«Жизнь есть кратковременный этап. Конец жизни – кратковременный этап».- Догэн.

1.

- Хватит!

Сайто Якумо проснулся от собственного крика.

Его тело, покрытое потом, лежало на деревянном полу.

…Сон?

Осознав это, Якумо медленно сел.

Содержание сна он не помнил, но остался с крайне неприятным ощущением, тлеющим в груди.

Такие уж сны и есть…

У него перед глазами все плыло, словно в тумане.

Затылок болел, словно зажатый в тисках.

…Я ударился обо что-то?

Затем окружение прояснилось. Он думал, что находится в комнате университетского кружка изучения кинематографа, где спал обычно, но, похоже, это было не так.

Здесь царил полумрак…

В четырех углах комнаты стояли подсвечники с мерцающими огоньками свечей. Комната была размером около двадцати татами.

На первый взгляд, все это напоминало храм, но на потолке выступали камни с капающей с них водой, а задняя стена и узкая колонна в центре комнаты поддерживали известняковый потолок, с виду готовый рухнуть в любой миг.

Вероятно, комнату оборудовали на месте известняковой пещеры.

…Почему я здесь?

Якумо пытался покопаться в памяти, но его остановила боль в затылке. Застонав, он закрыл глаза.

Его лоб был покрыт холодным потом.

Он делал глубокие вдохи, пытаясь успокоиться, когда его ноздрей достиг неприятный запах.

Якумо сразу узнал его.

Кровь…

- Это… – он машинально отпрянул.

На полу лежал пожилой мужчина лет пятидесяти в рясе священника.

Его глаза были широко распахнуты. Из полуоткрытого рта свисал фиолетовый язык.

Ногти мужчины впились в доски пола – наверное, он лихорадочно пытался вырваться.

По всему его телу виднелись следы ножевых ударов.

Из ран вылилось много крови, растекшейся вокруг мужчины, словно обрисовывая его силуэт.

Было очевидно, что он уже мертв.

Якумо знал этого человека.

Звали его Сейдо. Он был главным священником в храме.

- Что же это такое… – прошептал Якумо, закрывая лицо руками. Тогда он внезапно почувствовал что-то странное.

На его ладонях было что-то липкое.

…Быть не может.

Якумо поднял ладони к глазам.

Они были темно-красными…

Его ладони и пальцы были покрыты запекшейся кровью.

Якумо снова посмотрел на Сейдо, лежавшего лицом вниз.

В полу торчал нож.

Лезвие было в крови до самой рукоятки.

В голову Якумо закрались подозрения.

Не было следов того, что Сейдо тащили. Впитавшаяся в пол вокруг него кровь также указывала на то, что мужчину убили здесь.

…Что-то произошло.

Чем больше он пытался вспомнить, тем сильнее у него болел затылок. Словно он сам хотел забыть некие воспоминания.

Терзаемый болью в затылке, Якумо медленно поднялся.

«…Я тебя не прощу».

До Якумо донесся откуда-то голос.

Женский голос, отдававшийся во тьме эхом, словно его выдавили из самого нутра…

Обернувшись, Якумо увидел опустившую голову девушку, которая стояла перед двойными дверями, единственным выходом.

На ней был темно-синий пиджак и короткая юбка в клеточку. Наверное, форма какой-то старшей школы.

Мокрые волосы свешивались на нее лицо.

Ее кожа была настолько бледной, что сквозь нее просвечивали голубоватые вены; девушка отличалась болезненной худобой.

Якумо знал, что перед не ним не живой человек, а призрак, которого он видел своим красным левым глазом.

Якумо посмотрел на девушку.

«…Я тебя не прощу».

Она снова произнесла это исполненным ненависти голосом, медленно подняв голову.

У нее были налитые кровью глаза, как у одержимой.

Ненависть, обида, зависть – в этих глазах смешалось множество негативных эмоций.

«..Умри. Заплати за этот своей смертью».

Девушка повторяла эти слова голосом хриплым, как у старухи.

- Зачем заходить так далеко…

Не отвечая Якумо, девушка прошла через двери, словно ее засосало, и исчезла.

- Постой.

Опершись о стену, Якумо пошел за девушкой.

Собравшись было распахнуть дверь, он резко остановился.

- Это же…

В дверях торчал клочок бумаги размером примерно с визитку.

На нем было написано короткое послание.

Стоило Якумо прочесть послание, как его глаза округлились.

Попадись оно на глаза ничего не знающему человеку, тому было бы трудно понять смысл записки. Однако, с Якумо дело обстояло иначе. Он сразу же понял всю грозность послания.

…Дело плохо.

Якумо хотел позвонить, но у него не было с собой телефона. И это не все пропажи. Он также не смог найти бумажник и ключ.

Он обернулся, но нигде в комнате они не валялись.

Или же он выронил их в другом месте, или же – в любом случае, судя по ситуации, задерживаться дальше нет смысла. Ему нужно было выбраться отсюда как можно быстрее.

Якумо достал клочок бумаги из дверей и сунул его в карман. Затем он взял подсвечник и распахнул дверь.

Он огляделся с помощью слабого света свечи.

Прямо перед дверью он увидел голый каменный лик известняковой пещеры.

С камней у него над головой капал вода. Пещера – примерно пять метров в ширину и два в высоту – тянулась вперед.

…Похоже, другого пути нет.

Якумо попробовал продвинуться вперед, волоча свое тело, но ноги его не слушались, словно земля качалась под ним.

Сделав пару шагов, он положил руки на стену и сделал пару глубоких вдохов, его плечи тяжело вздымались.

Он услышал шаги.

Здесь кто-то есть…

Стоило Якумо поднять голову, как в него ударил мощный свет.

У Якумо побелело перед глазами, словно от дымовой завесы.

- Что Вы здесь делаете?

Голос принадлежал мужчине. В нем слышались нотки угрозы.

Поморгав, Якумо наконец-то разглядел стоявшего перед ним человека.

Это был полицейский средних лет с фонариком.

- Я… – Якумо растерялся.

Сейчас его воспоминания все еще оставались туманными, так что он не мог объяснить.

- Выглядите немного бледным… – полицейский двинулся к Якумо.

- Я в порядке, – отозвался тот, машинально отводя взгляд. Но было слишком поздно. У полицейского был удивленный вид.

- Ваш глаз…

Даже не дослушав, Якумо знал, что он скажет.

Его левый глаз был красным – поэтому мужчина и удивился. В прошлом подобная реакция глубоко бы ранила Якумо, но теперь он не обращал на нее внимание.

Люди боялись тех, кто отличался от них. Это вполне естественно для живых существ.

- Какой ужас! – эхом разнесся по пещере голос, прерывая молчание.

Якумо перевел взгляд на все еще открытые двери пещеры. Там стоял молодой полицейский, взволнованно указывая внутрь.

Похоже, он заметил труп в пещере.

- Что случилось? – расслабленно спросил полицейский средних лет.

- К-кто-то умер! – закричал молодой офицер.

Это послужило сигналом.

Якумо оттолкнул старшего полицейского и побежал.

Полицейский упал на спину и завопил: «Стойте!». К сожалению, сейчас Якумо не мог подчиниться.

Он просто бросился изо всех сил к выходу.

Метров через пятьдесят дорога сильно изгибалась.

За поворотом он увидел свет выхода.

- Эй! Постойте! – за ним следовали голос и шаги полицейского.

Даже если он выбежит наружу, с таким обессилившим телом его, наверное, быстро поймают. А это станет концом.

…Что делать?

Якумо остановился и огляделся. Он заметил щель между камнями.

Известняковые пещеры отличались сложным устройством – выход был не только один. Возможно, эта щель приведет к другому выходу. Однако, окажись там тупик, это было бы все равно, что самому вбежать в клетку.

Якумо определился и решил нырнуть в щель, быстро спрятавшись.

Он приглушил свое дыхание…

Шаги полицейского вскоре нагнали его, но тот прошел мимо.

Подождав, Якумо двинулся к выходу

Обсудив что-то у выхода, полицейские разделились, побежав налево и направо.

Якумо вздохнул с облегчением, но затем вернулся к насущной проблеме.

Он не мог прятаться здесь вечно. Полицейские тоже не станут искать слишком далеко. Если они не найдут его, то вернутся в пещеру.

Так что воспользоваться основным выходом было равносильно самоубийству.

Все-таки, ему и правда придется пройти через щель в камнях.

Якумо пригнулся и шагнул в глубокую тьму.

Внезапно перед его мысленным взором вспыхнул кровавый образ Сейдо.

…Это я сделал?

Ему хотелось опровергнуть это – быть такого не может – но пока доказательств у Якумо не было.

В любом случае, сначала ему нужно сбежать.

Пройдя около десяти метров, он увидел слабый свет.

Впереди был выход.

Он с облегчением сделал еще один шаг. И тут он оступился.

- Проклятье.

Когда он произнес это, было уже слишком поздно.

Камень, на который он наступил, с шумом раскрошился.

Якумо рухнул во тьму под действием силы тяжести…

2.

После репетиции оркестрового кружка Озава Харука отправилась в типовое здание за вторым корпусом.

На каждом этаже здания было по десять комнат примерно в четыре с половиной татами.

Харука остановилась перед комнатой в самом конце первого этажа. На двери висела табличка «Кружок изучения кинематографа», но это была наглая ложь.

Хозяин комнаты, Сайто Якумо, обманул студенческий профсоюз, создал вымышленный клуб и использовал эту комнату как свою собственную.

Левый глаз Якумо был от рождения красным и обладал уникальной способностью видеть духов умерших.

«…Неприятный тип».

Таким было первое впечатление Харуки. Неприветливый и недружелюбный парень, который не любил иметь дело с другими людьми.

Начиная с дела Мику, Харука пережила вместе с Якумо множество происшествий.

Большинство из них угнетали, но с этим опытом мнение Харуки о Якумо сильно изменилось.

Из-за уникальной способности Якумо родная мать хотела его убить, а остальные считали странным.

Пройдя через такие тяготы, Якумо отгородился от людей стеной, чтобы защитить свое израненное сердце.

Однако, в душе он был наблюдательнее кого бы то ни было и обладал добротой.

Стоило Харуке это осознать, как Якумо начал казаться ей милым.

Почему-то рядом с ним ей было спокойно. Хотя сам он, наверное, ничего такого не подразумевал, она чувствовала себя защищенной.

Теперь она приходила навестить его, как только появлялось свободное время.

Одна из ее подруг даже спрашивала, не встречаются ли они. К сожалению, ответ был отрицательным.

Хотя она и пережила многое с Якумо, время пролетело без особых перемен, и не успела она заметить, как до выпуска осталось полгода.

После этого – наверное, ее ничего не ждало.

Возможно, они пережили слишком многое, чтобы стать больше, чем друзьями.

Близко, но далеко. Такими были ее отношения с Якумо.

«Интересно, что думает Якумо-кун» – ей хотелось спросить об этом, но при этом казалось, что такой вопрос разрушит все, что они успели воздвигнуть.

Она очень боялась этого.

…О чем я только думаю?

Харука улыбнулась с самоиронией и снова посмотрела на дверь.

Сегодня она не участвовала, как обычно, в каком-нибудь деле. Приближался день рождения Якумо. Она подумывала преподнести ему подарок, но не знала, что ему понравится.

Поволновавшись на этот счет, она решила спросить его лично и пришла сюда.

- Якумо-кун, ты здесь? – позвала Харука, открывая дверь.

Однако, Якумо отсутствовал.

- Что? Его здесь нет…

Вздохнув, Харука заняла свое обычное место у двери.

Мрачная пустая комната…

Даже сидела она ржавом раскладном стуле, какие найдутся почти везде. Но здесь ей было спокойно.

Комната была маленькой, всего в четыре с половиной татами, но здесь ей не приходилось притворяться – она могла быть собой.

Харука положила голову на стол.

Было тихо.

- Якумо, ты ведь скоро придешь?..

Вернувшись, он явно возмутится и скажет что-то вроде «Что ты здесь делаешь?» или «У тебя так много свободного времени?».

Когда они только встретились, слова Якумо всерьез злили Харуку.

Однако, теперь они казались естественными, словно «Доброе утро». Это приносило ощущение уюта.

Никогда раньше Харука ни с кем не испытывала подобного.

…Наверное, мне нравится…

Чтобы очистить мысли, Харука достала мобильный и начала печатать сообщение.

Предназначалось оно Якумо.

Она никогда не получала от него ответа на сообщение. Это был просто односторонний цифровой сигнал.

Странно, но так она все равно ощущала их связь.

«Ты хочешь что-нибудь?».

Отправив короткое сообщение, Харука снова опустилась на стол.

3.

У меня столько времени…

Гото Казутоси зевнул, сидя на стуле.

В последнее время не случалось ничего криминального. Он знал: будучи частью полиции, он не должен жаждать происшествий, но сидеть за столом было не в его духе.

Особый отдел специальных расследований нераскрытых дел, к которому был приписан Гото, оставался в стороне, как и намекало его название.

При этом, по большей части, работа здесь была только с бумагами. Для Гото, который сначала действовал, а потом думал, это было подобно пытке.

Гото вздохнул в очередной раз, и тут открылась дверь.

- С-следователь Гото! Это к-кошмар! – Исии Ютаро влетел в комнату с выражением паники на лице.

- Какой ты шумный, – отозвался Гото, цокнув языком.

Он мог пересчитать на пальцах одной руки число случаев, когда кошмарная, со слов Исии, ситуация действительно оказывалась таковой.

- Но… – Исии засомневался, внезапно угомонившись.

Гото думал, что Исии вырос немного, но он все еще не встал крепко на ноги.

- Чего ты поднял такой шум?

- Э-э, я сдал.

- Что?

- То самое. Я сдал.

Как обычно, Исии не мог передать суть.

- Что еще за «то самое»? Говори нормально.

- Экзамен на повышение. – Исии дышал отрывисто.

- Экзамен на повышение?

