Первое, что мы услышали по возвращении в деревню, был голос Элли.

— Как только выберете, что хотите купить, складывайте в общую кучу! Мы оплатим сразу всё вместе! И затем вы сможете забрать свои покупки домой! Так что, пожалуйста, наберитесь терпения, пока мы не закончим!

— Твою же! Ну правда! Посмотри на себя! Да, ты, там! Не бери просто то, что тебе суют! Сначала убедись, что товар качественный!

Судя по происходящему, Элли руководила всеми собаколюдами на рынке,организованном Пейджином. Этот рынок состоял из повозок с товарами, включая мягкие и пригодные для разгрызания кости, тонкие полоски вяленого мяса и целый ассортимент одежды, обуви и плащей всех размеров, предназначенных собаколюдов. Все они были в восторге, и их глаза буквально искрились от возбуждения.

Собаколюды обнюхивали всё, что было выставлено на продажу, брали в лапы, чтобы рассмотреть поближе, и пробовали некоторые образцы вяленого мяса, которые им раздавали. Казалось, они прекрасно проводили время. Однако Элли чувствовала себя иначе — её крики, скорее всего, были слышны аж из самого леса, так уж сильно она надрывала своё горло.

— Так, погоди, чёрт подери! Не смейте говорить мне, что это все ваши запасы провизии! Мы здесь готовы потратить все наши деньги и даже распрощаться с нашей бесценной бааровой шерстью, так что будьте уверены, мы ждем, что вы выложите всё, что у вас есть!

— И смотрите у меня! Я прекрасно знаю, что вы хотите втюхать нам ваши ненужные дорогущие безделушки и антиквариат, но это второстепенно по сравнению с нашей главной задачей по подготовке к зиме! Так что, если вы покажете нужные нам товары, я уверена, мы сможем договориться и о покупке чего-нибудь более дорогого, но сперва... В первую очердь! Доставайте всю свою еду! Всё, что хранится долго и не портится! Мы хотим всё это видеть!

Именно в этот момент мы заметили Элли, напиравшую на лягушачьего торговца, разодетого в причудливую шляпу и с сумкой на шее. Он выглядел совершенно растерянным под натиском Элли, и с блестящим и влажным лицом он ей ответил.

— Д-да, да, да! Именно запасы провизии, да! Я понимаю! Я прекрасно всё понимаю, но пожалуйста, успокойтесь! Не нужно так торопиться!

— Ты же Пейджин-Ми, верно? — спросила Элли. — Слушай, я знаю, что тебе непросто: твои братья взяли на себя деревню Они, а сам ты впервые торгуешь в чужой стране и пока ещё с трудом осваиваешь язык, но когда пытаешься усложнить жизнь нам, ты делаешь хуже лишь себе. Ты же торговец, верно? Тогда прояви немного смекалки и покажи нам всё, что у тебя есть!

Оказалось, этот лягушколюд был младшим братом тех самых Пейджинов, с которыми мы встречались ранее. Но когда Элли так прямо ему это высказала, его лицо стало серьёзным, он выпрямился и начал отдавать приказы зверолюдам вокруг него на языке, которого я никогда раньше не слышал. Должно быть, это был его родной язык.

Его подчинённые тут же засуетились и начали вытаскивать ящики и бочки из своих фургонов, и когда все товары были разложены, Элли просияла от счастья, и она тут же ринулась проверять цены на всё. Я наблюдал за этим, не слишком задумываясь, и тогда заговорила Аймер, сидевшая на голове Айши.

— Я пойду помогу Элли! — объявила она. — Уверена, предстоит много чего посчитать. Кроме того, близнецам тоже явно не терпится увидеть, что выставлено на продажу. Отведи, пожалуйста, Айшу в конюшню!

Я кивнул и взял поводья Айши, в то время как Аймер спрыгнула с лошади и направилась к рыночной площади. Спустя мгновение Сенай и Айхан сунули мне в руки поводья своих лошадей и снаряжение и умчались прочь. Рынок, казалось, снова ожил, но я лишь наблюдал за всем этим издалека. В этот раз, похоже, я был не нужен, так что, натянув поводья, я направился с лошадьми в конюшню.

С момента прибытия Пейджина-Ми Элли погрузилась в обсуждение того, что нам необходимо купить и как выгодно поторговать. И раз уж с ней была Аймер, я решил, что переговоры пройдут как надо. Элли была сильна в переговорах, а Аймер разбиралась в числах, а от меня не было толку ни в том, ни в другом. Честно говоря, я, наверное, только помешал бы им, поэтому решил позволить Элли и Аймер заниматься тем, в чём они сильны, а самому заняться тем, на что я способен.

