Елена и Сара проводили Акиру к себе домой, а потом оставили его ждать в гостиной, пока они переодевались из охотничьего снаряжения. В прошлый раз, когда он приходил, его поразил контраст между жильём женщин и его собственным. Теперь у него и у самого был дом, и он ожидал, что впечатлится меньше. Но он обнаружил, что уровень их жизни всё равно очевидно превосходит его, снова давая ему понять, как далеко ему ещё идти.

Когда хозяйки вернулись, Сара уселась напротив Акиры. Елена раздала напитки и уже собиралась присоединиться к ним, но внешний вид напарницы заставил её замереть.

— Сара! Я же, кажется, говорила тебе одеться, — проворчала она, хотя и понимала, что, наверное, это бесполезно.

На Саре была только рубашка поверх нижнего белья, и она даже не застегнула её до конца. Большая часть кожи, включая ложбинку груди, была выставлена напоказ.

— А что такого? Я хочу одеваться удобно, хотя бы у себя дома. И не переживай, я не против, если кто-то немного поглазеет. — В её бесстыдстве было больше неряшливости, чем соблазна, но её манящая фигура с лихвой перекрывала разницу.

— Я думаю об Акире, а не о тебе.

— Правда? Акира, я настолько тебе неприятна на вид?

— Пожалуйста, одевайся как тебе нравится. Я не против, — ответил Акира, пытаясь силой воли загнать себя в равнодушие. — Это твой дом, и ты говорила мне, как важно расслабляться.

Он решил, что сможет игнорировать наряд Сары, если действительно постарается, да и большинство нарядов Альфы были не сильно лучше. Поднимать шум — значит лишь напрашиваться на новые поддёвки.

Сара выглядела удивлённой и чуть разочарованно, увидев, что он и вправду не кажется раздражённым. Его спокойствие было лишь внешним, но взгляд у него не дрогнул.

Елена тихо усмехнулась, садясь рядом с Сарой. Затем, став серьезней, она сразу перешла к делу.

— Ладно, продолжим с того места, где остановились в "Cartridge Freak". То место, которое ты назвал станция Йонозука, это прежде неоткрытые руины. Я правильно понимаю?

— Да, — ответил Акира.

Елена демонстративно вздохнула и вперилась в него укоризненным взглядом.

— Акира, тебе нельзя так просто болтать о подобных вещах.

— Я думал, всё будет нормально, раз мы были в магазине Шизуки и кроме вас там никого не было. Это действительно было настолько плохой идеей?

— Ляпнуть об этом кому попало это огромный риск. Ты хоть знаешь, сколько стоит информация о нетронутых руинах?

— Я ляпнул не кому попало, — серьёзно возразил Акира. — Я выбирал, кому говорить.

— А… — Сбитые с толку, Елена и Сара переглянулись. Они предполагали, что Акира распустил язык, потому что не понимал ценности своей информации. Они были озадачены, но рады узнать, что он её ценность понимал и всё равно решил поделиться именно с ними.

Елена первой пришла в себя, ей помог опыт переговорщика.

— Мы это ценим, но тебе всё равно стоило лучше подумать, где именно ты нам это сказал. "Cartridge Freak" мог казаться тебе безопасным местом, но он всё равно открыт для публики. Говорить о своей находке там было плохой идеей.

— Даже несмотря на то, что им владеет Шизука?

— Да. Ей можно доверять, конечно, но в подсобке могли быть люди с доставкой, или другие покупатели могли прятаться за стеллажами. Ты хотя бы должен был спросить у Шизуки, безопасно ли обсуждать важную информацию.

— Понимаю, о чём ты. Это было неосторожно. Спасибо, что остановила меня. — Акира поклонился, подумав о том, что едва не попал.

— Не за что. Мы охотники дольше, чем ты, так что самое меньшее, что мы можем это дать тебе пару советов. Верно, Сара?

— Вот именно! — согласилась Сара.

Их короткий разговор сильно успокоил женщин, но они всё равно сделали по большому глотку напитков и напоследок шумно выдохнули, чтобы окончательно снять напряжение.

Когда Елена и Сара пообещали присоединиться к Акире в его следующей поездке к источнику сувениров, они и понятия не имели, что он говорил о неоткрытых руинах. Они собирались идти на неизведанную и потенциально опасную территорию, несмотря на то, что Акира там уже однажды побывал, и Елена решила, что они не могут быть слишком подготовленными. Поэтому она попросила подробный отчёт о его экспедиции, и его ответ превзошёл ожидания обеих женщин.​

— Ни монстров, и ты нашёл реликвии недалеко от входа? — восхитилась Сара, и её надежды взлетели. — Похоже, ты сорвал джекпот! Хотя было бы ещё лучше, если бы мы нашли больше женского белья глубже внутри.​

— Я мог бы принести тебе ещё одежды, которую нашёл, — предложил Акира, хотя и был озадачен одержимостью Сары бельём. — У меня дома ещё осталось, потому что я не собирался продавать её сразу. Может, ты там что-нибудь найдёшь.​

— Правда?!​

— Да, хотя я не знаю, найдёшь ли ты там именно то, что ищешь.​

— Тогда...

