---- ( 28-е число Блэквинда. Вилла Беркли) ----

— …Мы приближаемся к особняку, леди Селеста.

Селеста, читавшая книгу в карете, услышала голос кучера. Она отодвинула шторы и выглянула в окно.

— Всё выглядит так же, как и много лет назад.

Карета подъехала к воротам, и кучер тут же отошёл поговорить с охранниками о цели приезда, поскольку Селеста выбрала простой экипаж, отличный от личного экипажа семьи с эмблемой дома Пенстон. Она не хотела привлекать к себе внимание.

Ворота открылись после того, как охранники подтвердили, что в карете сама Селеста фон Пенстон. Сверху раздался голос кучера:

— Охранники упомянули, что сегодня здесь собрались несколько знакомых и членов семьи.

«Знакомые? Я знаю только, что тётя Адрианна приехала отдохнуть от работы. Кто ещё здесь?»

Карета кружила вокруг фонтана.

Рудольф вместе с несколькими служанками стояли, праздно ожидая прибытия Селесты. Девушка, наконец, вышла из открывшейся двери.

— Добро пожаловать, леди Селеста.

Все слуги поклонились в унисон. Рудольф шагнул вперёд, с прямой спиной и элегантной походкой.

— Хотите ли вы чего-нибудь прохладительного? Или мне приготовить вам комнату? Ваше путешествие будет долгим после того, как вы покинете столицу.

— Нет, я не останусь дольше, чем нужно. Принеси мне документы, Руди. Я подожду на заднем дворе.

— Понял, леди Селеста.

Рудольф поклонился и направился обратно внутрь. Служанки остались, чтобы последовать за Селестой.

Девушка направилась по цветочной дорожке, ведущей на задний двор.

Множество воспоминаний пронеслись у неё в голове, пока она осматривала сад. Она часто посещала этот особняк, когда Арнольд и его семья были в столице. Сад был их любимым местом для совместных игр.

Арнольд-проказник всегда выдёргивал цветы и смеялся над садовником, которому приходилось сажать их заново. Иногда он бросал пестициды в небольшой пруд, являвшийся источником воды для растений. Некоторые растения погибли из-за его шалостей с грязной водой.

Арнольд был заклятым врагом садовника. Если этот старик замечал его, то он преследовал мальчишку с вилами, игнорируя тот факт, что он сын работодателя. Ну, ему так и не удалось его поймать.

Селесте всегда приходилось снова и снова умолять старика пустить их в сад. Им позволялось это при условии, что Оливия и Селеста будут следить за Арнольдом, дабы он не доставлял неприятностей его тяжёлой работе.

Им двоим всегда приходилось ругать Ала за его игривые выходки, доставляющие кучу проблем другим. Удивительно, но он слушал девочек и извинялся всякий раз, когда они делали ему выговор.

Селеста тихо хихикнула, но чувство отвращения и ненависти тут же вспыхнуло внутри неё, когда она подумала об Оливии.

Их соперничество было односторонним, но Селеста всегда тайно боролась с Оливией за то, кто встанет рядом с Арнольдом. Селеста всегда проигрывала, хотя Оливия никогда не переступала границ дружбы. Ей никогда не приходилось раздеваться, чтобы завоевать его любовь.

Много раз Селеста задавалась вопросом, почему единственные два её друга детства-мальчика влюбились в эту ведьму, что почти не признавала их?

Ну, с Артуром несколько иная история...

— …Я не ожидала увидеть тебя здесь, Селеста.

Бесстрастный голос внезапно раздался из-за спины девушки, которая с ностальгией молча смотрела на клумбу. Селеста расслабила лицо.

— О боже, какой приятный сюрприз, моя дорогая подруга Оливия~! — она обернулась и сказала весёлым тоном.

Оливия посмотрела на горничных:

— Уйдите.

Те поспешно ушли, столкнувшись с её холодным взглядом.

— Что это вдруг? Ты хочешь побыть со мной наедине? Ты так скучала по мне?

Селеста посмотрела вниз и заметила знакомую маленькую чернобурку с большими ушками. Лисёнок смотрел на неё, рыча и скалясь.

— Этот малыш не взрослеет, не так ли? Он всё ещё такой милый комочек шерсти~

Селеста попыталась погладить Плаффи, но тот укусил её за палец.

«Чёрт побери. Я сдеру с тебя шкуру вместе с твоей хозяйкой. Тц».

— Ахахаха, я ему всё так же не нравлюсь~

— Можешь прекратить веселье и фальшивую улыбку? Сейчас вокруг нас никого нет.

Дорожка была покрыта растительностью, а кусты аккуратно подстрижены, образовывая тропу, и при этом защищая всех, кто находится на ней, от любопытных глаз. Они были скрыты здесь от всех.

— Что ты здесь делаешь, Оливия?

Селеста сменила весёлый тон и заговорила своим обычным ровным голосом.

— Мой будущий муж здесь, поэтому я пришла навестить его.

Селеста наклонила голову:

— Почему он приехал сюда, когда мог просто вернуться в город Локкинг? Наследнику важно узнавать о внутренних делах города от главного дворецкого или жён.

