Воскресенье, 13 декабря

Утро в день представления выдалось прекрасным, и так началось празднование годовщины детского сада «Харуказэ». В программе мероприятий значились экскурсии по классам и турнир по играм. Выступление героев планировалось в качестве своего рода перерыва во время турнира, а потому Сатоми Коутаро с товарищами должны были появиться лишь во второй половине дня.

— Итак, ребята, настало то, чего вы так ждали! Харуказэ Ман!

Из динамиков раздался голос Рут. Однако на сцене, которую молодежная группа целую ночь возводила, по-прежнему никого не было.

— Давайте все вместе позовем его! Хааарууказэээ Мааан! — призвала Рут детей.

— Хааарууказэээ Мааан! — громко откликнулись они.

Сразу после этого по бокам сцены прогремело несколько небольших взрывов, поднявших облака дыма. Когда дым рассеялся, на сцене уже стояли трое: Коутаро, Тея и Кириха, одетые в костюмы.

Коутаро был облачен в черный доспех с шипами и плащ. Тея носила строгое черное платье, а за спиной у нее виднелись крылья летучей мыши. Кириха надела кимоно, похожее на ее обычную одежду, но с пышными черными розами; прическу же она украсила элементами, напоминающими розовые шипы. Все три костюма создала школьная группа по косплею, и каждый из них был разработан специально для соответствующего злодея.

Тея встала посреди сцены, скрестив руки и гордо запрокинув голову. Коутаро и Кириха расположились по обе стороны от нее. Дети из сада с нетерпением ждали своего героя, но вместо него появились эти трое загадочных персонажей. Многие малыши с открытыми ртами смотрели на них в изумлении. Тея усмехнулась, окинув детей взглядом, и помахала длинным посохом.

— Жаль, ребятки! Ваш любимый Харуказэ Ман так и не придет! Потому что мы, Подпольная империя, одолели его! — громко провозгласила она.

Услышав эти слова, дети пришли в смятение. Их герой был повержен. Это казалось невозможным. Они хотели верить, что это ложь, но прямо там, где должен был быть их герой, стояла зловещая троица. Дети были в шоке; многие из них заплакали.

Однако один смелый мальчик поднялся на ноги.

— Это ложь! Вы врете! — со слезами на глазах он указал на Тею и крикнул: — Я не поверю лжи от такой мелкой букашки, как ты!

— Что ты только что сказал, мелкий негодяй?!

«Мелкая букашка». Услышав это, Тея вышла из себя и по-настоящему разозлилась. Она всегда переживала из-за своего роста и женственности, поэтому такие слова показались ей крайне оскорбительными, даже если их произнес дошкольник.

— Ты хоть понимаешь, с кем разговариваешь?

Волосы Теи взметнулись в воздух, когда она топнула ногой и грозно уставилась на мальчика. Тот, став объектом ее гнева, замер и сглотнул слюну.

— Беда, Коутаро! Это уже не игра! — предупредила Коутаро Санаэ, выучившая все реплики наизусть.

— Эй, что ты творишь, Тея? Он всего лишь ребёнок. Успокойся, — тихо произнёс Сатоми Коутаро, легонько потянув её за платье, чтобы привлечь внимание.

— Заткнись!

Но было уже поздно. Тея окончательно вышла из себя. Она проигнорировала Коутаро и отмахнулась от его руки. Всё её внимание сосредоточилось на мальчике, стоявшем среди толпы.

— Я покажу этому грубому малышу, как себя вести...

— Как только мы вернёмся домой, я буду играть с тобой столько, сколько захочешь.

К счастью, на этот раз Тея оказалась более восприимчивой к словам Коутаро. Её гнев утих, и она медленно повернулась к нему.

— Т-ты ведь не обманешь?..

— Конечно нет.

Боже мой, до чего же сильно тебя задело это оскорбление?..

Заметив, что у Теи на глазах выступили слёзы, Коутаро решил, что лучше всего будет исполнить любое её желание, чтобы успокоить её.

— Хорошо. Но ты обязательно должен сдержать своё обещание.

Тея подавила свой гнев и вновь стала прежней. Почувствовав это, Кириха импровизировала несколько реплик, чтобы вернуть спектакль в нужное русло.

— Принцесса-демон, позвольте этим верным слугам — Чёрной Розе и Барону Демону — показать этому мальчишке, что героев больше не существует.

— Прекрасно. Я полагаюсь на вас.

— Будет исполнено. Вперёд, Барон Демон! Покажите этим детям, что Харуказэ Ман окончательно исчез!

— Не сомневайтесь, Принцесса-демон и Чёрная Роза!

Благодаря находчивости Кирихи спектакль, едва не сошедший с рельсов, вновь пошёл по намеченному плану. Коутаро облегчённо вздохнул, после чего согласно сценарию сошёл со сцены и направился к местам, отведённым для родителей детей.

— Эй ты! Иди со мной!

Он схватил за руку девочку, сидевшую там, и вытащил её из кресла. Это была Харуми.

— Ааааааа!

Она издала испуганный крик, но в её глазах при этом появилось нежное, любящее выражение, когда она смотрела на Коутаро.

— Харуми-чан! Отпусти мою девушку, злодей!

Пока Коутаро уводил Харуми, Мацудайра Кэндзи — изображавший её парня — вовремя подскочил с соседнего места и бросился на Коутаро. Всё происходило точно так, как они отрепетировали.

— Замолчи!

Коутаро расправил свой массивный плащ, демонстрируя его во всей красе. От этого движения Кэндзи отлетел назад и приземлился на задницу. Их слаженность была безупречной; всё прошло так же гладко, как во время репетиции.

— Кэндзи-кун!

— Ха-ха-ха! Плохо тебе придётся, юнец! Я сделаю эту милую девочку своей женой!

«Я сделаю эту милую девочку своей женой». Хотя Харуми понимала, что это всего лишь строчка из сценария, она не могла сдержать румянца. Она испытывала и смущение, и радость; её сердце бешено колотилось.

— Ах, разве в этом мире нет справедливости?!

— Именно так! Справедливость погибла вместе с Харуказэ Маном! За мной, Чёрный Конь!

— И-и-и!

Изображая чёрного коня, Юрика выбежала сбоку сцены, громко ржа. Она играла спутника Барона Демона — Чёрного Коня, и делала это просто великолепно. Для детей она выглядела настоящим конём.

— Сегодня начинается эра зла! Харуказэ Ман остался в прошлом!

— Спаси меня, Кэндзи-куун!

— Харуми-ча-а-ан!

— Чёрный Конь, в зал свадебных торжеств!

— И-и-и!

«Как жестоко! Какая ужасная несправедливость! Как такое могло случиться?! Неужели Харуказэ Ман действительно исчез?!»

Голос Рут разнёсся по всему детскому саду. Дети вспотели от волнения и затаив дыхание ждали развязки. Согласно сюжету, якобы погибший Харуказэ Ман должен был появиться и победить Коутаро вместе с остальными злодеями. Однако почему-то на сцене появился не он.

«Отпустите эту женщину, подземные жители!»

Мощный голос, изданный с помощью сильного диафрагмального давления, раздался из задней части зала. Он пронёсся сквозь толпу и достиг Коутаро и остальных на сцене.

Вот и Харуказэ Ман. Подождите, что происходит?

Поняв, что голос доносится не оттуда, где они репетировали, Коутаро пришёл в замешательство.

«Коутаро, что-то не так. Посмотри».

«Э-э...»

Согласно сценарию, Харуказэ Ман должен был появиться посреди сцены под фейерверками в тот момент, когда Коутаро похищал Харуми.

«Как и следовало ожидать от подземных жителей. У них действительно необычная одежда...»

«У вас случайно нет красивых и мужественных лидеров?!»

«Похоже, там молодой парень, сестрёнка».

«А поблизости есть что-нибудь вкусное?»

«Почему бы тебе не взять конфет, которые раздают вон там?»

И что это ещё такое? Их целых пятеро...

Коутаро окончательно растерялся из-за количества появившихся героев. Согласно сценарию, их должно было быть всего двое: мужчина в роли Харуказэ Мана и Сидзука в образе Киссё Леди. Якобы погибший Харуказэ Ман должен был воспользоваться силой Киссё Леди, чтобы воскреснуть, после чего они вместе вышли бы на сцену. Однако теперь там стояло пятеро героев. Более того, их одежда больше напоминала полицейскую форму, чем костюмы супергероев.