- Как я уже сказал, я сдал. Экзамен на ранг младшего инспектора.

- Хорошо. – Гото слушал вполуха, но, поняв смысл его слов, внезапно пришел в себя. – Что ты сейчас сказал?

- Я сказал, экзамен на повышение…

- Я не об этом. Повтори звание.

- Младший инспектор. – Исии гордо выпятил грудь.

- Ты станешь младшим инспектором?

- Да, сэр.

…Какого черта?

Сонливость Гото как рукой сняло.

- В чем дело? Вы кажетесь бледным… – Исии смотрел на лицо Гото встревоженно.

Хотя он, наверное, ничего такого не имел в виду, Гото в его словах послышалась жалость. Это раздражало его.

Гото поднял руку, чтобы ударить Исии по голове, но удара так и не последовало.

- Простите… – Исии поправил пальцами свои серебристые очки. Его поза, обычно раздражавшая Гото, сегодня особенно действовала ему на нервы.

- Что?

- Вы не рады за меня?

…Рад? Ты шутишь?

Гото торопливо проглотил слова, которые едва не сказал.

Сорвись эти слова с его языка, он словно признался бы в мерзкой зависти, жившей в глубине его сердца.

- Поздравляю, младший инспектор Исии. – Гото крутанулся на стуле, повернувшись к Исии спиной.

Он и сам знал, что взрослые так себя не ведут, но это осознание ничего не меняло.

- Вы злитесь? – с этими словами Исии обошел Гото и встал перед ними.

…Этот парень совсем не умеет читать атмосферу.

- Я не злюсь!

- Но… – Исии озадаченно нахмурил брови.

- Ты знаешь мой ранг?

- Вы инспектор полиции.

В словах Исии не было злого умысла. Это разозлило Гото еще сильнее.

- Я на твоем уровне. Младший инспектор.

- Опять шутите, сэр? – Исии покачал головой, слово говоря «ну и ну». Этот жест разозлил Гото дальше больше.

Гото цокнул языком и поднялся.

- П-прошу прощения… Вы куда?

- Пойду обедать. Младший инспектор Исии. – Гото театрально поклонился Исии.

- Пожалуйста, прекратите, – ерзая, словно моллюск, Исии вцепился в Гото.

- Отпусти меня!

Отпихнув Исии, Гото вышел из комнаты, но затем внезапно остановился.

…Почему я так зол?

Ответа у него не было.

…К черту эту карьерную лестницу!

Так он до сих пор мог делать, что захочет. Он даже не пытался сдавать экзамен на повышение, поскольку это были лишние хлопоты.

Хотя никто и не говорил ему этого делать – хотя он делал так по собственному желанию – почему он так зол?

- Проклятье!

Гото пнул стену и зашагал прочь.

4.

Кап, кап…

Якумо пришел в себя под монотонные звуки капающей воды.

…Я еще жив.

Открыв глаза, он увидел известняк, извивавшийся, словно огромный организм.

Лежавший на спине Якумо сел.

Он увидел слабый свет, исходивший снаружи. Пусть и небольшая, но это была дыра на волю. Похоже, у него получится выбраться, если пригнуться.

Его левую ноги пронзила молния боли, заставив Якумо скривиться.

Нижняя левая половина его джинсов была порвана и пропитана кровью.

Опершись о выступавший из земли камень, Якумо поднялся и зашагал, приволакивая раненую ногу, после чего вышел из известняковой пещеры, пригнувшись.

Он оказался посреди кедрового леса.

Подняв взгляд, он увидел выглядывающее летнее солнце.

Якумо машинально прищурился и прикрыл глаза руками. Затем он услышал шум бегущей воды.

Примерно в пяти метрах впереди он увидел речку.

Глубиной та была где-то по щиколотку. Похоже, здесь бил родник – Якумо ясно видел его на дне речки.

Якумо зашел в реку и опустил лицо к воде, чтобы напиться и смочить пересохшее горло, а затем отмыл свою левую ногу.

Он потер в воде руки, смывая кровь.

Красная вода медленно утекала прочь.

Наверное, скоро она смещается с остальным потоком и станет неразличима.

Якумо выбрался на камень на другом берегу. Он оторвал от плеча левый рукав рубашки и перевязал рану на левой ноге, использовав его вместо бинта.

Якумо подошел к ближайшему кедру и сел, успокаивая дыхание.

…Почему это произошло?

Успокоившись, Якумо задался этим вопросом.

Погибшим мужчиной был священник из храма, Сейдо. Вдвоем они прошли по этой заросшей тропе прошлым вечером и отправились в известняковую пещеру – это он помнил.

Тогда что-то следовало за ними.

Но Якумо не был в этом уверен. Когда он попытался вспомнить, у него заболела голова, словно останавливая его.

Якумо отказался от попыток вспомнить вчерашние события и начал упорядочивать свои мысли.

Вчера утром в университетский кружок изучения кинематографа пришел мужчина.

Это был Эйсин. Он был довольно старым, но рослым и в хорошей физической форме. На первый взгляд, он казался добрым, но отличался широкими взглядами.

Он был учителем дяди Якумо, Иссина.

После смерти Иссина он настойчиво пытался заставить Якумо взять на себя храм, так что Якумо считал его личностью проблемной.

- У меня есть к тебе просьба, – сказал Эйсин, стоило ему зайти в комнату.

- Я отказываюсь.

Несмотря на отказ Якумо, Эйсин все равно продолжил.

- Ты знаешь о реинкарнации? – улыбнулся Эйсин.

…Реинкарнация.

Услышав это слово, Якумо отчасти растерялся.

Шурх.

Шорох дерева привел Якумо в чувства.

Что-то бежало сквозь траву.

Енот.

Якумо испытал облегчение, но знал, что не может оставаться здесь вечно.

Если полиция найдет его выход из пещеры, они сразу же придут сюда. До того момента он должен уйти как можно дальше.

Что важнее, он не мог просто сбегать вот так.

Ему нужно было собрать информацию и разобраться в произошедшем. Какая бы ужасная правда ни поджидала его, он обязан был узнать ее.

Якумо решительно встал и зашагал вдоль реки…

5.

Охваченный смешанными чувствами, Исии погрузился в бумажную работу.

«Хочу как можно быстрее стать как Гото-сан» – к этому он лихорадочно стремился и поэтому пошел на экзамен на повышение до младшего инспектора, но он не думал, что и правда сможет догнать Гото.

И он был удивлен, что рангом Гото оказался младший инспектор.

Он провалил экзамен? Нет, не в этом дело. Наверное, у него даже не было времени сдавать его.

Вместо сдачи экзамена Гото предпочел работать следователем. И каким по сравнению с этим оказался Исии?

Задавшись этим вопросом, Исии почувствовал себя ужасно приземленным.

Его плечи поникли, когда дверь кабинета открылась.

Зашел Миягава Хидея, глава следователей.

Он был невысок и обладал лысой головой и густыми бровями. Под ними прятались сердитые, проницательно поблескивавшие глаза, создающие давящую ауру хищника.

- Где Гото? – мрачно и решительно спросил Миягава, обведя комнату взглядом.

- Ах, э, он только что вышел.

- Отлынивает в такой момент. – Миягава сердито зашел в комнату широкими шагами и сел на стол, скрестив руки.

- Что-то случилось? – робко спросил Исии.

- Этим утром в глубине известняковой пещеры в Ниситама был найден труп, – отозвался Миягава, вздохнув.

- Труп…

- Жертвой был Тодаяма Сейдо, священник храма по соседству. Пятьдесят восемь лет, – спокойно продолжил объяснять Миягава. – Инцидент произошел около девяти утра. Поступило анонимное сообщение о трупе в известняковой пещере в горном районе Ниситама.

- Анонимное…

В полицию нередко поступала анонимная информация.

Особенно в случае с крупными инцидентами, информаторы не хотели ввязываться.

- Похоже, эта известняковая пещера известна как духовное место.

- Возможно, он отправился туда для испытания своей смелости?

- Подробности нам пока неизвестны, но возможно и такое. В любом случае, двое полицейских отправились туда и нашли труп, как и говорилось в наводке.

- Ох, – ответу Исии не хватало эмоций.

Общую суть дела он видел, но оно не входило в их юрисдикцию. Он не знал, почему Мигава заговорил об этом.

- Похоже, у трупа ножевые ранения по всему телу.

- Ножевые… по всему телу…

В голове Исии всплыл образ покрытого кровью священника в известняковой пещере. Он сглотнул.

Увидь он это вживую, наверное, закричал бы.

- В общем, участок в Ниситама прислал нам запрос о помощи.

- Нам? – удивился Исии.

- Ага.

- Почему это?

- Двое полицейских видели на месте преступления подозрительную личность. – Миягава говорил безучастно, словно читал речь, но выражение у него было необычайно мрачное.

- Это и есть преступник?

- В участке Ниситама говорят, что, скорее всего, да.

- Понятно.

- Согласно показаниям офицеров, у сбежавшего с места преступления мужчины был красный левый глаз, – произнес Миягава без паузы.

- Э?

Исии потребовалось некоторое время, чтобы понять.

Он знал одного человека с красным левым глазом.

…Сайто Якумо.

Но это только среди знакомых Исии. Он не мог отрицать вероятность существования и других людей с красными левыми глазами.

- Взгляни на это, – вероятно, Миягава угадал мысли Исии, поскольку достал из нагрудного кармана листок бумаги и положил его на стол.

Это была копия удостоверения личности, походившего на студенческий.

- Э-это…

Увидев, что там написано, Исии лишился дара речи.

«Университет Мейсей, Сайто Якумо».

- В известняковой пещере нашли бумажник. Похоже, это лежало внутри, – пояснил Миягава.

- Это…

Перед мысленным взором Исии мелькнуло лицо Якумо.

Точеные черты и кожа белая, словно фарфор. Ужасно лохматые волосы и сонные глаза.

У него было отсутствующее выражение, и он оставался равнодушен ко всему, но краем глаза спокойно наблюдал за словами и действиями других.

Действительно, его проницательность помогла им раскрыть множество дел, но в то же время Исии боялся его.

Когда он стоял перед Якумо, ему казалось, словно тот смотрит ему прямо в душу, и Исии не мог расслабиться. В Якумо было нечто загадочное.

Возможно, дело в том, что Якумо был сыном того мужчины…

- Участок Ниситама пришлет сюда следователя, – сказал Миягава, скрестив руки.

- Неужели мы…

- Именно.

- Э-э-э-э-э! – машинально воскликнул Исии.

Вместе со следователем из Ниситама им предстоит преследовать Якумо. Исии это казалось дурной шуткой.

- Не жалуйся. Я уже сообщил им, что ты знаком с Якумо.

- Н-но это ведь плохо, нет?

- Они бы все равно узнали. Скрывать было бы еще хуже.

- Ясно…

Миягава был прав. Скрой они этот факт, информация все равно легко бы всплыла, стоило им начать поиски. Раскройся все позже, это стало бы даже более серьезной проблемой.

- Ладно, верни Гото, пока следователь не приехал, – договорив, Миягава быстро вышел из кабинета своей кривоногой походкой.

У Исии было такое чувство, словно ему на плечи лег тяжкий груз. Казалось, его раздавит в лепешку.

…Якумо действительно убил человека?

Исии не мог ответить на вопрос, клубившийся у него на сердце.

6.

Младший инспектор? Да к черту все это.

Раздраженный Гото зашел на территорию университета.

Первый семестр закончился, и наступили летние каникулы. Обычной суеты не наблюдалось – здесь было довольно спокойно.

Гото направился в кружок изучения кинематографа, где обитал Якумо.

Гото и сам не знал, почему пришел сюда.

Встреться они, Якумо просто возмутится и разозлит Гото еще сильнее.

Несмотря на это, в дурном расположении духа Гото хотелось увидеться с Якумо. Это было уже не впервые.

Объяснить это было трудно, но такие уж чувства у него вызывал Якумо.

- Прости за беспокойство! – с этими словами Гото открыл дверь кружка изучения кинематографа.

- Если знаете, что приносите беспокойство, то уходите, пожалуйста.

…Вот засранец!

Гото проглотил слова, которые собирался сказать, и округлил глаза.

Перед ним сидел не Якумо, а Харука.

- …так сказал бы Якумо-кун. – Харука засмеялась, пожав плечами.

- О, это ты, Харука-тян? – Гото сел на складной стул в углу и ослабил галстук.

В комнате не было кондиционера – только электрический вентилятор. Останься он на час, насквозь пропотеет.

- Хотите чего-нибудь выпить? – спросила Харука, вставая.

- Что угодно, только холодное.

- Вас поняла, инспектор Гото.

- Младший инспектор. – Гото не собирался говорить этого, но слова сами слетели с языка.

- Э? – у Харуки был озадаченный вид.

- Ничего. Ладно, в общем, что-нибудь холодное.

- Хорошо! – с этими словами Харука пошла к холодильнику в глубине комнаты.

В последнее время это стало настолько естественно, что он ничего не замечал, но, если подумать, Гото казалось, словно он пришел в гости к молодоженам.

Хотя мужчина и женщина одного возраста были настолько близки, они не встречались. У Гото это в голове не укладывалось.

Не то, чтобы эти двое не были честны сами с собой – скорее, они, наверное, просто не разбирались в делах любовных.

- Хотя не мне об этом говорить… – произнес Гото, потягиваясь.

- Вы что-то сказали? – Харука вернулась с бутылкой чая.

- Ничего. Ладно, где Якумо? – Гото взял у Харуки чай и сделал глоток.

- Гото-сан, значит, Якумо был не с Вами, – произнесла Харука, садясь на складной стул и подпирая голову руками. Судя по ее реакции, Харука тоже не знала, где Якумо.

- Ага.

- Опять какое-то расследование? – Харука посмотрела на него с сомнением.

Похоже, она считала, что Гото приходит к Якумо только с преступлениями.

