* * *

※※※※※※※※※※※

* * *

Жар опалил лёгкие. Грудь мужчины пронзила боль.

— Кх! — он судорожно глотнул воздух, но в лёгкие ворвался лишь едкий дым. Прикрыв рот рукавом, мужчина поморщился от запаха гари и с трудом шагнул вперёд.

Город было не узнать. Некогда шумный, кипящий жизнью, торговый центр королевства превратился в руины. От былого процветания не осталось и следа.

Обугленные улицы, объятые пламенем деревья, рухнувшие дома… Где-то вдалеке раздавались человеческие крики.

 Сжимая зубы и щурясь от дыма, он неустанно двигался сквозь поле боя прямо в ад.

 Да, поле боя. Знакомое ему до боли поле боя. Его привычный ад, куда он снова вернулся.

 В прошлом он уже скитался среди языков пламени, в одиночестве и крови пробираясь через этот ад.

 Тогда он был лишь жалким, никчемным и слабым новобранцем, не имевшим представления ни о правилах войны, ни о выживании. В то время он просто отчаянно пытался не умереть.

 В тот раз он выжил не из-за какого-то таланта или врожденного инстинкта, да и на помощь ему никто не приходил. Ему лишь повезло, больше, чем тем, кто пал на том поле боя.

Но что теперь? Неужели и сейчас ему просто повезло? Он что, всё ещё жив лишь благодаря улыбке фортуны?

— Тц!

Нет. Нет, нет, нет и ещё раз нет!

Всё изменилось, теперь не как в тот первый раз, и здесь удачей не спасешься — это уже совсем другой ад.

Но дело не только в этом, сам он тоже стал другим. В те дни в бой его вела не какая-то великая причина, а лишь наивные героические иллюзии и собственная бесхарактерность.

У него не было никаких причин сражаться, ему не хотелось жить, им двигало лишь нежелание умирать. Какой же идиот…!

Не изменись он — ноги сами унесли бы его прочь из города. Если бы выживание было единственным желанием, он бы так и поступил. Но нет.

Ноги несли его к центру города, прямо в жерло пылающего ада.

— А-а-а!!! — оглушительный рёв раздался в небе.

Это ревел ужасный Дракон, топя в себе крики, стоны, и грохот падающих зданий, словно намереваясь навеки оставить след своей ярости в этом мире.

Драконий рёв сковывал сердца, солдаты цепенели, падали и бросали мечи, но мужчина, ни на кого не глядя, шёл вперёд крепко сжимая свой щит.

Потому что там, где свирепствовал ужасный Дракон, сражался его друг.

— Ви…ль…гельм… — прохрипел он, чувствуя, как ноет старая рана. Израненное горло отказывалось произнести — ни имя друга, ни возлюбленной.

И всё же он звал его.

Сердце стучало всё сильнее — ведь там, впереди, сражается его друг. Там сражается «Демон Меча».

«Демон Меча», Вильгельм, его лучший друг, сражается в самом пекле развернувшегося ада.

— Я… иду…

Я иду к тебе, чего бы это ни стоило, я не оставлю тебя одного!

С твердой решимостью в сердце, Гримм Фаузен пробирался сквозь объятый языками пламени город.

Туда, где бились Трёхглавый «Злой Дракон» Вальгрен и «Демон Меча» Вильгельм.

В глубочайшие недра ада, где бушевало пламя «Желающего Гибели», с насмешкой взирая на жалкие потуги червей.