Светский бал наконец достиг апогея.
Главное событие вечера, танцевальный конкурс, подошло к концу.
Победившая в конкурсе Румия переодевалась в Одеяние феи.
Глен отпустил ее под защитой Риэль, ведь, ясное дело, не мог последовать за ней и в раздевалку.
— Да! Я всегда хотел увидеть Румию в Одеянии феи!
— Черт! А я хотел увидеть в нем Систину!
— А я больше за Риэль.
— Угх… Как особа голубых кровей… в следующем году я точно!..
— Серьезно… Вы, ребята, такие шумные. Столько криков из-за какого-то платья.
Вокруг Глена взволнованно шумели его ученики.
Даже после окончания конкурса возбуждение в танцевальном зале не желало угасать.
Дирижер махал палочкой так, словно это была кульминация, и оркестр на пределе возможностей отвечал ему. Их блестящее исполнение поддерживало настрой в зале.
Веселые разговоры не знали конца, и радостно кружившиеся танцоры не думали прерываться. Хотя конкурс завершился, все только раззадоривались.
Какие все энергичные… Неужели они не устали? Эти ребята…
Ну, возможно, такое тоже бывает. В конце концов, сегодня особенная ночь.
Веселиться до утра… Даже Глен чувствовал, что был бы готов.
Ха-ха… Даже меня поглотило настроение сегодняшнего бала.
Пока он с натянутой улыбкой осматривался…
— Ого-о-о-о!
…внезапно по залу прокатились вздохи восхищения.
— Учитель! Учитель! Она пришла! Ух ты это превосходит все ожидания!
— Хм?.. Пришла?..
Каш потянул его за рукав, и Глен обернулся…
— Спасибо за ожидание, Учитель…
Это была прелестная Румия в Одеянии феи… в сопровождении Риэль.
— ?!
Подол юбки распушился, как перья ангела, а рукава развевались, подобно крыльям феи.
Украшавшие ее платье драгоценности сверкали, словно мириады звезд ночного неба.
Обрамленное серебряными нитями платье таинственно сияло под ослепительным светом люстры. Оно подчеркнуло естественную красоту Румии и довело ее до совершенства.
От этой фантастической красоты у Глена перехватило дыхание.
«Уверена, Одеяние феи станет ее прекрасным саваном».
На мгновение чьи-то слова прозвучали в его сознании…
Но один взгляд на Румию — и мысли улетучились.
— Н-ну так… Учитель… что вы думаете?.. Мне идет?
От стеснения щеки Румии покраснели, и она опустила голову, глядя на Глена в ожидании ответа.
— …
Глен же, лишившись дара речи, уставился на Румию…
— Серьезно… Возьмите себя в руки, Учитель.
Венди хлопнула Глена по спине, и он пришел в чувство.
— Ага… очень подходит… Говорят, что в наряде хорош, а без него на пень похож…
В итоге он пробормотал совершенно несуразную похвалу.
Но даже этим Румия уже была полностью удовлетворена.
Она смеялась… радостно… и счастливо…
— Что ж… Учитель. Последний танец этого вечера… Прошу вас.
Мечтательно улыбаясь, Румия подошла к Глену… и протянула свою руку.
— Ага…
Глен взял ее за руку и направился к центральной сцене.
Традиционно для светского бала пара, выигравшая Одеяние феи, исполняет свой финальный танец…
Глен и Румия, привлекая внимание всего зала, вышли на центральную сцену.
Дирижер оркестра тихо поднял палочку… Заиграла седьмая часть симфонии Сильфида.
И танец, исполнявшийся под нее, был седьмой частью Вальса Сильфов.
۞۞۞
В то же время на крыше академии.
— Фу-ух… похоже, все закончится без происшествий…
— Думаю, да. Мои барьеры тоже не чувствуют врагов.
— Все не перестаю думать, на балу действительно хорошая музыка.
— Да, хотелось бы послушать ее в бальном зале… Я тоже так считаю.
Услышав доносящуюся музыку для финального танца, Бернард и Кристоф вздохнули.
И в этот момент…
Поднимаясь по стене академии, Риэль сильно оттолкнулась, взмыла в небо, сделала кувырок у всех над головами и приземлилась между напарниками.
— М-м. Я пришла.
В ее внешнем виде не осталось ничего от наряда симпатичного мальчика для бала, это была одежда Имперского корпуса магов.
На худых плечах она легко несла быстро созданный тяжелый меч.
— Оу, Риэль. Отлично потрудилась! Молодец!
Бернард погладил Риэль по голове, словно милую внучку.
— Иви сказала мне, что там все хорошо, и отправила сюда. Поэтому я быстро переоделась и прибыла.
Отчего-то в ее обычном сонно-безучастном взгляде сквозило недовольство.
— Надо же, ты чего хмуришься? На тебя непохоже, Риэль.
— Платье?.. Румии… Я хотела увидеть больше.
— Ва-ха-ха-ха, как прискорбно! Мы почти закончили, поэтому наберись терпения!
— Угу, — отвернулась Риэль и надула щеки.
— А вообще, я правда завидую Глену. Только что с помощью магии дальнего видения я заглянул в зал… и, как и ожидалось от дочки Алисии, она настоящая красавица… Хм-м, нет… Беру свои слова назад! Я не могу простить ему дезертирство… Позже врежу ему разок.
— А-ха-ха-а, ох, Бернард. И правда. Тогда я вам помогу.
