Спокойный анализ военной обстановки, сделанный Максимусом, не удивил Квинта и других командиров. Вождь уже не раз высказывал эти мысли, и они полностью с ним соглашались. Но сейчас, когда он повторил их, все снова задумались.

— Вождь, — неуверенно проговорил Фронтин. — Если южане захотят присоединиться к нам, а мы откажем… Не вызовет ли это недовольство?

— Я не говорил, что мы будем отказывать всем подряд, — ответил Максимус, который уже всё продумал. — Тех, кто обладает полезными навыками, умеет читать, писать и считать, мы, конечно, возьмём. Остальных можем посоветовать Аттимусу или Спартаку. У них нет таких ограничений, и чем больше людей к ним присоединится — тем лучше.

— Понял, — кивнул Фронтин. — Сделаю, как ты сказал.

— Волен, — спохватился Максимус, — ты, как и раньше, отправь своих людей помогать военным трибунам с набором новобранцев. Пусть отбирают из них тех, кто нам пригодится, и распределяют по другим службам.

— Слушаюсь, вождь, — поклонился Волен.

— Пигрез, — Максимус повернулся к своему помощнику, — я позвал тебя сюда, чтобы ты, как и в Помпеях, занялся портом.

— Без проблем! — перебил его Пигрез, не дождавшись, пока вождь закончит фразу. — Я всё устрою! Порт снова заработает, и будет работать ещё лучше, чем в Помпеях!

— В этот раз в порту не так много купеческих судов, — охладил его пыл Максимус. — Многие салапинские купцы, видя, что в город хлынул поток беженцев из Канозии, почуяли неладное и уплыли. Кораблей осталось мало, так что тебе будет сложнее, чем в Помпеях.

— Не волнуйся, вождь! — уверенно заявил Пигрез. — Я справлюсь!

— Отлично! — Максимус улыбнулся. — Можешь пообещать купцам — разумеется, кроме римских, — что, если они будут торговать с нами в Салапии, мы не будем брать с них торговую пошлину и гарантируем им безопасность на территории, подконтрольной нашим войскам. Всё остальное можешь обсуждать с ними на месте, но окончательное решение буду принимать я.

— Да после первого же пункта купцы к нам толпами повалят! — радостно воскликнул Пигрез.

Почему он так сказал? Дело в том, что после Союзнической войны все италийцы стали римскими гражданами, и Рим больше не мог взимать с них прямые налоги. Однако торговые пошлины никто не отменял. С каждого корабля, заходившего в любой италийский порт, взымался налог в размере пяти процентов от стоимости товара.

На восточном побережье Италии было не так много портов, и многие торговые суда заходили в Салапию. Если бы там отменили пошлину, то купцы смогли бы хорошо сэкономить. А если бы им ещё и гарантировали сохранность груза на всём пути по землям, подконтрольным армии Максимуса, то желающих торговать с ними нашлось бы ещё больше.

— На этот раз твоя задача не ограничивается торговлей, — продолжил Максимус. — Нам нужно будет набрать много новых солдат, так что докеров в порту станет меньше. Солдаты должны тренироваться, а не разгружать корабли, как это было в Помпеях.

— Но… но если некому будет разгружать корабли, то порт перестанет работать! — растерялся Пигрез.

— Не торопись, — остановил его Максимус. — Те докеры, что вступят в армию, переедут в лагерь. В их дома мы и поселим беженцев из Канозии. Пусть работают в порту. Заодно и площадь в городе освободится.

— В городе-то порядок будет, а вот захотят ли беженцы работать в порту? — усомнился Пигрез.

— Они пришли сюда в надежде, что жители Салапии им помогут, — ответил Максимус. — Но сами салапинцы сейчас не в лучшем положении. Голод — не тётка, так что выбирать им особо не придётся.

Пигрез задумался, но потом снова встрепенулся:

— Беженцев из Канозии наверняка много. Что, если они поднимут бунт? Я один не справлюсь!

