Прямо сейчас я находилась перед огромной школой, состоящей из величественных школьных ворот, новёхонького парадного входа, общежития, напоминающего роскошный отель и сияющего школьного здания. Сбоку от ворот была вмонтирована табличка с надписью: «Частная школа Игграсия». К слову, вокруг меня повсюду стояли такие же новенькие, как и я.

Глядя на своих одноклассников, я рефлекторно поправила униформу.

– …Я-я же нормально одета, так?..

И в этот момент из-за спины раздался знакомый голос.

– Доброе утро-с, Комари!

– Здравствуй, Комари!

– Ах, Риночка, Канонушка, доброе утро!

Эти девушки были моими одноклассницами – Рин Гиондзи и Канон Ханабиси.

Я дружу с ними с самого детства.

– Что случилось, чего грустим?

– Что-то произошло?

– Нет, просто… мои волосы…

Упрямый вихор, торчащий вверх, никак не хотел укладываться с самого утра.

Тут откуда-то послышалось хихиканье.

– Хе-хе-хе… А что, неплохо, это даже мило.

С нежной улыбкой подошла к нам Феррис.

Безупречная внешность, отличная фигура – первая красавица школы, на которую невольно заглядываюсь даже я, девушка. Мальчики часто признаются ей в любви, но поскольку она каждый раз отшивает их одной фразой: «Ты вообще кто?», парни боятся её и зовут «владычицей демонов». Но я знаю, что на самом деле она очень добрая.

А ещё одной девочкой, пришедшей в школу вместе с Феррис, была…

– Угу, по-моему, весьма в твоём духе Комари. Такой мягкий и пушистый стиль! – сказала Сисселочка, ярко улыбнувшись.

Она обожала сладости, модно одеваться и была самой «современной» старшеклассницей среди нас. Она всегда сияла и была очень милой. А еще она была лучшей в клубе лёгкой атлетики, из-за чего я, у которой плохо со спортом, ей немного завидую.

Кстати, как понятно по именам, они обе ученицы-иностранки. Они приехали к нам из… ой, не могу вспомнить. Но в этой школе, где много иностранцев, это не редкость.

Риночка, Канонушка, Феррис, Сисселочка… Четыре мои драгоценные лучшие подруги, с которыми мы не разлей вода. Благодаря им школьные годы стали для меня счастливым временем!

…Но тут…

– Эй! Звонок уже прозвенел! Начнём урок! – сердито прокричала учительница Лалачка из школьного здания.

– Чёрт, мисс Лала пришла-с!

– Поторопимся, Комари!

С виду она была маленьким ребёнком, но, говорят, она сверхгениальная девочка, которая перепрыгнула через множество классов и стала учителем. Вроде бы она мировой авторитет в бананологии. Я в этом не очень разбираюсь… но, в общем, злить учительницу Лалачку – себе дороже. В конце концов она надуется и обидится.

– Ну же, идём, Комари!

– Бегом, бегом!

– Д-да!

Подгоняемые звуком звонка, мы все вместе побежали.

Так сегодня и началась наша, такая же, как и всегда, мирная и обыденная школьная жизнь.

※※※

Обеденный перерыв.

– Эй-эй, вы в курсе про тот слух?! – начался как-то сам собой этот разговор, пока Комари ела сэндвичи в компании четверых подруг.

Тему эту вдруг ни с того ни с сего подняла Сиссела… Правда, реакция остальных была вялой.

– Опять это вступление-с? Как же ты любишь всякие сплетни, Сиссела. О чём это было в прошлый раз?

– «Склад, ведущий в иной мир», вроде бы? Мол, на крыше есть запертый склад, а на самом деле он ведет в другой мир… если не ошибаюсь?

– Боже, нельзя же говорить всякую ерунду. Комари ведь поверит.

Услышав это, Комари захлопала глазами.

– Э-э-э, а что, это неправда?!

– Вот видишь!

– Ну во-о-от, Комари верит всему подряд. Не надо ей всякие небылицы рассказывать.

– Э-э, я же просто пересказываю слухи, которые слышала!

– Ох-ох, Комари тоже слишком наивна даже по собственным меркам. Что вообще такое этот «иной мир»? Другого мира, кроме этого, существовать не может!

Все рассмеялись. Если подумать, так и есть. Мир – это только то место, где мы сейчас находимся. Иных миров не бывает. И почему она поверила в такое?

– Так, проехали, на этот раз всё серьёзно! Говорят, в школе поселилась бродячая кошка! И она вроде как супер-милая!

На этот раз ответная реакция была куда лучше прежней.

– Кошка, говоришь! Это интересно!

– В нашем общежитии ведь нельзя держать питомцев.

– Но правда ли это? Может, кому-то просто показалось? – засомневалась Канон.

Но тут ответ пришел с неожиданной стороны.

– А, этот слух – чистая правда.

– Точно-точно, мы её недавно видели!

В окно со стороны коридора просунули головы две старшеклассницы.

– О, Кудзуха и Розалия!

Кудзуха и Розалия – они также были членами ученического совета и знаменитостями с одними из самых широких связей в школе.

– Вот видите, всё-таки правда! Ну и, где вы её видели?

– А, Рэюшка говорила, что недавно видела её за северным корпусом.

– Угу-угу, я тоже видела её где-то там! Пушистый черный котенок, ну про-о-осто милашка! Но она, похоже, людей боится, хотела было её погладить – сразу убежала.

– Ого, вот он как, я бы тоже хотела её увидеть, – честно озвучила свои мысли Комари.

Парочка ухмыльнулась.

– Ого-о-о, правда? Ну, тогда пошли искать её прямо сейчас!

– Э, но скоро урок…

– Да всё норм! Ничего страшного, если немного прогуляем! Ну, пошли, Комарушка-а-а-а! – с хитрыми лицами искушали её Кудзуха и Розалия.

…Да, эти двое знамениты именно как «главные проблемные дети школы».