— Хватит валять дурака, вы двое. Наша миссия не окончена, — нахмурился Альберт, напоминая тем двоим об их долге.
Тем не менее, весело болтая, Кристоф и Бернард держали ухо востро.
Несмотря на то, как это выглядело, они были готовы к бою в любой момент.
Где-то в глубине души… эти двое чувствовали, что ничего еще не закончилось.
Конечно, Альберт чувствовал то же самое.
Но… врагов правда совсем не видно. И непохоже, что они собираются атаковать. Возможно ли, что все закончилось?
Поскольку до сих пор ничего не произошло, даже Альберт невольно к этому склонялся.
Но его не покидало нехорошее предчувствие. Он посмотрел на карманные часы — пришло время для периодического доклада Иви.
— {Это «Звезда». Ты слышишь меня, «Волшебница»? Ответь. В настоящее время, в 23:00, никаких странностей во время патрулирования внешней территории замечено не было. Следуя твоим инструкциям, мы объединились с «Колесницей». Повторяю, никаких странностей во время патрулирования замечено не было. Мы объединились с «Колесницей»… Какова твоя ситуация? Запрашиваю ответ}, — Альберт спокойно доложился Иви через устройство для связи.
Но…
— {Иви?.. Ты слышишь? Ответь.}
Но сколько бы он ни ждал…
…ответа от Иви через коммуникационный кристалл так и не последовало.
Альберт озадаченно нахмурил брови…
۞۞۞
Примерно в то же время…
— Прости, что так неожиданно прошу о помощи Систи…
— Ах, нет. Не беспокойтесь об этом, Лиз.
— А я ведь постоянно говорю им аккуратно раскладывать документы.
Систина и президент ученического совета Лиз сейчас находились в том же здании, в котором проходил светский бал — в комнате комитета управления.
Сразу после окончания танцевального конкурса по просьбе Лиз Систина временно покинула Румию и остальных и прибыла сюда, чтобы помочь.
Повсюду беспорядочно лежали разные документы: графики управления, информация о кадрах и так далее. Все, кроме Систины и Лиз, уже ушли.
— Каждый год нам не хватает людей…
— Ах-ах-ха, но разве этот год не удался на славу?
Систина охотно собирала документы.
— Я уверена, все это благодаря вашей и членов ученического совета тяжелой работе.
— Да, я рада это слышать, — посмеялась Лиз.
— Кстати. Я смотрела финал. Ты была так близка, Систина.
— А, вы говорите о танцевальном конкурсе? Ах-ах-ха, я думаю, моей вялой решительности было недостаточно. Сравнивая Румию, которая серьезно хотела надеть Одеяние феи, и меня, ни с того ни с сего решившую поучаствовать, у меня не было ни шанса…
— Хи-хи, тебе стоит быть более честной с собой… Самое важное — слушать свое сердце. Это тебе совет от старшей.
— Что вы имеете в виду?.. Я закончила с документами.
Как только закончила разбирать документы, Систина встала со стула.
— Спасибо. Мне правда жаль. Я думаю, если ты поторопишься, то еще успеешь посмотреть финальный танец. А… я думаю, вступление только началось, — словно уходя от темы сказала Лиз.
Будто вторя словам горько улыбнувшейся Лиз, из зала донеслось исполнение оркестра.
— А, тогда, я пойду? Хочу запечатлеть образ лучшей подруги в Одеянии феи в своей памяти!
— Хи-хи, повеселись там.
Систина, подгоняемая Лиз, уже покидала комнату как вдруг…
Множество листов с нотами, разбросанных по полу, привлекли ее внимание.
— А? Лиз… это?..
— Ах… Ну вот, они даже такие важные бумаги раскидали…
Вздохнув, Лиз начала собирать листы с нотами. И Систина принялась помогать.
— Это ноты аранжировки, которая используется на сегодняшнем балу. Да, это точно то, что оркестр играет прямо сейчас.
— Ах, правда?.. Это то, что они сейчас играют?..
— Да. Без преувеличений успех бала этого года заключается в них.
— Что вы имеете в виду?
Систина задала вопрос в ответ на странное заявление Лиз.
— Хи-хи, а ты посмотри сама, это очень приятная аранжировка. Ее подбирали, чтобы сердца слушателей бились быстрее.
— Ах, кстати, мне как раз в чем-то сегодняшний Сильфид казался необычным вот оно что… это аранжировка…
Словно осознав что-то, Систина посмотрела на ноты в руках Лиз.
И в этот момент…
Когда Систина увидела ноты, ее лицо застыло.
— Что-о-о?! Почему?!
Внезапно закричав, она вырвала ноты из рук Лиз.
— Систина?
Оставив Лиз в замешательстве, Систина прыгнула к своей сумке, оставленной в углу комнаты, и достала оттуда толстенную пачку бумаг. Это была взятая в библиотеке недавняя публикация профессора Фозеля по магической археологии. Систина уже зачитала ее до дыр.
Она резко пролистала как можно быстрее до нужной страницы и начала сравнивать ноты с теми, что были написаны там…
— Неужели?! Что это за аранжировка такая?! С ней явно что-то не то!
Затем Систина с отчаянием на лице подошла к Лиз.
— Лиз, пожалуйста, послушайте! Я не уверена, но у меня есть просьба!
Ошеломленная Лиз выслушала ее.
И после Систина рванула из кабинета…
В панике она бежала в бальный зал по коридору.
