— Денарион. Меня знают как Повелителя кошмаров.

Смех мужчины — нет, Денариона, до жути напоминал смех Юн Хи.

— Мудак. Мне приснился дерьмовый сон, и это твоя вина.

В обычной ситуации Ким Джин Ву не стал бы злословить о графе нижних этажей, но сегодня был не тот день.

Он и сам не был уверен, был ли тому виной сон или воспоминания о самых ненавистных днях в качестве копателя туннелей. Но раскрытие части своего подсознания другому человеку однозначно было весьма неприятным опытом.

— Прошу прощения. Моя способность работает независимо от меня, — сказал он с совершенно не извиняющимся лицом.

Ким Джин Ву был очень близок к тому, чтобы разразиться потоком ругательств, но сдержался.

— Это твой кошмар? Всё не так плохо, как я думал.

Денарион сделал короткое замечание, осматривая сырой, грязный проход — мир, который замер в ту секунду, когда его обладатель понял, что это был сон.

— Заткнись! Ты подглядываешь в чужие сны!

— Ты и в правду полон ненависти.

Его лицо оставалось всё таким же невозмутимым. Ким Джин Ву задал вопрос сквозь стиснутые зубы:

— Зачем ты пришел ко мне?

Едва приведя свой разум в порядок после последствий кошмара, он спросил его о причине визита. Граф не пришёл бы без дела.

Как он и предполагал, у Денариона действительно была цель.

— Если я скажу, что я здесь из-за своей дочери, не будет ли это слишком прямолинейно?

— Ты здесь из-за Юн Хи.

Скрывать это не было смысла. Если он хотел окончательно очнуться от этого кошмара, сначала придётся разобраться с Денарионом.

— Я слышал, моя любимая дочь под твоей опекой.

— И теперь ты хочешь её вернуть?

Денарион медленно покачал головой на его резкий вопрос.

— Ни в коем случае. Она уже выпорхнула из-под родительского крыла, я не намерен сейчас играть роль отца. Конечно, случись с ней что неладное разговор вышел бы другим, но, похоже, у неё всё в порядке.

— Тогда почему ты здесь?

Он не мог понять, зачем он пришел, если не собирался претендовать на опекунство, поэтому силой заставил себя сохранять спокойствие.

— Я пришел предупредить тебя, — выражение его лица стало совершенно серьёзным.

— Предупредить?

Услышав расплывчатый ответ, Ким Джин Ву нахмурился.

— Скоро Парфенон сделает свой ход.

Не уверенный, что Денарион имеет в виду, он наклонился вперед, ожидая его дальнейших слов.

— Ты сделал ему очаровательный подарок, не так ли? Вероятно, он планирует отплатить.

— Но, если Парфенон будет действовать опрометчиво, другие графы не будут стоять в стороне, верно?

— Ты хорошо осведомлён о ситуации на одиннадцатом этаже. Железнокровный Анатолиус рассказал?

— Что если так?

Как бы глубока ни была обида Парфенона, пока другие графы наблюдают за ним, ему будет нелегко действовать по своему усмотрению.

Именно поэтому Ким Джин Ву не слишком взволновался, даже услышав новость о его скором ходе. Но это было ошибкой.

— Я бы посоветовал тебе не доверять Анатолиусу. На этот раз даже он не сможет тебе помочь.

— Почему?

— Я не могу сказать. Но могу гарантировать, что Анатолиус не сможет ничего предпринять, даже если Парфенон оставит двери своего лабиринта широко распахнутыми. У него не будет возможности послать ни одного своего рыцаря железной крови.

Что-то изменилось на одиннадцатом этаже? Ким Джин Ву всерьёз задумался над странно уверенными словами Денариона.

Нет нужды говорить, что пока Анатолиус не держит Парфенона в узде, он не может быть подавлен. Как только его руки будут развязаны, не теряя времени он покарает высокомерную ворону и короля наг.

Но этим всё и ограничится. Межэтажный штраф не позволит Парфенону добраться до Крепости.

— За пределами одиннадцатого этажа армия Парфенона просто смешна.

— Не спеши с выводами, — он прищурился. — Графы глубин намного настойчивее и хитрее, чем ты думаешь.

Вероятно, существовала лазейка для обхода штрафа. В противном случае Денарион не стал бы так настойчиво его предупреждать.

— Я буду осторожен.

— Рад, что ты понимаешь. Гордость и высокомерие погубят тебя.

И это всё, что он хотел сказать? Денарион замолчал, а его тело начало меркнуть, словно он мог раствориться в любой момент.

— Позволь задать вопрос.

Его исчезающая фигура вновь прояснилась.

— Непобедимые наёмники, это ты их послал?

Денарион не ответил. Однако Ким Джин Ву хватило вида лишь слегка приподнятых уголков его губ, чтобы убедиться.

Красто и его наёмники определенно были посланы Денарионом. Но причина оставалась неясна, ведь он определенно был настроен дружелюбно.

— Пусть удача сопутствует тебе. До новой встречи.

— Стой!

Ким Джин Ву поймал графа в момент его прощания. Пока тот озадаченно смотрел на него, он холодно улыбнулся.

— Хм?

Глаза Денариона внезапно расширились, когда кулак врезался ему в лицо.

— Ты должен заплатить за этот кошмар, ублюдок!

***

Денарион очнулся ото сна, небрежно потирая щеку. Яркое воспоминание о кулаке, что намеревался разбить его лицо вдребезги было всё ещё свежо в его памяти.

— Тц…

Он оставался невозмутим, пока уголок его рта внезапно не дернулся.

— Ха-ха-ха!

То, что началось с лёгкого смешка, вскоре переросло в искренний хохот. Его смех ещё долго не утихал.