«...Сатоми-кун, кто эти люди?» — так же в замешательстве прошептала Харуми Коутаро.

«Попробую спросить», — ответил шёпотом Коутаро. Затем он повернулся к новоприбывшим и громко крикнул: «Кто вы такие?!»

В оригинальной сцене именно в этот момент Коутаро должен был потребовать назвать их личности.

«Нам нечего говорить таким, как вы, нападающим на детский сад! Пошли, все вместе!»

«Да!»

Однако пятеро отказались отвечать и бросились к сцене.

«Хотя это наш первый бой, страха нет! Справедливость на нашей стороне!»

«Сэмпай, я не совсем понимаю, но они, похоже, настоящие герои», — сказал Коутаро, снова обратившись к Харуми.

Исходя из их поведения, именно такой вывод сделал Коутаро. Их речь и поступки полностью соответствовали тому, чего можно ожидать от героев в подобном представлении.

«Интересно, это какой-то сюрприз...»

«Возможно, возникли непредвиденные обстоятельства, и пришлось вызвать дублёров?»

Обнявшись, Коутаро и Харуми смотрели друг на друга. Обычно они бы покраснели, но в этой суматохе никто из них даже не задумался о своём положении.

«Этого нет в сценарии».

«Хм...»

Оглядевшись, Коутаро заметил, что Тея и Кириха выглядели не менее растерянными, чем он сам. Затем он посмотрел на Рут. Как ведущая, она должна была заранее знать, что происходит, однако лишь ответила Коутаро взглядом и пожала плечами.

Значит, Рут-сан тоже ничего не знает? Юрика... разумеется, тоже не в курсе. Полагаю, представление всё равно следует продолжить.

В конце концов Коутаро решил продолжать спектакль. Он не мог поверить, что появление героев на этом этапе было случайностью. Поскольку злодеи и герои теперь находились на сцене вместе, представление можно было провести почти как задумывалось. Будь то неожиданный сюрприз или импровизация в последний момент — отмена спектакля лишь разочаровала бы детей.

— Хорошо, продолжим, Сакураба-сэмпай.

— Понял.

Коутаро кивнул Харуми, а затем подмигнул Тее и Кирихе. Поняв его намерения, обе кивнули в ответ.

— Маккензи.

— Я в курсе. Всё будет сделано.

Коутаро собирался подать знак Рут и Кэндзи, но те уже приступили к действиям.

— Справедливость не погибла! Смотрите все! Зло никогда не одержит верх!

— В отсутствие Харуказэ Мана появилась эта загадочная группа из пяти человек! Являются ли они посланниками справедливости или просто перехватили инициативу? Пока же давайте все будем аплодировать им!

Кэндзи и Рут воодушевили зрителей-детей. Благодаря им ребята смогли преодолеть шок от поражения Харуказэ Мана и начали поддерживать новых героев.

— Вы справитесь!

— Победите этих плохишей!

— Доверьтесь нам! Справедливость всегда торжествует!

Пока пятёрка бежала по центральному проходу к сцене, их приветствовали аплодисментами со всех сторон. По мере приближения стало легче различать каждого из них.

— Я полон энергии!

Впереди бежал парень с короткой стрижкой. Судя по внешности, он был таким же спортивным, как и Коутаро.

— Пусть начнутся игры!

За ним следовал ещё более молодой на вид мальчик, ниже ростом, чем Коутаро и остальные. У него было круглое лицо и большие очки.

— Где же красивые предводители?!

Третьей в группе оказалась единственная девушка. Длинные чёрные волосы и густые брови создавали впечатление сильной и решительной личности.

— Эта конфета совсем невкусная.

Четвёртый участник был куда крепче остальных. Как можно было догадаться по его виду, он обладал огромным аппетитом. Даже на бегу, он крепко держал пакет с конфетами — теми самыми, что раздавали детям на мероприятии.

— Значит, это и есть бой!

Последним был мужчина с длинными волосами и тёмными очками; его прическа и очки казались немного устаревшими. Он напоминал излишне энергичного учителя из старых девичьих манга.

— Все они выглядят как персонажи из старинных историй, но для героического спектакля это вполне уместно.

— Ты что-то сказал, Сатоми-кун?

— Ничего особенного, Сэмпай. Давайте тоже поднимемся на сцену. Поняла, Юрика?

— Хорошо.

— И-и!

Сатоми Коутаро, Харуми и Юрика поспешили обратно на сцену из толпы зрителей. Если бы их там не оказалось до появления героев, это могло бы серьезно нарушить ход диалога.

— О-о-о!

Вся пятерка радостно закричала и театрально поднялась на сцену. Сатоми Коутаро прикрыл Харуми собой, словно живым щитом, и начал насмехаться над приближающимися героями.

— Ха-ха-ха! Неважно, сколько вас там! Теперь, когда повержен Харуказэ Ман, нам нечего бояться! — выкрикнул он с вызовом.

— Нет-нет-нет! Помогите мне, пожалуйста! — в самый подходящий момент закричала Харуми.

На самом деле она совсем не хотела, чтобы её спасали, но не собиралась позволять личным желаниям помешать актерской игре. Её отчаянный крик о помощи разнесся по всему залу.

— Проклятье! Отпустите эту девушку!

— Хорошо. Впрочем, использовать свою будущую жену в качестве заложницы — не мой излюбленный метод.

Следуя сценарию, Сатоми Коутаро надел на лодыжку Харуми кандалы и приковал её к ближайшей колонне. Затем Харуми несколько раз дернула за цепи, чтобы показать, что вырваться у неё никак не получается.

— Однако мне, Барону Демону, вообще не нужны заложники! Ведь именно я одолел Харуказэ Мана!

То, что самонадеянный враг добровольно отказывается от заложницы, являлось необходимым условием для того, чтобы герои смогли переломить ход событий.

Остальное я оставляю на вашу долю, герои!

Теперь, когда все приготовления завершены, настал момент, когда герои должны проявить себя.

— Вперед, Барон Демон! Разгромите эту наглую шайку!

— Барон Демон, позвольте нам преподнести головы этих негодяев Принцессе Дьяволу!

— Понял!

В назначенный момент Сатоми Коутаро и Кириха выступили вперед, а Тея осталась позади них, горделиво улыбаясь. Решающая битва вот-вот должна была начаться.

— Итак, все вместе — преобразуемся!

— Да!

Видимо, пятерка тоже знала свою роль и приступила к сцене трансформации.

— О-о... Значит, они собираются преобразиться прямо здесь! — восхищенно произнесла Санаэ, наблюдая за ними.

В отличие от телевизионных передач, проведение трансформации прямо на сцене представляло собой сложнейшую задачу. Для этого требовалось либо использовать дымовую завесу, либо умело задействовать декорации, чтобы поменять актеров или быстро переодеть их. Это требовало немалой слаженности действий и участия множества людей. В данном спектакле отдела молодежи не хватало персонала, поэтому изначально Харуказэ Ман должен был появиться на сцене уже в трансформированном виде. Тем не менее эти пятеро новых героев решили провести живую трансформацию. Санаэ была просто поражена.

— Может быть, им помогают настоящие актеры?

— Вполне возможно.

Тоже восхищенные, Сатоми Коутаро и Кириха смотрели на пятерку, которая одновременно подняла правые руки вверх.

— Трааансфооорм!

Они взмахнули правыми руками в воздухе, а левыми нажали кнопку на поясах. Затем обе руки совершили широкий дугообразный жест и в конце указали направо.

— О-о!

Это было настолько мастерски исполненное позирование для трансформации, что Сатоми Коутаро пришел в полный восторг. Будучи большим поклонником героев, способных к трансформации, он не нашел ни единого изъяна в их безупречной позе.

Внезапно поднялось облако белого дыма, скрывшее пятерых героев. Сквозь него были видны лишь их характерные силуэты в движении. Когда же ветер развеял дым, появились пять воинов в круглых шлемах. Их наряды полностью отличались от прежних; это было не просто поверхностное изменение, а настоящая смена костюмов. Преобразование получилось просто великолепным для героического шоу. Однако имелась одна проблема.

— Красный Сияющий!

— Красный Сияющий!

— Красный Сияющий!

— А вместе мы — Солнечные Рейнджеры из Отряда Солнца!

По какой-то причине все пятеро героев, позирующие под музыку и фейерверки, оказались одеты в костюмы одного цвета.

— Там, где есть любовь, там есть и справедливость! В этом мире...