— Быстрее… Быстрее, я должна сказать Учителю!.. У меня плохое предчувствие!.. Я не уверена, что конкретно случится, но!.. У меня правда плохое предчувствие насчет всего этого!..
Бальный зал находился сразу после поворота направо на перекрестке коридоров.
Сейчас излишняя длина здания академии мешала как никогда.
И когда она приблизилась к углу…
Внезапно с левого прохода показался мужчина в черном.
Он быстро шел в бальный зал, и Систина тут же узнала его.
— Ах, господин Альберт?!
Услышав, Альберт резко остановился и бросил острый взгляд на Систину.
— Фибель? Какое совпадение увидеть тебя здесь.
Оперативник № 17 «Звезда» Альберт Отряда специального назначения Имперского корпуса магов. Коллега Глена из прошлого, туз спецотряда, секретно занимавшегося магическими инцидентами.
Что ему здесь понадобилось?
Но уже то, что он был здесь, подтверждало подозрения Систины.
— П-пожалуйста, господин Альберт! Пожалуйста, послушайте меня! Возможно… возможно, скоро случится что-то ужасное! Наверное, вы решите, что это детские бредни, но!..
Систина подняла руки, в которых были ноты, и с отчаянным выражением лица умоляюще посмотрела на него.
Альберт осмотрел Систину острым взглядом… и в конце концов понял по ее выражению лица, что речь шла о чем-то серьезном.
— Говори, — кратко и беспристрастно ответил он.
۞۞۞
— {Это вся информация, которую я получил от Фибель. Что думаешь? Старик.}
Когда Альберт быстро передал информацию через коммуникационный кристалл своим товарищам, удивленный и обеспокоенный Бернард крикнул в ответ:
— {Что рассуждать — все и так ясно как день! Я подозревал, что атака снаружи была уж слишком вялой — теперь-то понятно почему! Вот же ж, обхитрили нас! Значит вот какой трюк они решили провернуть?! Получается, мы тоже в опасности?! Всего лишь вопрос времени, когда на нас тоже подействует!}
— {Я знаю. Но принцесса в ловушке врага. Мы должны вытащить ее оттуда настолько быстро, насколько это возможно.}
— {Понял! Оставлю это на тебя! А я подготовлю все здесь!}
— {Альберт, Бернард! Это Кристоф!}
Внезапно Кристоф вклинился в их разговор.
— {Кристоф. Как у тебя обстановка?..}
— {Нехорошо. Хоть Заид и Лоуренс лежат связанные и без сознания на полу… Иви нигде нет. И в соответствии с информацией, полученной от той девушки, Систины, эта вещь установлена в центре комнаты. Боюсь, вполне вероятно, что…}
— {Ах, вот оно что… Как же так вышло…}
— {Мы все неправильно истолковали ситуацию. Заид и Лоуренс вообще не имеют никакого отношения к организации… Они обычные гражданские. Ими манипулировали с помощью вышеупомянутой техники, и они сами думали, что являются убийцами из организации, так нас и обманул… настоящий закулисный руководитель.}
— {Понятно, вот Иви и ошиблась…}
— {Если бы только Иви заранее поделилась с нами информацией… о тайном руководителе… о Кайто, пареньке из Академии магии Клейтос, которым манипулировали и заставили назвать себя Заидом… и о том, что кто-то дергал за ниточки за его спиной!.. По крайней мере, если бы она разрешила прямую связь с Гленом!..}
— {Да уж, без связи с Гленом сейчас повеситься можно!..}
Теперь стало ясно, что причина, по которой Иви так непреклонно отказывалась предоставить им возможность общаться с Гленом напрямую и настояла на том, чтобы контролировать обмен информацией между двумя сторонами, заключалась в том… чтобы не дать Глену передать Альберту и остальным информацию о том, кто действительно за всем стоит. Все, чтобы получить всю славу за победу в сегодняшнем сражении…
— {Сейчас нет смысла говорить об этом. Мы, боевые маги, выложимся на полную на нашем поле боя.}
— {Ты прав…}
— {Старик. Кристоф. Прошу, действуйте по обстоятельствам. Мы позволили врагу получить преимущество. Отныне и впредь… мы не можем позволить им оторваться еще на шаг вперед.}
Похоже, с ним согласились, и Альберт прервал связь.
— Подумать только… на протяжении сегодняшнего бала происходило такое…
Рядом стояла понурая Систина, которой Альберт недавно рассказал всю правду, ее лицо побледнело и она дрожала.
— Тогда… когда Учитель так настойчиво просил Румию стать его партнером для танца… Это было ради ее защиты?.. Вот почему… он вел себя так отчаянно?.. Несмотря на это, я… ничего не зная, лишь мешала ему!..
— Не переживай, Фибель. Ты не сделала ничего плохого, — спокойно вразумил Альберт корящую себя Систину. — Если кто-то и неправ, то это вражеская организация… и мы, кто пытался использовать эту ситуацию для боевых заслуг. Ты вправе бранить и презирать нашу бесчеловечность.
— Это…
Систина замолчала, испытывая смешанные чувства.
— Но сейчас я скажу кое-что еще более позорное… В соответствии с четвертой статьей о чрезвычайном положении шестого раздела военного кодекса, я… Нет… Это бестактно. Фибель, у меня к тебе просьба. Поможешь мне?
— Я-я?!
— Можешь считать, что сейчас все уже хуже некуда. Жизнь принцессы в руках врага. Одних наших сил уже не хватит. Чтобы переломить ситуацию… нам нужна твоя помощь.
