Руби беспомощно пробормотала:

- О Боже! - она упала, обхватив голову руками.

Минди застенчиво подняла руку.

- Не мог бы ты хотя бы немного рассказать кому-нибудь из нас до этого? Я твоя жена. Разве я не заслуживаю особого внимания? Я просто хочу знать общую картину того, что произошло! Если я вообще ничего не буду знать, как я смогу хорошо выспаться?!

Все остальные кивнули. Очевидно, все они тоже хотели «особого внимания».

Я ответил ей:

- Извини. Сейчас не обычные времена. Мы в самом разгаре секс-бойкота. Здесь не должно быть никаких особых привилегий. Твой плохой сон, вероятно, будет хорошим знаком, с моей точки зрения, так как твоя бессонница может помочь положить конец секс-бойкоту намного раньше. На самом деле, возможно, я и вовсе не стану рассказывать о том, как прошло свидание, даже завтрашним вечером.

Очень обиженная Минди начала тяжело дышать. Она недоверчиво уставилась на меня. - Ты серьезно?!

- Посмотрим, - я дал ей легкомысленный ответ. - Вероятно, нет, потому что я не хочу затягивать всё слишком надолго. Я хочу понять, так или иначе, поможет ли такое свидание плану с бойкотом или навредит. Отныне, если всё пойдет так, как я надеюсь, я смогу встречаться не только с Джейн, но и с некоторыми другими. У меня есть номера телефонов всех подруг нашей дочери. Например, я мог бы позвонить Анджали и встретиться с ней завтра вечером.

Мишель оживилась. Она задыхаясь прошептала в благоговейном страхе:

- ОН ТРАХНЕТ ЕЁ! - затем, осознав, что сказала, она закрыла рот обеими руками.

Руби отчаянно попыталась прикрыть сестру:

- На самом деле она имела в виду... неважно! Твоё право. Нам всё равно. Делай, что хочешь, даже если это означает, что ты трахнешь её. Верно?

Мишель кивнула. Она держала руки на месте, очевидно, боясь доверить себе говорить. Я молчал и снова внимательно переводил взгляд с одного лица на другое.

Постепенно это их успокоило. Мишель даже отняла руки от лица и снова села на них.

Я сказал:

- Независимо от того, как пройдет свидание, я хочу, чтобы вы все знали, что в городе появился новый шериф - Я! Я был слишком небрежен. Какое-то время вы меня почти не увидите. Время от времени я буду приходить на ужин, чтобы пообщаться со всеми в общем порядке и в спокойной обстановке, где не может быть никаких сексуальных засад, - сказав это, я впился взглядом в озорниц.

Они обе послушно кивнули, выглядя должным образом наказанными.

Я ни на грамм не повил им, но пока оставил всё как есть.

- В некоторых случаях я могу остаться для видеочата с Ники, поскольку всё оборудование здесь. Но, помимо этого, вы будете видеть и слышать обо мне очень мало. С этого момента всё будет очень плохо. Если вы плачете... хорошо! Если вы не можете сомкнуть глаз ночью... ещё лучше! Если вы чувствуете себя совершенно несчастными... отлично! Я приму всё это как знак того, что бойкот работает. Вещи должны стать хуже, прежде чем они станут лучше. Возможно, гораздо хуже.

Я продолжил:

- Итак, отныне я твердо решил ожесточить своё сердце на время бойкота, независимо от того, сколько времени он займет. Больше никакого мистера славного парня от меня, пока этот бойкот не закончится. Для всех вас. Даже тебя, Кексик, и тебя, Синди. Я буду развлекаться с Джейн и кто знает с кем ещё. Я вполне смогу вынести этот бойкот. А пока я собираюсь надавить на вас. Я могу предпринять всё более суровые шаги, если придется. Прямо сейчас вы думаете обо мне как о своем хозяине, да, но о своем слабом хозяине. Вы думаете, что я в конечном итоге уступлю и пойду у вас на поводу, если вы будете достаточно умолять и уговаривать меня. Не в этот раз!

Я пристально посмотрел на каждую женщину в своем гареме, и каждая по очереди склонила голову от стыда.

Я говорил авторитетно:

- Вы называете себя «рабынями» моего члена, в то время как на самом деле пытаетесь управлять мной через мой член. Вы называете меня «хозяином», скрывая от меня секреты, манипулируя мной и пытаясь подчинить СВОЕЙ воле в погоне за собственными желаниями. Что ж, хватит с меня быть вашей пресловутой жевательной игрушкой! Если вы хотите быть настоящими рабынями моего члена и называть меня своим хозяином, то вам нужно ИЗМЕНИТЬСЯ, потому что я не собираюсь прожить свою жизнь в обмане!

Воцарилась абсолютная тишина. Каждое лицо выглядело более наказанным и подавленным, чем предыдущее.

Я встал и объявил:

- Теперь мне нужно идти и готовиться к свиданию. И Сью Эллен, тебе нужно вернуться на работу. Но позвольте мне совершенно ясно сказать одно: это НЕ демократия, это гаремократия! Это означает полное господство хозяина. А именно, МЕНЯ! Альтернатива - междоусобицы и хаос. Так что, если у вас есть жалобы, забудьте о них! Однако, если у вас есть какие-то разумные вопросы, я даю вам возможность высказаться.

Последовало долгое молчание.

Затем Синди спросила:

- Хозяин, могу я спросить, куда вы её отвезете?

- Нет, не можешь! И не пытайтесь следить за мной или шпионить, или что-нибудь в этом роде! Если же вы не послушаетесь, я так или иначе обо всём узнаю. Вы смогли успешно плести интриги за моей спиной только потому, что я был абсолютно невежественным и доверчивым. Стоит мне что-то заподозрить, как все вы складываетесь, как карточный домик, потому что все вы носите свои эмоции на рукавах. Поэтому я оставляю за собой право шпионить за вами всеми возможными способами, пока действует бойкот, просто на всякий случай. Но мне это вряд ли понадобится, ведь если вы пойдете на что-то вроде шпионажа на этом свидании, вы достаточно скоро легко выдадите себя и разрушите все шансы на будущие свидания. Не испортите всё!