

Поразительно, но она искренне верила, что так можно всё уладить. Однако Кёя с самого начала знал, что Комари скажет именно это. Ведь она – истинный герой; свет, который всегда сопереживает слабому.

– Ха-ха… Всё-таки я тебе не ровня… Спасибо, Комари…

На лице Кёи появилась искренняя улыбка… Но он ещё не договорил:

– Но прости… Это невозможно.

В тот же миг с губ Кёи потекла струя иссиня-чёрной, мутной крови.

– Кёя?!

– Гхо… Я пошёл на множество безумств… Не стоит ждать, что я буду полон сил…

Он принял в себя Проклятья Конца всего мира и сражался, став самим воплощением апокалипсиса. Его основа и плоть уже были разрушены. Скорее, было чудом то, что он до сих пор оставался жив.

– В-всё будет хорошо! Сейчас я исцелю тебя!

Комари в панике активировала всемогущество… Но раны не затягивались. Кровь продолжала течь, а тело и душа юноши угасали с каждой секундой.

Так же, как Комари могла нейтрализовать Всемогущество Кёи, её сила не действовала на него, обладавшего равным Всемогуществом. Сколько бы она ни желала, её свет не мог достичь Кёи, ставшего воплощением отчаяния.

– Почему?.. Я ведь… Я ведь не для этого становилась сильнее!..

Даже зная, что это бесполезно, Комари отчаянно продолжала попытки исцеления, выжимая последние остатки своих сил. Глядя на неё, Кёя лишь мягко покачал головой.

– Хватит уже… всё хорошо… Я с самого начала знал, что так будет…

– Но!..

– Эй-эй… Я же сказал, что всё в порядке… Пытаться переломить чью-то волю силой… это удел владыки демонов, а не героя… Тебе нельзя так поступать… – прерывисто прошептал юноша, несколько удовлетворённо улыбнувшись.

Он был готов принять свою кончину. Глядя на его лицо, невозможно было не понять: всё кончено, и никто не в силах это изменить.

И Комари поняла ещё кое-что.

В этот последний миг рядом с парнем должна быть не она.

– Кёя!

Закусив губу, Комари отступила на шаг.

Ей на смену прибежала не кто иная, как Феррис.

– …Прости, Феррис… я проиграл… А как иначе, ведь этот герой был натренирован тобой…

– Хватит уже об этом. Помолчи!.. – попыталась прервать Кёю полным скорби голосом Феррис, прижав к себе павшего юношу.

Однако он всё равно продолжал говорить хриплым голосом:

– …Но… так ведь даже лучше… Теперь ты – наставница героя… спасительница, сокрушившая великого владыку демонов и спасшая мир… Теперь никто и никогда не назовет тебя владыкой демонов…

Став «Последним великим владыкой демонов», превзошедшим даже отвергнутую владычицу демонов, Кёя навсегда избавил Феррис от этой роли. А поскольку её ученица Комари победила его, Феррис спасла гораздо больше жизней, чем когда-то отняла. Теперь никто не посмеет называть её врагом.

Феррис продолжит жить в полном гармонии мире, где больше нет владык демонов. Под ярким солнцем, никого не боясь.

Проиграв, Кёя исполнил своё истинное заветное желание.

– Неужели ты планировал этого с самого начала?..

– Нет… я действительно собирался уничтожить мир… Просто… я подумал, что… такой финал тоже имеет право на жизнь… Поэтому… прошу, будь счастлива… Феррис… – улыбнувшись, Кёя спокойно произнёс: – …Что ж, кажется, мне пора… Отойди подальше…

Юношу захлестнул особенно сильный приступ кровавого кашля. Огонь его жизни вот-вот окончательно угаснет. И почувствовала это не только Феррис с остальными.

Словно ощутив смерть хозяина, тень Лаванквина внезапно пришла в движение. На глазах она превратилась в бесчисленные щупальца – ту самую форму, в которой меч когда-то пытался предать и поглотить Кёю.

Смотря на это, Кёя лишь понимающе кивнул, не выказав удивления:

– Да, верно… пришло время исполнить контракт… Я отдаю тебе всего себя… Мы ведь так договаривались…

Основой их аномального резонанса был контракт: «отдать свою душу после смерти». Это означало, что Кёя не упокоится даже после смерти. Единственное будущее, которое ждало его – быть поглощенным худшим в истории демоническим мечом и вечно гореть в глубинах преисподней.

Но Кёя с радостью принял это. Он пытался уничтожить мир, и такая кара была справедливой. Более того, иначе и быть не могло.