В ответ на его слова Систина задрожала. Согласившись… она несомненно бы втянулась в битву.
В жестокую битву с магами-отступниками Воли Мудрости Небес… битву не на жизнь, а на смерть…
— Конечно, тебе решать. Я не стану принуждать. Я просто сделаю все возможное и с теми картами на руках, что у меня есть.
Систину охватил страх, она разволновалась.
То же она испытывала и в прошлый раз, когда Альберт просил ее о помощи…
Тогда ее тело дрожало, она плакала и вопила, не могла даже пошевелиться…
Однако теперь…
— Я-я могу чем-то помочь, так?..
— Правильно.
— Т-тогда!.. Я поняла… Я-я помогу! Все, что в моих силах!.. — дрожащим голосом сказала Систина.
Хотя у нее и тряслись колени, Систина смотрела прямо в глаза Альберту…
— Будь осторожен с воином, с которым не виделся три дня* — эта восточная пословица… В самом деле.
* * *
[П/П: 士別れて三日なれば刮目して相待すべし — Это оригинальная пословица. Ее объясняют примерно как «Тот, кто прилагает усилия, будет расти, поэтому будь осторожен, когда встретишь его в следующий раз». Скорее всего, Альберт имел в виду, что Систина подросла с предыдущей их встречи.]
* * *
Вечно холодное выражение лица Альберта, словно предупреждавшее остальных держаться подальше, немного смягчилось… Но вскоре он развернулся и направился в бальный зал.
— Пойдем.
— Господин Альберт?! Н-но что я должна сделать?..
Систина в растерянности поспешила за Альбертом.
— Фибель. Ты можешь станцевать восьмую часть Вальса Сильфов?
— А?.. Восьмую часть… Вальса Сильфов?..
Систина растерянно захлопала глазами.
۞۞۞
Палочка дирижера плавно двигалась.
Повинуясь ей оркестр сосредоточенно продолжал выступление.
И все присутствующие танцевали.
Элегантно, изящно…
Мягко, нежно, они танцевали последний танец сегодняшнего вечера…
Наверное, к этому побудила финальная, переполненная звучанием атмосфера.
Наблюдая за танцем Глена и Румии… каждый в бальном зале плавно соединял руки с рядом стоящим… и пара за парой начинали танцевать.
Гости, члены комитета по подготовке светского бала и все остальные, без исключений, принялись танцевать.
Отдавшись во власть музыке… все покачивались.
Какое приятное чувство, какое единство.
Словно сердца всех людей в танцевальном зале слились воедино.
Сегодня… без сомнений…
Эта ночь… без сомнений… стала прекраснейшей в их жизни…
Это странно.
Пока Глен вел Румию в танце, в глубине души он ощущал легкую тревогу.
Что-то здесь… не так…
С каких пор это начало править сердцем Глена?
Кажется, совсем недавно. Если хорошенько подумать… он чувствовал это еще с начала светского бала.
Ощущение, будто тонкая пленка накрыла его сознание. Словно лихорадочный сон.
Это было так комфортно… разум был словно в тумане.
Музыка, управлявшая залом, проникала все глубже и глубже в сознание Глена…
Я понятия не имею… что именно здесь не так… но все-таки точно что-то не так… что же это… такое?..
Следуя движениям танца, он мягко притянул Румию.
У девушки, доверившейся Глену, было мечтательное выражение лица.
Румия, одетая в Одеяние феи, была сказочно прекрасна.
Ну… да ладно… плевать.
Наверняка он был опьянен… атмосферой этого места. Управляющей залом музыкой и танцем.
И прекрасной девушкой, которая держала его за руки.
Все выглядели одинаково опьяненными.
В конце концов само это место казалось раем…
Хотелось навсегда остаться в этом приятно греющем солнцем мире.
Хотелось вот так и забыться в нем.
Несмотря на тревогу, звенящую в глубине души, Глен бессознательно ощущал это…
Он отбросил все мысли и начал поддаваться этому миру…
И в этот момент…
Треск
Внезапно что-то неприятное пронзило его угасающее сознание.
Глаза зазудели от возникшего вдали и в то же время отчетливо-яркого серебристого цвета.
?!
Глен посмотрел в его сторону.
Впереди, в углу бального зала.
Почему-то Систина и Альберт танцевали, держась за руки.
При виде этого сердце Глена дрогнуло. Его словно облили ледяной водой.
Потому что…
Вы двое… почему вы танцуете… восьмую часть Вальса Сильфов?..
Правильно. Прямо сейчас в зале играла седьмая часть симфонии Сильфида.
Под нее нужно танцевать седьмую часть Вальса Сильфов.
Поэтому Систина и Альберта порождали ужасный диссонанс.
Они слишком раздражают. Более того, серебристые волосы Систины слишком выделяются. Я не могу не обращать на них внимания.
Они вгрызлись в этот совершенный, единый мир, они — разрушающая его опухоль…
Остановитесь… Остановите это!.. Не разрушайте этот комфортный мир… этот мир единства… не беспокойте его… прекратите!.. Прошу вас…
Однако.
Нет… не так… это же не так, Глен Рейдерс!..
Тонущее в подозрительном море сознание Глена слегка прояснилось из-за диссонанса.
Он внимательно посмотрел на Румию. Ее щеки порозовели, а на лице была умиротворенная улыбка… Однако танцевала она явно бессознательно, не думая ни о чем. Она словно была не здесь.