— Сара! — перебила Елена. — Он предлагает отвести тебя в нетронутые руины, так что попробуй для начала поискать себе своё бельё там, прежде чем выпрашивать! Ты забрала мою долю и долю Шизуки, так что на какое-то время тебе должно хватить.​

— Да ладно! — возразила Сара весело, но настойчиво. — Я же не говорю, что хочу это бесплатно. Я заплачу справедливую цену. Это больше, чем Акира получит в обменнике, и так меньше людей узнает о его находке. Всем выгодно!​

— Ты забыла про ранг охотника. От продажи нам он его не повысит.​

— Тогда я доплачу немного сверху, чтобы это компенсировать. Я даже могу потом помочь ему поднять ранг, если он захочет. Так что, Акира, что скажешь?​

Сара повернулась к гостю за ответом. Но он выглядел совершенно потерянным, и тогда она решила начать заново и объяснить всё с самого начала.​

Сара была аугментированной, и её фигура менялась в зависимости от того, тратит ли она запас наномашин или восполняет его. Особенно заметны изменения были в груди, где у неё хранились резервы наномашин. Поэтому обычное бельё было для неё далеко недостаточно эластичным. Иногда её бюстгальтеры были настолько тесными, что впивались в кожу. В другие разы трусики становились настолько свободными, что просто соскальзывали. И, вдобавок ко всему, большинство подобных вещей было слишком хрупким, чтобы выдерживать её повышенную силу или воздействие её наномашин и нательной брони.

Саре нужно было бельё, которое могло бы сжиматься и растягиваться, подстраиваясь под её резко меняющееся телосложение, и при этом оставалось бы достаточно прочным, чтобы выдерживать и нагрузку активной, аугментированной носительницы, и трение о грубый материал её защитного костюма. И хотя её экстремальные требования довели бы любого современного производителя одежды до истерики, большинство белья Старого Света справлялось с ними на ура. Естественно, она хотела заполучить каждую пару, до которой только могла дотянуться.

Но, разумеется, дешёвым оно не было. Брендовая ценность Старого Света, в сочетании с функциональным превосходством этого белья, делала его ходовым товаром даже среди состоятельных жителей ограждённых районов и уводила его далеко за пределы доступности для большинства обычных людей. И хотя часть современной одежды всё же соответствовала потребностям Сары, технологии и материалы, необходимые, чтобы дотянуться до уровня изделий Старого Света, закономерно давали ещё более высокий ценник, особенно если вещи были ещё и удобными или модными. К тому же такие изделия выпускались в крайне ограниченных фасонах и количествах, так что торговцам было трудно на них зарабатывать (ещё одна причина, почему они не прижились как замена обычного белья).

Поэтому, когда Сара находила женское бельё в руинах, она старалась оставить его себе, а не сдавать в обменник. Многие другие охотницы делали так же, это было куда дешевле, чем покупать то, что им нужно. И Сара накопила довольно много пар, чтобы никогда не остаться без запасного.

Но затем череда городских заказов лишила её времени на исследование руин, при этом требуя частых переходов пешком и боёв с монстрами. Разумеется, из‑за этого её коллекция изнашивалась ускоренными темпами. Теперь она оказалась в опасной зоне, у неё оставалось всего несколько последних комплектов.

Обычное бельё изнашивалось слишком быстро, чтобы служить реальной заменой. Так что, если Сара вскоре не найдёт новый источник, её обрекут на жизнь без белья, отсюда и её потребность в одежде Старого Света.

После того как Акира с напряжённым вниманием выслушал рассказ Сары о её проблемах с бельём, он обнаружил, что его взгляд то и дело соскальзывает на пример, который сейчас был на ней.

— Спасибо за них, — сказала она, заметив его взгляд. — Я сразу пустила их в дело.

Осознание того, что Сара носит его подарок, сделало для него куда труднее игнорировать её полураздетый вид.

— Мм? — с запозданием откликнулся он. — А. Ну, пожалуйста.

— Давай, смотри как следует! — добавила она, ухмыляясь, увидев, как он смутился. — Считай это моим "спасибо".

Акира ничего не ответил, но перевёл взгляд на Елену и спросил.

— Так что имела в виду Сара, когда сказала, что продажа ей удержит новости о моих реликвиях от распространения?

Елена с досадливой улыбкой начала объяснять.

Охотники приносили из Пустоши на обмен огромное количество реликвий. И если обобщить все эти данные продаж, можно было примерно выяснить, какие типы реликвий из каких руин поступают. Поэтому когда на обмене появлялось большое количество реликвий, не связанных ни с одним известным местом, некоторые люди начинали искать неисследованные районы или целые неоткрытые руины, которые могли бы быть их источником.

Конечно, такие находки было нелегко отследить, если только первооткрыватель не приносил необычные реликвии массово. И Акира мог бы сделать свою добычу ещё труднее отслеживаемой, если бы продавал её Саре, а не в обменнике. И всё же, какими бы простыми ни казались такие меры предосторожности, многие охотники загоняли в руины огромные грузовые машины и возвращались с полными кузовами реликвий, стремясь сорвать куш, пока их открытие оставалось секретом. Хотя это, разумеется, сразу же их и разоблачало, мало кто мог вынести множество опасных одиночных рейсов, необходимых, чтобы постепенно вынести каждую последнюю реликвию, никому ничего не сказав.

