Снова суббота.

Но не какая-то рядовая, а особая, последняя суббота апреля. В народе её зовут началом Золотой недели.

— Утречко, Аки… — обратилась ко мне Като и сладко зевнула.

Като опоздала примерно на три минуты на место встречи. В этот раз мы должны были встретиться на железнодорожной станции. У меня рука не поднимается выругать её — настолько невыспавшейся она выглядит.

— Выглядишь уставшей.

— Потому что спала лишь два часа…

— И ты ещё смеешь хвалиться своим недосыпом, Като? Бесит.

Судя по выражению её лица, особым энтузиазмом она не пылает.

— Ну что, давай билеты покупать, — предложила Като. — Куда в этот раз?

— Город Ваго.

— Это ведь соседняя префектура? Эх, а билеты такие дорогие.

— Я ведь говорил вчера, что ехать далеко, — упрекнул я.

— Значит, только мы вдвоём целый час на поезде. Разве это не похоже на свидание?

— Вовсе нет, Като.

— Думаю, тут ты прав, — согласилась Като. Этим бесчувственным ответом она окончательно похоронила мои романтические фантазии.

Впрочем, раз уж я ей совершенно не интересен, мы с ней на одной волне. Мы с ней в каком-то смысле идеальные друзья. Или парень и девушка в отношениях, которые устали друг от друга… Хотя мы даже не начинали встречаться.

— Поезд скоро придёт, так что отойду в магазин ненадолго, — сообщила мне Като.

— В туалет сходить не забудь. Ехать долго.

— Как грубо, Аки. Мог бы и догадаться, что я не только за продуктами туда иду.

— Раз уж считаешь это грубостью, лучше вообще ничего не говори…

Мы обменялись любезностями, и Като направилась в магазин. Вместо того чтобы как можно быстрее от меня убежать, она ушла неторопливым шагом.

Я взглянул на Като. Сегодня она надела серую толстовку поверх белой безрукавки. Из-под колышущихся кюлотов виднеются обтянутые чулками телесного цвета стройные ножки. Кажется, она сегодня в новом образе. Одежды у неё и вправду много.

Стоит признать, что чувство стиля у неё определённо есть, но это плохо впишется в сюжет игры. Чем чаще героиня меняет свой наряд, тем сложнее её запомнить. К тому же это ещё и дополнительная работа для художника.

Поэтому если очень серьёзная девушка приходит в выходной в школьной форме и настаивает, что в этом нет ничего такого, то с точки зрения игровой логики это правильный ход, который понравится игрокам. По крайней мере, мне так кажется.

Като, лучше не водись с отаку, которые размышляют подобным образом.

※

— О, так ты всё прочла?

— Ага. Потому и не выспалась. Ты ведь мне целых пять книжек одолжил, Аки.

— Молодчинка, Като.

— Э-хе-хе, ну как скажешь. Они оказались настолько интересные, что я почти не спала. Поэтому спасибо за рекомендацию.

— А, да не за что!..

Като одарила меня сонной улыбкой, а наш поезд тем временем продолжает свой путь в Ваго. В руках она держит первый том «Влюблённого метронома». Вчера на встрече кружка я задал ей что-то вроде домашней работы на выходные.

— Я думала, что ранобэ пишут в основном для мужской аудитории, но эта книга может даже девушку до слёз довести.

— Вот именно! Та ещё слёзовыжималка!

— Думаю, с симуляторами свиданий так же. Нельзя судить их, ни разу не сыграв. Но было бы очень кстати, сделай разработчики честные обложки.

— К-Като, люди вроде тебя и вправду…

Я и представить не мог, что она так отзовётся о «Влюблённом метрономе». Мне лишь хотелось, чтобы после прочтения томика или двух Като по-новому посмотрела на такую литературу, и её ответ не мог быть лучше.

— Прости, Аки. Ничего, если я верну их тебе после Золотой недели? Хочу перечитать их, но в этот раз основательно.