После того как я отвёл лошадей в конюшню, я побрёл к складам, чтобы убрать наши корзины и снаряжение для сбора припасов. Затем я пошёл в нашу в юрту, чтобы сообщить Аруне, что мы вернулись. По словам сенджи, Пейджин-Ми в этот раз привёз кого-то с собой. Конечно, мне нужно было поприветствовать гостя, но прежде я должен был выяснить, кто именно прибыл в Илук.

Но когда я оказался в юрте, та оказалась пустой. Ни Аруны, ни Франсуазы с её малышами-баарами, никаких гостей не было. Я почесал затылок, размышляя, куда они все могли подеваться, затем положил топор на его обычное место и решил проверить наш кухонный комплекс.

По мере приближения к зоне для готовки я услышал смех, оживлённые голоса и плач младенцев — и понял, что моё предположение оказалось верным. Там оказались Аруна, несколько собаколюдок с младенцами на руках и лежащая на боку Франсуаза. С ними был незнакомец.

У него была жёлтая шерсть, пронзительный взгляд и заострённые уши; он был зверолюдом и внешне сильно напоминал собаколюда. На нём было большое полотно ткани, обёрнутое вокруг тела и перехваченное толстым поясом на талии. На шее красовалось ожерелье из крупных бусин. По росту он была примерно как Аруна. Одежда не позволяла точно определить пол незнакомца, но вышитые на ткани цветочные узоры наводили на мысль, что это женщина... Возможно?

Как бы то ни было, эта зверолюдка с улыбкой наблюдала за детёнышами собаколюдов, но, заметив моё присутствие, сложила перед собой ладони и сделала низкий поклон. Я предположил, что это была своего рода приветственная формальность.

— Вы, должно быть, правитель этих земель, что согласился принять «бескровных», — произнесла она женским голосом. — Приятно с вами познакомиться. Меня зовут Кико, я лисолюдка и советник Звериного королевства. Я прибыла сюда в надежде узнать, что вы за человек.

Подняв голову, она на мгновение задержала на мне свой пронзительный взгляд. Я не понимал, что происходит, и просто продолжал смотреть на Кико, пока та не вздохнула и не покачала головой.

— Честно говоря, необходимость что-либо прояснять отпала сразу, как только я увидела это место своими глазами, — сказала она, — Но для полной уверенности я хотела удостовериться. Вы и вправду намерены принять «бескровных»?

Я не совсем понимал, что она имела в виду и что пыталась сказать, но кивнул. В конечном счёте это было правдой — я действительно намеревался принять «бескровных» как жителей Илука.

— Я... понимаю. Если вы говорите это искренне, от всего сердца, то мне больше нечего добавить. «Бескровные» — наши дети, но они утратили силу своей крови, которой мы, зверолюды, так гордимся, и я молюсь, чтобы вы о них позаботились.

Я по-прежнему не имел ни малейшего представления о том, что происходит, поэтому молча слушал, как Кико излагала свои мысли, завершив речь ещё одним почтительным поклоном. Она проделала долгий путь, чтобы составить обо мне представление, и осталась удовлетворена, даже не получив от меня ни единого слова. Я не мог не задаться вопросом — хорошо это или плохо? И что именно она хотела обо мне узнать? Кико, должно быть, каким-то образом заметила моё замешательство, потому что, снова подняв голову, она улыбнулась.

— Нам нужно было убедиться, что вам действительно можно доверить «бескровных». В королевстве знать обращается с ними как с рабами. Услышав, что кто-то из «бескровных» планирует переселиться сюда, я испугалась, что здесь их ждёт та же участь, и потому настояла на том, чтобы лично увидеть вашу деревню. Но как только я увидела её своими глазами, мне всё стало ясно.

Кико окинула взглядом окружающих, и жёсткость в её голосе смягчилась, а затем она продолжила.

— Я вижу, как матери-собаколюдки держат своих малышей, их лица преисполнены любви и заботы. Я вижу, как пожилые человеческие женщины делают то же самое, и в их взглядах нет и намёка на неприязнь. Ваша жена тоже самолично им помогает, а из бесед с вашими людьми я узнала о глубине царящего здесь доверия. Но это не всё. Я стала свидетелем роскошной, прекрасной шерсти собаколюдов, здорового блеска их носов и беззаботного виляния хвостов. Видела я и мирный сон младенцев. Создать ложную видимость такого мирного и счастливого места просто невозможно. Жизнь ваших людей показали мне правду об этом месте. Поэтому ответ на мой вопрос стал для меня настолько очевиден, что моё настойчивое желание увидеть вас лично, по сути, стало проявлением некоторой бестактности с моей стороны.