Комари была в полном замешательстве, но тут…

– Ох, опять пристаете к младшеклассникам? С вами одни проблемы.

Словно спасительница, появилась прекрасная девушка с андрогинной красотой – Розе. Благодаря своей редкой внешности и поведению, напоминающему привлекательного парня, она была главой ученического совета и пользовалась огромной поддержкой скорее среди девушек, чем среди парней.

– Хватит глупостями заниматься, идём. Скоро звонок.

– Ну ещё чуть-чуть же можно.

– Вот-вот, Розе – жадина!

– Хватит, быстро за мной. Будет жаль заставлять мистера Янаги ждать, не так ли? У него, несмотря на комплекцию, слабая психика… Что ж, прошу прощения, младшие.

Напыщенно напоследок подмигнув, Розе утащила двоих старшеклассниц с собой. В целой школе только она была способна контролировать Розалию и её подругу.

Они проводили взглядами эту клоунаду, и как раз в этот момент прозвенел звонок. Пока все в спешке возвращались на места, Комари тихо пробормотала:

– Котёнок, значит… Хотела бы я на неё взглянуть.

※※※

После уроков.

Как только прозвенел звонок с последнего урока, ученики тут же пришли в движение. Возвращение домой, клубы, прогулки – время после школы у учеников расписано плотно.

И эти девушки не были исключением.

– Ну же, Канон, поторопись-с! У нас сегодня собрание!

– Я знаю! Но вот этот вертикальный локон нужно ещё немного, вот так, подкрутить…

– Ой, я же дежурная по инвентарю! Ну, я побежала!

– Хм, пожалуй, и мне пора идти.

Четверка отправилась по своим клубам. Рин и Канон – в театральный, Сиссела – в лёгкую атлетику, Феррис хоть и не состояла в конкретном клубе, но из-за того, что была безупречна в спорте, искусстве и учёбе, её каждый день звали помочь разные клубы.

Покидая в спешке класс, Феррис вдруг обернулась.

– Комари, я сегодня планирую закончить пораньше. Так что позже зайду к тебе в комнату!

– Хорошо, буду ждать! – улыбнулась Комари в ответ беспокоящейся о ней Феррис.

В их дружной компании из пяти человек только Комари не состояла ни в одном клубе. Конечно, поначалу она думала чем-то заняться. На самом деле, она даже пробовала посещать разные клубы… Но ничего ей не подошло.

Не этим я должна заниматься, – не могла избавиться она от странного чувства неправильности происходящего, какие бы клубы она ни пробовала – спортивные, творческие, научные кружки, и в итоге никуда не вступила. Впрочем, эта школа славилась свободными нравами. Клубная деятельность была не обязательна, и на самом деле тридцать процентов учеников сразу шли домой. Никто не смеялся над теми, кто не посещал клубы. А поскольку это был интернат, с друзьями можно увидеться сразу же после. Так что проблем не было.

Просто… это не назвать громким словом «отчужденность», но пока Феррис и остальные не вернутся, ей всё-таки немножко одиноко.

(Да ну, скажешь тоже).

Я же не в начальной школе, стыдно говорить, что одной одиноко. Вернусь и займусь домашним заданием, – с этими мыслями Комари встала с места.

…И в этот момент.

Краем глаза, глядя из окна на задний двор школы, она заметила, как шевельнулась маленькая тень.

– Неужели… кошка?

Вспомнив слухи, которые они недавно обсуждали, Комари… решилась: «Ладно!»

(Всё равно делать нечего!)

И направилась за северный корпус.

Здесь не было важных сооружений, сюда почти не падал солнечный свет, поэтому учителя и ученики редко заглядывали в это место. В каком-то смысле, это самое изолированное место в школы.

И там, за северным корпусом, в тени густых деревьев… действительно была та самая черная кошка, которую она искала. Однако проблема была в том, что там была не только кошка.

– О, здравствуй, Комари-сан.

Рядом с чёрной кошкой, опустившись на колени и нежно гладя её по голове, была таинственная девушка со струящимися чёрными волосами, правильными, изящными чертами лица и миндалевидными глаза глубокого нефритового цвета.

Комари знала имя этой девушки.

– А, здравствуйте… Асука Кудзё…

Асука Кудзё – младшая сестра одного парня из класса Комари. Впрочем, это всё, что она о ней знала. Не то чтобы она её избегала, но у них обычно нет точек соприкосновения, и они почти не разговаривали.

Может, из-за этого, когда она стоит перед ней, её сердце почему-то бьется быстрее…

– Не подойдешь?

– А?

– Разве ты не эту малышку искала? – спросила Асука, поглаживая кошку.

Стоявшая как вкопанная Комари только тогда вспомнила, зачем пришла.

– А, д-да…

Приняла приглашение Комари и робко приблизилась к кошке.

Она тут же поднял хвост трубой, настороженно принюхалась… а затем замурлыкала и стала тереться о Комари.

– А-а-а-ах! Какая миленькая!

– Хе-хе-хе, похоже, ты ей понравилась. А ведь она редко подходит к людям.

Комари увлеченно гладила котенка рядом с нежно улыбающейся Асукой.

Вдоволь насладившись пушистостью… у неё вдруг возник вопрос.

– Кстати, откуда эта кошечка пришла? Потерялась, наверное?

– Кто знает, откуда. Может быть… из иного мира.

Озорно улыбнулась Асука. Услышав эти неожиданные слова, Комари вспомнила недавние слухи.

– Ты тоже любишь слухи, Асука?

– Да. Особенно истории про иные миры. Разве это не захватывающе? Где-то, не здесь, существует мир, и там живут люди, которых нет здесь. Я думаю, это чудесно… Согласна, Комари?

В ответ на этот внезапный вопрос Комари…

– Наверное… мне всё-таки было бы немного страшно, – честно ответила она.

Асука весело улыбнулась.

– Хе-хе-хе, брат говорил что-то похожее.

