Я оставил Нарванта на попечение близнецов и вернулся на кухню, где Кико сидела в углу на стуле, укачивая детёныша-собаколюда с нежной улыбкой на лице.

— Спи, спи, у матери на руках... Спи, спи, в тёплой кроватке...

Она напевала колыбельную, которую я никогда раньше не слышал, с особенным ритмом, и когда закончила, передала младенца ожидающей матери. Её улыбка после этого стала ещё теплее.

— Простите, что заставил вас ждать, — сказал я.

— Пожалуйста, не беспокойтесь, — ответила Кико, всё так же улыбаясь. — Я прекрасно провела время. С вашим гостем всё прошло хорошо?

— Ага. Вообще... Теперь он стал жителем нашей деревни, так что причин для беспокойства нет. О чём мы говорили ранее...? Кажется, мы закончили на наших планах взять на попечение ваших детей-зверолюдов, верно...?

— Да, именно так. Всё в полном порядке. Совсем скоро равнины встретят суровую и снежную зиму, поэтому до весны я посвящу время тому, чтобы подготовить «бескровных» к переселению. Мы также позаботимся о том, чтобы подготовить вам дары, в знак благодарности за ваше великодушие, с которым вы принимаете наш народ, и за восхитительные грибы, которыми вы со мной любезно поделились... впрочем, на это может потребоваться некоторое время.

Закончив говорить, Кико склонилась в почтительном поклоне.

— Нет, нет, в дарах нет необходимости, — ответил я. — Для нас достаточной благодарностью будет появление в нашей деревне новых жителей.

Как только я произнёс эти слова, нежная улыбка на лице Кико исчезла и сменилась выражением, которое выглядело скорее раздражённым, чем довольным. Эта странная улыбка не сходила с её лица до тех пор, пока я не сказал Кико, что с радостью приму все её щедрые дары. Я не знал, что ещё сказать, и, к моему счастью, спустя какое-то время к нам подошла Аруна, закончив обсуждать что-то с женщинами у очага.

— Ну что, Диас, как всё прошло? — спросила она с беспокойством на лице.

— Эм, о чём ты? — переспросил я, прежде чем понял, что она имеет в виду Нарванта. — А, точно... Неожиданным гостем оказался тот самый старик, с которым девочки встретились в лесу. Его зовут Нарвант, и он из пещерного народа. Он пришёл, чтобы исполнить обещание, данное его предками человеку, и, по-видимому, это означает, что он собирается помочь нам. Силы ему не занимать, так как он в одиночку притащил с собой кучу брёвен. ППосле разговора я принял его как нового жителя Илука, и сейчас он с Сенай и Айхан на рынке.

Аруна на мгновение выглядела так, будто проглотила жука, а затем подошла ко мне совсем близко.

— Ты уверен, что всё в порядке? — с серьёзным видом прошептала она. — Уверен, что мы можем ему доверять? Он смог обойти магию обнаружения... и кто знает, сработает ли на нём моя оценка души. И зная это, ты просто отпустил его с Сенай и Айхан? Меня всё это очень беспокоит.

— Хм. Я понимаю твои чувства, Аруна, правда, понимаю, — ответил я, — Но разговаривая с ним, у меня не возникло ощущения, что он замышляет что-то недоброе. А если он попробует что-то предпринять, будь уверена — девочки позовут кого-нибудь из собаколюдов, и мы быстро с ним разберёмся. Но если ты всё равно беспокоишься, то, наверное, лучше всего будет, если ты сама с ним поговоришь.

Аруна тихо застонала и задумалась. Но даже тогда она, казалось, не нашла ответов, которые бы её удовлетворили. Она ещё раз быстро посмотрела на меня, а затем повернулась к Кико.

— Прости, Кико, но нам нужно наведаться на рынок. Не возражаешь, если мы оставим тебя здесь ненадолго?

Кико улыбнулась и покачала головой, дав понять, что не против. Тогда Аруна взяла меня за руку — всё ещё с беспокойством — и мы направились к западной части деревни, где Пейджин-Ми развернул свой рынок.