И другие промахи тоже могли выдать до того неизвестные места. Примеров хватало, чтобы показать: средний охотник, случайно наткнувшийся на нетронутые руины, не слишком-то способен скрыть свою находку.

Лицо Акиры ожесточилось, когда он узнал, что даже хорошо скрытые открытия обычно вскрываются довольно быстро. Он и не ожидал, что сумеет прятать свои руины вечно, но теперь сразу пожалел, что продал часть находок Кацураги и другие отдал Шерил. Но когда он высказал свои страхи Елене и Саре, они сказали ему не переживать: слухи всё равно когда-нибудь расползутся, что бы он ни делал. Поэтому Акира решил последовать их совету.

Пока они обсуждали планы по разграблению руин станции Йонозука, Елена и Сара заметили лёгкое движение глаз Акиры. Он то и дело переводил взгляд с одной на другую, невольно сравнивая их.

В отличие от дерзкого, или просто неряшливого, ансамбля Сары "рубашка и нижнее бельё", Елена была одета просто, но аккуратно. Воротник у неё был застёгнут, скрывая ложбинку груди, рукава доходили до запястий, юбка закрывала всё от талии до щиколоток. В её одежде было что-то неуловимо изящное, она словно была задумана так, чтобы скрывать линии тела.

Ни одну из них взгляд Акиры не задевал, они не носили ничего такого, чего стыдились бы на людях, и он не пялился на них так, будто пытался "оценить" их. И всё же они понимали, насколько по-разному выглядят, и не могли не задуматься, что он думает, видя их рядом.

«Может, это чуть слишком официально», — подумала Елена, ещё раз глянув на лучшую подругу. В её наряде не было ничего вызывающего: ниже шеи он не показывал кожи, словно был выбран, чтобы спрятать её фигуру. Но именно поэтому он мог создавать впечатление, будто она необычайно чувствительна к мужским взглядам.

Силовой костюм Елены был крайне тонкой моделью того типа, который ещё называли силовой внутренней одеждой. Так что, хотя он и закрывал кожу, он ничего не оставлял воображению. Она оправдывала для себя его ношение тем, что высокая производительность костюма перевешивает его эстетические минусы, и к тому же она прятала его под бронированным пальто. Но Акира уже знал о её силовом костюме. Тревожно желая доказать, что он не является "представителем" её гардероба, она в этот раз подсознательно выбрала особенно строгий наряд.

Но рядом с Сарой эта одежда делала её выглядящей зажатой, почти обороняющейся. Она словно говорила, что Елена доверяет Акире меньше, чем её подруга. Разумеется, было уже поздно расстёгивать воротник или переодеваться во что-то более располагающее. Сара потом не дала бы ей покоя.

Сара проходила через похожее саморазмышление.

«Может, я и правда в этом выгляжу как неряха», — подумала она. Сидя рядом со своей полностью одетой, почти солидно, лучшей подругой, она с избытком оголённой кожи казалась скорее неаккуратной, чем соблазнительной. Её передёрнуло: а вдруг Акире это противно? А вдруг отсутствие приличий отбило у него охоту воспринимать её привлекательность? Она не могла не задаваться этим вопросом. Но было уже поздно застёгивать рубашку или надевать что-то ещё. Елена потом устроила бы ей разнос.

Так что, оглядев друг друга, обе женщины пришли к одному и тому же выводу: в следующий раз они чуть больше подумают о том, что надеть.

Акира заметил, как по мере того, как он вместе с Еленой и Сарой проговаривал приготовления к экспедиции в Йонозуку, с ними происходит едва уловимая перемена, но он ни за что не смог бы угадать её причину. Их разговор продолжался до позднего вечера и ни разу не прерывался настолько надолго, чтобы его более застенчивые участники успели переодеться.

◆

Через неделю после первого визита на станцию Йонозука Акира был полностью готов ко второй экспедиции. Он оставил машину в Пустоши на значительном расстоянии от городской черты и устроился ждать Елену и Сару. Вокруг было совершенно пусто, и с выбранной позиции он без труда заметил бы любого, кто попытался бы идти за ним по пятам.​

Идея выйти из города в разное время и встретиться уже в Пустоши, как дополнительная предосторожность, принадлежала Елене. Если бы они увидели, что за ними кто-то определённо следит, они бы отменили вылазку, но пока Акира не заметил ничего подобного.​

«Похоже, берег чист. Может, я слишком переживал».

Кто-то с острым чутьём мог бы по реликвиям, которые он продал Кацураги и подарил Шерил, сделать вывод, что появились новые руины. Но к его облегчению, за прошедшую неделю ничто не подтвердило этих опасений.​

[Ну что, рад, что на этот раз твоё невезение не высунулось?] — поддразнила Альфа с пассажирского сиденья. Как обычно, её наряд выглядел совершенно не к месту в Пустоши.​

«Ещё бы», — Акира ухмыльнулся в ответ, не теряя спокойствия.​

Уловив его уверенность, Альфа добавила в улыбку нотку вызова.