Недаром они брат и сестра – эта её немного смущённая улыбка чем-то напоминает таковую у её брата, – подумала она и тут же осознала: «Я почти никогда не разговаривала с братом Асуки. Так почему же… я знаю, как он выглядит, когда улыбается?».

Мало того…

– Кстати, Асука, ты ведь на год младше нас, верно? Тогда почему… мы учимся в одном классе? – озвучила она внезапно возникший у неё вопрос.

Но Асука лишь приложила указательный палец к губам.

Но только она было собиралась спросить, что это значит, как вдруг…

– Мяу!

– Ува-а-а?!

Котёнок, который только что вел себя смирно, внезапно сорвался с места и убежал.

Может, она его чем-то обидела?

– О нет, я что, разозлила его?! – запаниковала Комари, но, похоже, дело было не в этом.

– Хе-хе-хе, нет же. Вот, посмотри.

Приглядевшись, как ей и сказали, она увидела, что чёрная кошка остановилась поодаль, то и дело поглядывая в их сторону.

– Она ждёт, чтобы ты побежала за ней. На самом деле эта малышка не любит одиночество. Поэтому… давай, постарайся поймать её.

– Х-хорошо!

Комари бросилась бежать, как ей и было велено, но вдруг передумала, остановилась и обернулась.

– Точно, тогда пойдём вместе, Асука!

Комари протянула руку… Однако Асука не стала её брать.

– Нет, я не смогу. Так что… давай, поторопись.

– Вот как…

Может, у неё какие-то дела?

Жаль, конечно, но ничего не поделаешь. Комари снова бросилась в погоню за чёрной кошкой. В спину ей донесся тихий шёпот:

– Прошу, позаботься о моём брате.

– А?

Она невольно оглянулась. Но Асуки уже нигде не было.

Может, ей просто послышалось? Комари замерла в оцепенении на несколько секунд. Но тут снова раздалось мяуканье котёнка, и она вспомнила, что должна делать.

– Ладно, уже иду!

И началась погоня.

Убегающая кошка свободно носилась по всей школе.

Спряталась за книжными полками в библиотеке, поскакала по кабинету директора, пересекла спортзал, а затем даже искупалась в бассейне. И после всех этих долгих блужданий… в конце концов кошечка сбежала к лестнице, ведущую на четвертый этаж северного корпуса. Дальше была только запертая дверь на крышу.

– Хе-хе-хе, теперь не уйдёшь! Дай мне тебя потискать!

Шевеля пальцами в предвкушении, Комари загнала её в угол. Но кошечка пулей взлетела по лестнице. Конечно, впереди была лишь закрытая дверь. Тупик. Комари, хихикая про себя «попалась», поднялась по ступеням… Но там никого не было. Котёнка нигде не было видно. И Комари сразу поняла, почему.

– Ой… дверь открыта?..

Дверь на крышу, которая обычно должна быть заперта, была слегка приоткрыта. Вероятно, она сбежала через неё на крышу.

Раз так, – Комари тоже толкнула дверь. И, как и ожидалось, кошечка была там… Правда, вместе с тем, кто пришёл раньше.

Слегка вьющиеся чёрные волосы, глаза глубокого изумрудного цвета, простое лицо без единой запоминающейся черты… Этот неприметный юноша, словно олицетворяющий собой «обычного старшеклассника, каких полно везде», привычным движением подхватил трущегося у его ног котёнка. И стал нежно поглаживать его по голове, смотря с края крыши куда-то вдаль. Ничего не делая, ничего не говоря, просто в тишине.

Возможно, потому что со спины он выглядел очень одиноким, Комари, сама того не замечая, прошептала его имя:

– Кудзё…

– Привет, Комари.

Получив ответ, она вздрогнула и пришла в себя.

Кёя Кудзё… Неприметный парень из её класса и родной брат Асуки Кудзё. Почему-то она назвала его по фамилии, хотя они почти никогда не разговаривали. Честно говоря, было довольно неловко.

Тем не менее было бы невежливо развернуться и уйти, раз уж она сама его окликнула… Пока Комари мялась в нерешительности…

– Не подойдешь?

Теперь, когда её позвали, было уже не до колебаний. Не придумав отговорки, чтобы отказаться, Комари смущённо подошла к Кёе.

После чего он сказал: «Держи», и передал ей котёнка.

– Ты ведь за ней бежала?

– А, да…

Брошенная кошечка, довольно заурчала в руках Комари. Видимо, она была рада, что её всё-таки поймали.

Теперь цель Комари была благополучно достигнута. Только вот…

– Эм… А что ты здесь делаешь, Кудзё?..

Юноша был на этой крыше с самого начала. Что же он делал в таком пустынном месте?

На это Кёя с бесстрастным лицом ответил:

– Да ничего особенного, – а затем тихо добавил: – Ну… я бы сказал «смотрел».

Услышав эти слова, Комари неосознанно проследила за взглядом юноши… и только тогда заметила красоту пейзажа, открывающегося с крыши.

Парк, где играют дети.

Неспешно текущая речушка.

Торговая улица, где весело снуют люди.

С крыши можно было окинуть взглядом этот бесконечно мирный свет.

Нет, не только его…

– Эй, Хина. Прости, я тебя сильно заставила ждать?

– М-м-м. Всё в порядке.

– Тогда пойдем домой вместе. Я сегодня испеку печенье!

– М-м-м! Сладости от Канан! Жду с нетерпением!

– О! Наконец-то я нашел тебя, Урато! Ну что, давай сразимся!

– Э-э, не хочу, лень. Ты хоть и слабый, а сразу заводишься, братик Сисио.

– Я во всём выкладываюсь на полную! Ха-ха-ха!!!

– Что ты несешь, это же всего лишь файтинг…

– О, Ицуки, слыхал? В местный аркадный зал завезли тот самый новый шутер. Давай перебьем все рекорды мелких пацанов!

– Эх, Юки Синдо, тебе, как я погляжу, по-прежнему нравятся глупые игры.