— Не волнуйся. Я оставлю в городе третий легион под командованием Кармина. Вы с ним отлично работали вместе. Уверен, и в Салапии у вас всё получится.

Пигрез облегчённо вздохнул, но радость его была недолгой.

— И ещё одно… — продолжил Максимус.

— Ещё?! — простонал Пигрез.

— Мы казнили много богатых салапинцев, большинство из которых занимались торговлей. Их лавки находились в порту. Тебе нужно будет их конфисковать и возобновить торговлю.

Пигрез хитро прищурился:

— Вождь, ты столько всего на меня навалил! Мне одному не справиться! Мне нужны помощники! Много помощников!

— Не проблема, — усмехнулся Максимус. — Среди тех рабов, что мы захватили в богатом квартале, наверняка много тех, кто работал в лавках. Волен, отбери подходящих людей и передай их Пигрезу.

— Слушаюсь, вождь, — ответил Волен.

— Вождь, мне нужны ещё люди! — не унимался Пигрез. — Те, кто поможет мне управлять портом! Мои собственные помощники!

— Пигрез, ты же мой квестор! У тебя и так должны быть подчинённые! — шутливо упрекнул его Максимус. — Но ты об этом ни разу не говорил! Я уж решил, что ты предпочитаешь работать в одиночку.

— Так ты мне об этом не говорил! — возмутился Пигрез.

Все рассмеялись.

— Ладно, — сказал Максимус, когда смех стих. — Официально заявляю: тебе, как квестору, полагается пять помощников. Обсуди с Воленом, кто тебе нужен, а я потом утвержу твой выбор.

— Пять человек — это очень мало! — тут же попытался оспорить его решение Пигрез. — Порт большой, дел невпроворот! Я не справлюсь!

Лицо Максимуса посуровело:

— Пока что — пять. Если потом тебе будет не хватать людей, мы добавим. Но тебе нужно браться за дело прямо сейчас, а новички не сразу смогут во всём разобраться. Так что я дам тебе в помощь своих людей.

— Вот это дело! — обрадовался Пигрез.

— Кассий, — Максимус повернулся к своему помощнику, — возьми ребят и ступайте в порт. Помогите Пигрезу.

Кассий, который уже готов был сорваться с места, бодро ответил:

— Слушаюсь, вождь!

— Вождь, — подал голос Квинт, — мы захватили Салапию. Солдатам и так выдают всё, что им нужно. Зачем нам эти лавки?

— В городе живёт больше тысячи семей, — объяснил Максимус. — Если Пигрез всё правильно организует, то вскоре в порт начнут прибывать торговые суда, а на них приплывут моряки. Им нужно где-то жить, есть, покупать всё необходимое для жизни…

— Вождь, это гениально! — восхитился Пигрез. — Нам не придётся грабить жителей! Мы и так вытянем из них все деньги!

— Нет, ты меня не так понял, — возразил Максимус. — Мне не нужны их жалкие гроши! Я хочу, чтобы они поняли: мы, борцы за свободу Италии, не какие-то бандиты! Мы умеем управлять городами! И если они будут нам помогать, то им нечего бояться! Они смогут жить мирно и счастливо!

Поэтому продавай им всё по ценам ниже, чем раньше. Пусть увидят, что после нашего прихода их жизнь стала лучше!

— Понял… — Пигрез задумчиво кивнул.

— И раз уж мы решили сделать Салапию своей базой, — продолжил Максимус, — то и управлять ею нужно по-новому. В Помпеях мы многому научились. Наша армия растёт, и нам нужно больше времени уделять боевой подготовке. А вместо этого мы разгружаем корабли, подметаем улицы, вывозим нечистоты, прочищаем канализацию и даже тушим пожары! В этот раз мы оставили жителей Салапии в городе, потому что хотим, чтобы они делали всю эту работу, а у нас было время заниматься более важными делами — укреплять армию, тренировать солдат и завоёвывать новые земли… Волен, ты будешь управлять городом и следить за порядком.

