Голубые глаза дракона изучали море и приближающийся флот. В двадцати километрах впереди флот возглавлял стальной монстр, меньшие аналоги которого цеплялись за его бока, как реморы[1] цепляются за акулу.

[Реморы — рыбы прилипалы]

Для неё главное орудие на ведущем корабле, как что-то из ночного кошмара, кошмарных четырех дней на земле людей.

Вернее, мирные дни, которые она провела на этом острове, оказались не чем иным, как счастливым сном.

Пушка «Бальмунг» слегка откатилась в сторону, к серебряному дракону.

Девушка бросилась к дракону. Перед лицом такой силы она ничего не могла сделать. Тем не менее, она побежала.

Его неуклюжая фигура предстала перед ней, она протянула руку…

И вспышка света разорвала ночь.

Затем ее подбросило в воздух, как тряпичную куклу. Она не чувствовало своей правой руки — ее там не было. Она не чувствовала боли, как будто мозг еще не понял, что отделенная плоть лежала на земле.

Ей не по силам защитить дракона от «этого», ничто не могло.

Брошенное тело ударилось о берег и покатилось, окрашивая всё кровью. Она не умерла благодаря крови дракона. В то же время кровь подвергла ее еще более жестоким пыткам.

Девушка ошеломленно посмотрела на дракона. Половина от него исчезла. Неприступная чешуя таяла, как леденец. Обрывки разорванных крыльев мягко приземлились и усеяли пляж. Блестящая ртутная кровь хлынула, как прорвавшаяся плотина.

Дракон умер.

В его глазах не было никаких эмоций. Обнадеживающие голубые глаза, которые она знала, превратились в вялый, мертвый взгляд.

Растительность рядом с ним загорелась, за ней последовало все остальное. Остров пылал.

Эмоции потрескивались, словно маленький фейерверк, вспыхнувший у нее в груди.

— Почему…

Она вообразила себе смерть. Вообразила себе трагедию. Снова и снова готовилась к этому. Смерть являлась свободой, его ждало Вечное Царство.

Она думала, что поняла.

Мертвое тело дракона истекало слезами — нет, у драконв не было слезных желез.

— Такое состояние.

Она проверила свои конечности, ответила только шея. Этого было достаточно. Голова потянулась к главному кораблю. Флот плыл далеко, но ее улучшенное зрение сделало все возможное. Девушка увидела мужчину рядом с Бальмунгом, стрелка. Его лицо отразилось в памяти.

Черные волосы. Он без энтузиазма посмотрел на дракон, затем пренебрежительно посмотрел на горящий Эдем. Его рот шевельнулся, она напрягла уши, с помощью драконьей крови она услышал его.

— Ох… Опять? Почему драконы такие глупые и медлительные? К чему их жалкое высокомерие… Тц, нам просто нужны наши магические ресурсы… — Он исчез за стальными машинами, — похоже на погоню за дикими гусями.

— Похоже?!»

Но ее крик превратился в хрип.

Потрескивающие ростки гнева превратились в бурлящие пламя.

— Погоня за дикими гусями?!

«Он осмелился это сказать? Сжечь наш рай на земле, положить конец нашему миру, украсть наших близких. Он осмелился назвать это погоней за дикими гусями»

Печаль, раскаяние, ненависть и ярость были как дрова, с каждой эмоцией в ней рос ад.

— Я не могу умереть.

Кровь дракона просочилась к ней и теперь пропитала все тело.

— Я не позволю тебе…

Она выпили кровь своего дракона, а потом и пропитанный кровью песок, лизала и глотала. Каждая утерянная капля становилась для нее пустой тратой.

Ей хотелось выжить. Если девушка выпьет достаточно драконьей крови, она сможет это сделать.

— Если это означает убийство этого человека.

Ее красные глаза вспыхнули огнем мести.

— Ничего не имеет значения, пока я могу убить этого человека!

Она продолжала поглощать кровь того, кого любила всем сердцем. Но сколько бы она ни пила, ее зрение мутнело. Девушка цеплялась за свое сознание, но наконец сдалась.

В конце концов, они были слишком разными.

* * *

На главном десантном корабле «Фредегунд» стоял бригадный генерал Сигиберт Загфрид, морской офицер Империи Норвелэнд, глава Дома Зигфридов и убийца драконов. И все-же его внешний вид не соответствовал репутации, он был высоким и худым, с крайне хорошим зрением, застывшим в постоянном хмуром взгляде. Голос у него низкий и хриплый, как будто отказывался вырываться из горла. Рубиновый кулон должным образом блестел на его шее.

Сигиберт смотрел на горящий остров усталыми глазами.