– А? Нарываешься? Ну, тогда я один пойду, мне без разницы.

– Ох-ох, у тебя не только с головой, но и с ушами плохо стало? Я не говорил, что не пойду. Только смотри, не будь мне обузой, хорошо?

– Фу-а-а, подожди, Имир, ты идешь слишком быстро...

– Боже, Хельза, соберись. Что ты собираешься делать в будущем с таким отношением?

– Э-э, ну, как-нибудь само образуется.

– Блин, ты как маленькая… Ладно уж, я побуду с тобой.

----…

--…

– Вау, как хорошо отсюда слышно чужие голоса!..

Из-за конструкции школы ветер, вероятно, доносил голоса до самой крыши. Было слышно не только тех, кто в школе, но и учеников во внутреннем дворе, на школьном дворе и у входа. И все эти голоса были полны радости наслаждения «настоящим»… Комари чётко поняла, почему юноша был здесь. Наверняка он смаковал эту мирную повседневность.

И пока она некоторое время была очарована видом с крыши... он внезапно спросил:

– Эй, Комари, как тебе этот мир? Весело?

– А?.. Да, конечно, весело! – несмотря на замешательство, уверенно кивнула Комари.

Комари искренне любила свои будни, ведь у неё были любимые друзья и драгоценная повседневная жизнь, и ничто не внушало ей страха. В этом не было ни капли лжи.

Однако…

– …Но иногда мне кажется, что на самом деле я должна быть не здесь. Словно где-то в другом месте есть что-то, что я должна сделать… – сама того не заметив, озвучила она то небольшое беспокойство, что таилось в её душе.

Конечно, она никогда и никому об этом не говорила. Но она постоянно испытывала внезапно возникающее ноющее чувство неправильности происходящего в закоулке мирных дней.

Я должна быть не здесь.

Я должна делать не это.

Слабая боль, похожая на маленькую занозу в пальце…

– Ой, что это я говорю, а-ха-ха… – придя в себя, засмеялась Комари, пытаясь сгладить неловкость.

Если сказать такое парню, с которым впервые нормально разговариваешь, он наверняка шарахаться от тебя будет.

Однако юноша не засмеялся… Впрочем, и соглашаться тоже не стал.

– Тебе это просто кажется. Нет никакого «того, что ты должна сделать». Миссия, роль – всё это лишь самовнушение. Людям достаточно просто жить свободно, и всё, – почему-то безапелляционно заявил юноша.

Это звучало так, словно он внушал это кому-то.

Быть может, он что-то знает? Что-то очень важное об этом мире, – подумала она, но в этот момент снизу раздался голос.

– М? Эй, Комари, так вот где ты была! Пойдем домой вместе! Поиграем в новую игру!

Глянув в сторону, откуда раздался голос, она увидела Феррис, машущую рукой у школьных ворот. И в тот же миг чёрная кошка, которую она держала, выпрыгнула и вернулась на руки к юноше.

– Ну же, тебя зовут. Иди быстрее. Будет плохо, если она обидится.

– Д-да…

Хотелось бы поговорить с ним еще немного, – подумала она где-то в глубине души, но Феррис уже начала притопывать ногой, торопя её. Нельзя заставлять её ждать дольше. После недолгой борьбы с собой Комари поспешно развернулась.

– …Больше не приходи сюда, – бросил ей на прощание юноша.

※※※

Утром она проснулась с восходом солнца.

В голове, ещё не отошедшей от сна, пульсировало сильное чувство тревоги.

Она должна была что-то сделать. Она паниковала, не понимая причины. Сердце бешено колотилось. Поэтому Комари схватила меч, стоявший в углу комнаты.

Замахнуться, опустить. Замахнуться, опустить. Замахнуться – Дзынь.

Раздался резкий звук разбивающейся лампочки. От него она резко пришла в себя. То, что она сжимала, думая, что это меч, оказалось простой метлой. Под ногами валялись осколки стекла.

…Ах, что же я наделала, – сокрушалась она, а тем временем из соседней комнаты, ожидаемо, влетела Сиссела.

– Ты в порядке, Комари?! Что случилось?!

– Э-хе-хе, прости… Я спросонья…

– Спросонья… Боже, не пугай меня так. Ну ладно, давай быстро уберем.

Сказав это, Сиссела начала собирать разбросанные осколки стекла голыми руками.

– А, опасно же, ты можешь пораниться!.. – невольно попыталась остановить её Комари, но Сиссела лишь удивленно нахмурила брови.

– Ась? Ты о чём, Комари? Как я могу пораниться? Ты что, всё ещё не проснулась?

Ах да, точно, – вспомнила Комари.

В этом мире люди не могут пораниться. Они не болеют и не попадают в аварии. Разумеется, войны и происшествия тоже не случаются. Мирный и спокойный мир, защищённый чем-то великим – вот каким было это место. Это же само собой разумеющаяся истина, почему она об этом забыла?

…Но она подумала и о другом:

Если войн и болезней не существует… тогда почему я знаю слова «война» и «болезнь», которых не должно существовать?

Снова это ноющее чувство неправильности происходящего… Всё-таки что-то здесь не так.

– Комари? Ты точно в порядке?

– У-угу…

– Правда? Ну ладно, тогда пошли в школу!

И так снова начинаются мирные будни.

Класс перед началом занятий.

Собрались всё те же друзья.

Когда они увлечённо болтали о всякой ерунде, разговор внезапно коснулся вчерашнего.

– Кстати, Комари, а что ты вчера там забыла? Снизу было плохо видно, но… там ведь был кто-то ещё, да?

– Эм… я гналась за кошкой, а там оказался Кудзё…

Стоило ей невзначай упомянуть имя юноши, как все вдруг бурно отреагировали.

– М!

– Кудзё?.. А, брат Асуки?

– Вы были наедине?!

– Он тебе ничего не сделал-с?!

