Ким Джин Ву всю жизнь жил, не задумываясь о своих биологических родителях. В детстве он не знал понятия семьи, а на поверхности эту роль выполняли его приёмные родители.

Благодаря им, он ни разу не вспоминал о своих настоящих родителях, поэтому считал себя совершенно безразличным к ним. Но оказалось, что это было не так.

Впервые услышав о своих биологических родителях он был полностью сбит с толку.

— Что стало с первыми исследователями? — вырвалось у него, и он невольно вздохнул. К счастью, похоже, мистер Бэк не заметил выражения его лица.

— Точно неизвестно. После войны на поверхности никого из них не осталось. Вероятно, их погубили подземные существа. Впрочем, с их точки зрения, в первую очередь они бы хотели расправиться именно с ними.

Мистер Бэк говорил об этом с таким безразличием, словно считал, что у людей, живших подобно животным под землей, не может быть привязанности к родителям.

— Так или иначе, война началась и закончилась именно так. И нынешние беспорядки в подземелье напоминают мне об этих событиях. Я постараюсь узнать более точную информацию и сообщу тебе.

После этого он уже не помнил, что говорил мистер Бэк. Когда он пришел в себя, то оказался на дороге, а затем уже дома. Хотя не прошло и дня с тех пор, как он поднялся на поверхность, Ким Джин Ву чувствовал крайнюю усталость. Как только он упал на кровать, его глаза закрылись, и он мгновенно заснул.

***

Ким Джин Ву видел сон. В этом сне он был маленьким, слабым и ничтожным. Стараясь стать ещё меньше, он сжимался в комок.

Перед ним возник паук размером с дом, холодным взглядом наблюдающий за ним сверху вниз.

Казалось, ужасающие челюсти вот-вот разорвут его на части, но гигантский паук, вместо того чтобы издать дикий крик, спокойно произнёс:

— Вы свободны.

С этими словами Паучий герцог исчез во мраке. Оставшись в недоумении, он и другие копатели ещё долго сидели на месте. Они жили слишком суровой жизнью, чтобы понять, что такое свобода.

Но со временем они наконец осознали смысл этого слова.

Свобода означала, что никто больше не будет давать еду и указывать, что делать.

Хватаясь за голодные животы, они один за другим начали покидать лабиринт. Ким Джин Ву также был среди них.

— Джин Ву, пойдём.

Маленькая белоснежная ладонь взяла его за руку. Обернувшись, он увидел девушку с ослепительной улыбкой, несоответствующей мраку подземелья.

От её безмятежной улыбки невольно он улыбнулся и сам.

— Никогда не отпускай мою руку.

Он кивнул на её просьбу, с новой уверенностью шагая во тьму.

***

Проснувшись, он долго смотрел в потолок с пустым выражением на лице. Ему казалось, что он видел сон, но он совершенно не мог его вспомнить. Перед глазами на мгновение появился размытый силуэт, прежде чем тут же исчезнуть.

Однако что-то в этом распавшемся образе вызывало у него странное чувство тоски. Непроизвольно он свернулся калачиком, обнимая ноющее сердце.

Он чувствовал, что что-то упускает.

Однако, сколько ни старался, ничего не приходило на ум. Поэтому он в конце концов решил, что вместо того, чтобы цепляться за неясные остатки сна, лучше займётся чем-то более продуктивным.

[Кто это?]

На грубый голос в трубке Ким Джин Ву подавленно ответил:

— Ким Джин Ву. Мы с тобой пару раз пересекались. Помнишь?

[А, так это ты. Дружище, у тебя такой низкий голос по телефону.]

Услышав радушный ответ Сон Чжон Чхоля, Ким Джин Ву сразу перешел к делу.

— Я хотел кое-что у тебя спросить.

[А я то думал, что ты больше не свяжешься со мной, но ты оказался на удивление гибким. Чтож, спрашивай. Я тебя слушаю.]

— Мне нужна информация о текущей ситуации в подземелье.

Сон Чжон Чхоль, который казался готовым ответить на любой вопрос, вдруг замолчал.

— Не бесплатно. Если ты дашь мне нужную информацию, я заплачу соответствующую цену.

[Подожди. Дело не в цене, а в том, зачем тебе это понадобилось.]

— У меня есть дело в подземелье. Больше сказать не могу.

Ему нужно было выяснить, что происходит на одиннадцатом этаже, чтобы иметь возможность планировать соответствующим образом. Ввязываться в войну вслепую было явно не лучшим вариантом.

С другой стороны, он не мог отделаться от мысли, что нынешняя нестабильность может стать для него шансом.

[Подземелье, значит… Какой именно этаж тебе нужен?]

На некоторое время Сон Чжон Чхоль замялся, но, как и ожидалось, он явно имел информацию о глубинах.

Конечно, после срыва плана по захвату безхозного лабиринта его несколько сторонились другие исследователи, но он всё ещё оставался влиятельным членом Ассоциации исследователей.

Определённо, он знал о ситуации гораздо больше, чем мистер Бэк, который просто прислушивался к слухам на поверхности.

— Одиннадцатый этаж.

На краткий ответ Сон Чжон Чхоль предложил:

[Не по телефону, давай встретимся и поговорим.]

— У тебя есть информация?

[По твоему, я занятого человека кофе попить приглашу? Давай встретимся. Нам следует поговорить лицом к лицу.]

— Хорошо, где встретимся?

[Я отправлю тебе адрес. Приезжай туда.]

— Ещё раз говорю...

[Э-эй! Тебе всю жизнь врали что-ли?]

На его несколько легкомысленный ответ Ким Джин Ву неохотно согласился и начал собираться. Проверив сообщение, пришедшее пока он переодевался, он вскоре сел в такси и направился к месту встречи.