Окинув взглядом зал, он понял, что все были в таком же состоянии.
И люди, вовсю танцевавшие, и музыканты, неистово игравшие на своих инструментах.
Все-таки… что-то было странным.
Думай… Думай давай!.. Что здесь странно?.. Черт, я не знаю… разве мы не просто наслаждаемся праздником?.. Мы проводим лучшую ночь, в единстве танцуя под музыку… Так что же здесь не так?..
«Уверена, Одеяние феи станет ее прекрасным саваном» — Глен снова вспомнил слова Элеоноры.
Точно… Что… черт возьми… это значило?..
Из странного сразу вспоминались ее слова.
С чего бы Одеяние феи стало погребальным нарядом Румии? Чтобы Румия надела Одеяние феи, ей нужно сначала выиграть конкурс… то есть, пока конкурс не закончится… Румия не сможет надеть это платье!..
Получается, что до этого она была в безопасности и покушения на нее не планировалось…
Не понимаю, начало и конец светского бала. Какая, к черту, разница между ними?
Разве для тайного убийства не подойдет любое время?
Наоборот, в конце люди уже не так увлечены процессом и больше оглядываются по сторонам, поэтому убить практически невозможно.
Зачем, собственно, дожидаться окончания бала?
По большей части разница между началом и окончанием… в атмосфере в зале.
Судя по всему, до этого в истории академии не было такого успешного бала.
Эта атмосфера появилась в начале и со временем непрерывно развивалась.
В таком случае что способствовало такому развитию?..
То, на чем держится судьба принцессы, это… «Если посмотреть с открытыми глазами, в нем в основном пять ступеней, с закрытыми — восемь. Если пробежать вдоль него, то его таинственное величие сильно потрясет чувства человека»… Что это такое?
Н-не… может… быть?..
Внезапно на Глена снизошло озарение, словно вспышка света, появился ответ.
Невероятно. В это невозможно поверить, но… это единственное разумное объяснение.
Если все так, то я понял, зачем они танцуют восьмую часть!
Когда Глен внезапно осознал смысл, стоящий за их танцем, дирижер высоко поднял свою палочку.
В ответ оркестр мощно и энергично заиграл на своих инструментах, еще больше оживляя выступление.
Музыка сменилась. До этого бывшее спокойным произведение перешло из одной тональности в другую. С ним стали другими и люди в зале.
?!
Внезапно Глен почувствовал, словно его куда-то тащат.
Как будто его прочно обмотали невидимой нитью, потянув за которую, незаметно управляли и заставляли радостно и сосредоточенно танцевать — некомфортное ощущение. Вот он — тот дискомфорт, который ощущал Глен.
Если бы он не заметил Альберта и Систину, танцующих восьмую часть, он никогда бы не понял, что именно его так беспокоило, несомненно, поддался бы настроению в зале, и отдал бы контроль над своим телом.
…рт… Черт?!
Хоть сейчас он и понимал это, ему все еще хотелось сдаться приятному настроению.
П-пожалуйста… Сара!.. Дай мне сил!..
Тан-та-та-та-тан
Глен начал танцевать другой танец вместо седьмой части Вальса Сильфов.
Особый танец, которому его когда-то научила боевая жрица ветра Сара Сильвер. Очень похожий на восьмую часть Вальса Сильфов…
Но внезапно Румия сильно потянула Глена, прервав его движения.
Чт?!
В конце концов, Румия все еще танцевала седьмую часть Вальса Сильфов.
Выполняя разные шаги с Гленом, разумеется, она пойдет не в ногу с ним и потянет его.
Однако такая сила для Румии была ненормальной.
Глен, мужчина, не мог сопротивляться хрупкой Румии.
Между тем в его сознание проникало настроение зала…
Почему бы уже просто не забыть обо всем и не поддаться этой чарующе приятной атмосфе…
Че-ерт а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а?!
Остановившись на самой грани, прежде чем вновь затанцевать седьмую часть, Глен изо всех сил притянул к себе Румию, резко повернул ее и заставил шагать танец Сары.
И тогда…
— У-Учитель?!
Румия, внезапно пришедшая в себя, удивленно смотрела на Глена.
— Следуй моим движениям! Хорошо?!
Не объяснив ничего растерянной Румии, Глен снова сделал характерный этому танцу шаг.
В сплоченном бальном зале, где все танцевали седьмую часть Вальса Сильфов, Глен выделялся своим неправильным танцем.
Он стал барьером, защищающим Глена с Румией от сотворенного в этом зале мира…
И тогда…
Сделай… это… во… время-я-я-я-я!
…
— Ха-а!.. Ха-а!.. Ха-а!.. Ха-а!..
Все замолкло.
Хриплое дыхание Глена эхом отозвалось по внезапно затихшему залу.
Глен обессиленно упал на колено и осмотрелся.
Наряду с окончанием музыки все застыли в их завершающих позах, словно статуи.
Оркестр, члены комитета и все остальные, кто ранее дружно разговаривал, неподвижно стояли, словно время остановилось.
У всех был пустой взгляд…
— А?.. Ч-что это?.. Такое…
Когда Румия увидела эту странную картину перед собой, ее лицо побледнело.
— Румия! С тобой все хорошо?! Ты в сознании?!
Запыхавшаяся Систина подбежала к Румии.
— Ха-а… Ха… еле пронесло… с каких пор?.. Как долго я был под этой техникой?..