Поэтому он не сопротивлялся. Закрыв глаза, он с улыбкой ждал приближения тени демонического меча. Комари невольно отвернулась перед лицом этого надвигающегося жестокого момента… Но всё пошло иначе. Щупальца тени, коснувшись юноши, не пронзили его, а нежно погладили. А затем… демонический меч внезапно вспыхнул пламенем.

– Кёя?!

Пламя, вырвавшееся из самого меча, распространилось, охватив Кёю. Комари бросилась тушить его, но огонь угрожающе взметнулся, словно защищая хозяина. Словно меч пытался уберечь израненного господина.

Да, будучи воплощением разрушения, демонический меч не мог спасти хозяина. Но он мог хотя бы сделать так, чтобы никто не осквернил достоинство умирающего господина. Чтобы его израненное и выбившееся из сил тело больше не страдало. Чтобы право убить хозяина не досталось больше никому…

Демонический меч, который должен был лишь пожирать и свет и тьму, в первый и последний раз загорелся верностью ради единственного юноши в этом мире, которого он признал.

Окутанный этим теплым пламенем, Кёя слабо улыбнулся:

– Надо же… в самый последний момент ты всё-таки решил показать свою привязанность…

Юноша мирно закрыл глаза.

Перед его внутренним взором предстал образ счастливо живущей Феррис.

Но в этот миг…

– …?! Феррис, ты что творишь?..

Феррис бросилась к Кёе, переступив огонь. Пламя вселенского пожара, отгонявшее даже Комари, обжигало её, но она всё равно опустилась на колени подле юноши.

– Прекрати… Я хочу, чтобы ты… жила… свободно!.. – прерывисто взмолился Кёя.

Но Феррис властно прервала его:

– Это неважно. Лучше скажи, Кёя, неужели ты забыл свои слова, которыми когда-то меня обольстил?

– Чего?.. Обольстил?..

– Да, именно. Если забыл, я напомню. Тогда ты спросил меня: «Могу я… быть твоей причиной жить дальше?».

Это были слова, которые Кёя произнёс, когда пытался увести Феррис с собой. Его неуклюжее признание в любви.

И теперь Феррис дала на него ответ:

– Теперь я отвечу на твой вопрос. Моя причина жить – это ты. Знаешь, Кёя… в мире без тебя я не смогу даже дышать.

Всё было донельзя просто и очевидно.

Юноша любил её, и она любила его в ответ.

Их чувства были взаимны. А раз так… будущее у неё могло быть лишь одно.

– Благодаря тебе я стала свободной. И потому я выбираю сама, по велению своего сердца. Не по своей роли владыки демонов, а как обычная свободная женщина… я выбираю быть с любимым мужчиной до самого конца. Спасибо, Кёя. Я счастлива, что полюбила именно тебя.

Феррис нежно обняла юношу с улыбкой бесконечного счастья на лице.

Увидев это выражение лица, Кёя больше не мог ничего сказать. Против капризов владыки демонов он всегда был бессилен. Ему хотелось посетовать на то, что все его труды пошли прахом… но это могло подождать.

Ведь отныне они всегда будут вместе.

Нежное пламя окутало их. На краткий миг оно вспыхнуло прекрасным светом… а затем они рассыпались пеплом, не оставив после себя ничего. Воцарилась тишина.

Их история, начавшаяся тридцать тысяч лет назад, подошла к концу.

Возможно, это был не тот финал, на который надеялась Комари. Но ничего не поделаешь. Ведь это – от начала и до конца – была история Кёи и Феррис.

Комари вытерла слезы на притихшем поле боя.

Нельзя стоять на месте. Приключение героя не заканчивается на победе над владыкой демонов. Оно длится до тех пор, пока он не вернётся домой.

Поэтому Комари развернулась.

К людям, которые ждут героя – в сторону светлого будущего.

* * *

[1] Pandora Eater – англ.Пожиратель Пандоры. По кандзям записано как: Развеиватель небесного проклятья.

[2] Нирмагнумопус по кандзям записывается как: «Создание неорганики», а Эльдэннахт: «Похороны бесчисленных демонов».

[3] Cunabula – латынь. Колыбельная. По кандзям вместе с частью «Ри» записано как: «Круговое возвращение колыбели».

[4] Nova – латынь. Новая (звезда). По кандзям записано как: «Брахма» – бог творения в индуизме. Наряду с Вишну и Шивой является одним из богов Тримурти.

[5] Записано как: «Бедствие: Похороны изначального семени – Песнь сумерек в морозной пустоши.

[6] Записано как: «Истина: Расцвет изначального семени – Молитва о рассвете на цветующей земле.