[Как бы то ни было, Елена и Сара будут здесь с минуты на минуту, так что и нам пора начинать. Но сначала я хочу спросить тебя в последний раз: ты точно уверен?]​

По просьбе Альфы Акира должен был идти в этот раз без её поддержки, имитируя ситуацию, когда их связь пропадает. Она представила это как тренировку на случай чрезвычайных обстоятельств: если Акира убедится, что способен сражаться без неё, то меньше запаникует, если обстоятельства не оставят ему выбора.​

Но у Альфы была и другая цель. Акира всё ещё сомневался в собственных силах, и она надеялась, что, заставив его увидеть, на что он действительно способен, сможет умерить его чрезмерную скромность.​

Не так давно Акира столкнулся с командой Кацуи из‑за Люсии. Раздражённый тем, что считал себя недостаточно умелым, и ослеплённый ненавистью на самого себя, он едва не устроил перестрелку с противником, который был заметно лучше вооружён. Альфа поставила диагноз "отчаяние", вызванное верой в собственную слабость, и решила немного укрепить его уверенность. Если Акира поверит, что сможет заслужить одобрение Елены и Сары без помощи Альфы, он будет вести себя разумнее, когда возникнет похожая ситуация, по крайней мере, так она надеялась.​

Акира не знал весь её план, но возможность проверить себя ему нравилась. Кроме того, он соглашался, что момент удачный: Елена и Сара будут рядом и смогут вытащить его, если при более глубоком заходе в руины он действительно потеряет контакт. Эта тренировка была ещё одной причиной, почему он так ждал возвращения на станцию Йонозука.​

«Да, я уверен. Можешь начинать.»​

[Ладно, начнём. Удачи], — сказала Альфа мягко и её улыбка вдруг стала озорной.​

«Что?» — насторожился Акира.​

[Ты всегда можешь отменить всё, если станет слишком одиноко. Просто позови меня по имени.]​

«Да начинай уже!» — Акира нахмурился, раздражённый поддёвкой, и Альфа исчезла, всё ещё широко ухмыляясь.​

Сразу же его силовой костюм почувствовался "не таким": чуть тяжелее и менее отзывчивым. Поддержки Альфы больше не было.​

Теперь разведку Акире приходилось вести самому. Он опустил на глаза дисплейные очки, которые до этого были на лбу, и начал сканировать окрестности. Хотя у грузовика тоже были собственные датчики, они были настроены на обнаружение монстров на дальнем подходе, их сканирование было широкими, но поверхностными и грубыми. Его личный сканер лучше подходил для тщательной проверки ближайшего пространства, и к тому же был связан с датчиками машины.​

Когда грузовик сообщил о потенциальной угрозе, Акира повернул голову в ту сторону, уже глядя через очки. После этого сканер костюма автоматически нацеливал сенсоры в нужном направлении и выводил на дисплей увеличенное изображение. Но какими бы удобными ни были эти функции, по сравнению с поддержкой Альфы они бледнели и Акира уже начал по ней скучать.​

Активность, которую уловил сканер, оказалась машиной Елены и Сары, направлявшейся к нему. Акира махнул и, благодаря усиленному зрению, увидел, как они машут в ответ.​

«Вовремя. Я приехал пораньше, на всякий случай, но, видимо, первоклассные охотники умеют держать график даже в кишащей монстрами Пустоши. Ну как, Альфа?​»

Ответа не последовало.​

— А, точно, — пробормотал он. Без связи с Альфой он не смог бы видеть её знакомый силуэт в дополненной реальности или слышать её телепатический голос. Так что, само собой, на время упражнения ему пришлось бы обойтись без всего этого.

Акира поморщился. С тех пор как они впервые встретились, отвечающий голос Альфы стал для него частью повседневности, и её отсутствие ударило сильнее, чем он ожидал. Чтобы скрыть внезапное одиночество, он поворчал себе под нос.

◆

Охотники добрались до заваленной щебнем равнины возле входа на станцию Йонозука. Первым делом нужно было снова раскопать маршрут, который Акира однажды нашёл, а затем заново закопал. Как силовая часть группы, Акирa и Сара взялись за работу, отшвыривая глыбы мусора в сторону.​

Елена держала обстановку под контролем через сканер, но не заметила ни монстров, ни чужих охотников, которые могли бы помешать. Пока она наблюдала за раскопками и окружающей местностью, её кольнуло сомнение.​

«Как Акира на самом деле нашёл эти руины? Он сказал, что наткнулся случайно, но в это трудно поверить».​

Совпадение объясняет не всё. Чтобы "случайно наткнуться" на руины, Акирa должен был хотя бы проходить через этот район. Но зачем охотнику сюда заходить? Поблизости не было других руин, и это место не лежало на пути к чему-то более дальнему. И уж точно нельзя просто случайно найти закопанный вход. Можно представить, что всплеск монстров расчистил бы завал как раз в момент, когда Акиra проходил мимо, но такое событие оставило бы следы, а их не было. К тому же сам Акирa подтвердил, что руины свободна от подобных тварей.​

Елена думала, что поймёт, как ему удалось открыть руины "случайно", когда сама окажется на месте. Но осмотр лишь выявил новые дыры в его истории.​

«Мне было бы проще ему поверить, если бы он сказал, что просто сработало чутьё и его потянуло посмотреть сюда», — сухо подумала Елена. И тут она зацепилась за слово: чутьё?​

Она вспомнила, как во время патруля под руинами Кузусухары Акирa распознал стаю скорпионов Ярата, замаскированных под стену из обломков. Тогда он приписал находку инстинкту, но Елена в этом сомневалась. Ей казалось, что он скрывает правду: действовал на основании точных данных, которыми не мог поделиться. Так откуда у него информация?​

У Елены появилась догадка.