- Нет. Мне просто стало интересно, как дела у Якумо, поскольку я его не видел в последнее время. А у тебя что?

- То же самое. – Харука улыбнулась.

Во время паузы в их разговоре у Гото зазвонил мобильный.

На экране высветился номер Исии.

- У Вас телефон звонит.

Гото подумывал было проигнорировать звонок, но после замечания Харуки вынужден был взять трубку.

- Что?

- Следователь Гото, это ужас! – послышался из телефона взволнованный голос Исии.

- Не шуми так.

- Но все и правда ужасно!

- Тогда говори, – коротко отозвался Гото.

Его сильно раздражала мысль о том, что этот никчемный парень на одном с ним уровне.

- Ах, да, сэр. Когда Вы ушли, следователь Гото, я какое-то время занимался бумагами, а потом…

- Опустим вступление, – перебил Гото.

- И-извините, сэр. Этим утром в известняковой пещере в Ниситама нашли труп.

- И?

Хотя Ниситама и находилась по соседству, это была уже другая юрисдикция.

Полиция очень внимательно относилась к границам. Если люди совали нос в дела другого участка, их ожидали проблемы.

- Полиция разыскивает мужчину как важного фигуранта по делу из-за улик и показаний свидетелей.

- Так это, значит, преступник.

- П-постойте! Это не так! – Исии поспешил остановить Гото, пока тот не повесил трубку.

- Что не так?

- Разыскиваемого зовут Сайто Якумо-си!

- Ах, понятно.

Гото собрался было повесить трубку, когда до него внезапно дошли слова Исии.

…Быть не может.

- Простите… Следователь Гото… – из динамика слышался неровный голос Исии.

- Что ты сейчас сказал?

- Я сказал, что разыскивают Сайто Якумо.

Гото не ослышался.

- Говоря о Якумо… Ты имеешь в виду того самого Якумо?! – взволнованно крикнул Гото, подскочив.

Харука посмотрела на него встревоженно, видимо, почувствовав, что произошло нечто ужасное.

- Да, сэр. Это Якумо-си, наш знакомый.

- Да ты шутишь.

Гото не мог поверить словам Исии.

Однако, Исии не относился к тем, кто стал бы обманывать или шутить. А значит, он сказал правду.

Якумо разыскивали по делу об убийстве – как будто Гото мог смириться с такой глупостью.

Словно опровергая мысли Гото, в его голове пронеслись услышанные им некогда слова.

«Этот ребенок будет убивать».

Так сказала Сайто Азуса, мать Якумо.

Случилось это дождливой ночью пятнадцать лет назад.

В тот день Азуса сжала шею своего собственного сына, Якумо, произнеся при этом бессвязно: «Этот ребенок будет убивать».

Были ли эти слова заблуждением или пророчеством…

Сейчас Гото не знал ответа.

- Алло, следователь Гото?

Услышав голос Исии, Гото пришел в себя.

Сейчас было не время вспоминать прошлое.

- Объясни подробно. – Гото снова сел на стул с мрачным выражением.

7.

Якумо перестал шагать вдоль реки.

На его щеку упала капля воды.

Он поднял взгляд. Плотные тучи застилали небо.

- Вечерний дождик…

Словно дождавшись шепота Якумо, внезапно начали падать крупные капли дождя.

В дождь спускаться с горы было опасно.

Оглядевшись, Якумо заметил большую скалу с полостью немного дальше реки.

Пожалуй, пригнувшись, он смог бы укрыться там.

Якумо ускорил шаг, волоча свою левую ногу, и скользнул в полость в скале.

Большие капли с шумом ударялись о землю, создавая легкую дымку. Якумо решил отдохнуть, пока не закончится дождь.

Он пробежался рукой по волосам, вытирая их.

После долгого вздоха перед мысленным взором Якумо появилось лицо девушки.

…Озава Харука.

Он не помнил наверняка, каким было его первое впечатление о ней.

Объявилась проблемная личность – наверное, он просто подумал что-то такое.

Она исчезнет, использовав его и больше не нуждаясь в нем. Он посчитал ее человеком такого типа. Через некоторое время он ее даже не вспомнит. Словно пейзаж, промелькнувший за окном машины.

Однако, слово, произнесенное Харукой как ни в чем не бывало, разрушило предрассудки и систему ценностей, которую Якумо использовал до сих пор.

«Красивый».

Вот что сказала Харука, увидев красный левый глаз Якумо.

Хотя Якумо и не говорил об этом, слова Харуки исцелили его истощенное сердце лучше, чем все, сказанное ему до сих пор.

Из-за его красного левого глаза, способного видеть духов умерших, его считали чем-то странным и повсеместно смотрели на него с любопытством.

«Жуткий».

«Страшный».

«Жалкий».

Ненависть. Страх. Жалость…

Все эти слова острыми клинками ранили сердце Якумо.

«Я не нужен».

Вполне естественно, что он думал так.

«Не хочу быть здесь. Хочу исчезнуть». Якумо желал смерти бесчисленное число раз, но, будучи способным видеть духов умерших, он знал, что смерть не спасает от боли.

Якумо казалось, что слово, произнесенное Харукой при виде его красного глаза – «красивый» – сняло с его сердца заслонку.

Ему словно сказали, что в его существовании нет ничего зазорного.

После этого случилось множество происшествий. В процессе Харука стала кем-то большим, чем просто случайным прохожим.

И это не все. Когда она стала частью его жизни, мир Якумо начал меняться.

Иссин и Нао. И Гото – Якумо осознал, что были и другие люди, желавшие, чтобы он был здесь.

В какой-то момент, мир стал тем, чего он не хотел лишиться, и у него появились люди, которых он хотел защитить.

В прошлом он посчитал бы это лишними хлопотами, но теперь все изменилось.

Это было приятно. Ему показали, что он не одинок в этом мире. Казалось, словно его освобождали от страданий, обременявших его до сих пор.

…Почему я внезапно задумался об этом?

Якумо закрыл глаза, улыбнувшись с самоиронией.

Он успокоился и, вероятно, из-за этого на него навалилась тяжелая сонливость.

Ему есть куда возвращаться. Поэтому он обязан вернуться. Были те, кто ждал его – те, кого он хотел увидеть…

Стоило его шее ослабнуть, как Якумо распахнул глаза.

Он не мог беспечно уснуть в таком месте.

Якумо потряс головой.

В то же время к нему вернулась часть воспоминаний.

Якумо был в дальней части известняковой пещеры. Там, где он очнулся.

Мерцало пламя свечей.

Сейдо стоял с безжизненным взглядом, словно душа покинула его, и сжимал нож.

- Что ты собираешься делать, узнав правду? – спросил Сейдо без выражения.

Тогда Якумо что-то ответил, но он не помнил, что…

- Понятно. Тогда… – Сейдо слегка улыбнулся и сжал нож крепче.

Внезапно все потемнело – а затем в его голове всплыл новый образ.

Место, похожее на храм.

- Ты веришь в реинкарнацию? – спросил Сейдо.

Рядом с ним стояла девочка.

У нее были короткие волосы и изящные черты лица, как у куклы.

- Я – реинкарнация моей матери.

Хотя девочка улыбалась, улыбка не несла никаких чувств.

Эта девочка была пуста.

…Ты?

Пока он размышлял, его затылок пронзил приступ боли, вернувший его к реальности.

Фрагмент воспоминаний, всего один момент. Все смешалось. Пока он не мог определить, что это означало.

Однако, было ясно, что между Якумо и Сейдо имели место некие разногласия.

Более того, Сейдо держал нож. Было нетрудно поверить, что после их спора Якумо зарезал Сейдо.

Начавшие было таять сомнения снова вернулись.

- Быть того не может.

Произнеся это вслух, Якумо оборвал растущую в сердце тревогу.

Продолжи он небрежно строить теории без всей информации, окажется связанным жесткой точкой зрения и не доберется до правды.

Пока ему нужна была информация. За ней ему нужно было отправиться в храм Сейдо.

Якумо ждал, когда закончится дождь.

8.

- В чем дело? – спросила Харука, когда Гото закончил звонок.

Хотя она и не слышала разговор нормально, но по его частям и фрагментам поняла, что с Якумо произошло нечто ужасное.

Ее сердце тяжело стучало.

Это заставило Харуку вспомнить события полугодовой давности. Инцидент, когда Якумо исчез без единого слова…

От одной мысли об этом у нее потеплело в уголках глаз.

Она не хотела пережить это снова.

Гото сидел молча с напряженным выражением, не отвечая на вопросы Харуки.

Казалось, словно он не уверен, стоит ли говорить.

Такое отношение заставило Харуку еще сильнее волноваться о серьезности ситуации.

Тяжелое молчание продолжалось.

Шум дождя звучал невероятно громко.

Дождь был сильный – комнату заполнял звук, с которым бесчисленные капли ударялись о землю.

- Пожалуйста, расскажите мне. – Харука схватила Гото за руку.

«Пожалуй, этого не избежать» – с таким выражением на лице Гото смиренно вздохнул и произнес «Подробности мне неизвестны» в качестве вступления.

- В известняковой пещере в Ниситама был найден труп.

- Труп…

Неужели…

Харуке показалось, словно она внезапно рухнула в бездонную тьму.

Скажите мне, что это неправда – с таким желанием Харука смотрела на Гото.

- Погибшим был священник из храма по соседству, – сказал Гото, словно ощутив чувства Харуки.

- Вот как…

Она знала, что это бестактно, но испытала облегчение из-за того, что умер не Якумо.

- Полиция разыскивает Якумо.

- Э? – машинально откликнулась Харука.

Она прекрасно расслышала слова Гото и поняла их смысл.

Он просто не могла поверить в это.

- Полицейские видели, как мужчина с красным левым глазом покидал место преступления.

- Это…

- Судя по ситуации, скорее всего, Якумо как-то замешан в этом деле. – Гото произнес то, что не осмеливалась сказать Харука.

У нее было такое чувство, словно ее ударили ножом.

- …Это ложь, – вот и все, что она сказала после молчания.

Говорила она это себе. Такого не может быть. Ей хотелось верить в это. Хотелось, чтобы так оно и было.

Слова, порожденные ужасно отчаянным желанием…

- Я знаю, – в отличие от слов Харуки, слова Гото таили в себе силу.

В них не было сомнения. В них слышалась уверенность – словно это было вполне естественно.

- Верно.

- Да. Он просто не мог никого убить.

- Вы правы, – хотя Харука ответила твердо, она не могла избавиться от мелких сомнений.

…Почему?

- Вопрос в том, что сейчас делать, – сказал Гото, опережая вопрос Харуки.

- Точно.

Чтобы узнать, почему это произошло, они должны были найти правду. И…

- Где сейчас Якумо-кун?

- Не знаю. – Гото недовольно скрестил руки.

- Он сбежал?

- Похоже на то.

Харука поняла, что именно ее тревожило.

- Почему Якумо-кун сбежал? – Харука не понимала этого.

Если он никого не убивал, ему незачем было сбегать. Он мог просто объяснить, что делал там.

И Якумо должен был знать, что в данной ситуации побег не пойдет ему на пользу.

- Я не знаю. – Гото нахмурился.

- Что-то из случившегося заставило его сбежать?

- Быстрее будет спросить его самого.

- Но мы не знаем, где он.

- Мы найдем его. – Гото уверенно выпятил грудь.

- Но как?

- Надо просто проверить места, где, по-нашему, он может находиться.

Гото не шутил – вероятно, он действительно собирался так поступить.

Однако, Харука не считала, что так они найдут Якумо. Бесцельные поиски ничего не дадут – им нужна была подсказка.

- Зацепок нет?

- Ах, верно.

Услышав слова Харуки, Гото словно вспомнил что-то. Он хлопнул в ладоши.

- В чем дело?

- Похоже, место, где нашли труп, относилось к духовным.

- Духовное место… – прошептала Харука, обдумывая эту информацию.

Скорее всего, Якумо почему-то занимался там какой-то связанной с духами тайной.

Если так оно и было, очень маловероятно, чтобы Якумо занялся касавшимся духов делом по собственной воле.

- Кто-то попросил Якумо заняться расследованием? – озвучила Харука посетивший ее вопрос.

- Возможно.

- Но кто же?

- Я не знаю.

- Я тоже…

Харука задумалась, но никто не шел ей на ум.

В разговоре как раз наступило затишье, когда дверь открылась.

- Якумо-кун? – Харука встала и посмотрела на дверь, подумав, что это мог вернуться Якумо.

Однако, на пороге стоял не Якумо…

9.

Исии разочарованно ссутулился.

Он снял очки и откинулся на спинку стула, глядя в потолок.

Следователь из участка Ниситама должен был скоро прибыть, но не похоже было, что Гото возвращался – он повесил трубку со словами «Просто поделись информацией».

Исии тоже понимал ход мыслей Гото.

Если он встретится с кем-то из участка Ниситама, то не сможет свободно передвигаться. И, вероятно, не захочет отвечать на слишком много вопросов о Якумо.

Однако, Исии не нравилось, когда его бросали. Он не мог объяснить отсутствие Гото и сомневался, что справится в одиночку.

Исии закрыл лицо обеими руками. Затем он услышал стук в дверь.

- Ах, да. – Исии торопливо надел очки и встал.

- Прошу прощения.

Дверь открылась. Посмотрев в ту сторону, Исии увидел на пороге женщину.

Наверное, ей было под тридцать. Она была высокой, но обладала изящной фигурой.

Стрижка у нее была очень короткой. Взгляд ее миндалевидных глаз казался строгим, на первый взгляд, но ее кошачьи черты делали ее довольно красивой.

- Меня зовут Нацуме Йоко. Я из участка Ниситама, – четко произнеся эти слова, она достала полицейское удостоверение и подняла его к глазам Исии.

- Ах, извините, что не представился раньше. Я Исии из участка Сетамати. – Исии, все еще растерянный, вежливо поклонился.

- Думаю, шеф Миягава уже связался с вами. – Йоко подошла прямо к Исии.