— Да, конечно! Тот набор, что я дал тебе, для обращения новых читателей, так что оставь его себе. У меня дома ещё два комплекта есть: для чтения и для коллекции.

— А-а? Ну, раз тебе не придётся покупать новый, наверное, мне стоит тебя поблагодарить?

— Нет, я, конечно же, куплю ещё один набор. Отдал один набор, обратил читателя, купил новый и по новой. Это ведь нормально, не так ли?

— Эм, ладно… Спасибо, — ответила Като и натянуто улыбнулась, сбитая с толку.

Ей ещё предстоит понять, что чувствует миссионер, когда видит нового прихожанина.

— Ну и какая из частей пришлась тебе по душе, Като? Можешь и о плохом тоже рассказать.

— А, эм, эт-то, дай-ка подумать. С чего же начать?

— Живее! Свежие и горячие, словно только из печи, впечатления от книги — самые важные! Ну же, Като, выкладывай!

— А-Аки?..

Несколько тысяч йен — ничто в сравнении с новыми друзьями, с которыми ты можешь обсудить их предпочтения…

※

— О! Вот мы и в Ваго! Время пронеслось незаметно.

— Только для тебя, Аки… — ещё безжизненнее, чем сегодня утром, проронила Като и вышла из поезда.

Наверное, ночное чтение её совсем подкосило. Или в поезде укачало. Вы только гляньте на её бледное лицо.

— Ладно, сменим тему. Ах да, события после признания в третьем томе! Как будто сам бог писал!

— А, ты об этом?.. Стоп, ты ведь сказал, что сменишь тему, Аки.

— Но ты ведь тоже этого не ожидала, правда? Что та девушка окажется в любовном треугольнике.

— Ага, даже в мыслях не было… что этот разговор продлится целый час.

— Фигня. Если я захочу обсудить какой-нибудь тайтл, то меня минимум на трое суток хватит.

— Не думаю, что смогу стать отаку, как ты, даже если потрачу на это всю свою жизнь, Аки.

Наверное, совсем выбилась из сил, раз так вяло отвечает.

— Ладно тебе, Като. Прекрати говорить так, будто ты при смерти, и взбодрись. Мы же с тобой буквально на землю обетованную идём!

Именно так. В подобных обстоятельствах мужчина должен брать на себя инициативу. Кто знает. Может, та капля решимости, что я показал Като, приоткроет мне завесу жизни популярных ребят…

— Земля обетованная, говоришь… Я тут вдруг осознала, Аки… — сказала Като и тихо ахнула.

— О, неужели догадалась?

На выходе со станции нас встретил типичный даже для приезжих деловой район. Такой есть возле каждой станции. Но для читателей «Влюблённого метронома» это место имеет огромное значение.

— Вот, значит, где всё произошло… — произнесла Като.

Это то самое место с разворота первого тома: масштабный пейзаж, который видят читатели, впервые открыв книгу…

— Видишь ту скамейку в парке напротив станции, Като? — Я открыл перед Като пятый том и показал ей иллюстрацию на двести одиннадцатой странице. —Там происходит финальная сцена с поцелуем.

— О, твоя правда, — осознала она и принялась сравнивать то место с нарисованным в книге. — Отсюда очень похоже.

— Посмотри вон туда. Видишь бургерную? Там героини впервые встретились во втором томе.

— Не думаю, что смогла бы разгадать всё лишь по одной картинке…

— Наверное, ты права. Но на иллюстрации изображены не все детали.

— То есть…

— Помнишь? — спросил я и открыл ей второй том на сто сорок восьмой странице. — После этой сцены они вдвоём идут по пешеходному переходу и останавливаются возле станции. Так что только тот общепит возле дороги подходит под описание в книге!

— А у тебя глаз-алмаз, Аки, — пробубнила Като, нехотя перечитав описание.

Эй, читай внимательно, Като.