– В-всё в порядке, мы просто немного поговорили!.. – поспешно объяснила она, и Рин с остальными выдохнули с облегчением. – А что вы думаете о Кудзё?..

– Ну, он выглядит безобидным-с.

– Однако я не одобряю то, что вы остались наедине! Комари, тебе ещё рано!.. Ах, неужели тебе нравятся такие мужчины?!

– Н-нет же!

– Верно-о, Кудзё, честно говоря, какой-то неприметный. Мне больше нравятся подтянутые красавчики, – безапелляционно отрезала Сиссела.

Девичьи разговоры – вещь беспощадная.

…Однако кое-кто возразил оценке Сисселы.

– …Н-ну, я думаю… выглядит Кёя не так уж и плохо… – пробормотала Феррис, и её щеки слегка окрасились румянцем.

В тот же миг глаза всех присутствующих округлились от шока.

– …М-м? Ч-что это у вас всех за взгляды?!

– Нет, ну просто я впервые слышу, чтобы Феррис называла парня по имени…

– К тому же такая высокая оценка! От той самой Феррис, которую боятся как «владыку демонов»! Это же стихийное бедствие! Она совсем поплыла!

– В-вовсе я не поплыла!

– Да нет же, ты реально смущаешься! Так значит, Феррис нравятся такие парни? Это правда неожиданно! Слушай, это редкость, можно я сниму?

– Так, ну-ка! Не снимай видео!

Девичьи разговоры о мальчиках становились всё оживленнее.

Посреди этой суматохи Комари тихо пробормотала:

– Вот как… Значит, Феррис нравится Кудзё…

Подумав об этом, она невольно перевела взгляд на виновника обсуждения – Кёю Кудзё, сидевшего за партой в самом углу. Но именно в этот момент юноша вдруг встал и вышел из класса. Комари тут же хотела было броситься за ним, но тут в дверях появилась Лала.

– Та-ак, начинаем уро-ок! Все по места-а-ам!

– Э, но Кудзё …

– …? О чём вы говорите? Отставить разговорчики!

По этой реакции Комари поняла, что не только Лала, но и никто не придал значения тому, что юноша исчез. Словно он один находился где-то в другом мире.

Она совсем не могла сосредоточиться на уроке.

И снова наступило время после школы.

(Я-я ищу кошку, так что ничего такого, верно?..)

Оправдываясь в мыслях перед неизвестно кем, она направилась к лестнице, ведущей на крышу.

«Больше не приходи сюда» – она, конечно, слышала сказанные ей на прощание слова. Но любопытство оказалось сильнее, и она пришла снова.

Придумав предлог с поиском кошки, Комари попыталась дверь, но…

– …Ась?

Дверь не открывалась. Похоже, она была заперта.

Тут уж ничего не поделаешь.

Только она, понурив плечи, собралась уходить, как вдруг её окликнули.

– О, что вы здесь делаете?

Внизу лестницы она столкнулась с невероятно красивой взрослой женщиной.

– Мисс Фрейя… А, эм, я ищу кошку…

– Хм, вот как… А действительно ли ты ищешь именно кошку? – ответила Фрейя озорным вопросом на её импровизированную ложь.

– Ау… ну…

Под её взглядом, казалось, видящим всё насквозь, Комари невольно призналась:

– …И-извините, на самом деле там есть человек, который мне немного интересен… А, ну, то есть, «интересен» не в том смысле!.. – начала в панике оправдываться Комари.

Фрейя весело рассмеялась, со словами: «Понимаю», а затем добавила шёпотом:

– Всё хорошо. Не жалей сил и следуй зову сердца, пока не придёшь к финалу, которого ты желаешь.

Где-то она уже слышала эти слова. Но прежде чем она успела вспомнить где, Фрейя мягко сжала её руку.

– Возьми. Тебе это понадобится.

Ей вручили маленький серебряный ключ.

– Это же… Почему вы даёте его мне?..

– Ну… скажем так, это благодарность за то, что ты придала мне храбрости.

– …? О чём вы?

Но Фрейя не стала отвечать и просто ушла.

Ошеломленно проводив её взглядом, Комари вспомнила о ключе… Не нужно было долго думать, от какой он двери.

Как и ожидалось, дверь на крышу открылась легко.

Однако…

– …Было заперто, значит, его здесь быть не может…

Юноши, которого она искала, нигде не было.

Зато её взгляд зацепился за кое-что в углу крыши. Там одиноко стоял маленький склад… Тот самый, который любящая слухи Сиссела называла «запертым складом».

Комари, словно завороженная, подошла к нему.

«Запертый склад, ведущий в иной мир». Судорожно сглотнув, Комари боязливо взялась за ручку… но дверь не поддалась. Видимо, здесь тоже было заперто – дверь склада не двигалась ни на миллиметр.

– Ну, так и должно быть…

Она почувствовала облегчение, но в то же время и легкое разочарование… В любом случае, оставив эту затею, Комари заметила метлу, прислоненную к стене склада.

Может уборщик забыл? От нечего делать Комари машинально взяла метлу в руки. И… сама не заметила, как замахнулась ей.

Замахнуться, опустить. Замахнуться, опустить.

Она повторяла движения, имитирующие удары мечом, думая о том, как глупо это должно быть выглядит со стороны. Но с каждым взмахом метлы тяжесть на душе, казалось, рассеивалась… И всё же, что-то было не так. Сжимать она должна была вовсе не метлу. Ей казалось, это должно быть что-то другое…

– Что ты делаешь? – внезапно раздался голос из-за её спины.

– Хья-а-а-а-а?!

Испуганно обернувшись, она увидела юношу, на лице которого читалось недоумение.

– Я же говорил, не приходи сюда.

– Ау-у… Прости… – честно извинилась она.

Юноша слегка пожал плечами.

– …Ну, это свободный мир. Никого нельзя принуждать. Делай что хочешь.

Сказав это, юноша снова подошел к ограждению, как и вчера. Комари робко последовала за ним. В мире, на который он смотрел с края крыши, и сегодня царила мирная повседневность.