— Юн Хи, ты собрала довольно неплохой расклад.

Наконец прекратив смеяться, Денарион сел на свой трон и скрестил ноги. Казалось, его взгляд походил сквозь темноту.

— Моя бедная, прекрасная дочь, к сожалению, твоя битва ещё не окончена. Надеюсь, ты будешь бороться до самого конца.

Слова Денариона жутким эхом разносились во тьме.

***

Ким Джин Ву весь день пребывал в плохом настроении. Благодаря Денариону блеклые призраки его прошлого вновь прояснились.

Сержант Республики Корея Ли Джи Сок, офицер Чан Ки Су, шеф-повар О Хён Иль, инженер Ли Джи Ун и репортёр Чон Ён Тэ.

Давно забытые имена заявили о себе, как струп на старой, загноившейся ране.

— Мастер?

Даже не осознав этого, лицо Ким Джин Ву сделалось мрачным. Доминика окликнула его, обеспокоенная его видом.

— А, прости. Мне просто приснился плохой сон.

— Вам приснился кошмар?

Когда он приблизился к ней, взгляд Доминики был полон тревоги. Вид искренней доброжелательности и доверия в её глазах облегчил тяжесть на его сердце. Пускай и слабо, но он смог улыбнуться.

— Доминика.

— Да, мастер.

— Похоже, Парфенон собирается сделать ход.

Он быстро пересказал свой разговор с Денарионом. Выслушав его, Доминика ответила с серьезным видом:

— Если армия Парфенона достигнет девятого этажа, сохранив при этом всю свою мощь, никто не сможет их остановить.

— Если прибудет главная армия графа одиннадцатого этажа, то так бы оно и случится.

Бальзарк, которого Анатолиус счёл бесполезным, был включён в число влиятельных лиц Крепости Наг. Имея это в виду, любой мог сказать, что армия графа намного превосходила силы девятого этажа.

— Но это не значит, что мы проиграем.

Тем не менее, Доминика осталась непреклонна. Похоже, у нее была хорошая идея.

— Есть способ?

— Да. Пожалуйста, дайте мне время.

Именно Доминика высказала своё предложение. Она ни за что не стала бы предлагать что-то, не обдумав это всерьёз. В конце концов, она была настоящей советницей, что была с крепостью с самого момента её зарождения.

— Просто хочу, чтобы ты знала: как только производство камней призыва закончится, ты сможешь выбрать лучший для себя, Доминика.

— Спасибо, мастер.

Доминика обошла весь девятый этаж и привела с собой самых разных существ. Собранные ею звери служили материалом для камней призыва, и со временем Крепость будет переполнена ими. Эти камни призыва внесут огромный вклад в развитие наг.

— Я буду отсутствовать некоторое время. Если возникнут какие-либо проблемы, отправьте сообщение в Зал вечеринок.

Ким Джин Ву встал со своего трона и открыл портал в центре пустого пространства, после чего шагнул в него.

— Мой король.

Юн Хи, которая находилась главной комнате, поспешно спустилась со своего трона и поприветствовала его. Непринужденно заняв её место, Ким Джин Ву начал:

— Я встретил Повелителя кошмаров.

— А…

На этот раз всегда невозмутимая Юн Хи была застигнута врасплох. Она подняла на него удивленный взгляд.

— Может…

— Нет. Он пришёл не для того, чтобы забрать тебя.

Был ли хоть малейший намек на надежду? Её лицо отражало сложный оттенок. Не упустив этого из виду, он спросил:

— У тебя остались сожаления?

— Сейчас я ни о чём не сожалею. Просто удивлена.

Она быстро восстановила самообладание, её лицо вновь ничего не выражало.

— Да? Но чувствует ли Денарион тоже самое?

— О чём вы…

Юн Хи как-то упоминала при нём, что она была самой любимой дочерью Денариона. Встретившись с ним лично, он смог подтвердить это.

Благодаря этому сделал смутный вывод: Денарион чего-то хотел от Юн Хи.

У него не было возможности выяснить, в чём дело, но он допускал возможность, что Денарион намеренно выставил её на торги в аукционном доме.

— Анатолиус хотел, чтобы динамика распределения власти на одиннадцатом этаже изменилась. Возможно, Денарион также желает этого.

Юн Хи не ответила, погрузившись в раздумья. Ким Джин Ву, молча наблюдавший за ней, покинул зал, сказав напоследок:

— Я дам тебе время подумать. Если кто-то и может узнать, о чём думает Денарион, так это ты.

***

Сообщение Анатолиуса пришло через тёмного торговца.

— Так это правда, — вздохнул Ким Джин Ву, прочитав пергамент.

Как и предсказывал Денарион, Анатолиус поведал о том, что у него связаны руки и он больше не в состоянии сдерживать Парфенона. Также он сообщил, что Парфенон собирает своих жрецов отчаяния.

— С вами всё будет в порядке?

На вопрос торговца Ким Джин Ву поднял голову.

— Похоже, ты тоже осведомлён. Что происходит на одиннадцатом этаже?

Он спросил на всякий случай, но, как и ожидалось, ему не ответили.

— Это то, что мне не следует знать?

В очередной раз торговец уклонился от ответа.

— Я понимаю. Я получил письмо, так что можешь вернуться.

Поскольку вторжение Парфенона становилось неизбежным, у него не было времени пустословить с торговцем.

Необходимо было немедленно вызвать Утера и приказать ему распространить комки обжорства по всему десятому этажу, а также быстро заняться восстановлением лабиринта Борея — Мёрзлых равнин. В конце концов, первыми с армией Парфенона столкнутся Борей и его воины.

— Ты хочешь что-то сказать?

По какой-то причине торговец колебался перед своим уходом.