— Очередной Эдем сгорел…

Острова, охраняемые драконами, получили общее название Эдем. В мирном океане еще разбросано несколько островов, каждый из которых должен быть полон неизвестных человечеству ресурсов — волшебных плодов и былин.

«Предполагалось», так как их существование фактически никто не подтвердил.

Когда они приземлились… нет, когда дракон был убит, все загорелось. Тем не менее, трудно поймать дракона, не убив его. В тот раз, когда им удалось поймать его собрата, то захват был обеспечен.

«Пепел Эдема», как они называют, сам по себе весьма ценен. Даже обратившись в пепел, творения Эдема такие могущественные.

Теперь Эдемы по всему миру обращались в пепел.

Изначально поиск способа захватить Эдем, не поджигая остров, давал наибольшие результаты. Однако из-за высокой ценности страны по всему миру атаковали прошлый Эдем, у них не было времени сидеть и придумывать, как его захватить.

В этой гонке за Эдемы у Имперской Армии Норвелэнда было одно преимущество. Это поддержка клана убийц драконов, Зигфридов, на их стороне.

Развитие современного оружия было замечательным, но недостаточным для убийств дракона. Вот тут-то и появляются убийцы драконов со своим превосходным, неповторимым мастерством. Как и их козырная карта, Бальмунг у его ног, с которой могут управиться только Зигфриды.

Норвелэнд никогда не должен отставать в этой охоте за Прахом Эдема. Хотя империя входила в состав одной из крупнейших держав на европейском континенте, ее природные ресурсы скудны, их монополия на Эдемах единственные противовес. Другие страны уже начали проводить успешные компании, на этом фора Норвелэнда закончилась. Теперь они озабочены только тем, чтобы получить пепел раньше других.

Корабль достиг берега и высадился. Солдаты суетились, пытаясь потушить огонь. Сигиберт сузил глаза, его усилия оказались тщетными.

Согласно записям, по какой-то причине плоды сгорели изнутри, как если бы Бог не позволил попасть им в человеческие руки.

Прошло некоторое время, и группа мужчин вернулась. Они уже наполнили свои мешки?

Однако к нему подбежал полковник Йохан Сакс, — Боже, Сигиберт! Мы нашли кое-что! — Мужчина вздрогнул.

Он нахмурился. Йохан — его друг, независимо от их военных званий. Тем не менее, тот факт, что они на операции не позволял им общаться свободно, и Йохан должен был обращаться к нему соответственно.

— Успокойтесь, вам в этом году сорок, не так ли?

— Ты такой же старый! Аргх, что угодно, только пошли со мной, быстро! Она может умереть, Вы пожалеете, что упустили это!

Бригадный генерал Сигиберт, которого тащил за собой полковник Сакс, направился к ангару десантных кораблей. На стальном полу спала девушка. Ее серебристые волосы блестели и блестели. Платье красное либо изначально, либо из-за крови, вытекающей из того места, где оторвало правую руку.

— Что с ней делать? Я видел, как она пыталась защитить дракона, — спросил один из мужчин.

Любой, у кого кровь Зигфридов, обладал сверхъестественными способностями. Он подстрелил дракона с расстояния более двадцати километров в море, но он видел, что произошло.

Есть редкие случаи, когда люди жили на островах Эдема, но обычно они или умирали вместе с драконом, или сгорали вместе с плодами. Исследователи заявили, что те, кто покончил жизнь самоубийством после дракона, являлись людьми, выброшенными на берег Эдема, а те кто сгорел, родились там. Сигиберту неизвестно точно, что эти исследователи использовали в качестве основы.

— Пусть она умрет вместе с драконом.

Бригадному генералу нет необходимости приказывать, она все-равно умрет, даже если ей окажут медицинскую помощь. Снаряд не только разорвал руку, но и проткнул правую грудь. Она никогда не сможет выжить.

— Ты идиот! Посмотри на ее левое запястье! — Закричал Сакс.

— Хм?

На запястье девушки вытатуирован дворянский герб.

* * *

Серебряный дракон увидел перед собой возлюбленную.

«Он подбежал ко мне и обнял меня. Его чешуя, которая должна быть твердой, стала мягкой, как гнилой фрукт. Моя рука погружались в его плоть все сильнее.Что-то упало мне на голову»

Тело дракона расплавилось. Его полужидкая голова упала на ее волосы.

«Он упал на мои волосы, некоторые достигли челки, а капля попала мне на язык»

«Я уткнулась головой в его живот»

«Я грызу, ем, жую, потягиваю, пью, облизываю и целую его»

«Я приняла его. Я приняла его»

«Это было неплохо. Нет, позвольте мне прояснить, это была эйфория»

«Игнорировать его волю, нарушать ее, становиться одним целым с любимым человеком невообразимо приятно»

Это было удивительно до ужаса.