«Я почти уверена, что Акирa — пользователь Старого Домена».​

Пользователи могли подключаться к сети Старого Мира, известной как Старый Домен, хотя никто толком не понимал, как именно работают их способности. А некоторые руины относились к той же древней эпохе.​

«А что, если пользователи способны "чувствовать" неоткрытые руины?»

Это звучало, по крайней мере, логичнее, чем "инстинкт" или "случайность". В конце концов, Акирa и правда раскопал неизвестную ранее станцию Йонозука.​

Елена и сама не заметила, как пристально уставилась на него. Если она права, то он ценен астрономически, куда сильнее, чем сам, вероятно, понимает. И он вполне мог искренне считать, что действует по наитию.​

Вопреки себе, она подумала, как можно было бы воспользоваться его неосведомлённостью. Часть её разума закричала: немедленно брось эту мысль. Но другая, холодная и расчётливая, всё равно продолжила прикидывать.​

«Для большинства это было бы трудно: ни один пользователь Старого Домена не бывает доверчивым. Но для нас?..»

По счастливой случайности, у них уже было доверие Акиры, а в его знаниях об охоте оставались пробелы. Елена невольно прикинула, как легко можно вытянуть из него информацию, если задавать вопросы правильно.​

«Сколько мы заработаем, если выйдет?» — спросила она себя. Нетронутая руины это состояние, а даже сведения о свежих руинах можно продать за огромные суммы, если грамотно разыграть карты.​

«И с такими деньгами я смогу вылечить Сару».​

Аугментация наномашинами спасла Сару от почти неизлечимой болезни. Но, строго говоря, она не была исцелена: наномашины лишь удерживали её умирающее тело в состоянии видимого здоровья, и их приходилось периодически пополнять.​

Технология, способная устранить первопричину и довести её до полного выздоровления, существовала, но лечение стоило астрономически дорого. Сейчас Елена и Сара могли позволить себе только не дать состоянию Сары ухудшаться, поэтому они продолжали охотиться за реликвиями в надежде когда-нибудь заработать достаточно на окончательное решение.​

Но охота — дело смертельно опасное. У них хватало провалов и опасных ситуаций, где всё висело на волоске. Елена порой сомневалась, есть ли смысл рисковать смертью в Пустоши ради того, чтобы удерживать Сару живой, и смогут ли они вообще прожить достаточно долго, чтобы накопить нужные деньги.​

А теперь перед ней стоял короткий путь к богатству. Она смотрела на Акиру холодными глазами переговорщика, взвешивая за и против.​

«Стоит ли пытаться?»​

Что они могут выиграть и оправдывает ли прибыль риск? Акирa спас им жизнь, и Елена хотела оставаться с ним в хороших отношениях. Достаточно ли возможная выгода велика, чтобы растоптать его доверие? Елена колебалась, даже не вполне осознавая, как эти мысли уже начинают её перекраивать. Но одно она знала точно: если выбирать между Акирой и Сарой, она каждый раз выберет Сару.​

Её лицо стало мрачнее. И как раз когда внутренние сомнения начали перекашивать её рассуждения, Сара крикнула.

— Елена! Мы нашли вход!

Елена резко вернулась в реальность.​

— Что-то не так? — добавила Сара. — Ты уже какое-то время хмуришься.

Услышав тревогу в её голосе и увидев её на лице мальчишки, который когда-то спас Саре жизнь, Елена заставила себя улыбнуться.

— Ничего. Просто много всего в голове. Всё-таки эти руины по сути ещё не исследованы, даже несмотря на то, что Акирa уже бывал внутри.​

— И это всё? — Сара выдохнула. — Тогда надеюсь, ты уже разобралась с тем, что тебя волновало, потому что в той кромешной темноте мы будем рассчитывать на твою разведку.​

— Знаю. Вы в надёжных руках. Акирa, это значит, что внутри ты тоже должен выполнять мои указания, хорошо?​

— Не переживай, я буду слушаться, — весело кивнул Акирa.​

«Да что со мной такое?» — подумала Елена, отвечая ему улыбкой. — «Почему я вообще должна заставлять себя выбирать между ними? Я не хочу, чтобы Акирa меня возненавидел, и я точно не хочу, чтобы Сара потом меня прибила за то, что я предала человека, которому мы так обязаны. Да ни за что я не стану рушить наши жизни только из-за того, что нам слегка не хватает денег!»​

Она прогнала страхи, лежащие в основе сомнений, сказав себе, что они с Сарой с того дня в руинах идут вверх. Их цель номер один — жить вместе и получать от жизни удовольствие, а в предательстве нет ничего весёлого. Укрепившись в этом, Елена списала прежние мысли на минутную слабость.​