Только… взглянув на него, она заметила, что в этот раз юноша не просто безучастно смотрел вдаль, а пристально глядел в одну точку. Проследив за его взглядом… она увидела Феррис.

Похоже, сегодня она помогала теннисному клубу и задорно размахивала ракеткой. Кёя не отрываясь смотрел на неё. С очень нежным выражением лица, которого Комари никогда раньше у него не видела.

Стоило увидеть его профиль, и всё сразу становилось ясно.

– Н-неужели… тебе … н-н-нравится Феррис?.. – невольно спросив это, Комари тут же закрыла рот рукой.

Она задала до ужаса бестактный вопрос. О таких вещах обычно говорят, когда уже достаточно сблизились…

Пока Комари раскаивалась, она получила неожиданный ответ:

– Да, я люблю её больше всех на свете, – заявил он куда прямолинейнее, чем она ожидала, с абсолютно серьёзным выражением лица.

– Л-л-л-люблю?!

От такой прямоты лицо Комари залилось румянцем, но…

– …Шучу. Та, кого я люблю, – другой человек с тем же именем. Не эта Феррис.

– Фух, напугал…

Комари с облегчением выдохнула. Если бы её подруга, с которой она всегда вместе, оказалась героиней страстной любовной истории, Комари не знала бы, как теперь смотреть ей в глаза.

– Но это чудесно. Ты с такой уверенностью говоришь о том, как любишь ту Феррис… А, эм, как вы встретились? Это было что-то судьбоносное? Что стало причиной такой страстной любви?!

– Да так, ничего особенного…

– Расскажи пожалуйста! Я хочу узнать! – начала донимать его Комари, внезапно заинтересовавшись этим.

 Разве я такая напористая? – подумала она, но не могла остановиться. Словно заразилась любовью к сплетням от Сисселы.

Под таким напором юноша смущённо почесал щеку.

– …Правда, ничего особенного. Ни судьбоносной встречи, ни чудесных событий. Я просто случайно встретил её, и мы просто были вместе. Это были скучные дни, о которых особо нечего рассказывать.

И юноша начал неторопливо рассказывать о днях, проведенных с Феррис. Это действительно были самые обычные будни.

День, когда случилось что-то радостное. День, когда случилось что-то грустное. Обычный день, когда не произошло ни того, ни другого… В буднях, о которых он рассказывал, не было взлетов и падений, и история действительно могла показаться скучной и неинтересной. Но… в сердце слушавшей её Комари их будни вливались яркими образами.

Незнакомая пустошь, незнакомый Кёя и незнакомая Феррис. Тридцать тысяч лет, которые они провели вместе, – и чувства, сплетённые там, скромная повседневность, безгранично глубокое и тихое счастье передавались через этот мир, словно в калейдоскопе.

– Мы были вместе каждый день, это было само собой разумеющимся, и так продолжалось тридцать тысяч лет… Поэтому я сам не заметил, как начал желать быть с ней и завтра.

Их скучные будни длились тридцать тысяч лет. Поэтому он хотел быть вместе с ней и в первый день после тридцати тысяч лет. Это всё, чего он желал. Желал раньше, однако…

– Но этому не суждено было сбыться. На неё была взвалена судьба, с которой никто ничего не смог бы сделать, да и она сама приняла её, – говорил он, в то время как на его щёки легла тень. – Но я не такой храбрый, как она. У меня не было мужества принять это. Как бы это ни было правильно, как бы ни было неизбежно, даже если она сама этого хотела… Я не мог оставить её одну в пустоши. Я всё равно хочу, чтобы она мирно улыбалась. Хочу, чтобы она наслаждалась свободой под солнцем. Поэтому… я не могу не протянуть ей руку. Даже если цена этому – весь мир.

С каждым словом тень юноши сгущалась. Казалось, она вот-вот поглотит сам мир… Но лишь показалось. Выражение лица юноши вдруг смягчилось, и он улыбнулся.

– …Хотя это всё просто оправдания.

Да, он прекрасно знает, что то, что он собирается сделать, – ошибка. Что такая эгоистичная причина никем не будет понята, да и не должна быть.

Но… Комари отвергла его самоиронию.

– Я понимаю твои чувства. Хоть и не в полной мере. Потому что это очень в твоём духе, Кудзё… нет, Кёя.

В глазах Комари отражался не безжалостный, злейший великий владыка демонов.

А обычный, напуганный мальчишка, отрезанный от мира и оставленный в одинокой пустоши.

– …Комари, неужели ты…

Заметив перемену в девушке, Кёя в замешательстве отступил назад.

Комари задала ему тот же вопрос, что и он ей:

– Скажи, Кёя, тебе нравится этот мир?

Кёя на мгновение запнулся с ответом… но затем кивнул с выражением смирения на лице.

– …Да, нравится. В этом мире она может свободно улыбаться и жить. Поэтому я иногда думаю, что, может быть, лучше оставить всё как есть… Но всё-таки это не то. Здешняя Феррис – не та, кого я хочу спасти. Если сделать этот мир конечной точкой, исчезнет сам факт того, что она существовала. Поэтому я должен это сделать. Какой бы ни была цена.

Юноша снова выдал тот же ответ, что и когда-то. Его непоколебимая воля, вложенная в эти слова, заставила атмосферу дрожать от жуткой злобы… Но теперь Комари понимала его испуганную душу, скрытую за этой угольно-чёрной решимостью; его полную одиночества истинную сущность, которая трепещет перед злодеянием, которое он собирается совершить, но всё же не может побороть страх потери дорогого человека и вынужден двигаться только вперёд.

Поэтому Комари улыбнулась. Словно подбадривая испуганного мальчика.

– Всё хорошо, не бойся. Я… обязательно тебя остановлю!

– …Прекрати, Комари, – резко предупредил её Кёя, осознав, что она собирается сделать.

Но Комари не остановилась.