Адрес, указанный Сон Чжон Чхолем, оказался старым подвальным баром с обветшалым фасадом в тихом пригородном районе.

— Как вы попали сюда?

— У меня назначена встреча с Сон Чжон Чхолем.

Мужчина в костюме встал у лестницы и преградил ему путь. Однако, похоже, он уже был предупреждён, и вскоре уступил дорогу.

— Спускайтесь вниз и ищите самую дальнюю комнату.

Кивнув в ответ на его указания, Ким Джин Ву направился по узкому коридору вглубь здания.

В отличие от неприглядного входа, интерьер за лестницей оказался довольно роскошно оформлен. Поскольку вечер был ранний, в коридоре не было ни посетителей, ни обслуживающего персонала.

— Ты пришёл.

Сон Чжон Чхоль радостно помахал ему рукой, словно встречал старого друга.

— Проходи, чего встал как вкопанный?

Неуютно чувствуя себя за слишком просторными столами и диванами, характерными для подобных заведений, Ким Джин Ву присел на крайний.

— Как мы будем разговаривать, если ты так далеко? Присядь поближе, я тебя не съем.

Сон Чжон Чхоль усмехнулся, указывая на пустой стакан напротив.

— Первым делом давай выпьем...

— Мне нужна информация.

Понимая, что иначе он рискует оказаться втянутым в попойку, Ким Джин Ву прервал его.

— Какой нетерпеливый.

Бесцеремонное отношение Сон Чжон Чхоля тут же изменилось.

— Дать информацию несложно, но для начала скажи зачем.

— Я уже говорил, у меня есть причины.

— Но зачем тебе лезть так глубоко? За самоцветами? Хотя, вряд-ли есть причины спускаться туда за чем-то ещё. Может, ты ищешь какой-нибудь первоклассный камень?

Пока Сон Чжон Чхоль строил предположения, Ким Джин Ву молча достал из кармана мешочек.

— Вопросы задаю я, ты отвечаешь.

Посмотрев на самоцветы, некоторые из которых вывалились на стол, Сон Чжон Чхоль присвистнул.

— Ух ты, по нынешнему курсу здесь несколько миллионов. Но зачем тебе это? Хочешь похвастаться? Ладно, я увидел. Дальше что?

— Плата за информацию.

Не ожидая такой реакции, Ким Джин Ву нахмурился.

— Какой ты нелюдимый. Слушай, я же ясно сказал, что достать информацию не проблема. Но ты меня что, за курьера принимаешь? Думаешь, я за такие копейки стану рисковать?

Сон Чжон Чхоль, очевидно обиженный тем, что его доброта осталась незамеченной, не скрывал своего недовольства.

Ким Джин Ву смотрел на него с непониманием. В ситуации, когда их отношения вряд-ли даже в шутку можно было назвать дружескими, такое поведение удивляло.

— Значит, такой ты человек? Не хочешь быть кому-то должен? Раз так, я могу проявить великодушие и понять тебя.

С этими словами он отодвинул от себя самоцветы.

— Говоришь, тебе нужно разведать подземелье? К сожалению, сейчас не лучшее для этого время. Даже если у тебя есть дела там, лучше оставить их на другой раз.

— Я в курсе общей ситуации.

— И ты всё равно собираешься туда идти? Совсем крышу снесло. Тебе жить надоело?

Ким Джин Ву не задела на колкость Сон Чжон Чхоля. Напротив, он был даже рад такой реакции. Ведь чем сильнее он возмущается, тем надежнее информация.

— Ладно, раз тебе так хочется, я расскажу. В подземелье сейчас война. Откуда я знаю? Один безумец, который полез за самоцветами на одиннадцатый этаж, едва живым оттуда выбрался. Он мне довольно близок.

— Точнее, война идёт на одиннадцатом этаже.

— Ты хорошо осведомлён. Но что ещё ты хочешь услышать?

— Мне известно, что это не первая война этого этажа. Я хочу узнать об этом подробнее.

От мистера Бэка он уже слышал, что подобные войны случались и раньше.

Раз такие войны повторялись, значит, у них должна быть глубокая причина. Конечно, он не ожидал, что людям с поверхности известно много, но, возможно, вникнув в подробности ему удастся прийти к выводу самостоятельно.

Поэтому он попросил Сон Чжон Чхоля рассказать всё, что тот знает.

— Но почему именно я? Когда мы виделись в последний раз, ты бежал от меня, как от чумы.

— Мне нужна информация. Кроме тебя мне не к кому обратиться.

Он не был настолько наглым, чтобы стоять перед Ли Джун Ён, скорбещей по смерти Ким Джин Тэ, в чью спину он вонзил нож.

— Значит, ты окончательно рассорился с Ли Джун Ён и её группой? Чтож, хорошо. Будем считать это судьбой. Я расскажу тебе то, что знаю.

Так, облизнувшись, начал свой рассказ Сон Чжон Чхоль.

— Раньше я был известным исследователем. Лет пять-шесть назад в этой сфере не было человека, который не слышал бы моё имя. Только не строй такое недовольное лицо. Я не хвастаюсь.

Сон Чжон Чхоль махнул рукой, когда Ким Джин Ву откровенно скривился от его самодовольной речи.

— Но в настоящее время я создал Ассоциацию исследотелей и отсиживаюсь здесь, на поверхности. Как думаешь, почему?

На мгновение замолчав, Сон Чжон Чхоль задрал рубашку. Под ней, на голой коже, не осталось и дюйма чистого места — сплошные шрамы.

Особо выделялся длинный, глубокий шрам, пересекающий грудь. Сон Чжон Чхоль постучал по нему пальцем и усмехнулся.

— Всё из-за той проклятой войны. Она изрядно меня поимела.