Даже если Джудит не любит Люка, её обязанностью, как и у Себастьяна с Адрианной, было направлять его.

— Его подруга детства с семьёй здесь. Он хочет побыть рядом с ними. Сказал, что надолго не задержится.

— А ты здесь только для того, чтобы присматривать за ним. — Селеста закатила глаза. — Разве тебе не следует проверить наш филиал в городе Голде? Он под угрозой закрытия, так как экономика города рушится. Мне не нужно тебе этого говорить, поскольку ты прочла отчёт руководителя филиала, верно?

Лорд Ринальд, правитель указанного города, обанкротился несколько месяцев назад. Долг по многим источникам, висящий на нём, перевешивал заработок территории. Хотя город был независим от правления Империи с момента основания, его статус никогда не влиял на функционирование города – финансово или политически.

Говард Ринальд был богатым человеком, очень богатым. Он был известен всем как «тот, кто может продать что угодно и получить прибыль». Его торговые фирмы и многие предприятия строили город, расширяясь со времён его отца. Он также обладал большой властью при Императорском дворе. Земля, которой он правил, была почти равна трети всей Империи или нескольким королевствам.

Теперь это был человек, потерявший своё богатство. Его земли не имели никакой ценности, поэтому он не мог их продать. Однако он по-прежнему держался за свой статус.

Император ничем не помог и не объявил, что предпримет что-либо в ответ на падение города. Это произошло настолько внезапно, что никто не ожидал, как такая могущественная семья может обанкротится.

Падение города Голде также повлияло на ювелирный бизнес Селесты и Оливии. Именно об этом Селеста говорила с Айзеком. Ей нужна была альтернатива закрытию магазина. Возможно, они оба были благородными дамами из высококлассных семей, но это не значит, что они полагаются на родителей в вопросах бюджета. Помимо привлечённых инвесторов, обе девушки иногда платили из собственного кармана.

Именно так они обычно вели бизнес с тех пор, как начали его. Это было ещё до того, как их отношения превратились в игру «кошки-мышки». Однако они не позволили личной жизни или эмоциям повлиять на их желание получать прибыль и привлекать крупных клиентов.

Оливия ответила Селесте:

— Я возьму на себя ответственность и построю новый филиал в другом городе, желательно на Востоке или Западе. Давай посмотрим. Думаю, Республика Зрек будет хорошим вариантом. Как считаешь?

— Это лучше, чем ещё один в Империи. Хорошо, что мы также привлечём новую аудиторию. Тебе следует продолжить это дело. Я отправлю письмо менеджеру филиала, как вернусь во дворец.

Оливия несколько секунд молча смотрела на Селесту.

— Приготовления к вашей свадьбе уже завершены? Я полагаю, у вас будет свадебная церемония?

— О, конечно, будет. — сказала Селеста с улыбкой. — Я хочу, чтобы вся моя семья была там. Никто из них не любит Ала, но я просто похвастаюсь перед ними. Можешь ли поверить, что мои дяди хотят выдать меня замуж за своих сыновей? Отвратительно. Я не хочу кровосмешений.

— Ты продаёшь свою жизнь. Ты это осознала? У него будет больше власти, чем у тебя, когда он станет главой дома Пенстон. Твоих матери и отца не будет рядом, чтобы поддержать тебя.

— Хм, в отличие от тебя, Оливия, я искренне люблю Ала, несмотря ни на что. Он никогда не обидит и не злоупотребит моей любовью к нему. Разве ты не соблазнила его, чтобы он всегда выполнял твои приказы?

— Я открыто отказывала ему каждый раз, когда он просил моей руки и сердца. И в чём здесь соблазнение? Это ты крутилась перед ним, Селеста.

— Да, признаю, я всегда его соблазняла. Но, по крайней мере, я не притворяюсь, что хочу получить. Я бы не возражала, если бы он взял меня.

Селеста закрыла глаза, представляя себе сцену, где Арнольд срывает с себя рубашку и штаны, обнажая своё божественное тело, в то время как она дрожит под ним, боясь боли в её первый раз.

Когда она впервые начала раздеваться, чтобы показать ему свою обнажённую грудь, но получила отказ, это было самым большим унижением, которое она когда-либо испытывала. Однако она была настойчива и не хотела сдаваться. Со временем она стала смелее.

Почему Арнольд был для неё таким джентльменом, а для других женщин – полным подонком?

Если бы у неё был мужчина, к которому она питает вечную любовь, Селеста смогла бы вынести любое унижение. Если ей придётся отдать ему всю власть, которую она имеет как дочь Дома Пенстон, она сделает это без вопросов.

Оливия пробормотала: «Она снова мечтает…»

— Ты хоть немного злишься, подруга? Я забрала человека, который сделал бы для тебя всё. Ты была потрясена, когда я впервые рассказал тебе о нашей помолвке. Очень забавно вспоминать. — усмехнулась Селеста. — Ты даже ходила к своей старшей сестре.