— Ладно. Веселье начнётся здесь. Видишь книжный? Он на этой улице, прямо по курсу.

— А, вижу… Это тот, из первого тома?

— Ага, в точку, Като. Это магазин «Джобундо», в котором главный герой и героиня впервые встретились… Именно туда мы и идём! — Я ловко открыл первый том на сорок восьмой странице. Там лежат два билета, которые я тайком вложил в поезде.

Это наша последняя и самая важная цель на сегодня…

— А разве главный герой не бросает её в конце книги?

— Твоя правда…

Во втором томе появляется новая героиня, и герой выбирает её. Поворот, достойный Оскара. Реакция сети на второй том была, мягко говоря, неоднозначной…

※

— Что?.. Аки, стоило сразу сказать, что мы едем на автограф-сессию.

Мы стоим в очереди на третьем этаже книжного магазина «Джобундо», где проходит мероприятие. Като внимательно изучает билет, который я ей дал.

На полу лежат распечатанные буквы, объясняющие причину сегодняшнего столпотворения. Вместе они складываются в «Влюблённый метроном». Автограф-сессия Касуми Утако по случаю выхода последней книги». Буквы выглядят так, будто их распечатали из текстового документа, но в то же время дополняют антураж встречи.

Но если совсем честно, то надпись выглядит как что-то, состряпанное на коленке мелким книжным без опыта проведения мероприятий.

— Я просто не ожидал, что тебе так понравится книга, и боялся, что ты откажешься…

— Так вот, значит, как ты объясняешь своё «поехали незнамо куда и непонятно зачем»?

— Нет, не то чтобы. Но разве не проще взять и поехать куда-то, чем полчаса объяснять, что да как?

— Аки, я искренне желаю, чтобы ты относился к реальным девушкам так же бережно, как к нарисованным… — весьма хмуро произнесла Като. Хотя казалось бы, за что?

— Х-хорошо.

Интересно, она бы покраснела, ответь я что-то вроде: «Я такой, только когда ты рядом!»?

Хм-м… Нет. В случае с подругой детства или заклятой подругой мог бы появиться флаг. Но если сказать такое посторонней, с которой и месяца не знаком, она так и останется побочным персонажем… Мы ведь о Като говорим, поэтому…

— Но должна признать: ты хорошо потрудился, добыв эти билеты, Аки. Да ещё и целых два.

— Что ж, мне пришлось возместить тем двоим билеты на поезд и обед, не говоря уже о трёхчасовой экскурсии...

— Я впервые посещаю подобное мероприятие. Да и тебе, похоже, не терпится встретить автора книги, которую ты так любишь. Спасибо за это, Аки.

— Ага!

Какая же она добрая и чуткая… Но если совсем честно, большую часть времени она ведёт себя слишком незаметно.

— О, Аки, а ты знаком с Утако? Знаешь, что это за человек?

— А-а, ну-у… Скажем так, мы уже встречались здесь на похожей автограф-сессии по случаю выхода второго тома.

— Судя по имени, думаю, это женщина?

— Ага… Ты сама всё скоро узнаешь.

— После прочтения я искала Касуми Утако в интернете. Первым в списке оказался её фан-сайт, но не похоже, что у неё есть собственный блог, Твиттер или что-то в этом роде.

— Вот как...

— Что случилось, Аки? Ты немного покраснел.

— Нет, совсем нет. Так или иначе, скоро всё тайное станет явным, — пробубнил я и отвернулся от Като. — Надеюсь, всё будет хорошо.

— Хм-м? Аки? — с подозрением спросила Като.

Не дай бог мерзкому отаку пробудить свою цундере-натуру. Отвратительно.

— Като, сейчас начнётся...

— А, угу.

Посреди нашего разговора на этаже появились несколько сотрудников магазина средних лет. Скорее всего, уже полдвенадцатого, и время начинать мероприятие.

