Подул весенний ветер, и зимний снег растаял. Голубое небо над головой казалось бескрайним, на нём не было ни облачка. С каждым днём становилось всё теплее, и в одно такое утро Сенай и Айхан носились по деревенской площади так, будто в них двоих вмещалось больше энергии, чем во всей деревне вместе взятой. Похоже, именно сегодня близнецы по-настоящему почувствовали приход весны.

— Будто сам весенний ветер гонит их вперёд, — сказал я.

Близнецы были вне себя от радости из-за смены сезона, а мы с Аруной, наблюдая за ними, испытывали от этого ещё большее облегчение. Они бегали, жадно вдыхая весенний воздух полной грудью, и наконец примчались к нам, а Аймер, спотыкаясь, изо всех сил старалась за ними угнаться.

— Диас! Диас! Цветы распустились! Они распустились! — закричала Сенай.

— Мы хотим посмотреть на них! На цветы! Мы хотим увидеть цветы! — умоляла Айхан.

Я вопросительно посмотрел на Аймер. Она же, в свою очередь, взглянула на юрту, словно говоря: «Спроси его».

Сахи как раз отдыхал внутри, но, услышав шум, взмахнул крыльями и подлетел ко мне. Я протянул руку, чтобы он смог на неё присесть, и когда сокололюд приземлился, я заметил на его физиономии некое подобие виноватого выражения.

— Эм... понимаешь, я тут недавно пролетал неподалёку от леса и случайно увидел поляну, усыпанную цветами... поэтому я рассказал о них Бену, но близнецы оказались рядом и всё подслушали. Было ясно, что когда они услышат об этом, то непременно захотят пойти, и... Ну, в общем, я оплошал. Не подумал...

— А, ну теперь всё ясно, — ответил я. — Что ж, раз уж так вышло, давайте все вместе сходим и полюбуемся. У меня сегодня не так много дел, да и день выдался на славу. Будет приятно прогуляться до леса.

Сахи с облегчением воспринял мою реакцию, а близнецы просто сияли от счастья. Они тут же побежали по деревне, рассказывая новость каждому, кто готов был слушать. И всё же, из-за того что мы решили отправиться на прогулку так внезапно, не все могли к нам присоединиться. В итоге пошли я, Аруна, близнецы с Аймер, Сахи, а также Фрэнсис и Франсуаза со своими малышами. Мы собрали вещи и направились к лесу. Близнецы неслись впереди, за ними — шестеро маленьких бааров, а все остальные — чуть поодаль. Сахи, конечно же, парил в небе, зорко высматривая любую опасность.

Мы добрались до места, где лес встречался с равнинами, и уже было трудно понять, где одно переходит в другое. Весь снег в округе полностью растаял, и перед нами раскинулась ярко-зелёная лужайка, а в центре её — столько милых маленьких белых цветов, что их невозможно было сосчитать, даже если бы очень захотелось.

— Ух ты... Вот это красота, — выдохнул я. — Полагаю, ветер занёс сюда из леса цветочные семена, и они нашли здесь пристанище?

Сенай и Айхан со всех ног бросились к цветам. Они опустились на колени, приблизили свои мордашки почти к самым бутонам и глубоко вдохнули аромат. Шестеро малышей-бааров примчались следом и тут же принялись подражать близнецам. Пока эта компания восхищалась цветочным запахом, подошли Фрэнсис с Франсуазой, затем Аруна и Аймер, и вскоре все разделились на две группы — каждая наслаждалась приходом весны по-своему.

Сенай и Айхан нарвали цветов и начали плести из них венки. Аруне стало очень интересно наблюдать за этим, и она принялась рассказывать им, как можно сушить цветы, чтобы потом использовать в целебных снадобьях.

Тем временем шестеро маленьких бааров наслаждались не только ароматом. Судя по их довольно чавкающим мордочкам, вкус цветов пришёлся им по душе. Они уплетали их за обе щеки, довольно жмурясь. Фрэнсис и Франсуаза, глядя на детей, тоже не удержались и с блаженным видом присоединились к этому цветочному пиршеству.

Я наблюдал за всей этой идиллией издалека, а Сахи отдыхал у меня на руке. Однако сокололюд, должно быть, что-то заметил — он некоторое время всматривался в северную сторону, а затем тихо произнёс:

— Диас... ты только что это слышал?

— А? Нет, я ничего не слышал. Что-то случилось?

Глаза Сахи сузились.

— Вой волков. Едва уловимый, но я точно его слышал, — сказал он. — Видимо, с приходом весны они вышли на охоту в поисках лёгкой добычи. И И судя по тому, как ветер доносит звуки, они направляются сюда. Когда тает снег, появляется свежая трава, а следом и цветы, перед которыми не могут устоять баары и другие животные. Такие места привлекают травоядных, а значит, становятся хорошими охотничьими угодьями для волков.

— Что ж, тогда нам стоит отправиться и вместе разобраться с этой стаей? Мы, может, и не сможем их всех перебить, но, думаю, нас вполне хватит, чтобы прогнать их восвояси.

Я потянулся назад, чтобы покрепче схватить топор, но Сахи покачал головой.