Первое, что мы увидели по прибытии, — Пейджин и его люди как раз заканчивали уборку. Похоже, все переговоры и сделки были уже завершены. Элли просматривала список, Аймер сидела у неё на плече, а рядом с ними высилась гора припасов. Я не представлял, как им удалось выторговать столько всего: бесчисленные ящики, множество бочек и кожаных мешков — всё это было сложено выше моего роста. Тем не менее, судя по сияющим и довольным лицам Элли и Аймер, сделка удалась на славу.

Затем мы увидели счастливых и довольных собаколюдов, каждый из которых сжимал в лапах что-то, купленное на рынке. У них была новая одежда, игрушки и куклы, полоски вяленого мяса и даже украшения из кости. Они выглядели такими счастливыми, какими я никогда не видел их прежде, и мне казалось, что их тяжкий труд наконец-то получил достойную награду. Конечно, я давал им монеты за их старания, но только теперь они смогли потратить свои заработанные потом и кровью деньги.

«И я должен сделать всё возможное, чтобы снова увидеть их такими же счастливыми.»

Именно в этот момент выражение лица Аруны стало суровым, и она потянула меня за руку, чтобы я проследовал за ней. Я вспомнил, что мы пришли сюда в поисках Нарванта, но мы не увидели среди толпы Сенай и Айхан, и я задался вопросом, куда они могли подеваться. Мы с Аруной побродили вокруг, пока наконец не обнаружили старика, сидящего позади нашей горы припасов.

Вокруг Нарванта были разбросаны многочисленные инструменты, сталь, бронза и другие металлы. Он сидел прямо посреди этого хаоса, полностью сосредоточившись на работе над чем-то. Сенай и Айхан, сгорая от любопытства, пристроились рядом, присев на корточки. Да, это была милая, вызывающая улыбку сценка, если только вы не Аруна, потому что выражение её лица оставалось таким же суровым, как и прежде.

— Так и знала, — пробормотала она. — Даже моя оценка души не работает. Возможно, у него есть какой-то зачарованный предмет, блокирующий мою магию? Или он знал, что я попробую его оценить, и поэтому решил защититься каким-то другим способом?

Она продолжала бормотать что-то себе под нос, затем отпустила мою руку и шагнула к Нарванту. Именно тогда к нам подбежали несколько собаколюдов. Это была та же группа сенджи, что была со мной, когда мы встретили Нарванта, и они выглядели так же взволнованно, как и тогда.

— Лорд Диас! Леди Аруна! У нас новые гости! — сказал один из собаколюдов. — Мы думаем, они вместе с Нарба... Нарф... Ну, как там того старика зовут, кажется, они вместе с ним! Выглядят точь-в-точь как он!

Собаколюды всё ещё не запомнили имя бедного Нарванта, и я вспомнил, что он упоминал о том, что его семья тоже должна прибыть в Илук. Однако, когда я взглянул на пещерного жителя, он продолжал работать, будто совсем не слышал собаколюдов. Он был с головой поглощен делом, так что я лишь почесал в затылке и повернулся к Аруне, чтобы узнать её мнение. Но по взгляду, полному неодобрения, на её лице я понял, что слушать она меня не станет. Вместо этого она повернулась к собаколюдам.

— Они снова прошли незамеченными сквозь мою магию! — выкрикнула она, и в её голосе сквозило разочарование.

И без лишних слов она рванула в том направлении, откуда прибежали собаколюды.

Я вместе с собаколюдами последовал за Аруной. Мы покинули деревню и направились на восток, пока не увидели двух незнакомцев с впечатляюще длинными бородами, один из которых был... вероятно... молодым. На нём была четырёхугольная шляпа и фартук, увешанный карманами. Его одежда придавала ему вид настоящего ремесленника. В его волосах и бороде не было и намёка на седину — они были яркого каштанового цвета, а кожа не была морщинистой, как у Нарванта. Более того, он казался даже более мускулистым, чем старик, и, вероятно, сильнее.

Другой пещерный житель был... возможно, судя по всему — ну, чисто гипотетически — женщиной? Может быть? На ней была остроконечная шапка, из-под которой виднелись мягкие пушистые волосы, а конец её аккуратно расчёсанной бороды был украшен милой ленточкой. В её взгляде, в плавности движений я отчётливо улавливал нечто женственное. Или, по крайней мере, мне так казалось. Это ощущение только усиливалось надетым на ней кожаным платьем, но её лицо и великолепная борода настолько напоминали мне Нарванта, что я просто не мог быть полностью уверен.