— С самого начала, — раздраженно сказал Альберт, подошедший вместе с ней. — С самого начала мы были в этой ловушке. Казалось, что Иви раскрыла замысел тайного руководителя… но на самом деле ее использовали.
— Черт!.. Как я мог допустить такое!.. — Глен выругался и ударил кулаком по полу.
— Все же я удивлен, что ты заметил, Глен. Умеешь ты выбираться из петли, выкручиваться в самый последний момент, но… если честно, в этот раз я думал, что у тебя мало шансов.
— Ну да. Просто у меня была пара подсказок заранее…
На бумаге нотный стан представлен пятью линиями, но фактически состоит из восьми нот.
То есть если посмотреть с открытыми глазами, ступеней пять. Если глаза закрыть, то их восемь.
И это — музыка.
Самой опасной ловушкой являлось выступление, изначально захватывавшее над всеми контроль.
— У-учитель… Что… Что происходит?..
Румия, не понимавшая ситуацию, растерянно смотрела то на Глена, то на Альберта.
— Встань за мной, Румия.
Глен ошеломленно встал, оглядывая оркестр и пытаясь собраться с мыслями.
— Итак, сейчас самый подозрительный здесь ты…
Под пронзительным взглядом Глена оказался дирижер оркестра, повернутый ко всем спиной.
Дирижер все еще держал палочку над головой, словно был заморожен, но в отличие от других он не казался неподвижной статуей.
Он словно наслаждался завершенным представлением.
— Достаточно дурачиться, может, нам стоит уже положить этому конец? Истинный руководитель сегодняшнего покушения и, скорее всего, настоящий «Правая Рука Демона» Заид!..
И тогда.
Дирижер, держащий палочку в правой руке… медленно… опустил ее…
— Молодцы, вы избежали моей правой руки, — он медленно обернулся в сторону Глена и остальных.
Мужчина средних лет с вьющимися волосами и выглядящий как типичный музыкант. Он свысока смотрел на них ледяным взглядом.
— Вы раскрыли тайну моей правой руки с помощью этой вашей восьмой части Танца ветра… Подумать только, еще остались умеющие ее исполнить…
— Это танец духа одного кочевого племени, который изгоняет злых духов и защищает. Поскольку магическая ловушка, опутавшая зал управляет сознанием… то я подумал, что против нее он будет особенно эффективен…
— Хмпф. Я ведь специально перестраховался и убрал восьмую часть из этой аранжировки симфонии Сильфида… Кто бы мог подумать, что вы знаете оригинал.
Все люди застыли, словно лишились души. А настоящий закулисный руководитель — «Правая Рука Демона» Заид и Глен с остальными сверлили друг друга взглядом.
— Ха-ха-ха… Я наконец разложил все по полочкам. Лиз говорила… что ноты, использованные на сегодняшнем светском балу… это аранжировка, да?.. И ты наполнил эту аранжировку какой-то магией… Так это ты аранжировщик?! Что за хрень ты…
— Учитель, я уверена, что это была Дьявольская мелодия!
Возможно, из-за нервов Систина, чей лоб блестел каплями пота, вклинилась в разговор.
— Дьявольская мелодия?
— Да! На днях я читала об этом в диссертации профессора Фозеля о магической археологии! Высокие и низкие звуки… Другими словами, это древняя магия, захватывающая разум и управляющая людьми с помощью магической формулы, преобразованной в музыку… У нее нет формы, но это тоже одно из полноправных наследий древней магии!
— Наследий древней магии?!
Магическое наследие Дьявольская мелодия и ее артефакт, другими словами, древняя магия и ноты активирующие ее с помощью музыки.
На первый взгляд, это звучит как бред, но это не так.
Прежде всего, магия — это речь, близкая к первозданному звуку, что изменяет глубины сознания, то есть, это техника, которая вмешивается в законы реальности, влияя на разум человека с помощью звука. Магия, воздействующая на людей через музыку, ближе к первозданной магии, чем обычная, это можно назвать истинной магией.
— Проклятая песня кочевого племени южных равнин имеет те же корни! В диссертации упоминалось, что Дьявольские мелодии всегда исполняются в определенном тоне и ритме… Я уверена, что Дьявольская мелодия присутствует в сегодняшней аранжировке!
— Серьезно?..
— Н-но… для того, чтобы начаться, как обычной магии нужно заклинание, так и Дьявольской мелодии нужно особое музыкальное исполнение… Если просто играть по нотам, Дьявольская мелодия не активируется… — неуверенно договорила Систина.
— Вот где «Правая Рука Демона» вступает в игру, — заговорил Альберт, словно поддерживая ее заявление. — «Правая Рука Демона» Заид… палочкой в правой руке, давал команды оркестру, чтобы тот неосознанно выполнил особое музыкальное исполнение. Но я не уверен, внушение это или гипноз, или даже сама палочка содержит в себе какую-то магию и является магическим инструментом.
Затем плечи Заида затряслись, словно он смеялся, и он с гордостью начал свой рассказ.
— Из поколения в поколение в моей семье тайно передавался артефакт Дьявольской мелодии — ноты, высеченные в камне. Хотя я не знаю, как магия работает, я очень хорошо изучил ее применение и методы работы с ней.
Несмотря на то что все карты Заида были выставлены на всеобщее обозрение, он все еще расслабленно улыбался.
— В древние времена… возможно, мои предки работали кем-то вроде придворных имперских музыкантов того времени. Ну, все остальное примерно так, как вы догадались, — заявил Заид с широко расставленными руками.