— Нет, предлагаю тебе остаться здесь и присмотреть за всеми. Я и сам могу их отпугнуть. К тому же, мы не знаем, не появится ли другая стая или, того хуже, бандиты. Близнецы будут волноваться, если ты уйдёшь. Посмотри, как им весело. Я не хочу портить им этот день. Я слетаю один, пока они заняты, и всё улажу по-тихому. Это обязанность таких мужчин, как мы с тобой.

С этими словами Сахи гордо вскинул голову и расправил крылья, принимая эффектную позу. Я немного волновался, отпуская его одного, но в его глазах горела такая уверенность, что я решил довериться. Я молча кивнул, и Сахи, ответив мне таким же кивком, мощно оттолкнулся от моей руки и взмыл в небо, стремительной тенью уносясь на север.

Даже провожая его взглядом, я продолжал крепко сжимать топор и держать ухо востро. Всё было точно так, как сказал Сахи — это работа таких мужчин, как мы.

Паря в небесах (от лица Сахи)

Сахи взлетел в приподнятом расположении духа и быстро преодолел расстояние на пути к северу. Спустя короткое время он заметил стаю волков — они двигались слаженно, насторожив уши и постоянно втягивая воздух в поисках запахов, пробираясь сквозь остатки снега.

Всего в стае было восемь волков. Сахи мог бы справиться с одним или двумя в одиночку, но против восьмерых у него не было шансов... особенно когда те нацелены на добычу.

Паря высоко над ними, Сахи лихорадочно обдумывал план. Идеальный вариант — одна молниеносная атака, которая напугает их и обратит в бегство. Но Сахи понимал: вряд ли всё пройдёт так гладко. Если придётся атаковать снова, волки поймут, откуда исходит угроза, и тогда ему не поздоровится. Одного удара когтями или клыками хватит, чтобы серьёзно ранить его. От этой мысли по спине пробежал холодок, и сердце на миг сжалось от страха.

Но он тут же стряхнул это липкое чувство, собрал всё мужество, что теплилось в сердце, и остановил свой взгляд на цели.

Сахи был гордым сокололюдом и воином, который мечтал однажды выследить и сразить дракона. Если он не может справиться с обычной волчьей стаей, о какой схватке с драконом может идти речь?

Он вспомнил близнецов. Как они с восторгом смотрели на него, как заботливо чистили его перья, как доверяли ему. Сенай и Айхан стали для него как младшие сёстры, и он не мог, не имел права позволить страху взять над собой верх.

С решимостью, окрепшей в сердце, он изменил угол наклона крыльев и начал стремительное пике. Скорость нарастала, когти он держал наготове, а волки всё ещё не замечали его. Прежде чем они поняли, с кем сражаются, битва между сокололюдом и волчьей стаей началась.

С топором в руке наготове (от лица Диаса)

— Готово! Венки! — объявила Сенай.

— Держите! Этот для тебя, Фрэнсис! — воскликнула Айхан.

Близнецы заговорили почти одновременно, мягко надевая свои цветочные венки на головы Фрэнсису и Франсуазе. Двое бааров довольно заблеяли, принимая новые головные уборы, но уже в следующее мгновение их поведение резко изменилось. Глаза их затуманились, а носы заходили ходуном, жадно втягивая аромат, который был теперь так соблазнительно близко.

Для Сенай и Айхан цветы были украшением, но для бааров этот запах был самым дразнящим в мире. Они нюхали снова и снова, и когда слюна уже готова была побежать по губам, они просто стряхнули венки на землю и с блаженством принялись их жевать.

— Нет! Их нельзя есть! — хихикнула Сенай.

— Посмотрите, что вы делаете с этими красивыми цветами! — рассмеялась Айхан.

Аруна улыбалась, наблюдая за этой суетой, а Аймер просто стояла рядом, сжимая в кулачке один-единственный цветок и заворожённо глядя на веселье. Малыши-баары, впрочем, не обращали внимания ни на что вокруг и продолжали с довольным видом жевать цветы неподалёку. Это было шумное, но в то же время мирное зрелище, и при виде его на моём лице сама собой появилась улыбка.

В этот момент я заметил краем глаза скользящую тень.

Я поднял взгляд и увидел, что это Сахи. Он благополучно вернулся, и я протянул руку, чтобы он мог на неё приземлиться. Он опустился мне на запястье и крепко ухватился когтями. Его перья, когда он улетал, были аккуратными и опрятными, но теперь они торчали в беспорядке, а сам Сахи тяжело дышал.

— Я... я прогнал их, да... я сделал это, — выдохнул он.

Он не был ранен, но выглядел потрёпанным: перья на загривке взъерошены, а в хвосте не хватало пары перьев. Мне показалось, что ему крупно повезло вернуться живым. Я уже открыл рот, чтобы выразить своё беспокойство, но, взглянув в его горящие глаза, проглотил эти слова. Вместо этого я просто сказал:

— Ты отлично справился, Сахи. Спасибо тебе.

Сахи одарил меня кривой усмешкой, которая говорила яснее всяких слов: «А ты сомневался?». Затем он перевёл взгляд на близнецов, которые всё ещё веселились среди цветов, не подозревая об опасности. Медленно восстановив дыхание, он привёл себя в порядок, пригладив клювом растрёпанные перья. Потом гордо вскинул голову, выпятил грудь и замер, как бесстрашный страж, готовый в любой момент вновь броситься на защиту.