«Может быть, она такая же, как и Элли…» Подумал я.

Увидев двух пещерных жителей, Аруна остановилась как вкопанная, и мне показалось, что она столкнулась с той же дилеммой, что и я, потому что в ней виднелась неуверенность в том, кто перед ней оказался. Двое незнакомцев, тем временем, тоже заметили нас и приветливо улыбнулись.

— Ага! — воскликнула та, что с ленточкой. — Ты и вправду обычный человек! Боже мой, это навевает воспоминания, сразу вспоминаются былые времена, правда-правда. Санат, ты посмотри! Это обычный человек, прямо как Нарвант и говорил!

Звучавший был высоким и красиво звенел в воздухе. Он определённо был женственным. Что уж совсем удивительно — он казался гораздо моложе, чем можно было предположить по её внешности.

— Да, да, у меня есть глаза, и они видят не хуже твоих, — сказал молодой пещерный житель. — Я прекрасно вижу его , так что хватит компостировать мне мозг! Я рад, что отец оказался прав, честно. А то я уже начал беспокоиться, что он впал в маразм!

Молодой пещерный житель звучал так же молодо, как и выглядел — его голос был звонким и полным энергии. Я почувствовал, что он, вероятно, добродушный парень. Он и женщина тащили за собой потрёпанные повозки, обе были доверху загружены большими кожаными мешками.

— Господин обычный человек! Мы рады с тобой познакомиться! — воскликнула женщина. — Муж, возможно, уже упоминал, но меня зовут Омун! А это наш сын, Санат!

— Мам! Зачем так орать? Подумай о первом впечатлении! О важности момента! Угх, ты заставляешь меня краснеть!

Я подошёл к Аруне, пока двое пещерных жителя общались между собой.

— Полагаю, это жена Нарванта и его сын? — пробормотал я.

Прежде чем Аруна успела ответить, один из собаколюдов у моих ног скрестил передние лапы и склонил голову набок.

— Вы думаете...? — поинтересовался он, вероятно, ещё более смущённый, чем я и Аруна.

— Дак кто это вообще такие?! — воскликнула Аруна, выглядя немного бледной. — Я не смогла оценить их души, ни того, ни другого... Я не знаю, какого они цвета; не могу определить, мужчины это или женщины... Чёрт возьми, я вообще ничего не могу о них сказать!

— Аруна, — сказал я, пытаясь её успокоить, — Разве это настолько важно, что твоя оценка души не работает? Я помню, что ты сама говорила мне, что эта магия - не всегда надёжна... и что не следует слепо верить тому, что она показывает.

Аруна молчала. На самом деле она побледнела ещё сильнее, поэтому я взял её за плечи и посмотрел ей прямо в глаза.

— Послушай меня, — сказал я. — Магия — это всего лишь инструмент. Никто не спорит, что она невероятно удобна, но то, что она не срабатывает и ты не можешь её использовать, ещё не значит, что ситуация безвыходна. С самого рождения я обхожусь вообще без магии, и вот я здесь. И как видишь, у меня всё в порядке.

Сначала Аруна выглядела немного шокированной, но наконец цвет начал возвращаться к её лицу. Она какое-то время смотрела мне в глаза, а затем кивнула, показывая, что поняла меня. Она тихо рассмеялась, словно не могла поверить, что потеряла самообладание.

— Д-да, ты прав, — согласилась она. — Всё в точности, как ты сказал! Я ведь и правда могу понять, о чём ты думаешь, просто взглянув на твоё лицо — и для этого мне не нужна никакая магия. Ты же всю жизнь прожил с этой своей честной физиономией. И ты никогда не пользовался магией!

Она рассмеялась ещё громче, и её улыбка стала шире. Она вслух удивилась, почему так переживала, и снова засмеялась. Пока это происходило, Омун и Санат подошли к нам со своими тележками.

— Твоё выражение лица сперва меня напугало, но какая же у тебя прекрасная улыбка, — сказала Омун. — Вы очень близки, не так ли? Но позвольте мне извиниться. Всё из-за наших бород, да? Уверена, они вас напугали, так что снова прошу прощения. Посмотрим... Я не знаю вашего имени, Господин обычный человек, а вы... каменная... Нет, дева, украшенная самоцветами?