Хотя сцена с малышами и вправду была зрелищем, за которым я мог бы с радостью наблюдать хоть целую вечность, то, как каждый вносил свой вклад, помогая заботиться о младенцах, было для меня всего лишь частью повседневной жизни здесь, в Илуке. На самом деле, я не был уверен, было ли это хоть что-то особенное.

Именно по этой причине собаколюды старались подгадать рождение детёнышей к зиме. В это время работы снаружи становилось меньше, и все собирались вместе, чтобы помочь заботиться о малышах и обеспечить их безопасность и здоровье. Как оказалось, они поступали так испокон веков. Если мать болела и не могла кормить своих детей молоком, другая мать приходила ей на помощь, и, действуя сообща, они могли быть уверены, что ни одна мать не выбьется из сил. Это всё к тому, что сцена, развернувшаяся здесь у кухонного очага, была для собаколюдов частью их повседневной жизни ещё более привычной , чем для меня.

Так что я понятия не имел, как реагировать на слова Кико. Неужели можно делать такие серьёзные выводы, основываясь лишь на некоторых сценах из повседневной жизни? Я чувствовал, как моя голова наклоняется всё больше и больше вбок, так что ухо почти касалось плеча, и тут ко мне подбежали Сенай и Айхан.

— Грибы! — воскликнула Сенай. — Мы забыли про грибы!

— Быстрее! Быстрее! — крикнула Айхан. — Надо сразу же их приготовить, а то этот вкусный аромат улетучится!

Девочки помчались к колодцу рядом с кухней, вымыли руки, затем и кухонную утварь, которая, как я понял, понадобится им для готовки, и затем, заручившись помощью Аруны, сразу же взялись за дело.

— Боже мой, какой восхитительный аромат, — сказала Кико. — И это действительно грибы? Я и представить не могла, что здесь можно найти нечто настолько чудесно пахнущее. Как интересно, насколько грибы разнятся от места к месту. Здесь есть нечто большее, чем я думала...

Уши Сенай и Айхан насторожились при словах Кико, и они подбежали к ней. Они достали из своих сумок по одному грибу и протянули ей.

— Вот! — сказали они.

— О, боже мой, большое спасибо, — сказала Кико.

Она наклонилась, чтобы лучше вдохнуть запах грибов.

— Поистине изумительный аромат, — сказала она. — Нежный... Настолько, что будоражит сердце. Как бы я хотела взять с собой этот чудный запах, чтобы и моя семья тоже смогла им насладиться. Увы, но мой дом очень далеко отсюда…

Со стороны казалось, что Кико не пыталась сказать что-то конкретное. Было видно, что она просто размышляла вслух, но Сенай и Айхан вдруг потупили взгляд и повесили нос. Кико смутилась и тут же постаралась объяснить близнецам, что не имела в виду, что хочет забрать их грибы или что-то в этом роде. Но не обращая на это внимания, близнецы умчались, заставив меня и Кико обменяться неловкими взглядами.

Я пытался придумать, что лучше сказать в такой момент, но ничего не приходило в голову. Я должен был хотя бы что-то сказать, и наконец открыл рот, и именно в этот момент близнецы вернулись банкой в руках. Она была закупорена пробкой, а внутри находился нарезанный тонкими ломтиками гриб. Мы с Кико с любопытством наблюдали, за тем, что делали близнецы, пока они не подбежали обратно к нам.

— Вот! — сказала Сенай. — Мы положили гриб в масло!

— Теперь аромат сохранится надолго! Так что даже если твоя семья далеко, это не проблема!

И с этими словами близнецы протянули банку Кико.

Близнецы вовсе не беспокоились, что Кико может забрать их грибы. Напротив, они сразу же задумались на тем, как помочь Кико разделить эту радость со своей семьёй. Когда Кико это осознала, она опустилась перед близнецами на колени и обратилась к ним:

— Большое вам спасибо, — сказала она, принимая их дар. — Я обязательно разделю это счастье со своей семьёй.

Сенай и Айхан были в восторге, и это читалось в их улыбках. Они побежали обратно к Аруне и тут же вернулись к приготовлению остальных собранных ими грибов. Кико наблюдала за всем происходящим с безмятежным выражением лица.