— Я могу овладеть сознанием и воспоминаниями всех присутствующих, сыграв семь Дьявольских мелодий. Всех до единого! Неважно, насколько профессиональная у них охрана. С помощью этого и убивать проще простого. Так ведь?!
Глен ошеломленно застыл. Он определенно не ошибался.
При попытке убийства, пока ты контролируешь сознание и воспоминания всех присутствующих с помощью Дьявольской мелодии, ты можешь делать, что хочешь. Даже среди бела дня никто не заметит убийства.
Секретная техника тайного убийства «Правой Руки Демона», незаметная в толпе людей и неизвестно когда срабатывающая…
…на самом деле заключалась в…
— Ха-ха-ха… Ну да, никто и не подумает, что такой дерзкий способ убийства вообще существует. Если никто не знает и не помнит, когда оно случилось, тогда это действительно великолепное убийство! Если твой оппонент использует древнюю магию, то нет смысла пытаться обнаружить его с помощью современной магии!
И как только эта техника активирована, он может поступать как заблагорассудится: поручить все подконтрольному человеку или завершить все своими руками. Все зависит от ситуации.
Следовательно, поэтому способ убийства Заида никогда не повторялся.
Убийство обычно представляет собой ожидание подходящего момента за кулисами, чтобы тайно и исподтишка нанести удар по пробелу в броне противника.
Но это был невероятно смелый способ, переворачивающий общеизвестные и предвзятые представления об убийстве.
— Но секрет трюка был раскрыт, «Правая Рука Демона».
Не обращая внимания на пребывающих в смятении Глена и девушек, готовый к битве Альберт повернулся к Заиду.
— Если ты спокойно сдашься, все будет хорошо. Но, если будешь сопротивляться, пощады не жди.
— Пф… какой дурак.
Не принимая предложение Альберта, Заид поднял палочку над головой. И тут же оркестр продолжил играть, словно заводные куклы…
В то же время.
Без колебаний Альберт запустил активацию заранее подготовленного заклинания [Пронзающая • Молния].
Рука Альберта развернулась как хлыст, из его пальцев с громом выстрелила вспышка света…
— ?!
Нет, Альберт не атаковал. Направляя пальцы на Заида, он остановил активацию заклинания в последний момент.
— Хм… какой умный тип…
Заид холодно улыбнулся. Вновь Дьявольская мелодия управляла залом…
— Э-эй… Альберт, что ты делаешь?! Стреляй скорее!..
— Не могу. Только что мое подсознание захватила Дьявольская мелодия. Я не могу контролировать магию.
Бесстрастно и холодно ответил Альберт на сердитый окрик Глена.
— Что?! Всего лишь за тот короткий момент исполнения?!
— Если я использую магию в таком состоянии, я не знаю, какой урон могу случайно нанести. Ладно если заклинание прилетит обратно в меня, но нельзя допустить, чтобы пострадали невинные люди.
— Именно так, — сказал Заид, взмахнул палочкой и невозмутимо продолжил игру. — Хотели того или нет вы слушали мою Дьявольскую мелодию с самого начала светского бала. Постепенно Дьявольская мелодия проникла в ваше сознание. Использовав восьмую часть Танца ветра, Глен Рейдерс смог отчасти отразить вторжение в его разум, подобное делают ребята из спецподразделений, создающие поспешную ментальную защиту. Сознание и память. Я не могу контролировать твое сознание, но у меня уже есть контроль над твоим подсознанием! — гордо заявил Заид, смотря свысока на побледневшего Глена и сверлящего убийственным взглядом Альберта.
— То есть, пока я играю Дьявольскую мелодию, вы, ребята, не сможете свободно использовать магию и падете ниц перед моим выступлением! Это моя секретная магия, позволяющая брать под контроль душу и тело с помощью музыки, моя оригинальная магия [Оркестр проклятой ночи]! Леди и джентльмены, добро пожаловать на мой музыкальный концерт! Фу-ха-ха-ха-ха-ха!
— Оригинальнее ничего придумать не мог… Повторяешь за другими?! — Холодный пот струился по лицу Глена, словно водопад, пока он как обычно выдавал язвительные комментарии.
И тогда… люди в танцевальном зале ожили под контролем Дьявольской мелодии.
Все с пустыми взглядами… начали пугающе окружать группу Глена…
— Сразу скажу, не думайте, что, оглохнув, избежите моей Дьявольской мелодии. Потому, что мою Дьявольскую мелодию слышит душа. И все в зале, кроме вас, уже находятся под моим контролем.
Оркестр неожиданно встал и столпился вокруг Заида, образовав защитный круг.
— Что ж, вам лучше приготовиться. Через несколько минут, когда все здесь вернутся в чувства, они будут сильно шокированы тем… что в зале появились четыре трупа!.. Даже не понимая, что они сами в этом повинны!
— Ах ты ублюдок!..
Оценивая обстановку, Глен встал в боевую стойку. Среди тех, кто оказался под действием Дьявольской мелодии и сейчас окружал их… он узнал несколько знакомых лиц… его учеников.
Черт… Неважно, что магию теперь нельзя использовать! В такой ситуации же вообще ничего невозможно сделать!
— А-ах… К-как же так?! Все это… из-за меня?!
Позади Глена в оцепенении стояла ужасно бледная Румия.
Она растеряла свою обычную непоколебимость — разволновалась, придя в замешательство.