Когда она посмотрела на него своими ясными глазами, Исии смутился и опустил взгляд в пол.

- Ах, да. Я слышал об этом.

- Итак… где второй следователь? – спросила Йоко, с сомнением оглядев комнату.

Она ударила прямо по больному месту.

- Э-э… сегодня… э, он плохо себя чувствовал…

Судя по тому, как пристально смотрела на него Йоко, она не собиралась принимать объяснение Исии.

Она смотрела на него без злости, но Исии оробел.

- Л-ладно, садитесь, пожалуйста. – Исии попытался сменить тему и достал из угла комнаты складной стул. – Насчет сотрудничества по следствию… – произнес он, когда Йоко села.

- Хочу сказать, что Вам не нужно помогать следствию, – четко произнесла Йоко, прищурившись.

- Э? – Исии так удивился, что ничего другого ответить не смог.

- Я сказала, что Вам не нужно помогать следствию.

- Да, но…

- В чем дело? – Йоко бросила на Исии резкий взгляд.

Хотя внезапные слова Йоко удивили Исии, он уловил в ней некоторое сходство с Гото.

Надменная следователь, любящая работать независимо. Такое впечатление сложилось у Исии.

- Но… Начальство сказало…

- Начальники не в курсе ситуации. От работы созданной на скорую руку команды никакого толку. Более того, работать с мужчиной… – хотя Йоко и не закончила, но продемонстрировала свои феминистские взгляды.

- Тогда зачем Вы приехали сюда сегодня? – спросил Исии, сглотнув.

Если она не хотела просить о помощи с расследование, зачем тогда было приезжать? Исии не понимал.

- Вы ведь знаете Сайто Якумо, верно?

Исии вздрогнул.

Он не смог ответить сразу – его взгляд блуждал по сторонам. Однако, на стене и потолке ответа не нашлось, так что он просто тратил время впустую.

- Вы знаете его, верно? – повторила Йоко.

- Ах, нет… Не то, чтобы знаю… Ну, да… – Исии вытер со лба пот.

Он знал, что это дурацкий ответ. От него и правда не было никакого толку.

- Где он?

Это был прямой вопрос. Как и Гото, она, похоже, относилась к людям, не любящим ходить вокруг да около.

- Нет, мы тоже не знаем, где он сейчас…

Иначе они бы уже отправились на встречу с ним.

- Тогда скажите, куда, по-вашему, он мог отправиться.

Взгляд Йоко был исполнен силы.

Под таким давлением Исии было трудно дышать. От нее не скрыться ни одному преступнику. Так казалось Исии.

- Куда, по-моему, он мог отправиться…

- Места, где он часто бывает. Дом его девушки, дом друга. Что угодно. Просто сообщите мне известную Вам информацию, – с жаром произнесла Йоко.

Похоже, она уже успела прийти к выводу, что Якумо – преступник.

- Следователь Нацуме, по-вашему, злоумышленник – это Якумо-си? – наконец произнес Исии, помолчав.

- Он определенно самый вероятный подозреваемый, – секунду казалось, словно реакция Исии удивила Йоко, но затем ее лицо снова расслабилось, и ответила она спокойным тоном.

- Понятно…

- А Вы что думаете?

- Я…

Услышав этот вопрос от Йоко, Исии растерялся.

Похоже, Гото считал, Что Якумо не мог никого убить, но Исии не мог быть в этом уверен.

Якумо, способный видеть духов умерших, уважал жизнь сильнее кого бы то ни было. Исии знал это.

Но, с другой стороны, временами Якумо относился холодно – до чрезмерности – к тому, чего не мог простить.

- В чем дело? – спросила Йоко, выставив свой острый подбородок.

- Думаю, еще рано говорить…

- Вы судите по ситуации? Или это Ваше личное мнение?

Еще один трудный вопрос.

- Я…

Исии поправил очки.

…И что же это в моем случае?

Словно подыгрывая замешательству Исии, у Йоко зазвонил телефон.

- Алло, Нацуме слушает, – сразу же ответила Йоко.

Исии не слышал разговор, но, судя по атмосфере, она, похоже, получила новую информацию по делу.

- Понятно, – ответила она в трубку взволнованным голосом.

- Вы что-то нашли? – спросил Исии, стоило ей завершить звонок.

- Мы смогли уточнить кое-что у послушника в храме Сейдо.

- Что именно?

- Похоже, вчера поздно вечером Сайто Якумо и жертва Сейдо вместе вышли из храма. – Йоко победоносно улыбнулась.

Хотя пока они только собирали улики, эти показания повышали вероятность того, что преступник – Якумо.

Но…

- Это показания только одного свидетеля.

- Это не все.

- Э?

- Отпечатки пальцев с чашки, которую, как мы думаем, использовали в жилище священника, совпадают с оставленными на ноже на месте преступления.

- Отпечатки пальцев…

У Исии перехватило дыхание.

Если даже отпечатки совпадали, ему нечего было сказать.

Нет, было слишком рано делать выводы. Исии покачал головой.

Не было никаких доказательств, что Якумо действительно использовал ту чашку. Они просто считали так – вот что сказала Йоко.

- Отпечатки будут собраны в комнате Сайто Якумо, – сказала Йоко, угадав мысли Исии.

Похоже, она ничего не упустила.

Если отпечатки совпадут с отпечатками из комнаты Якумо, это подтвердит их подозрения.

- Если отпечатки из комнаты совпадут с ножом, из просто разыскиваемой личности он станет главным подозреваемым.

- Это…

- Быстрее расскажите мне, где Сайто Якумо, – у Йоко был такой вид, словно она сейчас оближется.

Под таким напором Исии невольно отвел взгляд.

10.

…Возможно, вернулся Якумо.

Харука с надеждой подняла взгляд на дверь, но там стоял священник в соответствующем наряде.

Он выглядел довольно старым, но обладал внушительным телосложением, способным поспорить с Гото, и круглой, выбритой головой. Он был в хорошей форме и походил на хорошего человека.

- Что за жуткий ливень, – с напором произнес священник, стряхивая с одежды капли воды.

Вел он себя несдержанно. Казалось, словно он спутал их с кем-то.

- Прошу прощения… – озадаченно произнесла Харука.

- О, в чем дело? – священник посмотрел на Харуку так, словно только заметил ее.

- Вам что-то нужно?

- О, это наша первая встреча. Ты Озава Харука, верно? Слухи оказались верны, ты весьма красивая девушка, – сказал священник, взглянув на Харуку, и сердечно рассмеялся.

Похоже, он был весьма энергичным человеком.

- Не шуми так, чертов монах, – произнес Гото.

- Разве можно так говорить? Кто, по-твоему, помог тебе получить дом, в котором ты сейчас живешь? Ты ведь не мог забыть, – священник выпятил грудь.

Похоже, Гото его знал. А священник знал имя Харуки. Харуке казалось, словно только она оказалась не у дел.

- Э… – хотя она и заговорила, но ей столько всего хотелось спросить, что она не знала, что сказать.

- Точно. Я ведь еще не представился. Виноват, – священник смущенно поскреб голову, словно не мог закрыть глаза на замешательство Харуки. Затем он сел на стул, который обычно использовал Якумо.

- Простите… – произнесла Харука, когда он уселся.

- Незачем волноваться, я все расскажу.

- Ах, да.

- Меня зовут Эйсин. Как видишь, я скромный священник, – сообщив это энергичным тоном, Эйсин улыбнулся так, что его глаза закрылись.

- Священник…

- На самом деле, Иссин был моим учеником. Я слышал о тебе от него, Харука-сан.

- В-вот как?

Иссин был дядей Якумо – вырастившим его человеком.

Харуке он тоже помогал много раз. Хотя он уже умер, для нее он оставался незабываемым человеком.

- Учитель присматривает за учеником и обучает его. Мы похожи, верно?

- Да? – Харука растерялась.

Хотя они только встретились, его внешность и характер – как ни посмотри, Иссин был…

- Непохожи, – озвучил чувства Харуки Гото.

- И от кого я это слышу? – Эйсин посмотрел на Гото со значением.

Похоже, Эйсин знал одну из слабостей Гото, поскольку тот лишь слабо откликнулся: «Виноват».

- Гото-сан, э… Вы знакомы с Эйсином-саном? – спросила Харука.

- Ни черта я с ним не знаком. Он просто чертов монах.

- А нельзя объяснить лучше? – немедленно встрял Эйсин.

Почему-то, когда она наблюдала за их разговором, Эйсин больше походил на Якумо, чем на Иссина.

- Проще говоря, он мой домовладелец.

- Домовладелец? – даже после объяснения Гото Харука не совсем поняла.

- Дом священника, где живет Гото, принадлежит религиозной организации.

- Э? Вот как? – дополнительные пояснения Эйсина удивили Харуку.

Поскольку раньше там жил Иссин, она думала, что жилье принадлежит ему. Харука считала, что Якумо позволил Гото жить там из заботы о Нао, но оказалось, что дело обстояло иначе.

- Обычно там не разрешается жить тем, кто не связан с религией, но я выпросил для них особое разрешение. При условии, что Якумо возьмет на себя работу в храме.

- Вот как…

Харука произнесла это так, словно все поняла, но до нее дошел смысл последнего предложения.

«При условии, что Якумо возьмет на себя работу в храме».

- Якумо-кун станет священником?

- Не воспринимай всерьез слова этого чертова монаха, – фыркнул Гото.

- Таков мой план.

- Якумо на это не подписывался.

- Подпишется.

- Откуда такая безосновательная уверенность?

Гото и Эйсин продолжали спорить.

- Зачем Вы пришлю сюда сегодня? – спросила Харука, прерывая их диалог.

- О, точно. – Эйсин хлопнул в ладоши. – На самом деле, мне нужен Якумо. Где он?

Эйсин оглядел комнату. Помещение было маленьким. Он должен был понять, что Якумо здесь нет, но его движения были картинно размашистыми.

…Можем ли сейчас сообщить Эйсину ситуацию?

Харука посмотрела на Гото с сомнением.

Тот кивнул и заговорил:

- Сейчас у Якумо неприятности.

- Неприятности? – Эйсин склонил голову набок.

- Ага. Нет смысла это скрывать, так что скажу прямо. Полиция разыскивает его в связи происшествием в Ниситама.

- Тем, где жертвой стал Сейдо?

- Откуда ты знаешь?

- Я уже слышал, что Сейдо убили.

- Он был твоим знакомым? – Гото вцепился в слова, произнесенные Эйсином без колебаний.

- Не просто знакомым – это я попросил Якумо встретиться с Сейдо.

- Что ты сказал?! – Гото взволнованно встал.

В отличие от него, у Эйсина на лице было грустное выражение.

- Прошу прощения… Может, Вы попросили Якумо-куна помочь в расследовании духовного феномена?.. – озвучила посетившую ее мысль Харука.

- Быстро соображаешь. – Эйсин покивал восхищенно.

- Почему ты так спокоен?! Это ты все начал! Чертов монах! – Гото схватил Эйсина за воротник, но тот лишь улыбнулся.

- Постойте, Гото-сан. Пожалуйста, успокойтесь. – Харука встала между ними и попыталась расцепить, но ей не хватало силы.

- Мне нужно ударить этого чертова монаха.

- Сейчас не время ругаться. Давайте спросим Эйсина-сана, что случилось.

- …Ладно.

Торопливые увещевания Харуки наконец-то достигли Гото, который отпустил Эйсина и недовольно сел на свой стул.

Харука вздохнула. Теперь она на собственном опыте ощутила, как нелегко приходится Исии.

- Вы расскажете нам, что произошло? – спросила Харука у Эйсина, вернувшись на стул.

У Эйсина был слегка озадаченный вид, но затем он кивнул, и к нему вернулось прежнее выражение.

- Я встретился с Якумо вчера утром.

- Вчера…

- На самом деле, немного ранее Сейдо обратился ко мне за советом.

- Это касалось духовного феномена?

- Хм, не совсем. Ну, что-то вроде того.

Ответ прозвучал крайне туманно. Похоже, об этом было нелегко говорить.

- Что это значит?

- Одним словом, реинкарнация.

…Реинкарнация.

В голове Харуки это слово звучало неприятно, словно проклятье.

11.

…Реинкарнация.

Сидя в выемке в скале, Якумо смотрел на дождь. В его ушах все еще звучало эхо голоса.

Когда Эйсин произнес это слово, Якумо охватило ужасно дурное предчувствие.

- Одна девочка говорит, что переродилась, – сказал с озадаченным выражением Эйсин, придя вчера в комнату к Якумо.

Почему он озадачен – Якумо помнил, что это показалось ему странным.

Согласно учению буддизма, после смерти человек перерождался в одном из шести миров в зависимости от своих поступков при жизни.

Для буддиста вроде Эйсина это должно быть вполне естественно.

Хотя он знал на этот счет не слишком много, буддизм отрицал существование души.

Причины, по которым Якумо не соглашался с просьбой Эйсина унаследовать храм, по большей части, была связана с этим.

Чтобы я, способный видеть духов, уверовал в буддизм, не признающий их существование…

Это было бы невероятно странно.

- Это вне моей юрисдикции, – сказал Якумо.

Однако, Эйсин не сдался так легко.

- Почему ты так говоришь?

- Я вижу духов умерших. Я не знаю, кем они были в прошлых жизнях.

- Но разве тебе это не интересно?

- Нет, – твердо ответил Якумо.

- Правда?

- И что Вы хотите этим сказать?

- Мне вот интересно, – улыбнулся Эйсин.

- Тогда почему сами туда не сходите?

- Сходил. А теперь прошу тебя.

Он был очень настойчив. Якумо пробежался рукой по волосам.

- Я уже сказал. Я вижу духов умерших. Не их прошлые жизни.

- Что, если эта девочка говорит, что в прошлой жизни была собственной матерью?

Якумо подумал, что ослышался, но Эйсин лишь улыбнулся, не собираясь менять своих слов.