— Эти две девочки... Они местные жители? — спросила Кико, всё ещё наблюдая за тем, как все работают.

— Жители...? Ну... Думаю, их можно назвать моей семьёй. Моими детьми.

Кико повернулась ко мне с выражением, в котором читались шок, смесь различных мыслей и эмоций. Я не знал, чему она удивилась или что её так смутило. Я уже хотел было спросить, но не успел сказать и слова, как к нам подбежали несколько взволнованных сенджи.

— Лорд Диас! Приближается какой-то странный человек! — крикнул один.

— Он идёт с востока! И скоро будет здесь! Это старик! И он тащит за собой брёвна! — добавил второй.

— У него много брёвен! — доложил третий. — И все они очень большие! Этот старик очень силён!

Я удивился этому донесению и подумал, кто бы это мог быть. Аруна была удивлена ещё больше и подбежала ко мне, выглядев сильно запаниковавшей.

— С востока?! — переспросила она. — Вы уверены?!

— Да! Я видел это своими глазами! — ответил один из сенджи.

Это нисколько не уменьшило её беспокойства, и, обращаясь ко мне, она прошептала:

— Диас, я была особенно внимательна, устанавливая на восточных границах равнин сенсоры для магии обнаружения, но ни один из них не сработал. Кто бы к нам не направлялся, это точно не обычный гость.

Я кивнул Аруне и взглядом дал понять, чтобы она присмотрела за детьми и Кико. Покончив с этим, я ушёл за топором и затем, взяв с собой сенджи, отправился на восток.

Сенджи вели меня за собой, пока в поле зрения не оказался старик, тащивший за собой брёвна. Их размер и количество были гораздо больше и, чем я мог представить. Всего их было пять, по всей видимости, недавно срубленных, с обрубленными ветвями, все связанные вместе верёвкой, с помощью которой старик и тащил их за собой.

Какое-то время я мог только стоять в шоке и смотреть.

«Откуда у этого крохотного старика такая силища? И что он вообще собирается делать со всеми этими брёвнами?»

Пока эти мысли проносились в моей голове, старик заметил нас и широко ухмыльнулся.

— Ух ты! Ты и вправду просто обычный человек! — его голос прогремел над равнинами. — Обычный человек, без какой-либо магии и вообще без ничего! Ты хорошо постарался, раз смог прожить так долго!

Его весёлый настрой и неподдельная радость в голосе подсказали мне, что этот человек, скорее всего, не желает нам зла, и, подходя к нему, я почувствовал, как немного расслабился. Когда я подошёл вплотную, то заметил надпись на одном из брёвен — «Забрать домой и пустить на брёвна сегодня».

Это было послание, которое Сенай и Айхан оставили на деревьях во время нашего предпоследнего визита в лес. Когда старик увидел, куда я смотрю, он пару раз хлопнул по брёвнам.

— А, эти? — сказал он. — Похоже, вы забыли их, когда последний раз были в лесу, так что я подумал, что срублю их для вас. На некоторых было написано просто срубить и оставить, что я и сделал. Если они вам нужны, придётся сходить за ними самим.

— О, эм, спасибо. И, кстати, а вы кто...?

— Хм? А, я-то? Я родом из пещерного народа. Меня зовут Нарвант. Я здесь, чтобы помочь тебе и исполнить обещание, данное давным-давно, в очень далёком прошлом. Я оставил сообщение двум малышкам, а затем проследовал за их магией сюда.

Я почесал затылок и издал протяжное «хмм», обдумывая слова старика. Похоже, это был тот самый незнакомец, о котором рассказывали Сенай и Айхан. Он не казался слабоумным и не выглядел так, будто замышляет что-то дурное. Будь это так, я думаю, он старался вести себя... нормальнее, чтобы не выглядеть таким подозрительным.

В любом случае, мы точно узнаем его намерения, когда Аруна проведёт оценку его души, но я был уже практически уверен, что он нам не враг.

— И что это за старое обещание, о котором ты говорил? — спросил я.

Нарвант на мгновение задумался, затем отбросил верёвку в сторону и погладил свою бороду.