— Хватит шутить!

Увидев изменившихся героев, Коутаро тут же забыл текст и бросился вперёд. Лицо его пылало от гнева; он с силой ударил по голове стоящего в центре Красного Сияющего.

— Ч-Что вы делаете, Барон Демон-сан?!

— Мне всё равно! Как можно так хорошо всё подготовить, а в конце всё испортить?!

— П-Подождите минутку, Барон-сан! Из-за чего вы так злитесь?!

— Не может быть! Что вообще происходит?! У нас что, теперь пять Юрик?!

— О чём вы говорите, Сатоми-сан?!

Разумеется, Коутаро возмущался из-за их костюмов. В детских шоу существовало негласное правило — каждый герой должен носить наряд другого цвета. А то, что все пятеро появились в красном, грубо нарушало сам дух подобных представлений; оттого Коутаро и разозлился. Особенно бесило это после такого удачного эпизода трансформации.

— Зачем вы испортили все наши старания?! Вы что, любители?!

— П-Простите, Барон-сан! Мы сами не понимаем, почему вы так злитесь! Ведь мы впервые участвуем в шоу!

— От таких оправданий я не успокоюсь!

— Ой, беда! Все пятеро Солнечных Рейнджеров в красных костюмах! — объявила Рут зрителям, всё ещё пытаясь выполнять обязанности ведущей.

— Всё ясно, Кэнъити! — прошептала девушка-Красный Сияющий лидеру группы. — Барон-сан сердится из-за этих костюмов!

— Понял!

Благодаря комментариям Рут они наконец поняли причину гнева Коутаро. Зрители тоже разделяли это мнение и теперь смотрели на Солнечных Рейнджеров с недоверием.

— Учитель, почему все Солнечные Рейнджеры одеты в красное?

— Кто есть кто?

— Может, только один из них настоящий, а остальные — подделки?

— Очень неприятно, когда приходится носить то же самое, что и другие.

В зале нарастала волна критики; популярность Солнечных Рейнджеров стремительно падала.

— Что делать, Коутаро? Представление превращается в фарс.

— Откуда мне знать? Если у вас есть претензии — высказывайте их этим идиотам!

Коутаро по-прежнему кипел от гнева. С детства являясь поклонником телевизионных сериалов про героев, он не мог простить им подобную халатность в такой важной части представления. Конечно, для проведения живого спектакля приходится идти на компромиссы, но костюмы героев уж точно не должны были пострадать. Он никак не мог смириться с тем, что в составе «Солнечных рейнджеров» оказалось целых пятеро красных персонажей.

— ...Несмотря на все ваши слова, вы проявляете немалую придирчивость к косплею, Сатоми-сан...

Юрика бросила на Коутаро недовольный взгляд изнутри картонного коня, однако он быстро исчез, сменившись улыбкой.

— Похоже, Сатоми-сан согласится участвовать в косплее, если речь пойдёт о сериале про героев. Надо немедленно сообщить об этом всем членам нашего клуба!

В последнее время отношения Юрики с косплей-клубом заметно улучшились. Чтобы получить аттестат, ей требовалось скрывать свою личность волшебницы. После первоначального шока она не стала ненавидеть само занятие косплеем, поэтому постепенно начала с ним мириться.

— Похоже, нам следует соблазнить его идеей древнего героя!

Хотя окружающие не понимали её слов, Юрика в тот момент получала огромное удовольствие.

— Проваливайте! С такими неудачниками, как вы, я сражаться не стану!

— Ч-что?! Вы даже не желаете с нами драться?!

Резкие слова Коутаро сильно подействовали на пятерых «Солнечных рейнджеров».

— С вами вообще не хочется разговаривать! Убирайтесь прочь!

В ярости Коутаро отвернулся от героев, гневно отчитывая их. Когда он повернулся спиной, предводитель группы по имени Рэд Шайн поспешил его остановить.

— П-пожалуйста, подождите, Барон-сан! Мы образовались всего год назад, и это наш первый выход в поле! Если мы где-то ошиблись, то обязательно исправимся!

— Тогда возвращайтесь домой и почините свои костюмы! Красным цветом должен быть одет лишь предводитель! Я ведь горжусь тем, что являюсь злодеем! Не собираюсь связываться с такой неудачливой командой, как вы!

— Но сейчас мы никак не сможем починить наши костюмы!

Пока на сцене разворачивалась вся эта драма, среди зрителей послышались первые смешки. Вскоре они переросли в громкий хохот всей аудитории.

— «Солнечные рейнджеры», быстрее переодевайтесь! Свадьба уже не за горами, и Барон Демон начинает терять терпение!

Заметив перемену в настроении публики, Рут решила перевести всё в шутливое русло. Её находчивость помогла снова разжечь энтузиазм зрителей.

— Все вместе! Давайте поддержим «Солнечных рейнджеров»! Осталось совсем немного времени, и Барон Демон окончательно выйдет из себя!

— Вы справитесь, «Солнечные рейнджеры»!

— Поторопитесь с переодеванием!

— Я уже не понимаю, кто из вас тот старик в солнцезащитных очках, но вы точно справитесь, старина!

— Хватит, парень! Кого ты называешь стариком?! Мне всего лишь двадцать лет!

Рэд Шайн, похожий на долговолосого мужчину в очках, начал кричать на ребёнка, который тут же разрыдался.

— У-у-у! Злые «Солнечные рейнджеры»!

— Ой, это плохо, «Солнечные рейнджеры»! Герой не имеет права ссориться с ребёнком!

— Идиоты!

Коутаро замахнулся кулаком на высокого Рэд Шайна, заставившего малыша плакать.

— Вы ничего не понимаете! Вы хуже любых третьесортных героев! Как вы посмели довести ребёнка до слёз?! Вы разрушаете его мечты! Вам вообще не подобает называть себя героями!

— Идиоты!

Сатоми Коутаро не выдержал больше поведения героев, которые совершенно пренебрегали всеми нормами героизма. Это затрагивало самые болезненные воспоминания его детства. Вспомнив, как в юности обожал настоящих героев, он не мог простить «Солнечным Рейнджерам» их полное отсутствие героических качеств.

— Барон-сан, пожалуйста, подождите!

— Ну и ну, всё из-за вас он снова разозлился, старик.

— Я не старик, Коутаро!

— Превосходно, Барон Демон-сама! Просто великолепно!

— Похоже, у Мэгу-тян снова обострилась болезнь, ребята.

Видя, как «Солнечные Рейнджеры» изо всех сил стараются, Юрика постепенно начала испытывать к ним симпатию.

Интересно, что это за чувство...

После того как Коутаро накричал на них и они довели детей до слёз, у «Солнечных Рейнджеров» совершенно исчезло всякое подобие героического достоинства. Юрика откликалась на их подавленное настроение, но поскольку сама в последнее время стала более оптимистичной, не осознавала, что это и есть ощущение поражения.

— Дети в зале, ответьте мне! Это те герои, которых вы хотели?! Или есть кто-то ещё?!

Сатоми Коутаро развернулся и громко обратился к детям, а его плащ при этом развевался за спиной.

— Разве это всё, на что способна справедливость?! Скажите мне, дети! С кем мне сражаться?!

В ответ на эти слова один малыш встал со своего места.

— Харуказэ Маан! Помогите нам, Харуказэ Маан!

Несмотря на свой малый рост, мальчик кричал изо всех сил. Его смелость придала дух другим детям, и они тоже начали скандировать.

— Харуказэ Ман!

— Пожалуйста, быстрее спасите эту даму! Харуказэ Ман!

— «Солнечные Рейнджеры» никуда не годятся, Харуказэ Ман!

Их крики наполнили весь зал, и словно в ответ на их мольбы, на сцене взорвались фейерверки. Из белого дыма появились две фигуры, которые приняли позы для представления.

— Мужество! Сила надежды, живущая внутри вас!

— Любовь! Несокрушимое сердце, поддерживающее мужество!

— Мы — воины мужества и любви!

Ветер развеял остатки дыма, полностью обнажив двух героев.

— Харуказэ Ман!

— Киссё Леди!

— Пока мы живы, зло никогда не одержит верх!

Эти двое героев — мужчина и женщина — были одеты в костюмы, явно сшитые своими руками. Одеяния, созданные отделом молодёжи, выглядели гораздо хуже, чем у «Солнечных Рейнджеров».

— Харуказэ Маан! Харуказэ Маан!

