══════════⊹⊱≼≽⊰⊹══════════

На обратном пути домой мы с Масиро решили свернуть с дороги. Она мягко потянула меня за рукав и, не сказав ни слова, указала взглядом в сторону. Там, за деревьями, был берег реки, до которого мы раньше ни разу не доходили.

Тропинка вывела нас к открытому пространству. Над водой раскинулось небо, окрашенное во все оттенки заката: алый, золотистый, багровый. Небо будто пылало, отражаясь в реке мягким светом. С каждой минутой солнце опускалось всё ниже, и весь мир становился тёплым, оранжевым, словно напитанным светом изнутри.

На другом берегу уже темнело, и в глубокой синеве неба начали робко появляться первые звёзды. Пахло водой, травой и — чуть-чуть — осенью. Ветер дул слабый, но с той характерной прохладцей, что появляется ближе к ночи.

— Давай посидим немного? — предложила Масиро и, не дожидаясь ответа, осторожно опустилась на траву.

Я присел рядом. Почва была холодновата, но её присутствие рядом согревало. Несколько мгновений мы молчали. Лишь шелест травы, плеск воды и звуки наших дыханий наполняли пространство.

(Как будто само время решило сделать паузу. Даже воздух стал плотнее — и чище.)

Масиро подняла лицо к небу, глаза прищурены от света.

— Уже вечер... — тихо проговорила она. — Закат сегодня особенно красивый.

Я посмотрел на неё. Лучи заходящего солнца играли на её лице, подкрашивая бледную кожу лёгким румянцем. Контур её профиля казался особенно чётким, а в свете заката её волосы, обычно просто чёрные, отливались каштановыми и фиолетовыми бликами.

Ветер сдвинул пару прядей, и она машинально заправила одну из них за ухо, кончиками пальцев слегка коснувшись щеки.

(Такая простая деталь — а почему-то сердце сжалось. Как будто это движение было нарисовано специально для этого момента.)

Я не сводил с неё взгляда.

— Прости, — сказал я, немного смущённо. — Я просто... засмотрелся. С тобой этот закат кажется каким-то особенным.

Масиро повернулась, и уголки её губ дрогнули.

— Рюсукэ, ты всегда так смотришь, когда хочешь что-то сказать, но не решаешься. Говори уже, я не укушу, — добавила она, и в её голосе прозвучала лёгкая насмешка — тёплая и дружеская.

(Да, я и правда не всегда умею говорить, когда это важно. Но, может, с ней — можно научиться.)

— Просто... я рад, что мы здесь. Без спешки, без других. Словно весь мир — только для нас.

Масиро на секунду опустила глаза, потом кивнула.

— Мне тоже нравится. — Она убрала с колена засохший листик, затем немного подалась вперёд. — Обычно всё слишком быстро. А сейчас — словно время замедлилось.

Она чуть поёжилась и поправила край юбки. Я заметил, как мелко дрожат её пальцы — от ветра или от волнения, я не знал.

(Если бы мог, я бы просто взял и прогнал этот ветер отсюда. Чтобы она не мёрзла. Чтобы ничего не мешало ей чувствовать себя в безопасности.)

Поэтому просто протянул руку и мягко коснулся её плеча.

— Холодно?

— Немного… — Она взглянула на меня искоса. — Можно я…?

Я утвердительно кивнул, и она аккуратно прислонилась ко мне. Через одежду я чувствовал её тепло. Её тело было лёгким, хрупким — она сидела рядом, почти не касаясь, но и этого хватало, чтобы сердце билось сильнее.

(Это тепло — живое, настоящее. Оно делает мир вокруг тише. Даже мысли становятся мягче.)

— Спасибо, что пошёл со мной сегодня, — прошептала она. — Я знаю, это было спонтанно. Но для меня… это важно.

Я чуть улыбнулся, опустив подбородок.

— Даже если бы ты захотела смотреть на закат каждый вечер, я бы не отказался. Я и сам хочу быть рядом.

Она засмеялась. Негромко, искренне. Её плечо чуть подрагивало от смеха. Потом она вздохнула и прижалась сильнее. Её волосы щекотали мне щёку, пахли чем-то лёгким — вроде зелёного чая и ванили.

(Я хочу запомнить этот запах. Этот момент. Хочу сохранить всё — как фотографию внутри.)

— Рюсукэ... ты ведь серьёзно сейчас, да?

— Абсолютно.

— Тогда... мне можно тоже быть немного слабой? Просто... быть рядом, не думая ни о чём.

Я обнял её за плечи и чуть притянул к себе. Она не сопротивлялась. Только вздохнула и позволила себе полностью опереться.

— Конечно, Масиро. Будь собой. Мне этого и хочется.

В этот момент она замолчала. Мы просто сидели, глядя, как солнце окончательно исчезает за горизонтом. Воздух стал ещё прохладнее, но её тепло рядом делало это неважным.

(Пусть весь мир за нашей спиной мчится куда хочет — здесь, в этом уголке заката, мне ничего не нужно менять.)

Где-то наверху вспыхнули новые звёзды. Луна поднялась из-за деревьев, озарив серебристым светом наше маленькое уединённое место. Ветер нежно шевелил траву. Она замерла, а потом прошептала:

— … Рюсукэ, ты правда тёплый.

— Не хочу, чтобы ты замёрзла.

— Тогда… побудем так ещё немного. Ещё чуть-чуть.

— Сколько угодно. Пока не захочешь отпустить.

Масиро не ответила — только кивнула и улыбнулась. Мы остались сидеть рядом. Просто так — без слов, без суеты. В этом моменте всё было на своём месте.

(Иногда не нужны ни слова, ни обещания. Достаточно — быть рядом и не отпускать.)

Когда солнце окончательно скрылось, и мир погрузился в мягкий сумрак, мы медленно поднялись. Масиро отряхнула подол, подошла ближе, коснулась моей руки — сначала осторожно, потом крепче взялась за неё.

— Пойдём? — спросила она тихо.

— Конечно. Я доведу тебя до самого дома.

— Спасибо… — сказала она и чуть наклонила голову. — За сегодня. И за то, что просто был рядом.

Я кивнул и улыбнулся. Мы пошли вдоль реки. Наши пальцы переплелись — сначала нерешительно, потом увереннее.

(Рядом с ней даже шаги становятся легче. Как будто правда могу стать лучше.)

Луна освещала нам дорогу, и шаг за шагом мы возвращались домой — вдвоём под звёздами, в тишине, которую даже не хотелось нарушать.

Вдвоём, под звёздами, просто идя вперёд.

══════════⊹⊱≼≽⊰⊹══════════