◆

Трое остановились перед входом на станцию Йонозука и заглянули внутрь. Как и в прошлый раз, лестница уходила вниз, в будто бы бездонную темноту. Акира сосредоточился на ровном, глубоком дыхании, чтобы успокоить нервы: хоть теперь он был не один, ему всё равно предстояло лезть в практически неизвестные руины без помощи Альфы.​

Рядом с ним Елена направила винтовку вниз по лестнице и нажала на спуск. Из подствольного гранатомёта вылетел маленький предмет и исчез в темноте.​

— Что это было? — спросил Акира.​

— Терминал поддержки. Он ещё и как расширение моего сканера работает, — ответила Елена. Она коротко объяснила, что у устройства есть клейкое покрытие: оно намертво прилипает к тому, во что попадёт. После закрепления терминал передаёт данные об окружающем пространстве на её основной модуль. Сканирует он небольшой радиус и не с высокой детализацией, но позволяет собирать разведданные с безопасного расстояния. Даже если связь с терминалом вскоре оборвётся, сама попытка всё равно может дать полезную информацию, например, предупредить о плотных "карманах" бесцветного тумана.​

— Полезная штука, — подытожила она, — но обычно я ими не пользуюсь: для расходника они недешёвые. Но тут мы не знаем, чего ждать, так что я решила подстраховаться и надеюсь, нетронутые реликвии оправдают затраты.​

Елена выстрелила ещё одним "передатчиком" в ближайшую стену. Теперь она могла наблюдать за входом и предупредить спутников, если пока они будут внутри, появятся монстры или другие охотники. Терминал также послужил бы беспроводным маяком, помечая путь обратно.​

Сканеры у них уже были синхронизированы, поэтому данные с датчика, который Елена отправила вниз по лестнице, отобразились и на экране очков Акиры. Признаков монстров не было. Он согласился, что устройство полезное, но тут же подумал, что стоимость таких удобств, должно быть, быстро накапливается, и снова осознал, насколько обычно полагается на Альфу в разведке.​

— Тогда нам надо как следует потрудиться, чтобы эта вылазка принесла прибыль! — сказал он, смеясь, чтобы разогнать страх, что может выйти иначе. Елена и Сара засмеялись вместе с ним.​

И втроём они вошли в то, что осталось от станции Йонозука.​

Продвигаясь вперёд, охотники подсвечивали руины, вышли из лестничного пролёта в коридор и пошли по нему, пока не нашли плакат, занимавший целый участок стены. Их переносные фонари даже на максимальной яркости не могли полностью разогнать тьму, так что, хотя Акира и знал, чего ждать, объёмные изображения реликвий всё равно казались ему настоящими в тусклых конусах света.​

У Сары загорелись глаза.

— Елена! — воскликнула она. — Смотри, что тут просто валяется!​

— Похоже, и правда ценные, — согласилась Елена, улыбнувшись. Но улыбка быстро сошла с её лица. — Стоп. Извини, Сара, но тебе лучше сразу отказаться от мысли тащить это наверх.

— Почему? — нахмурилась Сара. — Мы их нашли, а значит, можно и забрать. Не переживай: я без напряга проломлюсь туда. Да, может сработать сигналка, но рано или поздно до этих вещей кто-нибудь доберётся, так пусть это будем мы.

— Я не об этом. Оно выглядит объёмным, но это просто плоское изображение. Они не настоящие.

— Что?! — ошарашенная Сара упёрлась ладонями в стену и подалась вперёд, пытаясь разглядеть "реликвию" за стеклом. Рядом Елена подвинула луч света так, чтобы он падал на стену под другим углом. Тени "реликвии" остались неестественно неподвижными и стало легче понять, что перед ними всего лишь 3D-картинка.

— Да ну! — простонала Сара и обмякла, а Елена рядом криво усмехнулась.

Акира не смог сдержать смешок.

— Ты что, смеёшься надо мной?! — возмутилась Сара, резко обернувшись к нему.

— П-прости, — смущённо сказал он, давясь смехом. — Я не удержался. У меня была точно такая же реакция, когда я увидел этот плакат.

То, что она оказалась не одна такая, заметно улучшило Саре настроение.

— Ну вот, Елена, — заявила она. — Значит, моя реакция была совершенно нормальной.

— Понимаю, — Елена усмехнулась и больше ничего не добавила.

Но этот обмен оставил у неё вопрос: если Акира среагировал так же, как Сара, значит, что-то должно было подсказать ему, что реликвия ненастоящая, так же как она сама подсказала это Саре. И у Елены было предположение, чем именно это могло быть.

— Как думаешь, эти руины ещё работают, Акира? — как бы между прочим спросила она.

— А? Нет, думаю, они уже отключены. Ну ты посмотри, тут же темно, — ответил Акира. Он добавил, что в магазине дальше по проходу автоматическая дверь не работала и никакая тревога не сработала, когда он силой открыл дверь и вошёл.

— Правда? Тогда, думаю, можно не бояться систем безопасности. Как же я рада, что Сара не убьёт нас всех, когда увидит бельё и тут же разнесёт витрину, чтобы его достать.

— Елена, — укоризненно перебила Сара. — Я бы хотя бы сначала проверила.

— Проверила бы? Ну, я бы это очень оценила.

