Хм, кто бы мог подумать, что бесцельно бродить по улицам может быть настолько приятно? Вид людей вокруг, просто живущих своей жизнью, семей, возвращающихся домой после весёлого дня, — это как-то успокаивало.

Разумеется, отсутствие ростовщиков, обделывающих свои «дела» в переулках, немало этому способствовало.

Небо начинало окрашиваться в оранжевый. Заметив это, я обернулась к Лейле, которая всё это время молча шла рядом. Даже её платье оставалось таким же безупречным, как и рабочая форма.

— Хочу посмотреть на закат. Составишь мне компанию, Лейла?

Лейла коротко кивнула.

— В таком случае я знаю место, откуда открывается прекрасный вид.

— Тогда доверюсь тебе.

— Как пожелаете, леди Карин.

Лейла повела нас вперёд, стараясь при этом держаться на расстоянии вытянутой руки.

…

Мы добрались до парка в более богатой части города. Несмотря на прекрасную атмосферу и великолепный вид на горизонт, там было практически пусто.

Улицы освещались фонарными столбами, и, вглядевшись сквозь матовое стекло, я разглядела, что источником света был люминит. Обычно люминит испускает яркий зелёный свет, но здесь свечение лишь слегка отдавало зеленью. В основном оно было тёплым, жёлтым.

Я как-то читала в книге, что по количеству зелёного оттенка, оставшегося в уличных фонарях, можно определить, куда город направляет свой бюджет. Отфильтровать каждый след зелени было недёшево. Чем слабее зелёный оттенок, тем изысканнее место.

А значит, этот парк был весьма высокого класса. Жаль только, что мало кто здесь бывал. Полагаю, у богачей находились дела поинтереснее, чем любоваться деревьями и травой.

Знаю, довольно странно оценивать парк по его фонарным столбам. Могла бы судить и по мебели здесь, сделанной из мрамора, качественного дерева и стали, — или по тому факту, что само это место располагалось в богатом районе.

Так или иначе, прежде чем я снова уйду в бесполезные размышления…

Лейла привела нас к одинокой скамье с видом на столицу и горизонт, где вскоре должно было сесть солнце.

— Вот мы и пришли, леди Карин.

Я снова взглянула на горизонт. Солнце начинало клониться к закату.

— Давай насладимся видом, — сказала я Лейле.

Она кивнула и села рядом со мной, молчаливая, как всегда.

Хоть я и наблюдала закат бесчисленное множество раз — то во время тренировок, то с деревенских дорог, — этот ощущался… особенным.

Признаться честно, мы с Лейлой не так уж много и сделали за эту прогулку. Мы поели, прошлись пешком и посидели. Едва ли это можно было назвать настоящей вылазкой, если подумать.

Но почему-то меня это совершенно не смущало. Это был редкий шанс по-настоящему расслабиться. Не думать о расписании, не думать о тренировках. Конечно, конечной целью этой прогулки было помочь мне лучше тренироваться, но вы понимаете, о чём я.

Тихая атмосфера, лёгкий ветерок, прекрасный вид — меня саму удивило, насколько сильно мне понравился этот момент.

Однако было кое-что, что делало его по-настоящему особенным… это Лейла.

Она сидела рядом со мной, молчаливая, как обычно, и, честно говоря? Мне это даже нравилось. Я всё ещё помнила, как она выглядела этим утром: явно подавленная. И у меня было чувство, что дело в работе. Точнее, в её отсутствии.

Я вспоминала, как замечала её ранним утром, уже за работой, облегчающей нагрузку для других слуг. Очевидно, именно ей нужно было немного расслабиться. Но что, если она сама этого не хотела?

В прошлой жизни я тоже был такой же. Ну, может, не в такой крайней степени, но полностью посвящал себя работе. Мне потребовалось слишком много времени, чтобы понять — такой образ жизни не для меня. Не было времени на друзей, не было времени на себя. Любую свободную минуту я тратил на то, чтобы помочь коллегам.

А когда у меня появился младший подопечный для наставничества — Люк — я, как ни странно, стал ещё хуже. Вся моя жизнь превратилась в работу, работу и снова работу.

Я не был уверен, жалел ли я об этом… но точно хотел бы иметь возможность делать чуть больше, чем только это.

Была ли Лейла в такой же ситуации, в какой когда-то был я? Имел ли я право пытаться отвести её от этого пути? Или я просто видел в ней самого себя?

Мне не хотелось, чтобы Лейла постоянно была привязана к работе. Я хотел, чтобы временами она оставалась просто собой, и мне казалось, что я пару раз уже видел проблеск этой стороны.

Признаться, мои собственные мысли на этот счёт меня самого сбивали с толку. Очевидно, я хотел, чтобы Лейла получала удовольствие от жизни, и если это означало работу, кто я такой, чтобы судить? Но я также не хотел, чтобы она перерабатывала, особенно ради меня.

— Леди Карин? — голос Лейлы прервал цепочку моих мыслей.

— Д-да? — сказала я, повернувшись к ней.