Тем не менее дети радостно скандировали их имена во весь голос. Их крики звучали гораздо громче, чем при появлении «Солнечных Рейнджеров». Дети прекрасно понимали, что настоящий герой — это не только наряд.

— Похоже, Барон Демон, вы снова творите всё, что захотите!

— Вахахаха! Вы пришли, чтобы снова проиграть, Харуказэ Ман?!

С появлением настоящего героя зло наконец-то смогло проявиться. Сатоми Коутаро взял себя в руки и вернулся к сценарию.

— Я вернулся из ада, чтобы победить вас! На этот раз вы туда отправитесь!

— Вахахаха! Приказывать демону отправиться в ад — это очень смешная шутка! Похоже, после воскрешения вы стали ещё забавнее, Харуказэ Ман!

Теперь, когда появились Харуказэ Ман и Киссё Леди, представление могло продолжиться согласно плану. В итоге всё прошло абсолютно успешно.

— Спасибо вам, Харуказэ Ман! Киссё Леди!

Под присмотром родителей последний ребенок помахал рукой на прощание. Сидзука и актер, игравший Харуказэ Ман, тоже помахали в ответ, провожая его взглядом.

— Ну что ж, благодаря вам всем это мероприятие стало настоящим успехом, Кириха-сан, Коутаро-кун.

Как только все дети ушли, представитель местного общества, отвечавший за проведение праздника, подошел к Коутаро и остальным. Большинство из них уже сняли костюмы и грим, поэтому оставались за кулисами до тех пор, пока всё не утихло.

— Да, я опасался, что произойдет, если Харуказэ Ман не появится вовремя, но вы сумели поддерживать атмосферу представления. Вы оказали нам огромную помощь.

— А почему вообще так задержались?

— Это немного неловко признавать, но из-за того, что костюмы шились вручную, возникли проблемы. Прямо перед выходом на сцену мы обнаружили, что один из них порван.

Актер, игравший Харуказэ Ман, опустил плечи. Затем он снял нагрудную часть костюма и показал Коутаро его заднюю сторону. Дыру заклеили скотчем и прикрыли броней — это было явно вынужденное решение. Они заметили дефект буквально перед выходом на сцену, из-за чего и задержались.

— Понятно, — произнесла Кириха, стоявшая рядом с Коутаро и тоже увидевшая повреждение. Она улыбнулась и кивнула, после чего добавила: — Однако на самом деле заслуга не в нас. Всё благодаря тем заменщикам, которых вы прислали.

— Да. Эти Сан Рэйнджерс действительно очень помогли.

Коутаро согласно кивнул Кирихе. Именно благодаря Сан Рэйнджерс им удалось выиграть время для появления Харуказэ Мана. В конечном счете, Коутаро и остальные были лишь любителями, и сами они вряд ли смогли бы занять столько времени.

— А? — Актер, игравший Харуказэ Ман, выглядел совершенно ошеломленным.

— Разве Сан Рэйнджерс не были вашими друзьями?

— Что?

— Мы были уверены, что вы позвали на помощь своих приятелей.

— Разве их не наняло местное общество?

Коутаро и представитель общества, похоже, считали друг друга ответственными за приглашение Сан Рэйнджерс. Коутаро и его компания полагали, что общество подготовило запасных исполнителей на случай непредвиденных обстоятельств, тогда как само общество думало, будто Коутаро попросил помощи у своих друзей. В итоге все задавались вопросом: откуда же на самом деле взялись эти ребята?

— Что всё это значит?

— Ваше Высочество, не лучше ли спросить их напрямую?

— Действительно.

Коутаро и остальные отправились на поиски Сан Рэйнджерс, однако на съемочной площадке их нигде не оказалось.

— Маккензи, ты не знаешь, куда они подевались?

После появления Харуказэ Мана персонаж Кэндзи практически не участвовал в действии, поэтому Коутаро надеялся, что тот заметил, куда ушли Сан Рэйнджерс. Однако Кэндзи лишь покачал головой.

— В последний раз я видел их, когда они незаметно покидали сцену, чтобы не мешать поединку между Харуказэ Маном и Киссё Леди. Куда они направились потом — не знаю.

Завершив свою роль, Кэндзи вместе с детьми наслаждался представлением героев.

— А вы, Сакураба-сэмпай?

— Я тоже ничего не знаю. Простите.

Харуми тоже слегка покраснела и покачала головой. Всё время боя она не сводила глаз с Коутаро, поэтому совершенно не обращала внимания на Сан Рэйнджерс.

— А кто же это такие были?

Кириха наконец задала вопрос, который волновал всех, однако никто не смог дать на него ответа.

Тем временем сами Сан Рэйнджерс проводили совещание по итогам миссии. Они пытались разобраться в возникших проблемах.

— Прежде всего, я считаю, что главной ошибкой стало безоговорочное доверие к дошкольнику.

Старик с белой бородой и в лабораторном халате записал свои слова на доске. Для совещания они одолжили эту доску и принесли её в небольшую комнату; похоже, старик здесь выступал в роли руководителя. В помещении находилось ещё пятеро людей — каждый сидел за своим столом и с серьезным видом наблюдал за стариком у доски. Это, разумеется, были Сан Рэйнджерс.

— В результате мы вмешались в представление героев, которое не имело никакого отношения к подземным жителям.

Старик красным маркером обвёл слова «представление героев».

Именно так. Как бы странно это ни звучало, Сан Рэйнджерс действительно являлись героями, чья основная задача заключалась в борьбе с подземными жителями. Отряд «Сан» был создан как первая линия обороны против неизвестных внешних угроз, и теперь, когда появились загадочные подземные существа, у них наконец появилась возможность выйти из тени на свет.

Во главе Сан Рэйнджерс стоял старик по имени профессор Роппонги. Хотя это был элитный секретный отряд правительства, в принципе он подчинялся гражданскому руководству.

— Но профессор, детектор показал реакцию, характерную для подземных жителей.

Самый низкорослый из пятерых рейнджеров продемонстрировал старику устройство, похожее на портативную игровую консоль. Звали этого мальчика Коутаро — он был самым молодым членом отряда.

— Насчёт этого... Данный детектор реагирует не на самих подземных жителей, а на их технологии. Хотя это случается редко, всё же существует вероятность, что он отреагирует на совершенно иные объекты.

— То есть мы не только безоговорочно доверились дошкольнику, но и детектор, к сожалению, оказался неточным?

Второй член отряда продолжил мысль Коутаро. Его звали Кэнъити; короткая стрижка и пронзительный взгляд делали его похожим на крепкого молодого парня. Именно он стал первым «Красным Сиянием», поразившим Коутаро.

— Совершенно верно. Похоже, нам стоит пересмотреть достоверность полученной информации и точность детектора, — Роппонги кивнул Кэнъити, пока тот возился с устройством. — Однако в отношении самого детектора следует отметить, что его полезность уже доказана в других районах. Даже если существует вероятность ложного срабатывания, нам следует продолжать им пользоваться.

— На самом деле, помимо отряда «Солнечные Рейнджеры» существовали и другие подразделения, созданные для борьбы с неизвестными внешними угрозами. «Солнечные Рейнджеры» просто отвечали за данный регион, однако по всей стране было расквартировано ещё несколько таких групп. Все они добились успехов в использовании детектора, что позволило им на ранних этапах подавлять атаки со стороны подпольных группировок. Пока же единственными случаями неполадок и ложных срабатываний оставались те, что произошли у «Солнечных Рейнджеров».

— Профессор, разве мы не можем решить обе эти проблемы одним и тем же способом?

— Что вы имеете в виду, Хаято-кун?

Хаято, которого окликнул Роппонги, был высоким парнем с длинными волосами и в солнцезащитных очках. Учитывая тот факт, что он носил очки даже в полумраке помещения, можно было предположить, что он отличался некоторым самолюбием.

Хаято усмехнулся и, расправив руки, ответил на вопрос Роппонги: «Вместо того чтобы верить словам ребенка или полагаться лишь на детектор, нам следует самим всё проверить».

— Понимаю. Это вполне разумное предложение. Хорошо. Впредь будем тщательно перепроверять все полученные результаты.

Все пятеро членов отряда кивнули в ответ на слова Роппонги. Убедившись в этом, он стер написанное на доске и собрался перейти к следующей теме.

— Итак, теперь о нашем следующем вопросе...

— Барон Демон-сама! Речь пойдёт о Бароне Демоне-сама, верно?!