Смех Елены закрыл тему, и она повела спутников дальше по проходу. Она старалась не возвращаться мыслями к прежним сомнениям, убеждая себя, что просто слишком накрутила. Елена подозревала, что Акира мог получать информацию через дополненную реальность, что-то вроде "подсказчика", который видят только пользователи, и тогда оставалась вероятность, что, несмотря на внешний вид, руины всё ещё функционируют. А значит, активная охранная система могла бы вызвать враждебных роботов. Она задала вопрос, чтобы подтвердить или снять свои опасения, но ответ Акиры показывал, что они, похоже, беспочвенны: руины вне сети. Решив, что она действительно читает слишком много между строк, Елена прекратила дальнейшие догадки.

«Лучше не будить спящего льва.»

◆

Экспедиция продолжалась гладко под командованием Елены. Исследователи не встретили ни обвалов, ни россыпей завалов, ни следов монстров. Подземный комплекс, если не считать отсутствия света, выглядел почти таким же, каким был когда-то. И благодаря относительной безопасности они довольно быстро успели составить карту значительного участка — настолько большого, что Елена исчерпала запас мини-терминалов, расширявших радиус её сканирования, хотя она и взяла их с запасом на случай неизведанных руин.​

Запустив последний терминал, Елена решила, что дальнейшее продвижение уведёт их слишком далеко от выхода. Она сказала Акире и Саре, что на сегодня пора заканчивать и возвращаться к первому магазину, который им встретился. Охотники пошли обратно по своим следам и выглядели уже более расслабленными, чем в начале. По дороге Елена, нахмурившись, высказалась о руинах.

— Знаешь, Акира… не хочу говорить, но руины, которые ты нашёл, это проблема.​

— Правда? Ты так думаешь? — растерялся Акира. — Там же полно реликвий и нет монстров, я думал, это джекпот.​

— В этом-то сомнений нет. Но если судить по тому, что мы увидели сегодня, это слишком большой джекпот. Когда люди узнают об этом месте, я не удивлюсь, если начнётся буря.​

Видя, что Акира не улавливает ход мысли, она разложила всё по полочкам. Сейчас почти единственное, что отделяло реликвии станции Йонозука от любого желающего их забрать, это темнота. Руины, похоже, богаты и свободны от монстров, о таком можно только мечтать. Но один человек унести может не так уж много, а чем дольше чистишь руины, тем выше шанс, что их откроет кто-то ещё. И как только слух пойдёт, кто-то обязательно попытается забрать максимум реликвий, просто "закинув мясо" — количеством людей. А большую рабочую силу не спрячешь, и это лишь привлечёт ещё больше внимания к существованию руин.​

Обычно охотники сначала ждут, собирают сведения о новом месте: никто не хочет влетать вслепую в логово монстров. Этот страх работает тормозом и не даёт армии охотников сразу же хлынуть в свеженайденные руины. Но на станции Йонозука монстров нет. Значит, туда потекут охотники, вплоть до самых зелёных новичков, при первой же возможности. А дальше начнутся убийства: в Пустоши вооружённые и не слишком благородные охотники быстро переходят к тому, чтобы резать друг друга за реликвии. По мнению Елены, это не остановится, пока либо не вынесут всё подчистую, либо руины не завалит трупами.​

— Неужели будет настолько плохо? — нервно спросил Акира.​

— Я только предполагаю, — ответила Елена. — Но ты не можешь отрицать, что такая вероятность есть.​

— Ну… да. Наверное.

— Я бы сказала, что вероятность достаточно велика, чтобы тебя предупредить.​

Акира нахмурился, подумав, что он, возможно, сам дёрнул спусковой крючок будущей бойни.

— Не принимай близко к сердцу, даже если всё и правда превратится в катастрофу, — бодро вставила Сара. — Кто-нибудь всё равно нашёл бы это место и запустил бы процесс когда-нибудь. Разница лишь в том, что "когда-нибудь" это теперь, а "кто-нибудь" это ты.​

— Может, ты и права, — лицо Акиры смягчилось. Ему была приятна её доброта, и в её логике был смысл.​

— И раз это всё равно случится, — продолжила она, — то тебе тем более стоит опередить остальных. Кто первый приведёт сюда большую группу, тот и заберёт львиную долю прибыли. А раз руины нашёл ты, то, по-моему, ты это право заработал.​

— Я подумаю. Но пока давайте сосредоточимся на том, что мы можем унести сегодня.​

Сара рассмеялась.

— Отличный план. Одна мысль о том, что мы поедем домой с машиной, набитой реликвиями, делает меня счастливой.