Это было совершенно естественно, ведь приятный светский бал превратился в вечеринку из ада. Более того, это случилось именно тогда, когда она осуществила свою мечту и надела Одеяние феи. Потрясение от этого было непостижимым.
Перед учениками, которые беспорядочно приближались…
— Хмпф. — Альберт молча достал нож и направил на учеников.
Свет люстры зловеще отразился в обнаженном лезвии.
— Остановись! — Глен тут же схватил руку Альберта, державшую нож.
— Ты как обычно мягкотелый. Разве сейчас время для этого?
На холодные слова Альберта Глен взмолился:
— Я знаю! Но, пожалуйста! Не делай этого! Только не их!.. — Даже Глен понимал, что его просьбы неосуществимы.
Им уже был поставлен мат. Не было выхода. Их полностью обхитрили. Его собственная мягкотелость навлекла на него беду.
Все уже свелось к сложному выбору, где ему нужно было решать кого спасти, а кого убить. На протяжении своего пребывания в Имперском корпусе магов Глен сталкивался с этим снова и снова, и опять он попал в такую ситуацию.
Для выполнения миссии Альберт принял решение пожертвовать другими ради спасения Румии. Тогда что насчет меня? Что, черт возьми, я должен делать?
Если он ничего не сделает, Румия и Систина погибнут.
Но, если он будет сражаться, чтобы защитить их, то, скорее всего…
Это было невозможно. Он не мог ничего сделать. Для него выбрать кого‑либо в данной ситуации было…
Че-е-е-ерт!.. То есть незнакомцев я убиваю налево-направо, а со знакомыми выходит так?! Какой же я лицемер!..
Однако, не глядя на подавленного Глена, Альберт что-то прошептал:
— Я же уже говорил, я сделаю все возможное, не соглашаясь на легкие компромиссы.
— !
— Еще ничего не закончилось. Мы предполагали такое развитие событий… Просто верь, — прозвучали придающие уверенности слова Альберта, не терпящие возражений.
— Т-ты… — Глен невольно отпустил руку Альберта, и в этот момент…
Ученики взревели и набросились на них…
Рука Альберта резко двинулась и бросила нож.
Нож рассек воздух, но совершенно не в том направлении. Пролетая над головами учеников на огромной скорости, он…
Фьи-и-и-и-и-и-и-и-и-и
Раздался оглушительный свист.
Встроенный в нож… свисток?! Для подачи сигнала?!
Глен понял предназначение ножа, и в этот же момент…
— Хм? Так-с, кажется, где-то здесь? Понял.
БАМ!
Откуда-то из зала раздался выстрел…
— Итак, если музыкальное выступление этого куска дерьма вторгается в подсознание и не дает использовать магию сейчас, то не должно быть никаких проблем с [Магией, которая была подготовлена перед прослушиванием его выступления]?!
Со входа в зал раздалось четыре выстрела…
Ученики, окружившие Глена с четырех сторон, мгновенно упали на четвереньки, словно на их плечах оказался тяжелый груз.
Затем послышался звук удара о пол брошенных мушкетов.
— Ч?!
Из-за того, что большинство людей в зале перестали двигаться и упали, Глену открылся обзор — у входа стояли трое.
И это были…
— Старик?! Кристоф?! Риэль?!
— Давай малыш Глен! Иди сюда! Беги сейчас же! Пока специальные [Пули гравитационного барьера], которые я сделал заранее на такой случай, все еще работают!
— На самом деле это я создал [Пулю гравитационного барьера]…— Стоящий рядом с самодовольным Бернардом, держащим наготове мушкет, Кристоф тихо вздохнул.
Скорее всего, это гравитационный барьер для подавления бунтов. При попадании развертывался круговой барьер, сдавливающий все внутри. Этим нельзя убить… но этого было достаточно, чтобы ограничить движения учеников.
— Подождите, мы заключены внутри гравитационного барьера?! Мы-то ладно, к такому натренированы, но Белая Кошка и Румия не смогут…
— Со мной все хорошо, Учитель! Мы это предвидели, поэтому я заранее использовала магию гравитации, и теперь мое тело весит в десять раз меньше! А Румия… — крикнула Систина.
Риэль в одиночку прорвалась к ним, будто гравитационное поле на нее не действовало.
— Я пришла помочь, Румия!
— Ах…
Риэль подхватила Румию на руки, развернулась…
— И-и-и-и-и-я-я-я-я-я-я-а-а-а-а-а-а-а-а!..
Громко крича, Риэль побежала к выходу, все так же не обращая внимания на гравитационное поле. Она не использовала никаких трюков. Это был прорыв грубой силой.
Систина, уменьшившая вес с помощью магии, побежала вслед за Риэль.
— Ха-ха-ха, во дают… — произнес ошеломленный Глен с напряженным смехом.
— Отступаем, Глен. С Заидом разберемся позже.
— А? А-а…
Пока за их спинами толпа ползла по гравитационному полю и приближалась к ним, Глен и Альберт, используя специальные боевые искусства, проскользнули между барьерами и выбрались из зала…
— Хмпф… Сбежали-таки.
Несмотря на то, что его добыча смогла вырваться, Заид сохранял спокойствие.
— Но выхода нет… теперь, любое место, где есть люди, находится под моим контролем.
Взмахнув палочкой, Заид начал преследовать Глена и остальных.
Участники оркестра последовали за Заидом словно рабы… и затем они снова заиграли свою проклятую мелодию…
Продолжение следует...