Неопытные сотрудники пять минут мариновали нас нудными правилами, после чего открыли внутреннюю секцию зала, из которого под громкие аплодисменты вышла Касуми Утако.

Перед посетителями стояла…

— Я не вижу её, Аки…

Похоже, Като ещё не разглядела автора, так как мои соплеменники (читайте: мерзкие отаку) загораживают ей обзор.

— Не волнуйся. Ты обязательно увидишь её, когда придёт твоя очередь подписывать книгу.

Я выше Като и уже могу разглядеть автора, но решил воздержаться от описания её внешности. Като должна увидеть это собственными глазами. В конце концов это наша последняя и самая важная миссия. То, с чего всё и начнётся.

Другими словами…

※

— Господин Мораль?..

— А?

— Приветствую, сто лет здесь не виделись… И да, я уже чёрт знает сколько раз повторял, но не могла бы ты перестать использовать это прозвище?

— Касуми… гаока?

— Нет же, это Касуми Утако… Пока мы здесь, по крайней мере.

Вот очередь наконец дошла и до меня… И на кратчайший миг время для этих двух девушек замерло.

※

— Позволь ещё раз тебе представить — Касумигаока Утаха, класс 3 «C».

Касумигаока Утаха — бессменный лидер рейтинга успеваемости со дня поступления в академию Тойогасаки. Она же считается первым за всю историю школы гением.

— А её псевдоним ты уже и так знаешь — Касуми Утако.

Она же популярный автор ранобэ, подающий надежды. Общие продажи пяти томов её дебютной работы «Влюблённый метроном» превысили полмиллиона копий. И этого она добилась ещё в школе.

— А это Като Мэгуми из класса 2 «B». — Ничего интересного о ней поведать не могу. — Раз с представлениями покончено, можем поговорить начистоту…

К слову, сейчас мы сидим в бургерной со сто сорок восьмой страницы второго тома.

— …

— …

— Алло, гараж.

Раз я всё ещё сравниваю происходящее с ранобэ, то атмосфера здесь сейчас точно такая же, как на той странице.

Хотя постойте. Есть одно отличие. Главный герой куда-то запропастился… Повезло ему, бандиту.

— Подожди, Аки… — шепнула мне на ухо Като, не выдержав напряжённой атмосферы.

— Като, я ведь уже сказал, что с меня взятки гладки.

— Мне как-то неловко начинать разговор.

— Като, я, конечно, признаю, что прежде эта особа вела себя не очень адекватно, но вот так прямо об этом заявлять? Это грубо.

— Думаю, невежливый здесь ты, Аки.

— Ещё раз тебе повторяю: неприлично обсуждать странности человека у него за спиной.

Боже, как можно быть такой непробиваемой? Она что, не понимает, насколько жалким я себя чувствую?

— Популярная художница, а теперь перспективный писатель… Как ты только связался с такими людьми, Аки?

— Эм, думаю, твоя некомпетентность прекрасно уравновешивает наш талантливый коллектив. Как думаешь?

— Сейчас меня не очень-то волнует твоё мнение обо мне. Просто не втягивай меня в свои шуточки.

Ты не так всё поняла, Като. Я не специально подшучиваю над тобой. Просто так получилось, что ты идеально вписываешься в мои шутки. Като, ты недооцениваешь, насколько ты слаба как героиня. Хотя сейчас ты скорее переоцениваешь себя.

— Проехали, Аки. Ты ведь говорил, что хочешь создать игру с этими невероятными людьми. Где ты найдёшь таких кандидатов, если эти вдруг откажутся?

Да уж, вряд ли на нашем сервере много команд из богатеньких звёзд кружка рисования и одарённых учениц. Да и художника додзинси вместе с восходящей звездой молодёжной литературы не каждый день встретишь. Ох уж этот японский.

— Но у меня больше нет знакомых, кто мог бы рисовать или писать книги.

— Ты как армия, у которой из оружия только две ядерные бомбы.

