Внезапное движение привлекло внимание Присстин, которая с тревогой посмотрела на него:

«Ваше Величество, что-то случилось?»

«…Нет, ничего.» - ответил Джеральд.

«Вы плохо себя чувствуете?»

Озадаченная и взволнованная, Присстин не скрывала беспокойства.

«Вы выглядите нездорово.»

«Пустяки.» - спокойно сказал Джеральд, стараясь её успокоить. «Просто вдруг разболелась голова.»

«В последнее время у вас часто случаются мигрени.»

Но даже так Присстин не выглядела спокойной.

«Может, позвать придворного врача?»

«Не стоит беспокоиться из-за такой мелочи.»

«Ваше здоровье важнее всего.»

«Я уже обследовался недавно, всё было в порядке.»

«Правда…?»

Присстин задумчиво промурлыкала, напряженно хмуря брови:

«Но я всё же хотела бы, чтобы вы снова прошли обследование.»

«Как всегда, только ты так заботишься обо мне.» - с нежностью заметил Джеральд, крепко обняв Присстин. Слова, которые, должно быть, обидели бы слугу, настаивавшего на обследовании раньше.

Не зная того, Присстин, покраснев, крепко прижалась к Джеральду и прошептала:

«Ты должен быть здоров, чтобы прожить со мной долгую и счастливую жизнь, и ради нашего будущего ребенка.»

«Хорошо. Я вызову придворного врача, как только доберусь до центрального дворца.» - мягко поцеловал он Присстин. «Но уверен, ничего серьезного.»

***

«…Что вы сейчас сказали?» - спросил Джеральд врача, не скрывая серьезности.

«Повторите. Я правильно понял?»

«Похоже, вас отравили.»

Врач посмотрел внимательно и спросил:

«У вас усилились головные боли в последнее время? Часто чувствуете усталость?»

«Верно.» - подтвердил Джеральд, ощущая предательство. «Но вы никогда раньше этого не говорили.»

«Да, на прежних осмотрах я этого не замечал.»

Врач объяснил ситуацию, не скрывая тревоги:

«Те, кто вас отравлял, действовали очень тщательно. Сначала давали небольшие дозы и постепенно увеличивали.»

«…»

«Такие малые количества невозможно выявить на ранних этапах, анализы ничего не показывают.»

«То есть…?»

«У вас признаки хронического отравления.»

«Это опасно?»

«Не слишком.» - уверил врач.

Это была хорошая новость.

«Хорошо, что мы узнали об этом сейчас. Если бы медлили, всё могло закончиться плохо.»

От этих слов по спине Джеральда пробежал холодок. [А, что, если бы он проигнорировал тревожные сигналы и не решился на обследование?]

Джеральд нервно сжал челюсть:

«Какое у меня состояние? Это лечится?»

«Конечно, Ваше Величество. Все поправимо при лечении.»

Врач кивнул с ноткой надежды:

«На восстановление уйдет время, но…»

«Главное, что вылечить можно?»

«Без сомнения, Ваше Величество.»

Обнадеживало то, что, несмотря на затяжное отравление, ситуация не критическая, и всё обратимо.

Джеральд сразу потребовал хранить случившееся в строгой тайне, об этом не должны узнать те, кто подсыпал ему яд. [Иначе они изменят тактику или попробуют снова.]

Он мысленно прокручивал возможные источники: [ароматические свечи, которые зажигал каждый день, пища…способов было много.] Несмотря на подготовку, сейчас голова у Джеральда была пуста.

«Со свечами всё в порядке, их ежедневно проверяют слуги.» - уверили его.

«Но микроскопические дозы сложно обнаружить. Мы не можем исключить ни одну версию.»

Рассуждая вслух, Джеральд решил:

«Пока что меняйте ароматическую свечу каждый день. Это, единственное, что можно сделать.»

«Да, и хлеб на столе будут менять ежедневно.»

«А ведь короновали меня меньше года назад.»

Но раз в организме накопилось так много яда, значит, он принимал его почти каждый день.

«Кто мог так низко пасть за такой короткий срок?»

«Мы рассмотрим все варианты.» - пообещал слуга. «Главное, действовать скрытно.»

«Разумеется. Буду предельно осторожен.»

Убедившись, что слуга ушел, Джеральд остался в одиночестве, опустошенный и ошеломленный неожиданностью.

«Кто бы мог быть способен на такое?»

Вопрос повис в воздухе, но ответ пришел мгновенно. Он рассмеялся, сухо и горько.

«Очевидно.»

[Это мог быть только бывший Император. Никто, кроме него, не пошел бы на такое.] По спине пробежал холодок от проницательности дяди. [Еще страшнее было понять, что люди Альберта всё еще оставались во дворце.]

«Ваше Величество, разрешите войти.» - раздался голос снаружи.

Джеральд, чуть повернувшись:

«Что случилось?»

«У вас гости.»

«Гости?»