Развернувшись, она направилась к запертому складу, одиноко стоящему в углу крыши. В тот миг, когда она слегка прикоснулась к двери, замок, который должен был быть закрыт, с лёгкостью открылся. Словно он с самого начала ждал этого момента. И в центре распахнутого склада находился он.

Прямой, идеально выкованный, ужасно невзрачный меч без каких-либо украшений на рукояти или гарде, который просто тихо ждал кого-то.

– …Если ты вытащишь его, пути назад уже не будет, – бросил он ей в спину своё последнее предупреждение.

Несомненно, оно было продиктовано заботой о Комари. Но именно поэтому… Комари положила руку на меч.

Не потому, что кто-то заставил.

Не из-за проклятия подаренной жизни.

И не ради мира, что существует бесцельно.

Сейчас она сжимает меч только ради того, чтобы спасти этого юношу. Невзирая на миссию, проклятие или роль, лишь повинуясь собственной воле.

Не кто иная, как Комари Имари…

…Чтобы спасти от этого вечного одиночества…

Не кого иного, как Кёю Кудзё…

– Кёя, пожалуйста, подожди немного. Я обязательно спасу тебя.

И она извлекла меч из ножен.

Прекрасное семицветное сияние, исходившее от клинка, наполнило небо светом, и затем… ярко рассекло мир Кёи Кудзё.

----…

--…

Хлынувшее сияние зари постепенно угасало.

Когда ослепительный свет померк… все, кто находился в мире богинь, ошеломленно заморгали.

– Ч-что это было?..

– Изменение мира?..

Присутствующие здесь понимали, что… спокойный мир, в котором они были только что… был не просто сном наяву.

Да, это определённо была реальность. Часть Всемогущества, которое обрёл Кёя Кудзё – другой мир, созданный путём изменения мира.

Поэтому непонятно было другое… как они смогли вернуться? Ведь юноша, пробудившийся как злейший владыка демонов в мире, обладал силой, которой никто уже не мог противостоять.

И только сам Кёя понимал причину.

– …Так вот оно, твоё Всемогущество…

Там, куда смотрел Кёя, стояла девушка – Комари, которая сжимала в своих руках меч, которого ещё недавно у неё не было.

«Меч Древнего»… Воплощение сильнейшего оригинального навыка – тот самый меч, который во всем мире не могла использовать только Комари. Теперь она уверенно сжимала его.

Да, не из чувства вины за то, что получила чужую жизнь. Не из чувства долга, что должна что-то сделать. А лишь ради того, чтобы спасти этого юношу, она по собственной воле обнажила меч, и тот наконец признал Комари Имари своей хозяйкой.

Однако Кёя уже заметил изъян.

– Получила сильнейший меч, значит?.. Но этого всё еще недостаточно. Ты не можешь использовать и десятой доли его силы. Так тебе ни за что меня не победить.

Действительно, силой меча она разрушила изменённый мир… Но до всемогущества ей было ещё далеко. Пусть она и взяла меч в руки, она лишь только что вынула его из ножен. Собственных сил Комари слишком мало, чтобы овладеть им. Каким бы острым ни был меч, в руках новобранца он бесполезен. Их безнадёжная ситуация нисколько не изменилась.

Поэтому Кёя вынес приговор:

– Изменение мира было проявлением моей заботы, чтобы всё закончилось мирно… Но что поделаешь, вы сами выбрали это. Объявляю всему человечеству: я приступаю к последним приготовлениям для уничтожения мира. Займёт это, пожалуй… «три года». Этого хватит, чтобы завершить последний Мистлтенас.

Отсрочка до конца света, которую объявил Кёя, была слишком короткой.

– До тех пор запрещаю вам сражаться. Проведите по-человечески, разумно хотя бы свои последние три года до того дня, когда мир сгинет, – заявил Кёя, словно это был свершившийся факт.

…Нет, это не метафора. Теперь, когда он получил оригинальный навык и стал злейшим владыкой демонов, не осталось никого, кто мог бы ему оказать ему сопротивление. Если Кёя говорит так, то это обязательно случится.

…Однако здесь был один человек, который не принял это.

– Я не позволю этому случиться, – прямо возразила Комари Кёе, который стал абсолютным существом.

Кёя вздохнул, словно пораженный её поведением, которое было слишком безрассудным, чтобы считать его проявлением отваги.

– Х-ха… Я же только что сказал. Тебе это не под силу. Ты понимаешь, почему я до сих пор тебя не убил? Потому что ты самая слабая в мире. Ты была признана владельцем «Меча Древнего»? И что с того? Просто владеть им бессмысленно. А с твоими способностями ты, как ни старайся, не сможешь им овладеть. Раз Фрейя мертва, передать его тоже нельзя. Значит, чем убивать тебя и заставлять меч исчезнуть, лучше оставить его придавленным таким грузом в твоём лице. Так не придётся беспокоиться, что родится новая сдерживающая сила.

Сейчас Кёе стоило опасаться лишь того, что за три года родится сила света, способная противостоять владыке демонов Кёе. Но пока существует сильнейший меч – «Меч Древнего», другая сила для поддержания баланса не родится. Таковы правила Мирового Древа.

– Ты в самом деле оказываешь мне услугу тем, что последняя надежда – это ты, Комари, – холодно бросил Кёя.

В этих словах, полных презрения и насмешки, казалось, было намерение сломить её дух.

В ответ на это… Комари честно кивнула.

– Да, ты прав. Я слаба. Мне не победить тебя, Кёя, – прямо подтвердила Комари насмешки Кёи, однако в её глазах не было покорности. – Но… это сейчас.

В этот миг Кёя глубоко вздохнул. Только он понял истинный смысл этих слов.

– А, вот как… Ну да, понятно, о чём ты думаешь. Но скажу прямо – ты потерпишь неудачу. Я уже видел триста миллиардов вариантов будущего, и во всех них ты умирала. Так что брось эти глупости и проживи свои последние мгновения в спокойствии.