- Бессмыслица какая-то, – сказал Якумо, откинувшись на спинку стула.

Было бы логичнее, окажись это отец, но мать родила ребенка. Значит, реинкарнация была невозможна.

- Тебе это не кажется загадочным? – Эйсин прищурился.

Наверное, он относил Якумо к тем, у кого загадки пробуждают интерес и заставляют действовать.

Якумо и сам знал, что склонен к подобному, но не мог отогнать мысль, что это дело действительно не входит в его юрисдикцию.

- Пожалуйста, обратитесь к кому-нибудь еще.

Тогда он и правда хотел отказаться.

- Вышеупомянутая девочка – брошенный ребенок. Сейчас она в храме, – продолжил Эйсин.

- Вот как?

- В том храме, где обучался в юности Иссин.

- Дядя…

Что-то содрогнулось внутри Якумо.

Если подумать, при жизни Иссина Якумо просто полагался на его доброту – он никогда не говорил с ним подолгу.

Он не знал практически ничего о том, какую жизнь прожил Иссин – он и не пытался узнать.

«Я могу поговорить с ним в любой момент». Так он считал.

…Мне стоило больше общаться с ним, когда он был жив.

Его сердце сжали тиски сожаления.

- Главный священник, Сейдо, был старшим товарищем Иссина по учебе.

- И?

- Ты уже бывал в этом храме.

- Я? – Якумо склонил голову набок.

- Верно. В то время Иссин решил забрать тебя к себе… – Эйсин поднял взгляд, словно копаясь в памяти. Якумо машинально тоже начал перебирать воспоминания.

Он помнил старый храм. Но не Иссина. Другое место.

Впереди там стояла статуя Будды.

Он сидел на листьях лотоса, медитируя. Казалось, его приоткрытые глаза видят Якумо насквозь – он не мог расслабиться.

Иссин был рядом.

Сжав руку Якумо, Иссин сказал что-то. Что-то очень важное – но Якумо не мог вспомнить.

…Что же он сказал?

Якумо закрыл глаза, задаваясь этим вопросом.

Тогда Иссин был примерно того же возраста, что и Якумо сейчас. Якумо помнил, как считал Иссина старым, но сейчас понимал, что тот был довольно молод.

Но все же, Иссин решил усыновить ребенка, которого его сестра пыталась убить.

…Почему?

Теперь из глубин сердца Якумо поднялось сомнение.

Когда Иссин был жив, Якумо никогда не думал об этом. Ему казалось, что ответом на этот вопрос служили слова, которые он не мог вспомнить.

…Ответ в том храме.

Доказательств у Якумо не было, но ему начало так казаться.

- Сходишь в тот храм посмотреть? – снова спросил Эйсин.

На принятие решения у Якумо не ушло много времени.

Пока Якумо вспоминал те события, дождь закончился.

Якумо выполз из впадины в скале и посмотрел на небо.

Облака, еще недавно такие плотные, сильно поредели. Наверное, они уронили все свои дождевые капли.

Хотя облака и стали тоньше, солнце успело скрыться за горами, так что небо окрасилось в алый.

Скоро наступит ночь. Лучше было поспешить.

Якумо продолжил идти.

12.

История Эйсина оказалась странной.

Она была слишком невразумительной, чтобы Гото ее переварил.

- Так эта девочка назвала себя реинкарнацией матери?

Эйсин кивнул.

- Разве не странно? – вмешалась Харука, подавшись вперед.

- Да. Это странно, но… – Эйсин говорил слишком невнятно.

- А эта девочка может просто врать?

- Так я и подумал сначала. – Эйсин покачал головой.

- Значит…

- Сначала мне нужно рассказать историю этой девочки. – Эйсин кивнул сам себе.

- Девочки?

- Верно. Эта девочка не является дочкой Сейдо. Ее подбросили в храм около десяти лет назад. Младенцем всего пару дней от роду.

- Какой ужас… – Харука прикрыла рот обеими руками, округлив глаза.

Хотя выражение Гото не изменилось, он разделял ее чувства.

Бросать ребенка, неспособного выжить самостоятельно, было бесчеловечно.

Но, без сомнения, некоторые родители так и поступали.

- Значит, священник по имени Сейдо удочерил ребенка.

- Именно. Он удочерил ее и назвал Хацуне.

- А что с ее матерью?

- Ее пока не нашли.

- Значит, нет никаких доказательств того, что она – реинкарнация матери. Вы даже не знаете, жива она или нет, – озвучил свои мысли Гото.

Ему довелось посмотреть несколько передач о реинкарнации.

Люди в этих программах всегда заявляли, что у них есть воспоминания о прошлом, что доказывало факт перерождения.

Во время расследований полиция передавала СМИ ограниченную информацию.

Знание того, что известно только преступнику, могло обернуться признанием.

В таком случае, раз они не знали, кто был матерью девочки, то не могли установить, врет ребенок или нет.

- Есть один момент. – Эйсин приобрел еще более встревоженный вид.

- Э?

- Около трех месяцев назад Сейдо и Хацуне, похоже, пошли собирать горные растения, но тогда Хацуне заявила, что впереди есть известняковая пещера.

- И она действительно там нашлась?

Эйсин утвердительно кивнул. Делать выводы на основе лишь этого было бы слишком просто.

- А она не могла пойти туда гулять в одиночку?

- Не такое это место, чтобы ребенок туда один ходил.

- Она просто случайно узнала, верно?

- Может быть, но есть и другие странности.

- Например?

- Она также сказала, что примерно в трех километрах от храма есть озеро, и была права, – тихо произнес Эйсин.

- Озеро… Его можно найти на карте. – Гото фыркнул.

Было немного неразумно поднимать шум о прошлых жизнях на основе лишь этого.

- Ну, можете и так считать, но главная проблема еще впереди.

- Впереди?

- Хацуне сказала, что в озере труп.

- Труп?

- Да. Ее матери… Нет, возможно, стоит сказать, ее собственный… – Эйсин скрестил руки и склонил голову набок, сосредоточившись на чем-то странном.

- Труп – дело серьезное.

- Верно.

- И что дальше? – поторопил Эйсина Гото, но тот сидел с каменным лицом.

В самом деле. Старик прикидывался дурачком.

- Так там был труп?

- Не знаю, – сразу же отозвался Эйсин.

- Ты не проверял?

- Конечно, нет. Как бы я это сделал?

- Как? Ты бы мог позвонить в полицию…

- Если бы я позвонил в полицию из-за девочки, называющей себя реинкарнацией матери и заявившей, что в озере труп, как думаешь, прислали ли бы они туда людей? – спросил Эйсин, требуя ответа от Гото.

Теперь даже Гото нечего было возразить.

Как и сказал Эйсин, едва ли полиция начала бы действовать, пока не нашлись бы фрагменты трупа. Но…

- Значит, ничто не доказывает ее прошлую жизнь.

- Не спеши так. Это еще не все.

- Не все?

- Около десяти лет назад об этом озере ходили слухи.

- Что за слухи?

- Люди говорили, что каждую ночь слышат от озера женские крики. Как раз в то время нам подкинули Хацуне.

- Хочешь сказать, в этом что-то есть?

- Хотя мне и не нравится смешивать все так запросто, на этот раз, Сейдо убили в известняковой пещере. Тебе не кажется, что мы должны отнестись к этой истории всерьез?

После слов Эйсина кое-что показалось Гото странным.

- Неужели пещера, в которой нашли священника по имени Сейдо…

- До тебя только дошло? Ну и дурень, – презрительно фыркнул Эйсин.

Труп был обнаружен в известняковой пещере, про которую сказала девочка, называвшая себя реинкарнацией матери – вот как все обстояло.

Это действительно заставляло считать, что что-то во всем этом есть.

- Так Вы попросили Якумо-куна заняться расследованием, – вмешалась Харука, молча выслушав рассказ.

- Ну, так оно и есть. – Эйсин рассмеялся, словно находил это смешным.

Гото уловил суть. Дело определенно было странным. Однако, кое с чем Гото не мог смириться.

- Не могу поверить, что Якумо согласился на расследование.

Откровенно говоря, история Эйсина звучала крайне подозрительно. Из-за характера Якумо Гото не верилось, что тот стал бы в это лезть.

- Вышеупомянутый храм – место, где в прошлом обучался Иссин. А Сейдо – старый знакомый Иссина.

- Иссина-сана… – прошептала Харука, прикрыв глаза.

…Так вот оно что.

Теперь Гото понял.

Прежнему Якумо было бы неважно, что это за храм.

Он отгородился стеной и решил никого не пускать за нее, независимо от того, что думали или как жили другие люди. Однако, теперь все изменилось.

Что-то кроме духовного феномена пробудило у Якумо интерес.

- Проблема в том, что будет дальше, – сказал Гото, развеивая мрачную атмосферу.

- Верно. Что мы можем сделать?

Когда Харука согласилась, Эйсин тоже кивнул.

Разговор как раз вернулся в нужное русло, когда у Гото зазвонил мобильный. Это был Исии.

…Вечно этот парень не вовремя.

- Чего тебе?! – завопил Гото в трубку.

13.

Якумо шагал вдоль реки, волоча свою раненую ногу.

Уже стемнело.

Он мог полагаться лишь на слабый свет луны.

Он даже не знал, была ли там тропа. Более того, из-за недавнего ливня было легко поскользнуться.

Ему приходилось пробираться через траву, не забывая о своей раненой ноге.

Положив руку на кедр, Якумо вытер со лба пот.

Вспотел не только лоб. Все его тело было липким от пота.

Как далеко он зашел? Сколько еще ему придется идти, прежде чем он выберется из этого леса? Он понятия не имел.

Внезапно он осознал свое положение.

Прошлым вечером он добрался до известняковой пещеры на машине Сейдо. Заняло это около пятнадцати минут.

Даже если вычесть время, когда он пережидал вечерний ливень, упав в пещере, шел он больше трех часов. Он должен был вскоре добраться до храма, но не похоже было, что это случится.

Возможно, где-то он повернул не туда или же просто ходил вокруг горы, но в любом случае, он принял неверное решение.

Его тело отяжелело от усталости. С пустым желудком у него не осталось сил.

Он чувствовал, как в левой ноге пульсирует боль, словно от раскаленного утюга.

…Почему я сбегаю?

Внезапно Якумо задался этим вопросом.

Он ведь мог остаться там и объяснить все полиции. Так было бы намного проще, чем сбегать.

Побег также вызовет у полиции больше подозрений.

…Я мог убить его.

Одной из причин была неспособность Якумо отогнать эту мысль.

Он помнил все до того момента, как отправился в пещеру с Сейдо, но потерял воспоминания о том, что случилось после.

Боксеры, отправленные в нокаут во время поединка, помнили, как стояли на ринге, но забывали, что участвовали в матче.

Сильный удар в голову заставлял их забыть ближайшие события.

Однако, это не означало, что воспоминания стирались. Это была лишь временная потеря памяти. Посмотрев запись поединка, иногда они вспоминали, что произошло.

Якумо должен был отправится в храм и вспомнить, что случилось в известняковой пещере.

…Чтобы защитить важного мне человека.

Якумо достал из кармана листок бумаги. Этот листок торчал в дверях пещеры.

На нем было написано лишь короткое послание.

«Это ты убил его. Если попадешься полиции, умрет важный для тебя человек».

Это напоминало сюжет романа.

Однако, Якумо понимал истинное значение послания.

Это и было главной причиной его решения сбежать.

- Я должен идти.

Теперь у Якумо был важный для него человек – человек, которого он хотел защитить независимо от того, чем ради этого придется пожертвовать.

И потому…

Якумо стиснул зубы и продолжил идти.

14.

- Это сейчас Исии-сан звонил? – спросила Харука, когда Гото повесил трубку.

Если это был Исии, он мог сообщить новую информацию.

- Ага. Возникла проблема, – голос Гото звучал мрачно, что было редкостью.

- Э?

- В храме нашли отпечатки пальцев, предположительно, Якумо. Они совпали с отпечатками на ноже с места преступления.

- Это… – Харука больше ничего не смогла сказать.

- Ну, пока они лишь считают, что отпечатки Якумо. Это не доказано, – произнес наигранно бодрым голосом Гото, словно не желая видеть Харуку такой грустной.

- Верно. Вы правы. – Харука сказала это сама себе, но ее тревоги не рассеялись.

- Ладно, я пошел. – Гото поднялся.

- Куда Вы?

- Сейчас сюда приедет полиция.

- Полиция?

- Ага. За отпечатками Якумо. Если встречусь с ними, возникнут проблемы, – на лице Гото было страдальческое выражение.

- А если отпечатки из этой комнаты совпадут с теми, что на ноже? – спросила Харука, хотя и знала ответ.

Гото казался смущенным, но все равно заговорил, вздохнув.

- Из просто разыскиваемого Якумо превратиться в подозреваемого.

Хотя Харука и знала это, от услышанного у нее появилось такое чувство, словно ее столкнули со скалы.

- Тогда что ты собираешься делать, уйдя отсюда? – спросил Эйсин спокойным тоном, плохо сочетавшимся с атмосферой.

Он казался ужасающе безмятежным типом.

- Что значит, что я собираюсь делать?! Я буду искать Якумо! – решительно произнес Гото.

Полная противоположность Гото, Эйсин лишь откликнулся «Ясно», словно это не имело к нему отношения.

- Я тоже пойду, – сказала Харука.

Ей хотелось встретиться с Якумо как можно быстрее. И убедиться.

…Ты ведь никого не убивал, верно?

Не то, чтобы она не верила в него, но хотела услышать это от него самого.

- Нельзя. Харука-тян, тебе нельзя со мной – твердо ответил Гото.

- Почему? – Харука встала, требуя ответа.

В такой ситуации она не могла просто ждать, ложа руки. Она знала, что будет только мешать, но все равно хотела пойти.

- Я хочу попросить тебя сделать кое-что другое. – Гото положил руку Харуке на плечо.