Слова профессора Роппонги прервала единственная женщина в комнате. Её звали Мэгуми; ей было чуть за восемнадцать лет. Длинные чёрные волосы и густые брови придавали ей особенный облик. На первый взгляд она казалась весьма упрямой, однако сейчас она не проявляла ни малейшего намёка на таковую черту характера: её глаза сверкали, пальцы были переплетены, а руки сложены вместе.

— Н-ну да, но...

— Ах, я хочу увидеть его снова! Хочу, чтобы он отчитал меня своим мужественным голосом!

— М-Мэгуми-кун?

Роппонги был немного озадачен таким восторженным состоянием Мэгуми. Чтобы всё объяснить, заговорил последний из пятерых рейнджеров.

— Профессор, это опять болезнь Мэгу-чан. Похоже, тот злодей из представления оказался именно её типом мужчины.

Произнеся последнее слово, он положил в рот ещё один карри-чип. Этим человеком был Дайсаку — самый крупный член отряда «Солнечные Рейнджеры». Однако из-за постоянного обжорства его тело скорее расширилось, чем вытянулось в высоту.

— Называйте это как угодно. Но должен заметить, что несмотря на холодный вид Барона-сама, внутри него пылал настоящий огонь! И хотя он был злодеем, его поведение отличалось удивительной разумностью!

Мэгуми вздохнула и снова погрузилась в мечты, с нежностью вспоминая свою встречу с Бароном Демоном. Она помнила его ярость, когда он ударил одного из «Красных Сияний», а также то, как строго отчитал другого за то, что тот довёл ребёнка до слёз. Однако в её воспоминаниях всё выглядело гораздо романтичнее, чем было на самом деле. Но она ничего не могла поделать: образ Барона Демона, запечатлевшийся в её памяти, сильно отличался от реальности. В её воображении он обладал ослепительно белыми зубами, а за его спиной расцветали розы.

«...Честно говоря, я просто не успеваю за Мэгуми, когда она в таком состоянии».

«Я тоже. Но, к счастью, на этой планете есть и другие женщины».

«Слава богу...»

Кэнъити и Хаято придерживались одинакового мнения по этому поводу. Они оба оценивали Мэгуми, глядя на неё издалека, а затем кивнули друг другу.

«Может быть, мы просто оставим Нээ-чан под присмотром Дайсаку-ониичана?»

Коутаро указал на Дайсаку, который в этот момент протягивал Мэгуми носовой платок.

«Ааа... Я бы с радостью попала в ситуацию похищения невесты!»

«Мэгу-чан, у тебя идёт кровь из носа».

«Спасибо, Дайсаку-кун».

Мэгуми взяла платок у Дайсаку и высморкалась. Она слишком сильно возбудилась, в результате чего у неё пошла кровь из носа.

«Ты действительно так сильно любишь Барона-сан, Мэгу-чан?»

«Разумеется! Таких хороших мужчин, как он, совсем немного, поверьте мне!»

Высморкавшись, Мэгуми начала перечислять все достоинства Барона Демона. Дайсаку улыбался и внимательно слушал её без малейших возражений.

«Дайсаку действительно умеет заботиться о других...»

«Ага, но ведь известно же, что хорошие парни в итоге остаются ни с чем».

Кэнъити и Хаято смотрели на Дайсаку с жалостью в глазах. Он с полной серьёзностью слушал Мэгуми. Это доставляло ей радость, поэтому её лицо светилось от счастья, и она продолжала говорить.

«Лично я считаю, что эти двое прекрасно подошли бы друг другу».

«Правда?..»

Коутаро верил, что Мэгуми и Дайсукэ составят отличную пару, однако, к сожалению, никто больше не разделял его точку зрения.

Следующей темой, которую Роппонги записал на доске, было лишь косвенное отношение к Барону Демону. Члены отряда «Сан Рэйнджерс» теперь прекрасно понимали, что стало свидетелями всего лишь постановочной сцены. После этого Роппонги решил обсудить проблемы, на которые указал Барон Демон.

«Было ошибкой экономить на расходах и спешить с завершением производства костюмов из-за опасений, что вскоре появятся представители подполья».

В процессе речи он писал на доске: «проблема с цветовым оформлением костюмов». Именно это обстоятельство вызвало такое возмущение у Барона Демона. Отряд «Сан Рэйнджерс» использовал боевые костюмы, созданные по самым передовым технологиям. Их надевание позволяло увеличить силу носителя в пять раз. С их помощью можно было бегать с скоростью диких зверей, а защита сопоставима с толстой стальной бронёй. Это была новая эра персонального снаряжения, превосходящего любые известные бронежилеты.

Однако из-за своих характеристик эти костюмы были довольно дорогими и сложными в производстве. Члены отряда «Сан Рэйнджерс» получили их лишь незадолго до первой миссии. У них не было времени на индивидуальную настройку, поэтому каждый из них вышел в бой в стандартном красном костюме. Именно по этой причине существовало пять «Красных Шайнов», и лишь после замечания Барона Демона они осознали свою ошибку.

«Если задуматься, то когда у всех один цвет, порой даже невозможно отличить своих соратников», — произнёс Кэнъити. Он дождался, пока профессор закончит писать, и лишь затем заговорил; всё это время он серьёзно размышлял над данной проблемой.

— Верно. В таком виде все выглядят одинаково. Например, если кто-то попадёт в беду, с первого взгляда будет трудно понять, кому требуется помощь, — произнёс Хаято, кивнув в знак согласия с Кэнъити.

Поскольку это было государственное обмундирование, у всех пяти костюмов был один и тот же дизайн. А поскольку они предназначались для боя, каждому рейнджеру полагалось надевать шлем, полностью закрывающий лицо. Из-за этого различать друг друга в полном снаряжении становилось ещё сложнее.

Единственным, кого можно было узнать с первого взгляда, был Дайсаку — из-за его огромного телосложения. У Кэнъити и Хаято фигуры были похожи, так что их легко перепутать; а Сатоми Коутаро и Мэгуми имели почти одинаковый рост. Возможно, в разгар сражения неспособность распознавать товарищей могла обернуться серьёзной проблемой.

— Почему вы сразу не заметили такую вещь?! — воскликнула Мэгуми, приподняв бровь и повысив голос. Теперь, когда она перестала мечтать, вернулась к своему обычному нраву.

— Ты тоже не заметила, старшая сестрёнка.

— Мэгу-тян, ты смогла разглядеть таким сердитым лишь Барона-саму из-за того, что мы все были в красном.

— Хм, да, это правда...

Однако благодаря Дайсаку строгое выражение Мэгуми сменилось улыбкой.

— Ааа, Барон-самаа!

Успокоившись, Мэгуми снова погрузилась в свой собственный мир грёз.

— Итак, оставим Мэгуми в покое. Есть ли возражения против того, чтобы раскрасить костюмы для их различия?

— Должно получиться хорошо. Барон-сама и ребята сказали, что так будет проще ориентироваться.

— Верно. Если подумать о будущем, было бы здорово, если бы дети болели за нас.

Страны с мощной полицией всегда стремятся улучшить имидж своих офицеров. Если им удастся произвести хорошее впечатление на детей, это значительно повысит общественное одобрение. А если даже подростки начнут мечтать стать полицейскими, это явно свидетельствует о том, что их цели по защите народа и поддержанию мира находят отклик в сердцах людей. И хотя «Сан Рэйнджерс» не являются полицейскими, они придерживаются схожего духа.

— Однако профессор, если мы не сможем различать друг друга, то же самое будет и у противников, верно? Не опасно ли выделять себя цветом?

— Хм, это действительно потенциальная проблема. Ты сообразительный, Сатоми Коутаро, — с некоторым восхищением произнёс Кэнъити.

— Хе-хе, — гордо хихикнул Сатоми Коутаро.

Если костюмы будут различаться по цвету, враги теоретически смогут разработать контрмеры против каждого из рейнджеров отдельно. Возможность распознавать товарищей — это преимущество как для друзей, так и для врагов.

— Тогда почему бы не менять цвета время от времени? Так они не смогут придумать ничего эффективного против нас.

Однако Хаято легко решил эту проблему: если при необходимости менять расцветку, врагам будет невозможно собрать данные о каждом из них по отдельности. Это простой, но очень действенный подход.

— Да, давайте поступим так, Хаято-кун. Это отличный способ гарантировать, что только мы сможем получить преимущество.