Омун выглядела смущённой, и я поспешил представиться и представить Аруну, объяснив, что я правитель этих равнин.

— Ага, так ты Диас Баарбадал. А ты — Аруна Баарбадал. Аруна, дорогая, прошу прощения. Всё из-за наших бород, понимаешь. Они перенаправляют поток магии. Вот почему, если ты захочешь использовать на нас свою магию, тебе следует сосредоточиться на кончиках наших бород.

Я внимательно взглянул на бороды двух пещерных жителей, и мне показалось, будто на самых их кончиках видна какая-то блестящая пыль, вся искрящаяся. При ближайшем рассмотрении я увидел, как свет струился по поверхности этих пылинок, собираясь воедино.

«Неужели это магическая энергия?»

Я придвинулся поближе, чтобы рассмотреть получше, но в этот момент Омун подняла руку, останавливая меня.

— Ну-ну, — сказала она. — Малышам, лишённым магии, не стоит так близко приближаться к её источнику.

— Неужели? — спросил я, повернувшись к Аруне за подтверждением.

Однако Аруна лишь покачала головой, словно говоря: «Понятия не имею, о чём она говорит».

Увидев нашу реакцию, Омун с лёгким раздражением вздохнула.

— Слушайте внимательно, — начала она тоном матери, отчитывающей своих детей. — Когда у кого-то нет магической энергии, то он очень устойчив к одним видам магии и крайне уязвим для других. Вот почему лучше просто держаться от неё подальше. О, посмотрите на них — растерянные и ничего не понимающие. Это прямо на ваших лицах написано. Теперь дайте подумать, как бы объяснить понятнее...

Омун приставила палец к подбородку и постучала по нему несколько раз, размышляя.

— Хм... Давайте начнём с магии яда. Магия яда действует не так, как вы могли бы подумать — она не внедряет яд в тело цели. Вместо этого она нарушает поток магической энергии цели, вызывая симптомы, очень похожие на отравление. У Диаса изначально нет никакого потока магической энергии, а значит, у него крайне высокая сопротивляемость подобным заклинаниям. С другой стороны, Диас, ты совершенно беззащитен против магии, которую использует Аруна — той, что воздействует напрямую на физическое тело или душу. Это потому, что у тебя, так сказать, нет средств защиты. Даже какое-то совершенно детское заклинание может потенциально лишить тебя жизни. Но боги смилостивились над уязвимостью подобных тебе существ, совершенно обделённых магией, и создали священные артефакты и места, доступные только обычным людям. Давным-давно, когда мы дали обещание тому обычному человеку, это было сделано специально ради таких, как ты.

До меня вроде бы дошла суть сказанного Омун, но в то же время я не понял ни слова, так и остался стоять с глупым выражением лица, пытаясь осмыслить услышанное. Тем временем Аруна всё ещё не могла отойти от слов Омун о детских заклинаниях и их потенциальной угрозе для моей жизни, и бросила на неё сердитый взгляд.

— Ох, ох, да Диас явно очень любим, это совершенно очевидно. Но всё в порядке! Не бойтесь! Вам не о чем беспокоиться, раз уж мы здесь! Наши бороды обладают особой силой, предназначенной специально для жизни в пещерах. Они чутко реагируют на окружающую среду и служат нашими глазами в темноте. Также они обнаруживают яды и миазмы, скрытые в глубинах гор. Более того, наши бороды способны поглощать и нейтрализовывать эти яды до того, как они попадут внутрь наших тел. Вместе с этими особыми свойствами, наши бороды перенаправляют поток магической энергии, как вы только что сами видели. Используя эти бороды должным образом, мы можем создавать амулеты, которые способны защитить обычных людей от опасной магии. Я уверена, что мой муж прямо сейчас работает над созданием одного из таких амулетов, а мы здесь, чтобы помочь ему! Мы сделаем его в мгновение ока, чтобы все тревоги Аруны развеялись и уступили место ещё большей восхитительной и милой любви!

И с этими словами Омун взялась за свою тележку и потащились с ней вперёд. Санат на мгновение проводил её взглядом, а затем последовал за ней.