— Признаюсь, я была застигнута врасплох, и это заставило меня вести себя так странно. Но я уже приняла это.

— Приняла? О боже, только не говори, что у тебя ещё есть чувства к моему Алу~?

Выражение лица Оливии не изменилось:

— У меня нет к нему чувств. Но я бы хотела возобновить дружеские отношения, которые у нас были с детства. Это всё, чего я желаю.

Улыбка Селесты расплылась по её лицу. В её голове проносились всевозможные оскорбления и ругательства.

— Возобновить отношения? Ты выходишь замуж за Люка и говоришь мне, что хочешь спать с моим мужчиной? Что за грубость.

— Ты неверно поняла мои слова. Речь не об отношениях любовников. Если бы я прислушалась к просьбе сэра Люка, я бы опозорила себя и опозорила свою семью. Люди будут называть меня падшей. Я бы просто предпочла восстановить нашу дружбу. Кроме того… — Оливия тихо вздохнула, как будто вспомнила что-то неприятное. — …Я уже была с ним раньше. Больше никогда такую ошибку не повторю.

Лицо Селесты потемнело.

— Ты… что?

Оливия снова посмотрела на Селесту:

— Я могла бы с таким же успехом признаться в этом. Я всё равно хотела тебе сказать, но так и не нашла для этого подходящего времени. Ты заслуживаешь знать, поскольку собираешься стать его женой.

— …

— Это было два года назад, во время церемонии его совершеннолетия. Всю ночь я старалась избегать его, но он перебивал меня всякий раз, когда я беседовала со своими знакомыми. Он был как назойливая муха, ии мне пришлось оттащить его в угол, пока он всё не испортил. Он подал мне бокал вина, который я ни в коем случае не должна была принимать. Я подумала, что простой бокал вина и несколько минут беседы с ним наедине успокоят его немного. Я была не против уделить ему внимание, но недооценила алкоголь, поскольку до этого никогда в жизни не употребляла спиртное. Как он мог пить такое крепкое вино и оставаться трезвым, несмотря на количество? Я подошла к скамейке снаружи, чувствуя головокружение. Он принёс мне стакан воды, которая, по его словам, должна была помочь.

Оливия немного нахмурилась, вспоминая тот момент в деталях.

— Моё тело не справлялось с опьянением, поэтому меня вырвало на землю. Голова стала чугунной. Знаешь, что он сделал? Арнольд покинул свою группу, чтобы отвезти меня обратно во дворец. Шум танцующих дворян и громкая музыка раздражали меня, поэтому мне захотелось уйти. Он настоял на том, чтобы проводить меня. Я думала, что он воспользуется мной, но нет... Он просто был заботлив. По дороге меня, наверное, рвало раза три. Его рука продолжала похлопывать меня по спине, а другая поддерживала волосы. Я не хотела, чтобы он тогда покинул меня. Для меня в тот момент он казался каким-то незнакомцем. Он не был тем Арнольдом, которого я знала раньше, и к которому привыкла. В ту ночь я смогла разглядеть совсем другую его сторону. — Оливия горько улыбнулась. — Я не знаю, что на меня нашло. Я притянула его руки к своему телу и сказала, что позволю ему делать со мной всё, что он хочет, но только на одну ночь. Я осознала всё на следующее утро, когда простыни были испачканы моей кровью. Уверена, что это была не любовь. Моё сердце только раз билось к нему так особенно.

— …

Лицо Селесты было пустым. Её кулаки слегка дрожали, а левый глаз подёргивался каждые несколько секунд. Её грудь поднималась и опускалась быстрее, чем обычно, но с точки зрения другого человека дыхание звучало нормально.

— У меня нет к нему чувств. Это не изменилось. Единственная настоящая любовь, которую я когда-либо чувствовала, была детской влюблённостью, которая не имела большого значения.

Селеста улыбнулась.

— Я поняла! Спасибо, что доверилась мне. Теперь я знаю, что ты по-прежнему считаешь меня подругой, как и я тебя.

Улыбка Селесты не сошла с её губ.

«Я убью тебя. Я убью тебя. Убью тебя и всю твою семью!», — кричало её разъярённое сердце.

Оливия положила руку на грудь и глубоко выдохнула, словно с её сердца свалилась гора.

— Я рада, что смогла всё высказать. Мне пора идти. Сэр Люк завтра уедет в город, так что у меня нет причин оставаться. — она пошла по тропинке, но оглянулась. — Я бы хотела прогуляться с тобой как-нибудь в будущем, если ты не против. Нам лучше восстановить наши дружеские отношения. Грейс и Артура, естественно, мы тоже как-нибудь позовём.

— …Я бы тоже этого хотела. Мы вдвоём можем стать теми, кем были когда-то… лучшими друзьями.

На лице Оливии на секунду появилась лёгкая улыбка, но она была едва заметной.

— До свидания, Селеста.

Оливия ушла, её лисёнок последовал за ней. По какой-то причине маленький зверёк теперь вилял хвостом, искоса поглядывая на Селесту.

— …

Девушка молча смотрела в спину Оливии, пока та не исчезла за углом.