— Но что эти тренты забыли в таком месте? — спросил я. — Эта пустошь кажется не очень подходящей для монстров, маскирующихся под деревья.

Теперь, разделанные, тренты лежали сложенными в телеге Нарванта и выглядели просто как груда брёвен. В ответ на мой вопрос пещерный житель задумчиво хмыкнул, немного подумав, поднял один из обломков трента и ответил.

— Никто, кроме самих монстров, не знает, что у них в голове... Возможно, была какая-то причина, по которой они не могли оставаться там, где должны были, и это привело их сюда. Может, что-то случилось в лесу, где они обычно обитают. Или, может, что-то произошло по ту сторону гор, в гибельных землях, где гнездятся монстры.

— Мы довольно часто ходили в лес на востоке, чтобы сделать запасы на зиму. Может, это как-то связано с этим?

— Хм? Нет. Как я уже говорил, если бы они увидели тебя в лесу, миазмы обязательно заставили бы их напасть. Так что тут дело в другом... возможно, кто-то установил барьер. Например, у них могла быть причина покинуть гибельные земли и отправиться в лес, но они застряли здесь из-за установленного кем-то барьера.

Я был озадачен словом «барьер». Глаза Нарванта сузились, и по его лицу пробежала странная тень, словно в голове он что-то серьёзно обдумывал, но затем он положил часть трента обратно в телегу и ухватился за ручки, будто на этом разговор наш разговор должен был закончиться.

— Юнец, давай не будем тратить время на бесполезные раздумья. Нам нужно возвращаться в деревню. Как только мы разожжём магическую печь, первым делом займёмся твоими доспехами. Потом сделаем необходимые инструменты и позаботимся о том, чтобы всем в Илуке жилось легче. Это то, что мы, пещерные, любим делать. Наше призвание, можно сказать. А ещё мы, пещерный народ, любим работать за еду.

Согласившись с предложением, я закинул топор на плечо и решил больше не думать о трентах. Я упёрся рукой в телегу, чтобы помочь Нарванту толкать её, и мы отправились обратно в Илук.