— Да. Но если ими жахнуть, лишь радиоактивный пепел останется! Ае-е-е! — завопил я, будто вступил в кучу навоза.

— Э-э-э? — ошарашенно протянула Като, словно ей новогоднюю премию не выдали.

Да уж, не самые лучшие сравнения. Я просто хотел сказать, что…

— Ну и сколько ты ещё флиртовать собираешься? — раздражённо спросила сидящая справа от меня Утаха. — Да ещё и на глазах у своей бывшей. — Она резко повернулась и дунула мне в ухо. Очередная странность Утахи.

— Утаха, умоляю, прекратите, а то нас не так поймут! Даже если вам кажется, что я флиртую, то можно же хотя бы воздержаться от подобных комментариев?!

Она сидит напротив Като, присутствие которой во время этой сцены стало практически незаметно.

— Ну и какими ветрами тебя сюда занесло, господин Мораль? Так сильно приспичило похвастаться новой подружкой?

— Да, Касумигаока, а вы достаточно известны в этом городе, — послышалось от Като.

— Пустяки, на нас никто и внимания не обратит. К примеру, вон те трое у окна. Уверена, что видела их в первом ряду на автограф-сессии.

— Хуже примера подобрать не могли? — буркнул я.

Атмосфера к этому моменту накалилась так, что стало трудно дышать. Те ребята за углом будто дырки во мне сверлят…

— Господин Мораль, а если бы я вдруг решила развлечься с незнакомыми мужчинами и использовала бы слухи об этом для продвижения своих книг?

— Вот значит как. Мирских почестей вам уже мало, и вы метите на премию Наоки?! — Я даже содрогнулся от её наглой лжи. До чего же сильные у неё атрибуты.

Хотя кое в чём Утаха сильно отличается от Эрири. Есть в ней какая-то хищная опасность. Да такая, что невозможно предугадать, когда и чем обернётся простой разговор с ней. Остаётся лишь смириться, что тебе никогда не сравниться с таким волевым персонажем.

— Но даже несмотря на все эти слухи, я так и буду оставаться девственницей. Разве это не возводит меня в ранг моэ-героини?

— То есть самый последний кандидат в девственницы собрался вздымать волны в сети? Серьёзно? Погодите, а как вы собрались доказывать свою девственность?

Вот видите. И так каждый раз.

— Эй, эй, Аки? — одёрнула меня Като.

— Като… Уж не знаю, какого ты была мнения о ней до сегодняшнего дня, но знакомься — Касумигаока Утаха собственной персоной!

— Что? Я ничего плохого о ней не думала.

— Но ты ведь чувствуешь ужасающее несоответствие между тем, что представляла и что видишь перед собой?

— Ещё как чувствую, — согласилась Като, и её взгляд опустел ещё больше.

Главный атрибут Като — пассивная агрессия — позволяет ей колко реагировать на слова и действия других. Однако, наблюдая за ней, мы понимаем, что такие выдающиеся сцены часто наблюдать не приходится.

Влюбить публику в такого апатичного персонажа будет крайне трудно. Ей, наверное, никогда не сравниться с острой на язык старшеклассницей, которая сидит напротив.

— Но знаешь, Аки. Для нас, младшеклассников, она как герой из легенд. Кроме слухов, мы вообще ничего о ней не знаем…

— Да, понимаю. Но в реальности она отпетая лгунья, упивающаяся своими выходками. Но никому даже в голову не придёт, что она такая.

— Вижу, у тебя прямо язык чешется меня поносить, господин Мораль. Но я куда лучше других знаю, что ты как был мазохистом, так им и остался.

— Агрх! Видишь? Она всегда такая!

Обычно Утаха спокойна и молчалива. Но если уж заговорит, то быть беде. Её рот — словно ящик Пандоры. Только вместо демонов из него вырываются желчь, оскорбления и пошлые шутки. Может ей и удаётся скрывать, что она писатель, но её гнилой натурой несёт за километр.