— Ах... Это долгая история, и мой рассказ займет некоторое время. Давайте посмотрим... Позволь я изложу всё максимально кратко, чтобы ты уловил суть. Давным-давно, я говорю о более чем столетии назад, эти земли находились под властью монстров и их миазмов. Это была, по сути, мёртвая земля. Все расы смогли найти себе здесь уголок, каждый обзавёлся норой и проживал свою жизнь в страхе, просыпаясь каждое утро с мыслью, что сегодня он может умереть. Но однажды появился обычный человек, прямо как ты. Он был вооружён, и ему была ниспослана мудрость богов. Он бросил вызов тирании монстров. Он бесстрашно сражался с помощью оружия, которого мы никогда раньше не видели, а его стратегии были настолько хитроумными, что никто из нас не поверил в то, что это может сработать, если бы не увидел всё собственными глазами. И этот совершенно обычный человек смог выстоять против бесчисленных орд монстров, и, увидев, как он сражается, мы встали под его начало и в конце концов стали подружились с ним.

Это была старая история, отдалённо знакомый сюжет, который я, возможно, где-то уже слышал, а может, и нет. Так или иначе, мы с собаколюдами молча стояли и ждали, пока старик продолжит, а он по-доброму улыбался.

— Так вот... Мы все объединились под руководством этого человека, и в результате после долгой, изнурительной борьбы нам удалось уничтожить почти всех монстров. Мы очистили большую часть миазмов и создали новое государство... но всё развалилось, когда тот обычный человек отправился в путешествие куда-то дальше на восток. Последним гвоздём в крышку гроба стало известие о том, что наш старый друг скончался от болезни. Его последние слова, оставленные для нас, звучали примерно так: «Когда в этих землях появится другой обычный человек, которому будет под силу объединить вас всех, — одолжите ему свою силу».

Затем Нарвант подошёл ко мне и слегка ткнул меня кулаком в живот, всё это время продолжая ухмыляться. Он сделал это так, словно мы были с ним старыми друзьями, которые просто давно не виделись, и я был действительно озадачен и не знал, как на это реагировать.

Я размышлял о том, почему Нарвант оказался здесь — лишь потому, что верил в древнюю легенду, которая могла быть как правдой, так и вымыслом, и всё это было ради долга, завещанного ему предками? Не то чтобы я считал, что он лгал... просто мне казалось, что Нарвант живёт согласно заветам своих предков и своего народа.

Тем не менее, я не был уверен, правильно ли будет просто принять такие слова, сколь бы благородными и отягощёнными грузом прошлого они ни были. Обдумав этот вопрос ещё раз, я решил сказать ему, что никак не связан с тем человеком, о котором он нам рассказал, и поэтому не считаю правильным принимать предложенную им помощь. Но едва я попытался озвучить свои мысли, как молодой сенджи у моих ног дёрнул меня за штанину.

— Лорд Диас...? — сказал он. — Он же хочет стать жителем нашей деревни, верно? Хочет переехать сюда жить, да? Вы не собираетесь поприветствовать его так же, как нас, собаколюдов?

Этот сенджи выглядел таким печальным, что при взгляде ему в глаза, у меня почти разорвалось сердце. Я проглотил слова, которые планировал сказать, и произнёс нечто иное.

— Послушай, я просто человек. Самый обычный человек, который живёт здесь, и я никак не связан с тем, о ком ты говоришь, или тем более с его последними словами. Так что я не могу просто принять твоё предложение и взвалить на себя исполнение завета твоих предков, но... если ты хочешь стать жителем той деревни, что находится во-о-он там, то мы будем рады принять тебя. Мы предоставим кров и еду, но должен предупредить — это не особо богатое и зажиточное место. Так что если тебя это устраивает, то...

Глаза Нарванта расширились, и на мгновение он выглядел ошеломлённым, но затем просто разразился смехом.

— «Не особо богатое»! Что ж, раз так, то, похоже, мне придётся встряхнуть эти старые кости и как следует взяться за работу! Как видишь, руки у меня золотые, и, чтоб ты знал, я, между прочим, лучший кузнец на всём этом чёртовом континенте! Мы в два счёта сделаем эту деревню богатой!

С этими словами Нарвант закатал рукав и согнул руку, чтобы продемонстрировать свои мускулы. Затем он снова взял верёвку и поволок брёвна по направлению к деревне. Сенджи выглядели в восторге от того, что у нас появился новый житель и друг, поэтому тут же бросились помогать ему с брёвнами. Нарвант при виде их снова разразился смехом, а затем, словно вспомнив что-то, обернулся ко мне.

— Ах да, кстати, юный Диас, совсм забыл сказать! Моя семья тоже переезжает со мной! Окажи и им тёплый приём, хорошо? Всё, что нам нужно, — это дом и немного еды, а если будет немного выпивки, то вообще будет замечательно!

Я продолжал наблюдать за тем, как Нарвант тащит брёвна в сторону Илука, и размышлял о том, кто же такие этот пещерный народ.