— Эй, хватит пить, — сказала Хаын, отбирая у Соён стакан.

Но Соён не была человеком, которого можно так легко остановить. Она подняла бутылку соджу, отпила, стукнула ей по столу и сказала:

— И правда, разве он не негодяй? Все заняты, а он фотографирует, не спрашивая, и постоянно выставляет камеру напоказ.

— Да, да. Верно.

Хаын успокаивала Соён, забирая соджу из ее руки и думая о том, как ей придется убирать весь этот бардак. Как только Хаын начала сдвигать уже опустевшие бутылки, они стали падать на пол одна за другой. Сообразительный официант поторопился убрать их.

— Спасибо.

Когда Хаын поклонилась, отметив доброту работника, тот кивнул, отступил назад, как будто ничего не случилось, и ушел. Она повернулась к Соён, которая билась головой о пустой стол.

Соён, член команды по связям с общественностью, — пьяница со стажем. Но кажется, она не могла победить алкоголь на голодный желудок.

— Я не думала, что ты отключишься после двух бутылок соджу.

Вздохнув, Хаын взяла телефон Соён: «Думаю, нужно позвонить ее парню».

Хаын, позвонившая парню Соён, вскоре подозвала официанта и попросила счет.

— Я заплачу́.

Это был бар, в который они обычно ходили после работы. Официант выглядел так, будто ему было жаль Хаын, когда увидел, что Соён отключилась, хотя не было еще и девяти вечера.

— Кое-что плохое произошло сегодня.

Она подумала, что Соён будет чувствовать себя оскорбленной, если узнает позднее, поэтому Хаын сказала это, достав свою карту. Она не врала — у Соён был плохой день.

— Я сожалею.

Как раз в это время приехал парень Соён. Прошло не так много времени с того момента, как она позвонила ему, но он немедленно приехал и извинился за подругу.

Хаын горько улыбнулась ее симпатичному парню.

— Доюн, тебе не за что извиняться. Это ты извини, что позвонила тебе.

— Нет, все правильно, ты ведь тоже выпила. Спасибо, что позвонила.

Именно это и было причиной, почему она позвонила Доюну. Хаын кивнула и усадила Соён в его машину. Хотелось, чтобы он подвез и ее тоже — она не могла вести машину, так как пила.

Доюн, удобно разместивший Соён на заднем сиденье, посмотрел на Хаын с обеспокоенным выражением лица и спросил.

— Кстати, а почему вы так напились?

— О, ну...

Услышав вопрос Доюна, Хаын нахмурилась и подняла голову. Сегодня Cоён пришлось испытать трудности.

— У нас было объявление о ротации* сотрудников сегодня.

(*Примечание: в бизнесе ротация кадров обычно является частью программы развития сотрудников в очень крупных компаниях, где, как правило, кадры низкого и среднего уровня сменяют друг друга или меняются должностями с другим сотрудником того же уровня. Идея этого состоит в том, чтобы нанять сотрудников широкого профиля и предотвратить скуку и психологическую изоляцию, которые могут возникнуть, когда работники постоянно заняты одним и тем же видом деятельности. Но, конечно, люди часто предпочитают текущую работу, особенно в странах Азии, где они, в большинстве, не склонны к риску, поэтому в этой системе всегда есть сложности).

— Да, я об этом слышал. Но ведь ротацию у вас проводят каждые три года.

Хаын покачала головой. Они с Соён работали в этой компании уже пять лет. Сотрудники, работавшие менее трех лет, не попадали под ротацию кадров, поэтому это была их первая.

И Соён была кандидатом на продвижение*.

(*Примечание: в этом случае ротация рассматривается как период, когда сотрудников оценивают на возможность повышения и получения ими бонусов и т. д.).

— Вместо Соён повысили другого.

Объяснение Хаын заставило Доюна наморщить лоб, когда он спросил.

— Это не тот Тэгук или Тэгок из того же отдела?

— Угадал.

Доюн вздохнул, положив руку на лоб. Прошло пять лет с тех пор, как они устроились в компанию, поэтому было только вопросом времени для Хаын и Соён — получить повышение до исполнительных руководителей. Но, конечно, обе они говорили, что не хотят быть слишком жадными.

— Она не говорила, но с нетерпением ждала этого повышения...

Невнятно пробормотал Доюн, глядя на Соён с сожалением. Если бы выбрали кого-то другого, она не была бы так расстроена.

Почему это должен был быть именно Пак Тэгон из того же отдела, кого повысили вместо Соён, при том что он поступил на работу позже нее?

— Хотя бы поменяли отдел, — сказала Хаын Доюну, как будто это было последним утешением. Так как это касалось и его, она хотела предложить то, чем можно было утешить Соён, когда они вернутся домой.

Доюн вздохнул и покачал головой. Он все еще был в рабочей одежде, как будто сорвался прямо с работы.

— Какое облегчение.

— Да, это так, — сказала Хаын, горько улыбнувшись.

— Кстати, ты работаешь сверхурочно? Тебе не нужно вернуться в офис?

— О, нет, не работаю. Я слышала, что объявление будут делать сегодня, поэтому предполагала, что пойду с ней.

Она не звонила ей днем, поэтому думала, что у них будет корпоративный ужин в честь хороших новостей.

Доюн снова посмотрел на Соён с грустью.

Хаын знала, как усердно работала ее подруга в отделе связей с общественностью. В то время как парень по имени Тэгон каждый день просто ходил вокруг с камерой под предлогом того, что якобы делает снимки для рекламных материалов.

— Пожалуйста, подними ей настроение.

Сказав это, Хаын отошла. Доюн удивленно предложил:

— Я тебя подвезу.

— Но...

— Всего лишь девять часов. Позаботься о Соён.

Ее могло стошнить, так как она выпила две бутылки соджу на голодный желудок. Это было еще одной причиной, почему Хаын так развезло. Доюн поклонился, после того как некоторое время беспомощно смотрел на нее, затем сел в машину.

«По крайней мере, у тебя есть мужчина, похожий на благословение небес, Ли Соён».

Ее парень был тем, кто прибежал бы к ней в любое время суток, когда она напивалась. Хаын правда завидовала этому — у нее тоже был парень, до того как ее приняли на работу в компанию. Раньше они работали вместе, но он вдруг стал вести себя как неудачник, когда она получила работу раньше него.

Они расстались пару лет назад.

После этого она осталась одна.

Двадцатидевятилетняя Хаын, работавшая в хорошей компании, пыталась ходить на свидания вслепую, но ни одно из них не прошло удачно.

«Мне кажется, этому просто не суждено случиться».