- Кое-что другое?

- Ага. Даже если я найду Якумо, сейчас он подозреваемый.

- Поэтому мы и должны отправиться на поиски.

- Послушай меня, – одернул ее Гото, когда Харука повторила свою просьбу.

- Я…

- Харука-тян, ты должна встретиться с Исии.

- С Исии-саном?

- Верно. Чтобы разгадать загадку этого дела. Сделай так, чтобы Якумо было куда возвращаться.

…Было, куда возвращаться.

Пожалуй, Гото был прав. Даже если они найдут Якумо, то не смогут ничего сделать, если полиция все еще будет его преследовать.

Если они не очистят его имя, он останется подозреваемым до конца жизни. Но…

- Смогу ли…

- Глупый вопрос, – фыркнул Гото.

- Э?

- Неважно, можешь ты или нет. Ты это сделаешь.

- Есть, сэр! – бодро ответила Харука.

Ей казалось, словно слова Гото спасли ее. Сейчас ей оставалось только верить и действовать. Не сделай они ничего, не смогут спасти Якумо.

- Ладно, пора уходить. Я тебя провожу немного.

- Спасибо большое.

- Удачи вам! – сказал Эйсин, слегка помахав, когда Харука и Гото собрались уходить.

При виде такой реакции лицо Гото покраснело.

- Ты идешь со мной, чертов монах!

- Зачем? – в противовес волнению Гото, Эйсин просто сидел безмятежно на стуле.

- Не зачемкай мне тут! Ты ответственен за всю эту путаницу! – гнев Гото достиг своего пика.

15.

Исии ждал Харуку в кафе.

Это было частное заведение у станции. Там висели сломанные и неподвижные настенные часы.

Исии сидел за круглым столом у задней стены первого этажа, наблюдая за входом.

Скоро он увидит Харуку. И увидит наедине…

В другой ситуации он был бы так счастлив, но мысль о том, что случится, угнетала его.

Дела у Якумо шли все хуже и хуже.

Сейчас, наверное, полиция собирала его отпечатки в университетской комнате.

Если отпечатку совпадут – Исии не хотел думать об этом.

- Исии-сан.

Услышав голос, Исии поднял голову.

Перед ним стояла Харука.

Исии настолько погрузился в свои мысли, что не заметил ее появления.

Ошибка, которую ему никогда не искупить…

- П-прощу прощения. – Исии торопливо поднялся и низко поклонился.

При этом он столкнул со стола кофейную чашку.

- Ай!

- Исии-сан, Вы в порядке?

Сходив к барной стойке и взяв там полотенце, Харука вытерла, как могла, пролитый Исии кофе.

Этот поступок, совершенный как ни в чем не бывало, пронзил Исии в самое сердце.

- Ах, нет, мне очень жаль.

- Все в порядке. Будете то же самое?

- Э? Ах, да.

Пока Исии пребывал в замешательстве, Харука заказала у официанта два кофе.

От него и правда никакого толку. Так и не скажешь, кто из них старше.

- Непростая ситуация, – обратилась к насущной теме Харука, когда они сели напротив друг друга и успокоились.

Исии не мог проигнорировать тень в глазах Харуки. Хотя она и вела себя спокойно, должно быть, ей нелегко приходилось.

- Да… Следователь Гото сказал разобраться с этой тайной, но, честно говоря, я не знаю, с чего начать… – Исии поправил пальцем очки.

Ему хотелось оставаться спокойным перед симпатичной ему девушкой, но на этот раз ситуация была слишком серьезной.

- У нас есть новая информация, так что я должна пересказать ее Вам, Исии-сан.

- Что за информация? – нахмурился Исии.

- Причина, по которой Якумо оказался на месте преступления.

- Ах.

Теперь Исии понял.

Если подумать, он не знал, почему Якумо отправился в Ниситама.

Хотя Ниситама находилась по соседству, до места преступления добираться было далеко. Если ехать на поезде, потребовался бы час.

Далековато для простой прогулки.

- Священник по имени Эйсин-сан попросил Якумо-куна расследовать духовный феномен, – начала объяснять Харука, отпив кофе.

Ее запутанные и странные объяснения были связаны с реинкарнацией. Девочка, называвшая себя реинкарнацией своей матери, и крики женщины, доносившиеся от озера…

То ли из-за манеры рассказа Харуки, то ли из-за характерной странности истории, у слушавшего Исии волосы становились дыбом.

- Правда ли это… – произнес он первым делом, дослушав Харуку.

Исии прочел несколько книг по реинкарнации.

Маленькие дети, говорящие на языке страны, в которой не бывали, или о людях из другой эпохи – всякое такое.

В последнее время даже говорили, что некоторые люди могут вспомнить свои прошлые жизни под гипнозом.

Исии не знал, правда это или нет, поскольку человеческие воспоминания были крайне субъективны.

- Не знаю, правда ли это, но… – Харука подперла рукой подбородок и помешала ложкой кофе.

- В чем дело?

- Мне подумалось, это может быть как-то связано с Якумо-куном.

- Ха… – отозвался Исии.

Наверное, Якумо действительно отправился туда в погоне за духовным феноменом, но пока было трудно думать, что тот связан с убийством Сейдо.

- Вы сомневаетесь в этом?

- Ах, нет. – Исии лихорадочно замотал головой, когда Харука разглядела его сомнения.

- Ничего. Мне и самой это кажется несколько натянутым… Но, думаю, нет смысла расследовать то же самое, что и полиция.

- Верно.

Харука была права.

Если они собрались расследовать то же самое, проще было оставить это полиции.

- Поэтому я и подумала, что мы можем расследовать с другой перспективы, отличной от полиции.

- С другой перспективы…

В отличии от озадаченного Исии, уголки губ Харуки приподнялись в уверенной улыбке.

- Да. Пусть это и немного притянуто за уши, но мы можем расследовать дело с условием, что духовный феномен и убийство как-то связаны. – Харука наклонилась вперед.

Исии немного отпрянул под таким напором.

- Но даже если ты говоришь, что они связаны, как…

- Учитывая слова Эйсина-сана, скорее всего, кто-то умер рядом с храмом, известняковой пещерой и озером.

- Короче… Мы изучим, что произошло в том районе в прошлом.

- Да.

- Но убийство… – Исии запнулся.

Если в прошлом в том же месте произошло убийство, они должны получить информацию об этом.

- Это не обязательно убийство, – произнесла Харука, словно снова прочитав мысли Исии.

- Э? – Исии растерянно поднял голову.

- Несчастный случай, самоубийство, исчезновение – что угодно подойдет.

- Понятно. Мы может просто отобрать все, что кажется имеющим отношение к делу.

- Да.

- Харука-тян, ты просто поразительна.

- Я не только для вида Якумо-куну помогаю. – Харука застенчиво улыбнулась.

При виде этого Исии ощутил укол боли в груди.

Интересно, если бы это меня обвиняли в убийстве, суетилась бы так Харука-тян – внезапно Исии посетила такая мысль.

Он знал ответ.

Харука вечно радовалась и расстраивалась, находясь рядом с Якумо. Для нее Якумо был особенным человеком, которого никто не заменит.

«Какая милая».

Вот что изначально подумал Исии, впервые встретив Харуку.

Поучаствовав в нескольких расследованиях, Харука сильно повзрослела, но эта прекрасная улыбка не изменилась.

Исии не знал, сколько раз она утешала его измученное сердце, но взгляд Харуки никогда не останавливался на Исии.

В ее глазах всегда отражался один и тот же человек.

Исии ощутил это с новой силой.

- Исии-сан, в чем дело? – Харука помахала рукой у него перед глазами.

- Ах, нет, ничего. Ладно, я займусь происшествиями и несчастными случаями, произошедшими в прошлом, – произнес Исии, придя в себя и откашлявшись.

- Давайте оба постараемся. – Харука улыбнулась.

- Нет, я не могу…

- Я сама Вас попросила.

- Нет, я бы не отказался от твоей помощи, но информация по расследованиям – личная. Если начнем показывать ее гражданским, возникнет ряд проблем.

- Понятно… – плечи Харуки поникли.

Ее словно поразила собственная беспомощность.

- А ты не можешь поискать для меня что-нибудь по этому вопросу в интернете, Харука-тян? – предложил Исии, чувствуя себя виноватым.

- В интернете?

- Да. Буду благодарен, если поищешь в сети слухи о духовном феномене или происшествиях в том районе.

- Понятно. Можно и этим заняться. Как и ожидалось от Исии-сана. – Харука сразу повеселела.

Обычно Исии порадовался бы, что расстояние между ним и Харукой сокращается, но не сегодня.

Как бы ни сократилась дистанция между ними, она все равно оставалось дистанцией между друзьями. Потому что сердце Харуки занимал Якумо.

Если Якумо арестуют за убийство, изменятся ли чувства Харуки?

В итоге, Исии посетила безрассудная мысль…

16.

Гото вел машину.

Он застрял в пробке и потому потратил больше времени, чем ожидал. За окном уже стемнело.

Он съехал с шоссе и повернул на петляющую горную дорогу. Он почти добрался до места.

Эйсин крепко спал на переднем сидении.

…Черт. С виду ему так удобно.

- Эй. Проснись. – Гото потряс Эйсина за плечо.

Однако, тот лишь открыл и закрыл рот – не похоже было, что он вообще собирается просыпаться.

Он был ужасно безмятежен. Даже Якумо был сыт по горло Эйсином. Но с этим он вынужден был мириться.

- Да проснись уже!

После вопля Гото Эйсин наконец-то сел и потер глаза.

- Какой ты шумный. Что ты ешь, что у тебя такой громкий голос? – спросил Эйсин, потягиваясь.

…У этого монаха рот не закрывается.

Из-за этого Гото казалось, что Якумо воспитал Эйсин, а не Иссин.

- Твое нытье я потом послушаю – говори, куда ехать.

- Налево на следующем перекрестке. Просто езжай по дороге, – сказал Эйсин раздраженным голосом, снова откинувшись на сидение и закрыв глаза.

Похоже, он собирался спать дальше. Что это за шутка такая?

- Каким человеком был Сейдо? – спросил Гото, глядя на Эйсина.

- Какой смысл в этом вопросе?

- Это может дать нам подсказку.

- Особого толку от этого нет. – Эйсин выпрямился и вытер лицо обеими руками.

- Почему нет?

- Сердца людей меняются понемногу. Поэтому у человека не бывает конечной формы. Короче, известный мне человек по имени Сейдо – просто тот, кем он является в определенное время, еще и искаженный субъективным восприятием.

Когда Эйсин так говорил, он словно читал сутру. Он смотрел вперед, его взгляд казался расфокусированным.

- Не говори такие сложности.

…Не напускай тумана загадочности.

- Это несложно. Например, ты думаешь, что Якумо не стал бы никого убивать.

- Конечно, не стал бы.

…А что ты теперь несешь?

Раздраженному Гото хотелось выплюнуть эти слова.

- Какие у тебя есть доказательства?

- Такой уж он парень.

- Изменим вопрос. Когда ты в последний раз виделся с Якумо?

Внезапный вопрос заставил Гото растеряться.

Точную дату он не помнил, но…

- Около месяца назад.

- За месяц, что ты не видел его, в сердце Якумо могли произойти перемены, приведшие его к убийству.

- Не глупи. Чувства людей не меняются так запросто. – Гото в гневе ударил по рулю.

- Так ли уж это глупо? Разве Якумо уже не изменился? – Эйсин попал в цель, и Гото нечего было ответить.

Впервые он встретил Якумо пятнадцать лет назад…

Дождливой ночью Гото спас Якумо от его матери, пытавшейся убить сына. Тогда у Якумо был настолько холодный и невыразительный взгляд, что казалось, будто он не принадлежит семилетнему ребенку.

«Что будет с этим парнем?».

Гото тревожило будущее Якумо.

Когда они встретились снова, Якумо было пятнадцать.

Тогда он оказался в опасности.

Казалось, случись что-нибудь, и Якумо сломается.

Убей тогда кого-нибудь Якумо, Гото, наверное, подумал бы: «Он все-таки сделал это…».

Но Якумо встретил Харуку. Он сильно изменился.

Под влиянием времени и внешних факторов людские сердца продолжали меняться. Так оно и есть – Гото понимал это, но отрицательно покачал головой.

- Он не стал бы никого убивать, ни сейчас, ни в прошлом.

- Какая прямота. – Эйсин подавил смех.

- Ты собираешься меня хвалить или гадости говорить? Определись.

- С чего бы мне тебя хвалить? – сразу же отозвался Эйсин.

…Этот чертов монах сильно раздражает!

Гото зарыл поглубже свое желание заорать. Они отошли от темы.

- Забудь об этом и просто скажи, каким человеком был Сейдо!

- Позволять крови так быстро ударять в голову – плохая привычка.

- Мне не нужна твоя забота, – отозвался Гото, щелкнув языком.

Возможно, даже с Якумо разговаривать было проще, чем с Эйсином.

- Ну, Сейдо, которого я знал, был хорошим человеком.

- Любой будет хорошим по сравнению с чертовым монахом, – отозвался Гото голосом, в котором слышалась накопившаяся обида.

- Действительно. Сейдо был педантичный и надежный. Он всегда думал о других.

Реплика Гото предполагала сарказм, но в этом не было смысла, раз Эйсин решил просто признать все.

- И? – поторопил его Гото.

- Он был семпаем Иссина, но хорошо присматривал за ним. Иссин равнялся на него, как на настоящего старшего брата. Они были весьма похожи.

- Значит, безукоризненно хороший человек?

- Я уже говорил, нет? Это просто человек в определенный момент.

- Я в курсе. Ты хочешь сказать, что его могли убить по неизвестной тебе причине, верно? – спокойно произнес Гото.

- Ну, это я и пытаюсь сказать. Хотя мне и не стоит этого говорить, у Сейдо был сын… – медленно произнес Эйсин.

