«Теперь мне точно крышка…»

Он осознал, что лежит, лицом вниз на голом полу. Силы оставили его, пальцы онемели. Был лишь огонь, сжигающий внутренности.

«Жжёт! Как сильно жжёт!..»

Вслед за жестоким приступом кашля из горла хлынула кровь, на губах выступила кровавая пена. Словно сквозь туман, он видел обагрённые половицы.

«Вся эта кровь… моя?!»

Ошеломлённый её обилием, он протянул трясущуюся руку к животу в поисках источника испепеляющего жара и нащупал огромную рану. До него дошло, что это был за огонь: невыносимо жгучую боль причинял распоротый живот.

Другими словами, в этой партии ему поставили шах и мат. Мысли начали путаться и уплывать куда-то вдаль.

Чёрные туфли нарушили кровавую гладь.

Рядом кто-то стоял. Судя по всему, убийца. Но он даже не подумал поднять голову и заглянуть ему в лицо. Какая теперь разница.

«Лишь бы с ней всё было хорошо…»

— …бару?

Кажется, до его ушей донёсся чей-то звонкий, как колокольчик, голос. Да, он не ослышался. Он узнал этот голос, и его охватило облегчение.

«Ещё не всё пропало! Значит, она…»

Внезапно раздался крик, и в лужу крови рухнуло ещё одно тело. Совсем рядом с ним, едва не задев безвольно лежащую руку. Окровавленные пальцы с трудом дотянулись до бледной ладони, и он почувствовал слабое пожатие в ответ.

— Подожди… — прохрипел он, из последних сил пытаясь удержать ускользающее сознание. — Я… обязательно…

«…спасу тебя», — пронеслось в голове, и в следующий миг жизнь покинула Нацуки Субару.