Нет, ну почему он снова торчит там, за окном? 

Медея нервно бросила взгляд на окно, услышав знакомый стук. Она ничего не могла увидеть, потому что оно было закрыто шторами, но стук был хорошо слышен. 

Тук-тук. 

Это были два одиноких удара, по которым нельзя было сказать, что Лайл хотел бы продолжать стучаться до потери пульса. Ведь если хочешь, чтобы тебе точно открыли, то сначала стучишь, потом ждешь немного, и снова стучишь. 

И всё это среди зимы... 

Лайл собирался проникнуть с улицы в дом, а значит наверняка оделся легко. По сюжету книги Лайл был мало чувствителен к холоду, но Медея совсем забыла про это. 

Вдруг он простудится? 

Медея не находила себе места. 

Было ошибкой ходить туда-сюда вдоль окна, потому что в спальне горел свет. И даже за закрытыми шторами был виден девичий силуэт, мечущийся туда-сюда. 

Тем временем Лайл хитро улыбался. 

Может, потом подкалывать её, что мне было холодно тут висеть? 

Он вспомнил, с каким испугом Медея открыла окно прошлой ночью. В любом случае, Медея долго не продержится и откроет окно. Понадобится менее десяти минут. 

* * *

— Поэтому-то тебе и надо было сразу открывать это окно. 

Проговорил Лайл будничным тоном, поцеловав полностью измотанную Медею. 

— Ах-х-х, Император, я... М-м... 

Она словно специально соблазняла его. Медея дёргалась у него в руках. Когда Лайл снова прикоснулся к её лепесткам, изо рта Медеи вырвался стон боли. 

— Ты откроешь мне сегодня дверь, или мне снова лезть через окно? 

Хотя, Лайлу доставляло удовольствие забираться в спальню и через окно тоже. Ему нравилось то, что Медея волновалась о нём, но если он продолжит каждый раз залезать через окно, про Медею пойдут дурные слухи. 

— Император, если ты не будешь мучить меня из-за этого... А-а-ах... 

Лайл быстро раздвинул ноги Медеи и вошёл в неё. Та затрясла было головой, пытаясь его оттолкнуть, но не тут то было. 

— А-а-ах-х-х... 

Медея откинула голову назад, отдаваясь стимуляции. Её розовые соски, которые стояли после долгого обсасывания, были очень привлекательны. Медея хныкала, роняя капли слюны. 

— Как мило. 

— А-а-ах, н-н-нгх... А-а-ах! Сейчас... нет... А-а-а-ах-х-х-х! 

Лайл наконец-то добился своего. Чувствовать свой член внутри Медеи, которая кончила несколько раз подряд, было чем-то особенным. 

Он словно чувствовал, как по её венам несётся кровь. Лайл уже оплодотворил её один раз, но сейчас почувствовал, что хочет сделать это снова. 

— Сегодня тоже через окно? 

Главное не особо попадаться на глаза караульным.Медея прикрыла глаза, и прошептала: 

— Что ты хочешь сделать? 

— М-м-м... Попробовать ролевые игры. 

— Какие? 

Лайл удивился, что Медея вообще задала этот вопрос, но быстро ответил: 

— Рита и Эдель. Сыграем так же, как они, как тебе? 

— Какие ещё Рита и Эдель? 

Лайл сразу же вспомнил, что Медея вообще-то потеряла память. 

История Риты и Эделя была похожа на историю Ромэо и Джульетты. Только Эдель отправился убить дракона, чтобы его любовь, Рита, приняла его. 

Рита узнала, что Эдель умер в схватке с драконом, и совершила самоубийство, наглотавшись таблеток. В загробном мире она нашла дракона, вырвала у него сердце и оживила любимого. 

Это похоже на сказку... 

Объясняя сюжет, Лайл отметил, что Эдель пошёл к Рите в тайне от своей семьи, которые были против. 

— Но... Через окно опасно забираться. Если ты пообещаешь, что не будешь меня допрашивать, я открою... дверь. 

— Но мне и через окно нравится забираться. 

Но всё же, если долго продолжать так, о Медее поползут дурные слухи. Осознавая это, Лайл продолжал целовать Медею в щёку. 

— Ты так забеспокоилась, давай закроем тему сейчас. Вместо этого... Может быть, завтра ты будешь сверху? 

Лайл задал вопрос будничным тоном, а Медея покраснела. 

— Ох... Хорошо, я сделаю это. 

Правда. Попроси только об этом, и всё. 

Лайл глубоко поцеловал начинающую ворчать Медею. 

* * *

Лайл лениво приоткрыл глаза и стал наблюдать за Медеей, которая погрузилась в глубокий сон. Приближалось время, когда добыча должна была быть поймана в ловушку. 

Было совершенно неожиданно, что Медея предотвратила покушение в Императорском Дворце. Для Лайла она была потерявшей память хрупкой девушкой, которую надо защищать, поэтому он был сильно удивлён. 

Но больше его шокировало не то, что Медея нашла артефакт самостоятельно, а то что он вообще оказался во Дворце. Дворец находился немного за территорией Императора, и Лайла приводил в ярости тот факт, что это злодеяние готовилось извне. 

Силы, дающие поддержку Ровендалю, находились на землях Герцога Кэрда. Если бы сам Кэрд был пойман на заказе смерти Медеи, он бы лишился большинства поддержки, поэтому вряд ли он хотел этого. 

Как беспечно с его стороны. 

Если бы Лайл продолжал холодно относиться к Медее, она осталась бы совсем одна. Но он влюбился в неё, и ситуация в корне поменялась.

Герцог Кэрд скорее бы отвернулся от Ровендаля, потому что у них с Медеей должен был быть ребёнок, о котором он так мечтал. Поэтому убийство всего Дворца могло бы быть ответным ударом от обиженного Ровендаля. 

Теперь же Ровендаль оказался главным злодеем.

Кэрд не мог быть настолько глупым, чтобы не осознавать, что Ровендаль наблюдает за ним. Его любовь к своей дочери была мала, но любовь к тому, что она имела была явно больше, поэтому, если бы он избавился от неё и всех придворных, то легко бы превзошёл Ровендаля.