— Что до меня, — сказал он, оглянувшись на нас, — Я мало что знаю о каких-то там старых обещаниях, но мой упрямый отец разглядел в тебе что-то, мама полностью его поддерживает, а значит, и я тоже с вами. Но слушай сюда! Мне плевать, насколько ты обычный человек, слышишь? Не то чтобы я ждал возможности, когда смогу покинуть нашу пещеру, и хотел этого, потому что слышал, что обычные люди делают выпивку получше нашей, ясно? Я гордый представитель пещерного народа, и люблю наши пещеры, так что не вздумайте понять меня неправильно!

Мы с Аруной молча стояли и смотрели, как Санат устремился вслед за матерью.

— Может, нам и правда не нужна магия, — произнесла Аруна. — Мне нет необходимости использовать оценку души. По одной этой его маленькой лжи мне абсолютно ясно, что Санат — «синий».

Услышав это, я не сдержался и расхохотался.

Мы последовали за Омун и Санатом обратно в деревню, провели для них экскурсию и познакомили со всеми, кого встретили по пути. Добравшись до западной части деревни, мы увидели, что Нарвант всё ещё сидел с близнецами среди своих инструментов, работая над... чем бы это он ни работал, пока Сенай и Айхан наблюдали.

— Ха-ха! Наконец-то вернулись! — сказал он, даже не отрываясь от работы. — Твой амулет, юнец, будет готов совсем скоро, так что подожди ещё немного.

Нарвант поднял маленький молоточек в руке и несколько раз ударил им. Тут-то я и вспомнил весь тот металл, что видел раньше.

«Неужели он обрабатывает металл прямо здесь? Без огня и горна?»

Я подошёл поближе, чтобы разглядеть, чем занимается Нарвант, и увидел небольшую металлическую пластину. На ней лежал круглый бронзовый диск размером с мою ладонь. На диске были выгравированы круги, изображающие разные фазы луны, а также красивый детализированным узором. Каждый раз, когда Нарвант поднимал молоток, летели искры, и изображение становилось всё чётче. Для меня это было чрезвычайно странное зрелище, потому что я никак не мог понять, как он может делать всё это без огня и горна. Он просто лупил по заготовке молотком.

— Возможно, это выглядит как бронза, — сказала Омун, заметив моё недоумение, — Но это не так. Это то, о чём я вам рассказывала. Он использует силу своей бороды, чтобы создать амулет. То, что вы видите, — это сплав металлов, улучшенный силой нашей бороды и насыщенный магической энергией, чтобы с ним было легче работать. То, что выглядит как сталь, — то же самое. Она приобретает такой цвет из-за смешения.

Объяснение было полезным, но оно никак не помогло убрать шок, поселившийся на наших с Аруной лицах. Омун, однако, ожидала этого, поэтому рассмеялась и продолжила.

— Неважно, представителям какой расы мы объясняем нашу работу, реакция всегда одинаковая. Но взгляните на это так: вы ведь превращаете шкуры животных в одежду, а кости и клыки — в украшения, верно? Думайте о наших бородах так же. Как только понимаешь, насколько легко с ними работать и насколько они удобны, использовать их становится совершенно логичным, вам так не кажется?

И это правда. Вся моя одежда была сделана из шерсти бааров, и я понимал, в чём здесь схожесть. Аруна же — нет, поэтому она всё ещё выглядела несколько ошеломлённой всем этим. Однако это лишь заставило Омун снова тихонько рассмеяться, а Нарвант, не отрываясь от работы, тоже усмехнулся.

— Даже если сейчас вы не понимаете, со временем обязательно поймёте! — сказал он. — В этом смысле эти две малышки всё схватили на лету! Материалы их не особо волновали, но как только они услышали об обработке их с помощью магии, сразу же решили, что тоже смогут так делать! Глаза у них так и горели, когда они говорили о том, чтобы перенять мои приёмы и техники!

Сенай и Айхан, даже сейчас, не отрываясь, наблюдали за Нарвантом с таким диким восторгом в глазах, какого я у них прежде не видел. Увидев это своими глазами, лицо Аруны смягчилось, и она опустилась на колени рядом с ними. Внезапно они заговорили о магии, о дизайне амулета и о том, нравится ли он близнецам, и тому подобном.

Омун и Санат тоже собрались вокруг Нарванта, чтобы обсудить что-то между собой. Они говорили о том, что эта деревня кажется им прекрасным местом для жизни, что еда здесь, видимо, хорошая, и что здесь, вероятно, будет отлично заниматься кузнечным делом.