Младшеклассники, которые наблюдают за ней издалека, восхищаются ею. Но для тех, кому не повезло попасть под раздачу — учителей и одноклассников — она воплощение ужаса. Она будто…

— Святые обложки, Аки, так она твоя бывшая?

— Окстись, Като! Верь ты всему, что я тебе говорю, не пришла бы к такому выводу.

※

— Итак, зачем ты притащился в такую даль, чтобы встретиться с бывшей, которую бросил?

— Ну хорош уже шутить про бывшую, Утаха.

В симуляторе свиданий старшая главная героиня может нарушить игровой баланс, из-за чего её будет сложно вписать в историю, но эта особа…

— Значит, ты мне мстишь за то, что я отказалась участвовать в создании твоего симулятора свиданий.

— Значит, всё вы прекрасно понимаете.

— Смею заметить, господин Мораль, что твоя надоедливая привычка никогда не сдаваться — это самая большая слабость, которая рано или поздно погубит тебя.

— А разве такое упорство не считают достоинством?

Есть в её искусных изречениях чувство безысходности какое-то.

— Но не обязательно же было ехать аж сюда…

— По правде говоря, автограф-сессия была лишь частью моего плана.

— Э…

Настал момент, которого я так ждал. Я достал из кармана бумажный сверток и протянул его Утахе.

— Поздравляю с завершением «Влюблённого метронома», Утаха… Спасибо за ваш тяжёлый труд на протяжении всех этих полутора лет.

— Б-благодарю.

Утаха обрадовалась моему подарку, несмотря на достаточно грубое вступление. На секунду у неё даже зарумянились щёки. Эта секундная робость пробила брешь в её агрессивности и позволила увидеть в ней маленький, но заметный проблеск очарования. Однако тех, кто помешан на симуляторах свиданий и ведётся на подобные «проблески», уже не спасти. Я — один из них.

— Постой. Что это за фигурка?

— Э-эм, я выиграл две такие в лотерею в прошлом месяце.

— О, понятно… Спасибо, буду беречь это сокровище как зеницу ока.

— Не выбрасывайте её, как только сказали это!

Только я договорил, выражение лица Утахи снова стало серьёзным, что означало окончание сценки.

— Эм, Касумигаока-семпай, я… — вдруг послышалось от Като.

— Зови меня просто Касумигаока. Тебя ведь Като зовут?

Я посмотрел на ту, кто только что прервал наш разговор. По её плоской манере речи и не скажешь, заготовила ли она эту реплику или решила прервать нас только сейчас. Наверное, всё-таки последнее, но тем не менее она решилась заговорить с Утахой.

— Поздравляю с выходом последнего тома, Касумигаока. Вчера ночью я впервые прочла вашу работу. Не смогла остановиться, пока не прочла всю серию.

— Спасибо за твои добрые слова. Приятно узнать, что моя книга настолько проста и одномерна, что пять её частей можно прочесть за одну ночь.

— Это вообще не комплимент, Утаха! Като ни слова не сказала об одномерности!

— Э-эм. Спасибо за ваш автограф.

— О, угу…

— Я впервые получила автограф от кого-то, так что мне, наверное, следует бережно хранить его. Да, Касумигаока?

— Като… — растерянно произнесла Утаха.

Похоже, неожиданная искренность Като пробила скорлупу её цинизма. Тем не менее…

— Прости, но тебе придётся отдать мне эту книгу.

— Что? Почему?

— Эй, Утаха, что бы вы ни задумали, это уже чересчур…

Слов Като оказалось недостаточно, чтобы растопить сердце Утахи.

— Мне правда следует её переписать. Я сейчас тебе её отдам, хорошо?

— Переписать? Что именно переписать?..

— Стойте, что это ещё за автограф такой? Мало того, что вы нацарапали его как курица лапой, так ещё подписались автором «Цельнометаллической тревоги»! — Увидев, что она натворила, я тут же открыл свою копию. Почему-то она была подписана от имени иллюстратора «У меня мало друзей» и «Безоблачное завтра».