— Я?.. — Волен опешил. Он много лет проработал управляющим в имении, но управлять городом ему ещё не доводилось. Он немного нервничал, но в то же время чувствовал себя польщённым оказанным доверием. — Слушаюсь, вождь.

— А жители Салапии на это согласятся? — усомнился Пигрез.

Максимус, который уже продумал этот момент, невозмутимо ответил:

— Кормить их бесплатно мы больше не будем, но за работу будем платить. Получив деньги, они смогут покупать еду и всё необходимое в наших лавках и жить в своё удовольствие… в городе, которым мы управляем.

— Давать деньги пленникам… Не слишком ли это щедро? — недоумённо протянул Фронтин.

— Мы дадим им деньги, но они потратят их на наши товары, так что деньги всё равно вернутся к нам, — улыбнулся Максимус. — Деньги просто сделают круг и вернутся к нам. Мы же потратим лишь излишки награбленного, но зато жители будут работать не по принуждению, а с радостью, и жизнь в городе войдёт в нормальное русло! Разве это не прекрасно?

Фронтин и Квинт были старыми солдатами, Пигрез когда-то был мелким торговцем, Волен — домашним рабом, а Капитон — небогатым римским гражданином. Все они были людьми способными, но, в силу своего происхождения, не обладали широким кругозором. Слова Максимуса, в которых он, сам того не желая, изложил основы экономики, произвели на них сильное впечатление, заставив задуматься над тем, как устроен мир.

Максимус, видя это, внутренне торжествовал. Он и сам понимал, что Салапия недолго пробудет в их руках, но всё равно решил оставить жителей в городе и наладить нормальную жизнь. Ему нужно было, чтобы его люди на практике научились управлять городами. Ведь в будущем им это очень пригодится.

Вскоре после того, как Фронтин, Волен и остальные покинули зал, туда вошёл Торквато с группой людей.

— Вождь, позволь представить тебе героя, который проник в Салапию и прошлой ночью открыл ворота! — провозгласил он, гордо похлопывая по плечу крепкого загорелого воина в полном боевом облачении. — Это Бубиус, центурион первой когорты второго легиона!

— Бубиус! — воскликнул Максимус, изобразив на лице удивление. — Я тебя помню! Полгода назад, на общем собрании, ты нашёл в себе мужество открыто рассказать о том, как солдаты Крикса обижают наших девушек из санитарного отряда! А теперь ты совершил новый подвиг! Благодаря тебе мы без потерь захватили этот город! Ты настоящий герой!

Максимус говорил искренне. Объединённая армия хоть и взяла Канозию всего за день, но потери составили почти пятьсот человек. И, если бы план по захвату Салапии провалился, Максимусу пришлось бы задуматься, стоит ли вообще штурмовать этот город, а заодно и пересмотреть все свои планы. Так что Бубиус действительно совершил подвиг, и именно поэтому Максимус решил лично его наградить.

Слово «герой» имело для греков и римлян особый смысл. Услышав его, все присутствующие в зале зашумели. Сам же Бубиус смутился и не нашеёл ничего лучше, кроме как потупить глаза.

— И вы тоже! — Максимус обвёл рукой и остальных солдат, участвовавших в ночной атаке. — Вы — герои свободной Италии! Вы — пример для всех наших солдат!

Воины сначала оторопели, а потом расплылись в счастливых улыбках. «Мы герои? Мы герои!» — Эта мысль кружила у них в голове.

— Вождь! — вдруг выкрикнул кто-то. — Если мы герои, то девушки из санитарного отряда нас полюбят?

В зале воцарилась тишина. Все с надеждой смотрели на Максимуса.

— Как тебя зовут? — спросил Максимус с улыбкой, глядя на задавшего этот неожиданный вопрос молодого солдата.

— Стаг, вождь! Я из Малой Азии, — ответил тот.

— Стаг, — Максимус лукаво подмигнул, и по залу прокатился дружный хохот, — нет ничего бесстыдного в том, что мужчина любит женщину. Я, как и ты, неравнодушен к женской красоте!