Охотники не могут позволить себе быть святыми. Поэтому они отложили прочие заботы в сторону и с жадным нетерпением стали ждать плодов сегодняшней работы.​

◆

После того как охотники перетащили добычу со станции Йонозука, они снова засыпали вход. Следы двух раскопок и повторных засыпок было трудно не заметить, но Акира пока не переживал: он сомневался, что кто-то станет от нечего делать откапывать такую гору завалов просто потому, что видно, что место тревожили.​

— Мы закончили, Елена! — крикнул он.​

— Отлично! Тогда поехали домой с добычей.​

Акира, Елена и Сара уехали от руин, таща за машиной полностью загруженный хозяйственный прицеп. Они переговаривались по бортовой связи, мчась через сумеречную Пустошь и возвращаясь в город окольным маршрутом.​

— Знаешь, я не думал, что мы в итоге повезём назад целые стеллажи, — заметил Акира. — Я понимаю, что технически это реликвии, раз они из Старого Света, но всё равно.​

Складной прицеп, который Елена и Сара взяли для перевозки реликвий, мог раскладываться так, чтобы вмещать груз, сопоставимый с небольшим грузовиком. И сейчас он был завален стеллажами из магазина, который Акира обчистил в свою первую вылазку.​

— За такое вообще можно получить хорошую цену? — спросил он.​

— Да, — ответила Елена. — У некоторых витринных стеллажей Старого Света внутри есть продвинутые системы консервации. А раз это полезная штука, то и деньги за неё дают хорошие. Помнишь, на некоторых из них было что-то, похожее на еду?​

— Помню, но там она даже не протухла, она в пыль превратилась. Если стеллажи должны были сохранять свежесть, значит, эта часть сломана.​

— Они могли просто остаться без питания. А если и правда повреждены, возможно, их можно починить. Даже совсем сломанные блоки стоят дорого: их всё равно можно пустить на обратную разработку. — Елена добавила, что, конечно, это могут оказаться и обычные стеллажи, но раз на месте они не могли нормально оценить находки, приходилось полагаться на удачу, чутьё и опыт.​

По голосу Акиры было слышно, что он и поверил, и впечатлился.​

Тогда Елена со смехом добавила ещё одно объяснение.

— Держу пари, ты думаешь, почему мы забрали именно стеллажи, хотя вокруг валялось полно других реликвий. Так вот, у этого тоже есть причина.​

Акира напрягся, решив, что она прочла его мысли.​

Когда охотники находили в руинах стеллажи с товарами, большинство, как Акира, забирали только товары. Лишь немногие утаскивали ещё и сами стеллажи. Поэтому такие полки сравнительно легко достать даже на хорошо обследованных объектах. И если охотник возвращался бы из более "свежих" руин только со стеллажами, многие решили бы, что он прихватил их от отчаяния, потому что не нашёл ничего получше.​

Иными словами, Елена выбрала именно такую партию добычи, чтобы сбить других со следа: кто заподозрит нетронутые руины, если охотник притащил пустые полки?​

— В общем, этот трюк может и не дать многого, — заключила она, — но он должен купить нам ещё немного времени, прежде чем другие узнают о станции Йонозука.​

— А, вот зачем! Спасибо. — Акира слушал Елену с живым интересом и особенно остро почувствовал, что сам бы до таких мер предосторожности не додумался.​

◆

Ещё далеко от Кугамаямы, в Пустоши, Акира отцепил прицеп от своей машины и прицепил его к машине Елены и Сары. Женщины собирались возвращаться домой ещё более длинным обходным маршрутом, заезжая по дороге в другие руины, чтобы сильнее замаскировать источник реликвий. И продавать груз стеллажей тоже должны были они.​

Для большинства охотников это выглядело бы безрассудством: ничто не мешало бы им уехать с долей Акиры или подкрутить цену при продаже. Елена и Сара и сами сказали ему об этом, прежде чем предложили такой вариант. Но Акира охотно согласился: Кацураги мог бы заподозрить неладное, если бы он пришёл с очередной партией так скоро, а где ещё продавать стеллажи, он не знал, так что это предложение было ему очень кстати.​

Елена и Сара пообещали провести продажу аккуратно, радуясь, что Акира им так доверяет. Они также договорились сходить вместе ещё раз на станцию Йонозука, но это должно было подождать: у женщин были другие обязательства. Акира же мог, если хотел, совершать ещё вылазки в одиночку или не ходить вовсе. Частые визиты привлекали бы больше внимания, но при этом было важно вынести как можно больше реликвий, пока место оставалось тайным. Елена и Сара сказали Акире, что оставляют этот выбор за ним, как за первооткрывателем руины.​

Проводив их взглядом, Акира на сегодня закончил охоту. Он немного передохнул на водительском сиденье. И, отчасти потому, что только что общался с Еленой и Сарой (пусть и по связи), вокруг вдруг стало казаться непривычно тихо.​

Тогда он повернулся к пустому пассажирскому сиденью.

— Альфа.​

[Да?] — и она тут же была рядом, с понимающей улыбкой на губах.​

— Раз ты пришла, когда я позвал, значит, тренировка закончилась?​

[Ты уже попрощался с Еленой и Сарой, так что я не стану настаивать, чтобы "охота" длилась до самого дома. Думаю, ты согласен, иначе не звал бы меня.]​

— Попалась. Ладно, поехали назад.​

Акира вёл машину молча, будто избегал чего-то. Альфа сияла на сиденье рядом, но он её игнорировал.​

[Тебе было одиноко?] — наконец спросила она.​

Помолчав, он выпалил.

— Да!​

Он не хотел лгать Альфе, отчасти из‑за их договорённости, а отчасти из‑за доверия, которое уже между ними сложилось.​

Выпалив это, он прибавил газу, изо всех сил стараясь выглядеть раздражённым. А рядом Альфа улыбалась всё так же весело.​