Гото заметил, что Эйсин сказал «был» в прошедшем времени, но не стал ничего спрашивать.

- И?

- Он покончил с собой.

- Самоубийство…

- Да. Он повесился в храме.

Гото сглотнул. Он понял, что пытался сказать Эйсин.

Безукоризненно хороший человек, но его сын покончил с собой…

Гото не знал, был ли причиной тому Сейдо, но факт оставался фактом: Сейдо не заметил, что его сын отчаялся настолько, чтобы дойти до самоубийства.

Людские сердца меняются. Человек, которого вы знали – лишь одна сторона его личности.

…Что я знаю о Якумо?

Гото задал этот вопрос себе.

Возможно, я думаю, что знаю, но в действительности ничего не понимаю…

17.

Вернувшись в свою квартиру, Харука сразу включила компьютер.

Она открыла поисковик и вбила «духовный феномен» и «Ниситама».

Всплыло изрядное количество результатов.

Там были частные сайты о духовных местах с картами и фотографиями.

Харука щелкала по каждому из них, просматривая.

Хотя это и была скучная, простая работа, она также знала, что сейчас не может больше ничего сделать.

…Где сейчас Якумо-кун? Что он замышляет?

Всего на миг руки Харуки замерли, она посмотрела в окно.

Похоже, вечерний дождь расчистил небо. Она видела яркую полную луну.

…Что если Якумо-кун и правда убил кого-то?

Этот вопрос всплыл у нее в голове без всяких предисловий. Нет, не так. На самом деле, он маячил на краю ее мыслей, но она пыталась не думать об этом.

- Я…

Сейчас она не могла ответить.

Словно вытягивая Харуку из нее негативных мыслей, на столе завибрировал мобильный.

Высветившийся номер принадлежал журналистке Хидзиката Макото.

Она тоже поучаствовала во многих расследованиях.

- Ты в порядке? – донесся до Харуки иступленный голос Макото, стоило ей взять трубку.

- Да…

- Хорошо. Якумо-кун… оказался в той еще ситуации…

- Простите… Информация уже просочилась?

- Да. Хотя имя не называется, я знаю, что полицейский видел на месте преступления юношу с красным левым глазом.

Как и ожидалось от журналистки. Она собирала информацию быстро.

- Понятно… – Харука и сама знала, что ее голос звучит мрачно.

Якумо убил кого-то – хотя ей и не хотелось в это верить, информация распространялась сама по себе.

Люди, не знающие настоящего Якумо, просто увидят информацию и решат, что он убийца. От мысли об этом у Харуки заболело в груди.

…Якумо-кун не такой человек!

Харуке хотелось кричать, но этот голос никого бы не достиг, как бы сильно она ни старалась.

- Я ничего не могу сделать?

- Э?

- Позволь мне как-нибудь помочь.

Решительные слова Макото порадовали Харуку.

Когда она впервые встретилась с Макото, та казалась несколько неприступной. Возможно, именно из-за этого они мало общались.

Однако, после нескольких расследований это впечатление изменилось.

Харука не знала, изменилась ли сама Макото или образ мыслей Харуки. Однако, для нее это был пример того, как менялись людские отношения.

- А это ничего?

- Конечно. Якумо-кун тоже мне помогал. К тому же… – до Харуки донесся смущенный вздох Макото.

- В чем дело?

- Мне тоже в это не верится.

- Не верится…

- Не могу. Не могу поверить, что Якумо-кун убил бы кого-то.

Харуке казалось, словно слова Макото спасли ее.

Она не одна. Другие люди тоже верили в Якумо. Это знание порадовало Харуку больше всего.

В то же время, она почувствовала, какой была жалкой из-за недавних сомнений.

Что бы ни произошло, она должна была верить в Якумо до самого конца. Харука закусила губу, преисполнившись решительности.

- Харука-тян, ты тоже веришь в Якумо-куна, верно?

- Конечно, – твердо ответила Харука.

Если подумать, причин сомневаться в Якумо не было.

Возможно, она усомнилась в Якумо просто из-за потрясения от потока информации.

18.

Гото смотрел на храм из своей машины, припаркованной на обочине.

У черепичной крыши храмовых ворот, словно стражи, стояли два полицейских в форме. Гото также заметил множество людей в костюмах, походивших на частных детективов, сновавших туда-сюда.

Это было глупо, даже для меня – обругал себя Гото.

Он приехал в храм в поисках Якумо, но, само собой, здесь была местная полиция.

С этим он не мог ничего поделать, но проблема заключалась в том, что теперь у него не было плана.

- Что собираешься делать? – спросил Эйсин, усмехнувшись.

Наверное, он ощутил чувства Гото. Гото казалось, словно Эйсин дразнит его за глупость.

- А у тебя нет идей? – ответил он вопросом на вопрос.

- Ты меня сюда просто притащил силой.

…Проклятье, что за глупый монах.

Гото откинулся на спинку сидения, цокнув языком.

Думать было работой Якумо. Гото просто следовал инструкциям и выдвигал обвинения.

- У меня есть одно предложение… – произнес Эйсин.

- Что?

- Ты сможешь услышать всю историю от послушника.

…Понятно.

Поговорив с послушником из храма, он сможет узнать, что произошло между Якумо и Сейдо прошлым вечером. Но следователи из участка Ниситама ползали вокруг храма.

- Но мы не можем зайти, верно?

- Там один парень бродит. – Эйсин указал в окно.

Выглянув в окно, Гото увидел молодого человека с выбритой головой и в балахоне, проходившего как раз мимо машины.

…Это мой шанс.

- Эй, ты. – Гото выбежал из машины и окликнул парня в балахоне.

Тот удивленно подскочил, но остановился и робко обернулся.

- Д-да?

Он был бледным и худым, словно росток фасоли. Парень ерзал, как будто не мог расслабиться. Гото будто смотрел на Исии.

- Полиция. Я хочу поговорить с тобой немного. – Гото показал свое удостоверение.

- Я уже рассказал все, что знаю… – у парня в балахоне был растерянный вид.

- Успокойся. Этот следователь – мой друг, – обратился к нему вышедший из машины Эйсин.

- Учитель Эйсин, – парень в балахоне сложил руки и почтительно поклонился.

- Эй. Ты какая-то важная шишка? – спросил Гото, удивленный внезапными переменами в поведении молодого человека.

Ответил не Эйсин, но сам парень.

- Учитель Эйсин – человек исключительно добродетельный.

- Правда? – Гото в это не верилось.

- Да. Не будучи привязанным к храму, он опекает все храмы в округе. Он играет роль, схожую с работой консультанта.

- А с виду не скажешь. – Гото посмотрел на лицо Эйсина.

Он не знал, каким видят Эйсина люди в храме, но с точки зрения Гото он походил просто на эгоистичного монаха.

В любом случае, если парень сказал правду, Эйсин мог помочь в храме. Поначалу Гото пожалел, что прихватил его, считая Эйсина лишним грузом, но, возможно, тот окажется неожиданно полезен.

Гото усадил молодого человека на переднее сидение, сам сел за руль, а Эйсин отправился на заднее сидение, чтобы послушать рассказ парня.

Юношу в балахоне звали Сюэй.

Гото не знал, настоящие ли это имя или принятое, но сейчас это не имело значения.

- Сколько в храме человек? – спросил Гото у Сюэя, чтобы понять ситуацию.

- Обычно, учитель Сейдо и я. Вместе с Хацуне-сан нас трое.

- В последнее время число желающих стать священником сократилось, – пожаловался Эйсин.

Похоже, немногие хотели связывать себя правилами храма.

- Ты был здесь прошлым вечером?

- Да.

- Якумо и правда приходил в храм?

Сюэй вздрогнул и поднял взгляд, словно обвиненный в шалости ребенок. Глаза у него были влажные, и выглядел он так, словно может расплакаться в любой миг.

- Да.

- И как он себя вел?

- Как… – Сюэй нахмурился с озадаченным видом.

Похоже, он не знал, говорить или нет, и его рот открывался и закрывался.

- Он знает о Хацуне, – вмешался Эйсин.

- Понятно… – Сюэй успокоился и опустил плечи.

- Остальным не сказал, зачем приходил Якумо?

- Ах, э… Меня просили помалкивать о Хацуне, вот и… А полиция все равно бы не поверила, верно?

Было больно это слышать.

Как и сказал Сюэй, полиция не приняла бы историю о реинкарнации. Даже если кто-то лично верил в подобное, на направление ведения следствия это бы не повлияло.

- И что ты тогда сказал о Якумо?

- Э, я сказал, что племянник друга учителя Сейдо пришел в гости.

…Ясно. Он не солгал.

- И как эти двое общались?

- Хотя прямо с ними я не сидел, они довольно долго обсуждали Хацуне-сан.

- А потом?

- Когда наступила ночь, они сказали, что отойдут, только вдвоем.

- Примерно во сколько?

- Если я правильно помню… Думаю, около десяти, – ответил Сюэй, блуждая взглядом по сторонам и пытаясь вспомнить.

- Куда они пошли в такое время? – озвучил Гото посетивший его вопрос.

Находись они в городе, могли бы отправиться в бар, чтобы выпить и еще поболтать, но среди гор в подобное верилось с трудом.

- Хотя я и не знаю, что они собирались делать, но они сказали, что пойдут в известняковую пещеру, – сказал Сюэй затухающим голосом.

- Понятно…

Вдвоем они отправились поздно вечером в известняковую пещеру, и один из них стал трупом, покрытым ножевыми ранениями. Чем больше информации собирал Гото, тем менее благоприятной казалась ситуация для Якумо.

- Если бы я тогда остановил их… – Сюэй всхлипнул, и его голос дрогнул.

- Ничего не получится, если будешь жалеть о прошлом, – тихо произнес Эйсин.

- Это ты обратился в полицию? – задал очередной вопрос Гото, когда в разговоре возникла пауза.

- Нет. – Сюэй покачал головой.

Наверное, так оно и было. Сюэй походил на человека, неспособного лгать.

- Тогда кто это сделал?

- Не знаю…

Сюэй колебался. Он не мог знать. Но…

- Ты ничего не предпринял, даже когда Сейдо не вернулся?

- Хотя я и волновался, эта пещера была также местом для медитаций. В прошлом он ходил туда ночью медитировать, так что…

Выслушав ответ Сюэя, Гото оглянулся на Эйсина. Он не мог определить, сказал ли послушник правду.

- Иногда бывает, – кивнул Эйсин, ощутив намеренья Гото.

- Понятно. Ты очень помог.

Гото выпустил Сюэя из машины, потянулся и откинулся на спинку сидения.

- Что будешь делать дальше? – спросил Эйсин, наклонившись вперед с заднего сидения.

Он, как обычно, казался совершенно спокойным. Ему словно нравилась вся эта ситуация.

Откровенно говоря, конкретного плана Гото придумать не мог. Он был не Якумо, и в такие моменты, пока что…

- Я отправлюсь на место преступления.

19.

Якумо наконец-то выбрался из леса.

Он оказался на берегу небольшого озера.

До противоположного берега было, наверное, метров сто. Сорняки бурно разрослись – похоже, здесь мало кто бывал.

Сияющая луна отражалась в водной поверхности.

«Я была убита и брошена в озеро».

В голове Якумо пронеслись слова девочки по имени Хацуне.

Хацуне сказала, что до рождения ее кто-то убил, и что она погрузилась в озеро рядом с деревом с красными цветами.

Оглядевшись, Якумо заметил дерево с красными цветами. Наверное, это была индийская сирень.

Похоже, об этом озере и говорила Хацуне.

Если Сейдо сообщил ему правильное местоположение, то это озеро находилось примерно в трех километрах от храма.

После падения в известняковой пещере он шел длинным окольным путем, но, похоже, все-таки сможет добраться до храма.

Его тело внезапно налилось тяжестью – возможно, из-за того, что он расслабился.

Якумо заметил неподалеку камень и опустился на него.

Его мышцы так и кричали после спуска по горной тропе, к которой он не привык. Волочить свою раненую ногу тоже было непросто.

Более того, он ничего не ел с прошлого вечера.

Он был ужасно голоден – его желудок словно скрутило.

…Я вымотался.

Якумо повесил голову.

До него доносился лишь шум ветра и стрекот насекомых.

…Тихо здесь.

Закрыв глаза, он глубоко вздохнул. Затем его посетило сонное воспоминание.

Воспоминание о вчерашнем визите в храм Сейдо.

Якумо зашел в храм вместе с Сейдо. Там лежали татами, а у входа стояла статуя Будды.

Ситуация была невероятно странной.

Дзэн-буддизм не признавал существование духов. Душа и тела были едины, они не могли разделиться.

Также считалось, что, если сосредоточиться на жизни, это породит мирские мысли и станет препятствием для религии.

В таком вот храме дзэн-буддизма он, способный видеть духов умерших, оказался, чтобы расследовать связанный с реинкарнацией инцидент.

Якумо улыбнулся с самоиронией, встретившись взглядом со стоявшей в углу храма девочкой.

Это была Хацуне.

Девочка с блестящими черными волосами. Лицом она слегка напоминала Нао.

Однако, было и решительное отличие.

…Она пуста.

Якумо почувствовал это, увидев ее впервые.

Это касалось не только внешности, но и ее сердца.

Она была невыразительной куклой. Он не знал, куда смотрят ее круглые глаза.

- Твое имя? – спросил Якумо, нагнувшись к Хацуне.

- Хацуне. Но раньше я была Минами, – без выражения произнесла девочка.

В этом не было злого умысла. Казалось, она искренне в это верит.

- И как мне тебя называть?

- Как хотите. То есть, и то, и то – это я. – Хацуне смущенно улыбнулась.

- Понятно. Значит, Хацуне-тян, где сейчас твоя мама? – Якумо заглянул в большие черные глаза Хацуне.

Ответом на этот вопрос было…

- Черт. Не могу вспомнить, – произнес Якумо вслух, пробежавшись рукой по волосам.

