Нин Шу забежала на самый верхний этаж с малышкой на руках. Она встала на краю крыши и посмотрела вниз.

Блять, тут настолько высоко, что у неё аж голова закружилась!

Откуда у Чэнь Нин взялось столько смелости, чтобы спрыгнуть тогда?

Ань Цзиньвэй догнал её. Он тяжело дышал, а его лицо было бледным. Вскоре прибежала пара стариков. Отец Ань Цзиньвэя с посеревшим лицом сказал:

- Неужели ты хочешь устроить такую сцену, что о ней узнает весь дом?

Ань Цзиньвэй пошёл к Нин Шу и тихо сказал:

- Хватит создавать проблемы.

Нин Шу прикрыла уши малышки и пронзительно закричала:

- Не подходи! Если ты подойдёшь, я спрыгну.

Нин Шу немного сдвинулась к краю.

Ань Цзиньвэй остановился и стал ругать её:

- Чэнь Нин, иди сюда. Не выставляй себя на посмешище. Если ты хочешь что-то сказать, давай вернёмся и всё обсудим.

- Я не разрешаю тебе подходить ко мне. Не подходи ко мне! - пронзительно кричала Нин Шу.

Ань Цзиньвэй мог лишь остановиться. Громкие вопли Нин Шу привлекли внимание всего района к происшествию на крыше.

Вполне естественно, что они сбежались посмотреть на забаву. Особенно учитывая, что это была драма с прыжком с крыши.

Вскоре, под домом собралось много народу. Многие даже забрались на крышу, и крыша тут же стала оживлённой.

Лица семьи Ань перекосились.

Лицо Ань Цзиньвэя было полно отвращения и ненависти к Нин Шу, особенно когда он услышал, как люди сплетничают о нём. Он был так зол, что его всего трясло. Он крепко сжал кулаки.

- Чэнь Нин, будь хорошей. Давай обговорим всё, когда вернёмся, - нежно сказал Ань Цзиньвэй.

Он упрашивал Нин Шу, но его взгляд был полон отвращения и нетерпения.

Нин Шу в ужасе покачала головой.

- Я не пойду назад. Я не пойду назад. Как только я вернусь, вы снова меня свяжете и порежете меня чем-нибудь.

- Чэнь Нин, да кто тебя резал вообще? – не удержавшись закричала мать Ань Цзиньвэя.

- У меня нога болит.

Нин Шу коснулась лодыжки и измазала руку в крови.

Толпа зевак начала предполагать, откуда взялась эта рана. Они начали перешёптываться, а кто-то даже вызвал полицию.

- Мать Цзиньвэя, что не так с вашей невесткой? – спросила какая-то женщина у матери Ань Цзиньвэя.

Мать Ань Цзиньвэя потемнела лицом.

- Кто знает? Она сумасшедшая.

- Я не сумасшедшая. Доктор сказал, что у меня небольшая послеродовая депрессия. Что мне не нужно принимать лекарства. Лечение не требует много денег. Не надо меня связывать, не надо со мной разводиться, - сказала Нин Шу вытирая слёзы.

Её рука была перемазана в крови и от этого она размазала кровь по лицу.

- Хах….?

Собравшиеся вокруг люди стали смотреть на семью Ань крайне странными взглядами. Что же эта семья натворила, что подтолкнуло их невестку на грань самоубийства?

Нин Шу демонстрировала своё искреннее намерение умереть, а все обычно симпатизируют слабым.

Нин Шу бухнулась на колени. Её лицо исказилось от боли. Мамочки, как же больно.

- Цзиньвэй, муж, ах, не разводись со мной. В следующий раз. В следующий раз я непременно рожу мальчика. Я обязательно рожу мальчика для семьи Ань, - жалобно закричала Нин Шу. – Я сама могу воспитать Наньнань. Только не разводись со мной, ах, ах, ах, ах…

Собравшиеся люди услышали это прекрасное выступление. Они не удержались и стали спрашивать у матери Ань Цзиньвэя:

- У вашей невестки ещё не прошёл месяц отдыха после родов, верно? Как же так вышло, что она докатилась до такого?

- Это не имеет отношения к моей свекрови. Доктор сказал, что у меня небольшая послеродовая депрессия. Иногда я немного ворчливая, - Нин Шу вытерла слёзы. – До тех пор, пока Ань Цзиньвэй не разведётся со мной, я смогу позаботиться о себе. Я также смогу позаботиться и о малышке. Подождите, пока кесарево заживёт. Я обязательно рожу мальчика для семьи Ань. Я непременно рожу мальчика.