Так и было решено: «Сан Рэйнджерс» будут окрашивать свои костюмы по-разному.

— Итак, осталось лишь определить, кому достанется какой цвет.

Единственной нерешённой проблемой оставалось само раскрашивание костюмов.

— Если я не ошибаюсь, Барон-сама говорил, что лидер должен быть красного цвета.

— Хорошо, значит мне достанется красный цвет.

— Погодите, Хаято. Красным должен быть я.

Кэнъити и Хаято начали спорить о том, кому же достанется роль лидера. Кэнъити хотел её получить, поскольку он был типичным вспыльчивым предводителем, а Хаято желал этого из-за эффектности такого положения. Ни один из них не собирался уступать.

— О чём вы говорите? Во время боя крайне важно сохранять спокойствие, Кэнъити. А для такого горячего головой идиота, как ты, это практически невозможно!

— Да кто бы говорил! Ты вообще считаешь себя таким хладнокровным и уравновешенным? Разве забыл, как довёл ребёнка до слёз во время выступления, из-за чего разгневался Барон-сама?!

На самом деле ни один из них не обладал сколько-нибудь заметными лидерскими качествами. Тем не менее они продолжали спорить, так и не придя к какому-либо решению.

— Я не забыл! Именно поэтому больше не допущу подобной ошибки! Я докажу вам, что стану превосходным лидером, которого признает даже Барон-сама!

— Я бы с самого начала такой ошибки не совершил! Ты просто эгоист! В голове у тебя только ты один!

— Ахх...

Пока Кэнъити и Хаято продолжали перепалку, Сатоми Коутаро тихонько вздохнул. Обычно они прекрасно ладили, но стоило им не сойтись во мнениях, как согласия уже не добиться. А поскольку речь шла о должности лидера, Коутаро не верил, что кто-то из них в ближайшее время отступит. Он обратился за помощью к самому рассудительному человеку — Мэгуми.

— Мэгуми-тян, скажите им что-нибудь, чтобы они успокоились.

— Запретная любовь между героиней справедливости и предводителем зла! Это просто идеально! Просто великолепно! И в конце концов, обретя силу любви, Барон-сама становится союзником добра!

— Мэгу-тян, у тебя изо рта течёт слюна.

— А потом Барон-сама произнесёт: «Мэгуми, ты такая милая!» Аййй!

Однако, вопреки надеждам Коутаро, от Мэгуми помощи не дождаться.

— Мэгу-тян, вы же леди, так что хотя бы немного позаботьтесь о своём внешнем виде.

— ...С этим ничего не поделаешь.

— Что же делать?..

В этот момент Коутаро и Роппонги пришли к выводу, что Дайсаку вполне сгодится на роль лидера.

Закончив убираться после представления, Санаэ и Юрика выбежали из детского сада.

— Давай, Юрика! Побыстрее! Если не поторопимся, начнётся «Волшебница Любви Харт», а нас там уже не будет!

— Я знаю, знаю! Но я бегу так быстро, как только могу!

Они спешили домой, чтобы посмотреть аниме, которое начиналось в шесть вечера. Однако Юрика была не очень выносливой бегуньей, поэтому они не были уверены, успеют ли к самому началу заставки.

— Если хочешь, я могу вселиться в тебя и заставлю бежать быстрее.

— Н-нет!!! Только не это!

— ...Значит, при правильной мотивации ты способна бежать быстрее!

И хотя Юрика только что так сказала, она вдруг рванула вперёд с невиданной скоростью. Вскоре обе девочки оставили позади Сатоми Коутаро, провожавшего их взглядом.

— Надеюсь лишь, что по дороге домой Юрика не попадёт под машину...

— ...Выходит, при правильной мотивации ты способна бежать быстрее!

Юрика, похоже, полностью сосредоточилась на беге; Коутаро не мог не беспокоиться за неё, глядя, как она свернула за последний поворот и исчезла из виду.

— Коутаро.

— Сатоми-сама, сегодня вы отлично поработали.

— Да, и ты тоже.

Именно в этот момент к ним подошли Тея и Рут. Заметив, что Санаэ и Юрика уже ушли, обе девушки немного осмотрелись в поисках их.

— Сатоми-сама, я нигде не могу найти ни Санаэ-сама, ни Юрику-сама.

— Они уже ушли домой. Говорили что-то про какой-то аниме.

— ...Понятно. Значит, их здесь нет...

Тея бросила взгляд в сторону Корона Хаус, а затем повернулась к Коутаро.

Коутаро остался один...

В последнее время рядом с Коутаро постоянно находились либо Санаэ, либо Юрика. Санаэ всегда была рядом, а теперь и Юрика стала проводить с ним гораздо больше времени. Тея не знала точной причины, но казалось, что чувства Юрики к Коутаро меняются. Однако в последнее время случаи, когда Коутаро оставался один, стали редкостью.

— Когда вернёмся домой, я буду играть с тобой столько, сколько захочешь.

Тея вспомнила обещание, данное ей Коутаро во время представления. От одной этой мысли она начала терять самообладание.

Е-Если всё пройдёт удачно, мы с Коутаро сможем играть в игры вдвоём...

Тея завидовала Санаэ и Юрике, которые были гораздо ближе к Коутаро, поэтому не собиралась упустить такой шанс. Сейчас здесь не было ни Санаэ, ни Юрики — только она и Коутаро. От одной мысли об этом её сердце начинало бешено колотиться.

Но ч-что же мне сказать в такой ситуации? Как выразить свои чувства, не вызвав недопонимания?

Однако сама Тея до конца не понимала своих романтических чувств к Коутаро, поэтому не знала, как им следует поступить. У неё было лишь смутное желание сблизиться с ним. Попытки представить их отношения лишь как часть испытания всё больше мешали проявлению её истинных эмоций. А без чёткой цели невозможно было разработать какой-либо план действий.

Ваше Высочество...

Заметив колебания Теи, Рут лукаво улыбнулась и решила прийти ей на помощь.

— Возможно, вам стоит поиграть в игры на борту «Голубого Рыцаря», Ваше Высочество.

— А?

Глаза Теи вдруг распахнулись от удивления. Она вышла из задумчивости и совершенно не расслышала слов Рут. Увидев реакцию Теи, улыбка Рут стала ещё шире.

— Санаэ-сама и Юрика-сама сейчас пользуются телевизором дома, поэтому в квартире невозможно играть в видеоигры. Лучше всего поиграть у себя в комнате на борту «Голубого Рыцаря».

Это было правдой. Поскольку Санаэ и Юрика заняли телевизор в комнате 106, им пришлось бы отправиться на корабль Теи, если бы они захотели поиграть вместе. Однако Тея никак не могла понять, почему Рут предложила именно это.

— Д-Да...

Несмотря на сомнения, Тея кивнула, воодушевлённая улыбкой Рут.

Рут?

Заметив вопрос в глазах Теи, Рут кивнула ей в ответ, а затем быстро взглянула на Коутаро. Тея последовала за её взглядом.

— Хорошо. Тогда я приду сюда после того, как куплю продукты на ужин.

Выслушав их разговор и немного поразмыслив, Сатоми Коутаро согласился. Если ему предстояло поиграть в игры с Теей, а она находилась на борту своего корабля, у него попросту не оставалось выбора. Он бывал там множество раз ради специальных тренировок Теи перед школьным спектаклем и представлением героев, поэтому особого сопротивления посещению он не испытывал.

— Ах...

Наконец Тея поняла, к чему всё время клонила Рут. Она быстро повернулась к ней и увидела на её лице нежную улыбку.

Как и следовало ожидать от Сатоми-самы. Он всегда держит своё слово.

В душе Рут без конца благодарила Коутаро. Она была почти уверена, что он согласится прийти на корабль после её уговоров, но всё равно испытывала огромную радость от того, как всё сложилось. Рут происходила из знаменитого рода рыцарей Пардомшиха и с детства приучалась ценить клятву выше всего остального. Она ликовала уже сама по себе, но увидеть сияющую улыбку своей принцессы стало для неё величайшей наградой.

Если он останется рядом с Её Высочеством, то, без сомнения, сможет её защитить...

Хотя Коутаро и выступал в роли рыцаря, ему ещё предстояло многому научиться. Он пока не знал правил этикета и хороших манер. Однако в вопросах слова он был человеком чести — даже больше, чем любой из рыцарей, с которыми Рут когда-либо встречалась.