– Вот как? Тогда посмотри триста миллиардов и ещё один раз! Наверняка там есть будущее, где все смогут улыбаться друг другу! – заявила Комари без тени сомнений, несмотря на то, что всё озвученное управляющим причинностью Кёей должно быть неизбежным будущим.

И всё же Комари заявила это без тени сомнения.

Кёя пожал плечами, всем видом показывая, как это глупо.

– …Ясно. Что ж, делай что хочешь.

Он хорошо знал характер девушки по имени Комари. Сколько её ни предупреждай, если она сказала, что сделает, значит сделает. Тогда ему всё равно. Пусть мучается зря и умрёт как хочет.

Кёя больше не оборачивался. Он быстро развернулся и исчез в ином пространстве. Он вошёл в свой изолированный мир, чтобы подготовиться к уничтожению мира. Никто уже не мог последовать за Кёей.

Когда присутствие великого владыки демонов исчезло… люди, которых силой поставили на колени, наконец обрели свободу. Однако радости на их лицах не было.

– Дело дрянь… честно говоря, с этим ничего не поделаешь.

– Три года, значит… Слишком мало… – мрачно пробормотали Кудзуха и Янаги, двое сильнейших в мире.

…Именно они понимали, что сила нынешнего Кёи была на ином уровне. За какие-то жалкие три года ничего нельзя было сделать.

И всё же, здесь был лучик надежды.

– Комари… что ты собираешься делать? – спросила Феррис.

Зная Кёю лучше всех, она понимала, что Кёя, ставший поистине величайшим в мире злом, всё еще чего-то опасался. Он увидел в девушке по имени Комари возможность представлять ему угрозу. Именно поэтому он пытался сломить её дух.

И Комари озвучила суть этой возможности.

– Я видела тот мир, где вы были вместе с Кёей… ту пустошь, где остановилось время.

– …! Неужели ты?..

Этих слов было достаточно, чтобы понять, что собирается сделать Комари.

Да, за три года противостоять Кёе невозможно. Но что, если это не «три года», а «тридцать тысяч лет»?

Вывод Комари был предельно прост. Если она не может овладеть «Мечом Древнего», нужно тренироваться, пока не сможет. Если у него сила иного уровня, нужно самой подняться на эту высоту в той самой пустоши, где застыло время, – так же, как когда-то Кёя сделал это, чтобы спасти Феррис.

Поняв её намерение, Феррис… однако, покачала головой.

– Забудь об этом, Комари! Конечно, в той пустоши три года станут тридцатью тысячами лет. Но это слишком безрассудно! Когда я тренировала Кёю, у меня была сила владыки демонов. Я могла легко восстанавливать и тело, и дух. Именно благодаря этому условию Кёя стал таким сильным… Но сейчас я на это не способна. Если ты умрешь в процессе тренировки, начать сначала будет нельзя. Чтобы догнать Кёю, нужно пройти тренировку, рассчитанную на десятки миллионов смертей, ни разу не умерев. Это невозможно!..

Сказать «тренироваться тридцать тысяч лет» легко. Но на деле всё не так. Это невероятно суровая прокачка, подразумевающая десятки миллионов смертей… Только преодолев её, Кёя получил свою нынешнюю силу.

Следовательно, чтобы попытаться догнать его, ей нужно пройти точно такую же адскую тренировку, не умерев ни разу. Если сдерживаться, чтобы не дать ей умереть, – она не обретёт силу, а если ошибиться – ей конец. С какой стороны ни посмотри, это абсурдно непроходимая игра. Как и предсказывал Кёя, она несомненно просто умрёт где-то в процессе.

Но даже понимая это, решимость Комари не пошатнулась.

– Даже если так, я не хочу сдаваться! Не потому, что должна. А потому что я, по своей воле, хочу спасти Кёю!! – решительно заявила Комари, в прямом взгляде которой больше не было никаких сомнений.

…Но именно поэтому Феррис колебалась.

Когда-то она устроила тренировку юноше, который смотрел на неё таким же прямым взглядом, как Комари. И в результате любимый ею юноша стал злейшим владыкой демонов. То же самое может случиться снова. Больше всего она боялась, что может снова своими руками сделать дорогого человека несчастным.

Однако…

– Как же всё-таки ослепительны юнцы, пытающиеся ухватить будущее. Раз так… этот старик поможет тебе всем, чем сможет.

– Ха, ну, «мирный конец» – это не в моём стиле. А что, неплохо – последняя великая азартная игра мира. Злейший владыка демонов против провалившейся героини… Коэффициенты будут бешеные! Я ставлю всё на Комарушку!

Янаги и Кудзуха снова поднялись. В их глазах зажёгся огонёк, казалось, раздавленной надежды.

И не только они.

– Я тоже помогу-с!

– И я буду рядом до самого конца, подруга!

– М-м-м, я помогу с тренировкой!

– Ладно уж, я в деле!

– Хм, ну, это лучше, чем ничего не делать.

Герои, которые должны были склониться перед подавляющей силой, вставали один за другим.

Да, возможно, у нынешней Феррис нет былой силы.

Но зато теперь у неё так много товарищей. Есть люди, которых объединяет общая надежда на будущее, и есть мир, который они хотят защитить.

А раз так, то надежда точно есть.

– Феррис, пришёл наш черёд спасти Кёю!

Улыбнувшись, Комари протянула ей руку.

Всё еще напуганная Феррис… дрожащими пальцами всё же сжала её.

Как тогда, когда она вместе с юношей выбралась из пустоши.

– …Пожалуй, ты права. Возможно, теперь пришла моя очередь.

Зарядившись храбростью от Комари, Феррис поднялась на ноги.

Да, сдаваться ещё рано. Ведь эта история ещё не закончилась.

– Жди нас, Кёя!

Так Комари и остальные двинулись в путь.

В тот опустошённый мир, где всё началось.

----…

--…

-…

И вот обещанные три года прошли.