— Не знаю. Так получилось.

— Это вам не шутки. Если я это кому-то покажу, меня засмеют!

Она не только обманщица, но ещё и профессиональная бандитка. Неудивительно, что я купился на её трюки.

— Спасибо, что проделали весь этот путь, чтобы побывать на моей ничтожной автограф-сессии.

Она снова начинает?.. Кто ей сказал, что мероприятие было ничтожным?

— Неправда, Касумигаока, — не согласилась Като. — Сегодня к вам пришло очень много людей.

— Правда?

— Ага.

Като так искренне ответила на самоуничижительную шутку Утахи. Если я хоть немного понимаю, что здесь происходит, то она ещё более святая, чем мне казалось. Хотя вполне возможно, что Като просто не поняла шутку Утахи.

— К тому же в интернете тоже много говорят о выходе вашей книги.

— А, я слышала, что фанаты разошлись во мнении, какая из героинь лучше, и буквально воюют друг с другом.

Это всё из-за твоего внезапного любовного треугольника…

— Но вашу книгу и хвалят. Я даже видела комментарий, в котором говорилось, что ваша книга — лучшая романтическая комедия последних лет.

— О, к-как мило с их стороны.

— Угу, мне тоже так кажется.

Каждая похвала Като, как молот и долото, кусочек за кусочком сбивает лёд с сердца Утахи, да и с моего тоже.

— Касумигаока. А ещё я нашла один невероятный фан-сайт, когда ввела в поиске ваш псевдоним… Уверена, вы о нём слышали, потому что он первым выпадает в поиске.

— Фан-сайт, говоришь…

— О-о-о… — протянул я в ответ.

— Приветственный пост администратора сайта Таки такой пылкий… Кажется, он по уши влюблён в каждую вашу работу.

— А, вот как? — Утаха с отвращением скривилась и посмотрела на меня. — По уши влюблён, да?

— …

— Этот Таки прямо как брат главного героя вашей книги: с каждой новой книгой у него меняется любимая героиня. Он так погружён в историю, что мне от одного прочтения смеяться хочется.

— Смеяться хочется? Правда, что ли? Фу-фу-фу… — усмехнулась Утаха.

— А-ха… — отозвался я.

— Но я ему даже завидую. Администратор сайта столько сил и любви вложил в обсуждение вашей книги. И в конце концов этому человеку удалось встретить автора.

— Завидуешь ему, да? Фу-фу-фу… — снова засмеялась Утаха.

— А-ха-ха, ха, ха… — выдавил я. Смех получился обрывистым.

— Значит, доказательством качества этой книги служит её способность вот так увлекать читателей… Или как там писал администратор того сайта, а-ха-ха.

Это уже не скромный смех, а хохот какой-то. У меня тоже начали отказывать тормоза, и я расхохотался на всё кафе.

— Разве это так смешно?.. — растерянно спросила Като.

— О, да… Разве это не победа? Фу-фу-фу… — ответила Утаха, смеясь.

— Нет, не смешно. Нисколечко. Не. Смешно… А-ха-ха-ха.

Вот уж победа так победа. На лице Като застыл тихий ужас. Это разговор между отаку, от начала и до конца. Сами решайте, похвала это или оскорбление.

Как бы там ни было, а пролог у этого эпизода грустный. Особенно учитывая «тот» момент.

— Признаюсь, меня немного расстроило, что автор блога не опубликовал свои впечатления о последнем томе. Интересно узнать, что он думает о финальной сцене.

— О, и правда. С нетерпением ждём его реакции. Да, господин Мораль?

— Приношу свои глубочайшие извинения за то, что забросил сайт в последнее время. Я обязательно опубликую обзор на следующей неделе.

— Э?

На этом наше грустное цирковое выступление подошло к своей кульминации.