Лейла всё ещё смотрела на далёкое заходящее солнце, теперь скрывшееся уже наполовину.

— Позвольте спросить кое-что.

Я моргнула, застигнутая врасплох. Впрочем, самообладания не потеряла.

— Конечно. О чём ты думаешь, Лейла?

Она… не ответила сразу. Какое-то время продолжала смотреть на горизонт, будто не была уверена, стоит ли вообще задавать то, что хотела спросить. Но всё же решилась.

— Леди Карин. Я… достаточно хороша?

Я наклонила голову, слегка озадаченная.

— Достаточно хороша? Ты имеешь в виду, как моя личная служанка?

Лейла на мгновение застыла без движения, прежде чем медленно кивнуть. В её осанке было что-то… напряжённое. Обычно бесстрастное, роботизированное лицо… теперь выглядело мрачным.

Я не знала, как ответить на её вопрос. Я не знала, что именно она подразумевает под словом «достаточно», ведь, на мой взгляд, она уже давно превосходила все ожидания в своих обязанностях. Но мне и не хотелось звучать так, будто я её перехваливаю.

— Разумеется, — ответила я инстинктивно. — Я не променяла бы тебя ни на кого другого.

Она не отреагировала сразу. Вместо этого издала едва слышный вздох, взгляд всё ещё был прикован к горизонту. Затем голосом настолько тихим, что я почти его не расслышала, она наконец призналась:

— Вы лжёте… Я уже дважды вас подвела.

— …А?

Лейла перевела взгляд на брусчатку под ногами, её брови слегка нахмурились.

— Я не смогла вас защитить. Не один раз, а дважды. Я… не могу оставаться рядом с вами после такого…

Не смогла защитить меня дважды? Что она имела в виду?

Говорила ли она о случае в пещере и происшествии в замке?

Но ведь в этом не было её вины… В первый раз Отец настоял, что справится сам. А что до случая в замке — что она вообще могла сделать? Это была атака огненным шаром, потрясшая весь замок.

— Эти последние несколько дней… я всё продолжала напоминать себе, как провалила свою работу. Я… не могу даже представить, что случилось бы, подведи я в третий раз… — рука Лейлы крепко сжала подол юбки, комкая мягкую ткань.

Впервые я видела Лейлу настолько взволнованной…

Значит, этим утром она была подавлена не из-за внезапного отпуска, а из-за страха подвести в своей работе?

— Как я вообще могу быть достаточно хороша… после всего этого?

Брови Лейлы нахмурились ещё глубже. Впервые я увидела эмоции в её глазах.

Гнев.

На кого? На бандитов, что похитили меня? На мага, что напал на меня?

Нет, скорее всего, это был гнев, направленный на саму себя.

Я слегка откинулась назад, внимательно наблюдая за ней. Я… не ожидала, что её тревоги окажутся настолько глубокими. Мне не хотелось предполагать, что она реагирует так лишь из страха потерять работу.

Это было что-то… личное.

Наверное, как бы сильно она ни была особенной для меня, я была настолько же особенной для неё.

Осознав это, я склонилась к ней, положив голову ей на плечо.

— Леди… Карин?

— Ты никогда меня не подводила, Лейла, — сказала я, глядя на заходящее солнце.

Тело Лейлы слегка напряглось, но она осталась молчать.

— Я никогда не считала тебя просто служанкой. Ты человек, на которого… можно положиться. Не из-за твоей работы, не из-за твоих навыков, а потому что ты — это ты.

— Что… вы имеете в виду? — спросила Лейла, и её тон стал чуть мягче.

Я подняла голову, взглянув на Лейлу, чтобы посмотреть ей в лицо.

— Ты особенная для меня, Лейла. Одна мысль о том, что ты всегда будешь рядом, приносит мне утешение. Даже когда мы были разлучены, я всё равно хотела, чтобы ты была рядом. Когда я увидела, что случилось с тобой в тот день… я была в отчаянии.

Я вспомнила. Когда я увидела раненую Лейлу, лежащую там, во мне вспыхнуло желание поймать того, кто это сделал. Гнев, толкавший меня вперёд… тогда это было для меня чем-то новым.

— Я не желаю никого другого в качестве своей служанки, Лейла. Не недооценивай себя. Ты не просто достаточно хороша — ты особенная. — Я снова перевела взгляд на горизонт. Солнце почти полностью скрылось.

— Когда твой отпуск закончится, я хочу лишь одного — чтобы ты снова была рядом со мной. Но прежде, чем это случится… я хочу насладиться свободным временем с тобой, как с подругой.

Лейла судорожно перевела дыхание, её хватка на юбке чуть ослабла. Впервые за сегодня я увидела, как расслабились её плечи.

Наконец Лейла повернулась ко мне лицом. На нём читалась тёплая улыбка… то, что я никогда не думала увидеть.

— …Поняла, леди Карин, — тихо всхлипнула она. — Я благодарна за вашу доброту.

Когда солнце наконец скрылось за горизонтом, на небе начали проступать мерцающие звёзды. День подошёл к концу, но я решила посидеть с Лейлой ещё немного.