Он нахмурился:

«Насколько я помню, встреч на сегодня не назначено.»

«Так и есть. Поэтому я думал, стоит ли докладывать…»

«Кто пришел?»

«Принцесса Геннан.»

Весьма сомнительная гостья. Лицо Джеральда стало еще серьезнее, слуга заговорил осторожнее:

«Я колебался, сообщать ли вам, ведь она накануне изгнания…Но услышал, что она настаивает на встрече и говорит, что вы пожалеете, если не выслушаете.»

«Принцесса Геннан? Со мной?»

«Да, она очень просит.»

Джеральд снова почувствовал пульсирующую боль в висках.

Ссылка на изгнание уже была подписана, и смысла в последних встречах, казалось бы, не осталось. Джеральд терзался в догадках, а между тем слуга проговорил слова, которые только усилили его внутреннее напряжение:

«Говорит, что это связано с графиней Роузвелл.»

«Что?» - удивился Джеральд.

«Она утверждает, что, если вы не выслушаете её, могут быть неприятности. По её словам, она озвучит все только перед Вашим Величеством, и не скажет ни слова кому-то другому.»

Стоило упомянуть Присстин, как все доводы Джеральда моментально уступили место тревоге. Он поднялся и поспешил в гостиную, хотя мало что ждал от разговора с Таней. В лучшем случае это могла быть отчаянная попытка спасти положение перед изгнанием.

«Зачем столь срочная встреча, принцесса Геннан?» - Джеральд даже не пытался скрыть свое недовольство. Он все еще думал о отравлении.

Таня встретила его холодной, почти невозмутимой улыбкой:

«Я думала, что вы не придёте, но вы здесь.»

«Принцесса осмелилась использовать имя графини Роузвелл.» - Джеральд смотрел на нее неодобрительно. «Вы внушали, что меня ждут серьёзные неприятности, если я не выслушаю, не так ли?»

«Верно, я именно так и сказала.»

«Ну хорошо, я слушаю. Если всё окажется пустыми словами, вам придётся за это ответить.»

«С меня и так взять уже нечего, Ваше Величество. Через несколько дней меня ждет изгнание.»

Слова Тани звучали ядовито, но за их ядом сквозила отчаянная решимость:

«Но расставшись с этим дворцом, я не могу уйти молча. Я обязана рассказать вам одну историю.»

«Что за история?»

«Ваше Величество не имеет права любить графиню Роузвелл.» - сказала она.

Джеральд едва сдержал раздражение от такой наглости, но Таня продолжала:

«Вы не достойны видеть её Императрицей.»

«Вы сами понимаете, что переходите все границы.» - холодно бросил Джеральд.

«А я говорю это по очень веской причине.»

«И какая же причина найдётся?»

«Речь о том, как погибли родители графини Роузвелл.»

Уголки губ Тани чуть заметно поднялись.

«Знаете ли вы, Ваше Величество, правду об этом?»

Так, наконец, была открыта шкатулка Пандоры.

***

Лишь поздним вечером Присстин вернулась в центральный дворец, пообедать с Джеральдом и разузнать, побывал ли он у врача.

«Его Величество сейчас отдыхает.» - ответили ей неожиданно.

«Не впускают никого?»

Такое случалось нечасто: Джеральд не привык спать днём, особенно ранним вечером.

«Тогда, пожалуйста, сообщите мне во дворце Камер, как только Его Величество проснётся.»

«Конечно, госпожа. Мы сразу передадим.»

Но известий так и не было до самого вечера. Присстин становилось всё тревожней: Джеральд не был тем, кто может проспать столько времени.

«Неужели он заболел?» - всё не шло у нее из головы его дневное недомогание и жалобы на головную боль.

Она перестала ждать и решила вернуться во дворец, но услышала всё тот же ответ:

«Его Величество всё ещё спит.»

«Даже не ужинал?» - нахмурилась Присстин. «Это странно. Он никогда не спит так долго.»

«…»

«Его осмотрел врач? Он жаловался на головную боль.»

«Да, осмотрели.» - с трудом подтвердил.

«И что же сказали? Это было что-то серьёзное?»

Камердинер заколебался, стоит ли рассказывать Присстин всё, что ему стало известно, однако решил промолчать.

«Нет, ничего опасного.»

«Правда?»

«Да. Не переживайте, пожалуйста, и возвращайтесь во дворец.»

Но Присстин вдруг почувствовала, что обязательно должна увидеть Джеральда, хотя бы мельком. Она аккуратно спросила:

«Можно мне просто взглянуть на него? Я тихо посмотрю, как он спит, и уйду, это трудно?»

«Что? Ну…» - растерялся слуга.

Пока прислуга пыталась сообразить, Присстин воспользовалась их замешательством и сама вошла в комнату Джеральда. Когда они спохватились, было уже поздно.

«Что теперь делать…Его Величество строго наказывал никого не впускать!»

В панике слова камердинера эхом отозвались в пустом зале.