Сломать меч — пустяк по сравнению с нарушением данной присяги. Это известная пословица рыцарей Форторте, однако Рут считала, что она применима не только к оружию. Даже простолюдин может обладать честностью и искренностью, присущими рыцарям. Любого можно научить быть рыцарем, но вот честь — это совсем иное дело.

Сатоми-сама, прошу, примите Её Высочество...

Желание Рут касалось не только блага Теи, но и её собственного.

— В таком случае я сейчас отправлюсь обратно.

— Ты ведь по-настоящему любишь игры, верно, Тея?

— Для тебя это Принцесса Теямиллис!

— Да-да, моя дорогая Принцесса Теямиллис.

В воображении Рут возник образ Коутаро и Теи, сидящих рядом за игрой. Иногда они ругались друг с другом, а иногда пытались обмануть, вмешиваясь в управление контроллерами. Рут лишь мечтала оказаться рядом с ними.

Спустя несколько минут после возвращения Теи и Рут на «Голубой Рыцарь» к Коутаро подошли Кириха и Харуми.

— О? А где хозяйка?

Поскольку Коутаро собирался вернуться домой вместе с Кирихой и Сидзукой, его заинтересовало, куда могла подеваться последняя, если Кириха пришла без неё.

— Сатоми-кун, похоже, Касаги-сан предложили ещё одну подработку, — пояснила Харуми.

— Подработку?

Наконец Коутаро заметил Сидзуку в главном офисе детского сада. Она беседовала с представителем отдела по работе с молодёжью и незнакомым ему мужчиной, который, судя по всему, и предложил ей эту работу.

— Похоже, сегодняшнее представление наблюдал какой-то профессионал, — добавила Кириха, после чего взяла эстафету у Харуми и рассказала обо всём подробнее.

— Подработку?

Сегодняшнее представление понравилось даже профессионалу. Больше всего его впечатлила игра Сидзуки в роли Киссё Леди. Обладая знаниями в области боевых искусств, Сидзука сумела исполнить довольно сложные боевые трюки, несмотря на свой женственный облик. Именно поэтому ей предложили роль в другом спектакле, который послужит своего рода пробным прослушиванием.

— Вау, это просто потрясающе, хозяйка.

— Если всё пройдёт удачно, она станет звездой боевиков.

Услышав об этом, Сатоми Коутаро пришёл в восхищение. Харуми сделала несколько пробных ударов в воздухе и улыбнулась ему.

— Боевые искусства, наверное, не для вас, Сэмпай.

— У меня есть рыцарь, который защитит меня, так что мне сражаться не нужно.

— Предоставьте это дело мне, Принцесса Алаия.

— Те-хе-хе...

— В общем, именно поэтому Касаги-сан попросила нас уйти без неё.

— Похоже, у нас нет другого выбора.

Коутаро ещё немного посмеялся вместе с Харуми, а затем обернулся и посмотрел в сторону офиса. Не требовалось особых умственных усилий, чтобы понять: разговор там, скорее всего, затянется. Поскольку по пути домой ему нужно было зайти на торговую улицу, он понимал, что не может ждать, пока Сидзука закончит беседу.

— Хорошо, пойдём домой, Сэмпай, Кириха-сан.

— Хорошо.

— Да.

И вот трое направились прочь из детского сада.

— Ну что ж, Сатоми-кун, Курано-сан, я живу вон там, так что здесь мы расстанемся.

Прямо перед торговой улицей Харуми попрощалась с Коутаро и Кирихой. Она жила в другом районе, поэтому дальше они идти вместе не могли.

— Хорошо. Увидимся завтра в школе.

— До свидания, Сакураба-сэмпай.

— Прощайте, вы двое!

Харуми улыбнулась им и свернула на другую улицу. Коутаро с Кирихой остановились, чтобы проводить её взглядом. Когда она в последний раз помахала им рукой и скрылась за углом, они снова двинулись в путь.

— Кириха-сан, что мы сегодня собирались купить?

— Яйца, недорогой натто, прозрачные мешки для мусора и овощи.

Как только они остались вдвоём, Кириха снова стала самой собой. Увидев это, Коутаро почувствовал некоторое облегчение. Его немного смущало поведение Кирихи в роли отличницы.

Обычно Кириха вела себя строго и официально, однако в школе и среди других людей она старалась быть дружелюбной. Тем не менее Коутаро больше нравилась обычная Кириха — от неё исходило больше тепла. Он этого не осознавал, но в такие моменты, когда они оставались наедине, ему было гораздо легче с ней разговаривать, и он становился гораздо более словоохотливым.

— Верно, овощи. Кожа Юрики в последнее время стала шершавой, так что нужно кормить её побольше овощей.

— Это потому, что она ест одни лишь быстрорастворимые лапшу.

— Я знаю. Но когда на столе появляется мясо, она ест только его.

— Хе-хе, тогда постараемся изменить ситуацию, чтобы Юрика всё-таки получала овощи.

— То же самое касалось и Кирихи. Как только Харуми ушла, её лицо стало гораздо выразительнее. На поверхности существовало всего несколько людей, с которыми она могла общаться, не скрывая свою истинную натуру; можно смело сказать, что это были исключительно обитатели комнаты 106. Перед подчинёнными она не имела права показывать слабость, а перед жителями поверхности — выражать свои истинные чувства. И по какой-то странной причине раскрыть себя она могла лишь перед Коутаро и остальными, ведь они были её соперниками.

— Сестрёнка!

— Однако существовало исключение. Кириха без труда позволяла себе быть самой собой перед детьми. Возможно, из-за их юности и непосредственности ей не приходилось ничего от них скрывать. С ними она тоже вела себя совершенно искренне.

— Сегодняшнее представление Харуказэ Ман было просто потрясающим!

— Спасибо. Рада, что тебе понравилось.

— Ага!

Кириха присела на корточки и погладила по голове девочку, подбежавшую к ней. Это была единственная дочь супругов, владевших овощной лавкой на торговой улице. Её отец состоял в молодёжном отделе, и благодаря волонтёрской деятельности девочка познакомилась с Кирихой. Она также училась в детском саду, где сегодня проходило представление.

— Я никому не рассказывала! А ведь сестрёнка Кириха состоит в каком-то злобном тайном обществе!

— Хе-хе, если кому-нибудь проболтаешься, я тебя съем!

— Ахаха, какая ты смешная!

Девочка и Кириха весело болтали друг с другом. Глядя на это, Сатоми Коутаро всё больше сомневался в истинных намерениях Кирихи.

Неужели она действительно пришла сюда, чтобы захватить поверхность?

Однако вдруг взгляд Коутаро встретился со взглядом девочки.

— Эй, сестрёнка, а кто это?

Услышав вопрос, Коутаро отвлёкся от своих мыслей, присел рядом с Кирихой и улыбнулся девочке.

— А кем же я, по-твоему, являюсь?

— Парнем сестрёнки?

— Я так выгляжу?

— Вовсе нет! — с улыбкой заявила девочка и расхохоталась.

Тем временем Кириха бросила взгляд на Коутаро и коварно усмехнулась.

— А ведь он действительно мой парень.

Кириха обхватила руку Коутаро и положила голову ему на плечо. От этого аромат свежих цветов ударил Коутаро в нос — это был характерный запах ароматического масла, которым пользовалась Кириха для волос.

— Правда?!

Однако девочка действительно была ещё совсем маленькой. Услышав слово «парень», её глаза засияли от восторга. Поняв намёк по улыбке Кирихи, Коутаро подмигнул девочке.

— Это правда. Мне повезло, да?

— Ага! У сестрёнки просто потрясающие навыки соблазнения!

— Соблазнения?!

Поражённый Коутаро увидел, как девочка энергично кивает в ответ.

— Сестрёнка такая красивая, зачем ей связываться с таким некрутым парнем? Это тоже часть волонтёрской работы?

— Умная девочка...

Коутаро горько усмехнулся, услышав такую резкую оценку, и снова погладил её по голове. Кириха же, выглядевшая очень довольной, прокашлялась.

— Хе-хе. Видишь ли, это ни соблазнение, ни компромисс, ни волонтёрство. Просто когда вы вырастете, сами всё поймёте.

— Ты такая взрослая, сестрёнка!

— Немного постарше тебя, во всяком случае.

Кириха с улыбкой погладила девочку по голове и поднялась на ноги. Всё ещё держась за руку Сатоми Коутаро, она потянула его вверх вместе с собой.

— Итак...

— Ты сегодня за покупками, онээ-сан?

Девочка почесала затылок. Кириха кивнула ей в ответ и свободной рукой указала на торговую улицу.

— Да. Нам нужно купить продукты для ужина.

— Эй, тогда заходите к нам! Мы сделаем вам скидку!

— Я как раз собиралась это сделать.

— Отлично! Тогда поспешите обе! Скоро начнется вечерняя распродажа!

— Какая сообразительная девчонка...

Девочка потянула Сатоми Коутаро и Кириху за руки, поведя их на торговую улицу.

В последнее время за покупками ходили Кириха и Рут, поэтому прошло немало времени с тех пор, как Сатоми Коутаро в последний раз отправлялся за покупками вместе с Кирихой.

— О, Кириха-чан! В этот раз привела с собой своего парня, да?

— Кириха-сан, мы только что получили отличный чай. Если не возражаете, возьмите пробники с собой.

— Сегодняшнее представление героев было просто потрясающим!

— Не смотрите на нее так, дорогой! Прошу прощения, Кириха-сан.

— Верно! Передайте тем молодым людям, что пришли с вами добровольцами, что я с нетерпением жду новых встреч с ними!

Пока Сатоми Коутаро шел рядом с Кирихой, различные владельцы магазинов и посетители приветствовали ее. В прошлый раз, когда он ходил с ней за покупками, ничего подобного не было.

— Большое спасибо, — вежливо произнесла она, склоняясь в поклоне перед каждым из них.

Судя по всему, Кириха была довольна такими переменами.

Хм...

Сатоми Коутаро наблюдал за ней, испытывая странное чувство. То, что эти люди радовались ее появлению, свидетельствовало о том, что на первый взгляд она прекрасно вписывалась в местное общество. Благодаря своей волонтерской деятельности в городе она постепенно становилась неотъемлемой частью жизни местных жителей. Если все так и продолжится, вполне возможно, что однажды Кириха откроет им свои истинные намерения.

Кириха называла этот подход своим излюбленным способом «вторжения». Поначалу Сатоми Коутаро не понимал, как можно остановить подобное вторжение, но теперь он всерьез сомневался, можно ли это вообще считать вторжением.

Неужели она действительно намерена совершить вторжение на поверхность?

Сомнения Сатоми Коутаро вновь охватили его. Ему казалось, будто Кириха мирно переселяется на поверхность. Она легально обзавелась жильем, подружилась с местными жителями и завязала с ними настоящие отношения. Однако в самом начале знакомства Кириха прямо намекала на враждебное захватническое вторжение Народа Земли. Она говорила, что хочет заполучить их святилище для массового производства духовного оружия, подобного ее ханивам. Именно по этой причине Сатоми Коутаро изначально выступал против нее. Если бы она с самого начала рассказала ему о своих планах, он, возможно, помог бы ей.

Я даже не уверен, действительно ли ей нужно это святилище...

Самым большим сомнением для Сатоми Коутаро было то, почему Кириха до сих пор не захватила комнату номер 106. Она обладала достаточной сообразительностью, чтобы без труда переиграть Коутаро. Девушек столь же умных в её возрасте практически не существовало, если такие вообще имелись. Если бы она захотела, то, вероятно, смогла бы мгновенно выиграть борьбу за эту комнату. Ей было бы легко одолеть Коутаро, Санаэ и Юрику. А в случае с Теей всё ещё проще: та подходила к любым делам настолько простодушно, что существовало множество способов воспользоваться этим в своих интересах. Неважно, строила ли Кириха козни или сражалась честно — Коутаро казалось странным, почему она до сих пор не одержала победу.

Однако по какой-то причине Кириха так и не стала действовать всерьёз. Более того, время от времени она даже помогала Коутаро и остальным. Она приходила на помощь, когда Санаэ попала в плен к охотникам за призраками, а также когда Тею атаковал Клан. Кириха утверждала, что понимает боль от потери чего-то важного, но на деле она проявляла не просто сочувствие к своим противникам — она буквально старалась им помогать.

— Я как раз собиралась выбросить всё нераспроданный товар. Можете смело забрать это себе.

— Большое вам спасибо.

— Вместо того чтобы выбрасывать, я буду рада, если такая красивая девушка, как вы, это съест! До свидания, мисс!

— Коутаро, я достала такояки. Но мы ещё не ужинали, так что не мог бы ты съесть половину?

— Конечно, спасибо вам, Кириха-сан.

Кириха улыбнулась и протянула Коутаро пенопластовую тарелку, полную только что купленного такояки. Он принял её из рук девушки, однако в голове у него продолжала крутиться одна и та же мысль.

Она действительно не собирается вторгаться на поверхность, верно?

Больше всего Коутаро поразила именно улыбка Кирихи. Он просто не мог поверить, что эта улыбка, которой она одаривала детей и прохожих на торговой улице, была не искренней. И он никак не мог представить, чтобы Кириха когда-нибудь подняла против них оружие.

— Эй, Кириха-сан...

— Да, Коутаро?

В конце концов Коутаро решил поговорить с ней об этом. Если он спросит её серьёзно, она наверняка ответит. За последние восемь месяцев он настолько доверился Кирихе, что в это верил.

— Не возражаете, если я задам вопрос, который меня беспокоит?

Кириха, шедшая рядом с Коутаро, как раз набивала рот такояки. Подняв взгляд на него, она вдруг перестала улыбаться.

— Это зависит от вопроса, но я постараюсь ответить как можно точнее.

Будучи чуткой к чувствам других людей, Кириха уже поняла, что у Коутаро на уме нечто важное.

— Хорошо, — произнёс Коутаро с серьёзным выражением лица. — Вы ведь никогда не собирались вторгаться на поверхность, верно?

— Коу...

Кириха настолько удивилась, что даже не смогла закончить его имя. Её глаза широко раскрылись и оставались такими какое-то время, после чего она медленно снова улыбнулась.

— Какой неожиданный вопрос вы задали, Коутаро. Утверждать, будто я не желаю вторгаться на поверхность...

Пока говорила, Кириха протянула свою бледную и гибкую руку в карман.

— Ну а вы ведь этого не хотите, верно?

— А почему вы так думаете?

Когда Кириха вытащила руку из кармана, в ней оказалась маленькая карточка. Со временем она потускнела, однако на её поверхности всё ещё прослеживался металлический блеск; по виду это напоминало рекламный промо-материал, который обычно вкладывают в упаковку конфет.

Это та самая карточка, которую я видел у неё на пляже, верно?

— Вы слишком добры, чтобы совершать подобные поступки, — ответил он, пристально глядя на предмет в её руке.

Кириха действительно была доброй. Она относилась так ко всем. Она бы, конечно, стала это отрицать, но по сути она просто не из тех людей, кто способен причинить вред другим.

— ?!.

На мгновение Кириха лишилась дара речи. Взглянув на карточку в своих руках, она перевела взор на Коутаро.

— Почему вы считаете, будто я не притворяюсь доброй лишь для того, чтобы завоевать ваше доверие?

Кириха улыбнулась, однако Коутаро заметил в её глазах эмоции, которых раньше там не было. Он не мог даже представить, какие чувства скрываются за этим взглядом, но всё же без колебаний ответил на её вопрос.

— Мне кажется, я постоянно поддаюсь на такие слова. Вы время от времени произносите подобное, чтобы напугать меня. А поскольку я полный идиот, то всегда попадаюсь на эту уловку, — Коутаро горько усмехнулся. — ...Может быть, для вас будет плохо, если я действительно начну вам доверять?

У Коутаро не было никаких конкретных доказательств в пользу этого предположения. Он не обладал достаточной сообразительностью, чтобы самостоятельно разобраться в ситуации. Это было скорее интуитивное ощущение — своего рода предчувствие, возникшее после восьми месяцев общения с Кирихой. Однако Коутаро верил в свою интуицию.

— ...Кириха молча смотрела на него и не отвечала. Она опустила взгляд на карточку, а Коутаро не стал настаивать на ответе. Так они некоторое время шли рядом в тишине.

— Коутаро.

Лишь после того, как они миновали торговый центр и солнце скрылось за горизонтом, Кириха наконец заговорила.

— Да?

— Можно ли попросить вас уделить мне немного времени в следующие выходные?

На прекрасном зимнем небе сияли бесчисленные звёзды.

— Есть одно место, которое я хотела бы вам показать.

Освещённая светом звёзд, улыбка Кирихи тоже сияла.