Смирившись, он поднял голову, но увидел перед собой девушку.

Освещенная лунным светом, она смотрела на него из-под дерева индийской сирени.

На ней была форма, юбка до колена и пиджак – ту же девушку он видел в известняковой пещере.

…Она что-то знает.

Якумо встал, прижав руку к раненой ноге. Волоча свое отяжелевшее тело вперед, он двинулся к девушке.

Расстояние около десяти метров казалось значительно длинным.

«Я тебя не прощу. Ни за что».

Сухие багровые губы девушки шевельнулись, и она произнесла это голосом, доносившемся из самого нутра.

Этот голос дрожал от ненависти.

Казалось, черное пламя ненависти поглотило все вокруг девушки.

Якумо пробрал озноб.

Сильная ненависть, не рассеявшаяся после смерти. Якумо не знал, как успокоить такие сильные чувства.

«Я тебя не прощу».

Девушка повторила это, а потом исчезла во тьме.

20.

Исии застонал, глядя на монитор компьютера.

Хотя он и заявил Харуке, что расследует прошлые дела, но, откровенно говоря, не знал, с чего начать.

Ладно еще, будь то просто дела об убийствах, но число документов сильно возросло вместе с несчастными случаями и самоубийствами. Более того, у них не было конкретного времени. Это напоминало иголку в стоге сена.

- Ха… – выдохнул Исии, и тут же услышал стук в дверь. – Входите, пожалуйста.

Исии думал, что это окажется Миягава, но той, кто открыла дверь и зашла в кабинет, была Йоко.

- Ах! – появление неожиданной гости заставило Исии подскочить.

- Я хочу спросить у Вас кое-что. – Йоко быстро подошла и села на место Гото напротив Исии.

- Если мне по силам ответить… – отозвался Исии, готовясь. Откровенно говоря, что-то он мог сказать, а что-то – нет.

- Кто такой Сайто Якумо?

- Э?

Вопрос был настолько внезапный, что Исии не понял его.

- Я собрала информацию о нем.

- То есть… – Исии поднял взгляд на лицо Йоко.

Он пытался разгадать ее истинные намеренья, но сквозь свои очки видел только холодное и невыразительное лицо Йоко.

- Похоже, он сунул свой нос во многие расследования.

- В-вот как?

«Почему Йоко в курсе?» – хотя Исии и задавался этим вопросом, но изобразил неведенье.

Когда Исии писал отчеты, он всеми силами старался не упоминать Якумо – каждый раз это становилось проблемой. А значит, имя Якумо просто не могло всплыть в документах.

- Не придуривайтесь. Большинство людей в участке знают его имя. Ходит даже слух о том, что это он раскрывает все дела, – произнесла Йоко на одном дыхании. Вероятно, она разволновалась, ее щеки слегка покраснели.

Даже если Исии скрывал все в документах, и они с Гото помалкивали, Якумо так часто появлялся на местах преступлений, что для других членов следственной бригады было вполне естественно заподозрить что-то.

Однако, он все еще не знал, как объяснить это Йоко.

- Он действительно может… э, видеть их? – Йоко смущенно покосилась на Исии.

Слухи так широко гуляют – удивившись, Исии принял решение.

- Да. Якумо-си может видеть духов умерших – то есть, он видит призраков.

- Пожалуйста, не глупите. Такой вещи как призраки нет, верно? – Йоко картинно развела руками.

Возможно, ей хотелось опровергнуть это. Люди не верят в то, с чем не сталкивались лично.

- Есть, – твердо ответил Исии.

- У Вас есть доказательства?

- Он всегда приводил нас к разгадке дела. Эти дела и есть доказательство.

- Хотите сказать, преступления раскрывались, благодаря его способности видеть призраков? – хотя Йоко и держалась строго, в душе она колебалась. Исии легко это видел.

- Да. Якумо-си слышит духов умерших и в результате разгадывает тайны, стоящие за преступлением.

- Даже если это правда, почему он убил кого-то на этот раз? – спросила Йоко, стуча по столу пальцем.

- Не знаю. Поэтому и занимаюсь расследованием.

- Думаете, преступник не Сайто Якумо? – Йоко прищурилась.

Исии не мог сразу ответить на этот вопрос. Причина была в том…

- Я не знаю, – он покачал головой.

Внутренние сомнения не покидали Исии.

Убил ли Якумо человека или…

21.

Какое-то время Якумо смотрел на озеро, в котором исчезла девушка, но потом обернулся, внезапно охваченный неприятным чувством, словно кто-то следит за ним.

Он встретился взглядом с глазами в траве.

Два глаза, освещенные лунным светом, был темно-красного цвета.

Якумо сглотнул.

Пятнистый окрас, треугольная голова. Она высовывала коричневый язык, водя хвостом из стороны в сторону.

…Гремучая змея.

- Дело плохо.

Якумо пожалел, что беспечно полез в заросли.

Ядовитые гремучие змеи были распространены в Японии.

Яд гремучей змеи был гемотоксином, разрушающим ткани, кровь и кровяные сосуды организма. Поскольку он вызывал внутренние кровотечения, зону поражения охватывала сильная боль. Он также вызывал лихорадку и спутанность сознания.

Сообщалось и о множестве летальных исходов.

…Нельзя позволить укусить себя.

Якумо выровнял дыхание и шагнул назад, пытаясь не шуметь.

Хрусть.

Он наступил на ветку дерева.

Неожиданный звук заставил Якумо обернуться. Затем гремучая змея обнажила клыки и атаковала.

Якумо отскочил назад, но его раненая левая нога не слушалась его. Он пошатнулся.

Клыки змеи вонзились в его левую ногу.

Упав на землю, Якумо схватил ветку и обрушил ее на голову гремучей змее.

Он попал в цель.

Змея сразу отцепилась от ноги Якумо и исчезла в траве.

- Проклятье.

Якумо снял ремень, набросил его вокруг левого бедра и крепко затянул.

Это должно было помешать яду распространиться. Однако, перевяжи он ногу слишком сильно, это помешало бы кровотоку и вызвало бы омертвение тканей из-за нехватки кислорода.

Ему придется регулярно ослаблять ремень, позволяя крови течь.

Якумо закатал джинсы, проверяя рану.

Над его щиколоткой виднелось два красных пятна. К счастью, благодаря джинсам они, похоже, были не слишком глубокими.

Если прильнуть ртом к ране, чтобы высосать яд, это не обратит последствия укуса.

Помимо инфекции в рану могут попасть бактерии с зубов.

Ему оставалось лишь ждать.

Даже отправься он в больницу, Якумо не знал, где она находится. В любом случае, слишком далеко.

Начни он двигаться, это ускорит его пульс, а значит, яд распространится быстрее и ухудшит его физическое состояние.

Что важнее, пойти в больницу – это все равно, что сдаться полиции.

Якумо дополз до ближайшего камня, вытянул ноги и сел, прислонившись к нему спиной.

Симптомы укуса гремучей змеи проявятся через двадцать-тридцать минут.

Учитывая усталость и пустой желудок, он не знал, сколько сможет сопротивляться, но ему оставалось лишь ждать.

Якумо поднял взгляд на сияющую полную луну.

Вид чарующей бледной луны успокоил его.

…Я могу умереть.

Якумо охватило чувство, схожее со смирением.

…Интересно, куда я отправлюсь после смерти.

Якумо мог видеть духов умерших. Однако, то были лишь духи, не закончившие свои дела и оставшиеся в этом мире. Якумо не знал, куда отправляются духи без незаконченных дел.

Если подумать, ему выпала несчастливая участь.

Казалось, словно все это время он шел против течения.

Это принесло ему лишь множество печалей.

Однако, он ни о чем не жалел. Что касается причины…

Будь у него перед смертью одно желание, всего одно…

Я бы хотел увидеть ее снова…

22.

- Эй. Когда уже закончится этот склон? – бросил Гото в спину Эйсину, пока они поднимались по склону.

Он думал, они смогут добраться до известняковой пещеры на машине, но асфальтированная дорога закончилась. После этого ему пришлось идти по заросшей дороге с фонариком в руке.

Он запыхался. Даже его нижнее белье пропиталось потом.

- Не ной. Еще немного осталось.

Хотя Эйсин был полным, поднимаясь по склону, он шел невероятно легким шагом.

Этот диалог повторялся уже не первый раз, но успело пройти двадцать минут. Гото казалось, что он умрет от усталости.

- Давай передохнем чуть-чуть.

- Сказал же, немного осталось.

- Знаю.

Гото снял галстук, расстегнул рубашку до третьей пуговицы, а затем зашагал быстрее.

- Видишь? Мы пришли.

Сразу после этого Эйсин остановился. Гото встал рядом с ним.

Там была скалистая гора с черной дырой в середине.

По обе стороны от входа стояли охранники в форме.

Похоже, полицейские заметили их, поскольку подошли, светя фонариками.

- Я Гото из участка Сетамати. – Гото показал свое удостоверение.

- Участок Сетамати? – переспросил офицер. Что здесь делает следователь другого участка? Этот вопрос был написан у него на лице.

Полицейский казался крайне серьезным – неумолимым. Однако, Гото привык иметь дело с такими людьми.

- Разыскиваемый тип подпадает под мою юрисдикцию. Мне сказали разведать ситуацию.

- В такое время?

- А с каких пор полиция работает по расписанию? Раз есть преступление, время не имеет значения.

- Ах, нет… – внезапный напор Гото удивил полицейского.

- Или же в вашем участке заканчивают работать, как только время выходит? Кто здесь главный? Сейчас я вправлю ему мозги.

- П-прошу прощения. П-проходите, – ответил с пристыженным видом полицейский, вытянувшись по струнке, но покосился на Эйсина.

- Это господин Эйсин, друг жертвы. Он идет со мной – вы же не против, верно?

- Проходите, пожалуйста.

Гото спокойно миновал вход в пещеру.

- Так ты тоже можешь, если постараешься. – Эйсин похлопал Гото по спине с улыбкой.

Хотя Гото и хвалили, почему-то, он не мог искренне порадоваться этому.

- Хватит болтать – пошли.

Гото шагнул в известняковую пещеру вместе с Эйсином.

…Холодно.

Его окутал холодный воздух, словно он зашел в холодильную камеру.

Наверное, дело было в том, что снаружи сюда не проникал свет. Стояла непроглядная тьма. Он не видел ничего вне луча фонарика.

Кап, кап. Доносился шум капающей воды.

- Только подумать, а этот парень здесь медитировал, – сказал Гото, осторожно шагая вперед.

- Он был усердным и серьезным человеком.

- В отличие от тебя? – стоило Гото произнести это, как что-то толкнуло его в спину.

Он поскользнулся и почти упал, но сумел избежать этого, схватившись за стену.

- Какого черта ты творишь?!

- Будешь так громко вопить, опять упадешь – отозвался Эйсин, подавляя смешки.

…Нельзя терять бдительность.

- Мне не нравится медитировать в таких местах, – сказал Эйсин, резко останавливаясь.

- Боишься?

- Не глупи. Здесь проблема мышления.

- Мышления?

- Медитировать надо в гуще жизни. Специально идти в такое место помедитировать – это не медитация. – Эйсин сложил руки вместе и прикрыл глаза – он казался серьезным, от недавнего высокомерия и лени не осталось и следа.

Однако, Гото было неприятно признавать это.

- Забудь об этой показной болтовне и поспеши. – Гото быстро зашагал вглубь известняковой пещеры.

Минут через пять они вышли к широкому месту. Один угол выглядел как окруженная досками комната. Наверное, там и произошло преступление.

Гото встал перед дверью в комнате.

Там стояли лампы, вероятно, оставленные следственной бригадой. Гото щелкнул выключателем. Яркий свет лишил их ориентации в пространстве.

Когда его глаза привыкли к свету, он медленно открыл дверь.

Его носа достиг резкий запах.

- Поразительная вонь. – Эйсин закашлялся.

Гото прикрыл рот и нос рукой и зашел в комнату.

Скрип.

От каждого шага пол под ним скрипел.

Гото опустил луч фонарика на пол и внезапно увидел темно-красные пятна. Наверное, здесь и убили Сейдо.

Гото наклонился и присмотрелся.

Пол выглядел так, словно его скребли ногтями. Так жертва пыталась сбежать, но получила еще больше ударов.

И не только пол. Гото заметил брызги крови и на стенах.

Убийство было куда более жестоким, чем он представлял.

- Ужас какой, – прошептал Эйсин.

- Согласен. – Гото вздохнул.

Преступник несколько раз ударил ножом пытавшегося сбежать человека. Ему нравилось смотреть на его страдания? Или же он продолжил наносить удары, настолько поглощенный этим делом, что не мог остановиться?

В любом случае, Гото хватило лишь мысли об этом, чтобы его пробрал озноб.

- И что ты теперь будешь делать? – спросил Эйсин, скрестив руки.

Гото думал, что найдет что-нибудь, придя на место преступления, но, похоже, все было не так просто.

Однако, он не мог просто ждать, раз нет никаких зацепок.

- Я изучу все вдоль и поперек.

К сожалению, сейчас это был единственный доступный ему метод.

Эйсин покачал головой с раздраженным видом.

23.

…Я теряю сознание.

Голова Якумо повисла, поскольку он не мог держать шею прямо.

Его тело пылало. Обжигающая боль пробежала по левой ноге, усилившись почти в два раза.

Земля двигалась, словно Якумо крутил глазами. Яд гремучей змеи пожирал его тело.

Он сознательно дышал медленно.

Он поднес левую руку к глазам, но не смог сфокусировать взгляд. Его пальцы двоились.

…Плохо дело.

Его левая рука налилась тяжестью. Он уронил ее назад на землю, не в силах держать поднятой и дальше.

Его тошнило. Казалось, словно в желудке что-то бурлит.

…Я умру?

Из последних сил Якумо поднял голову.

Перед ним стоял мужчина. В черном костюме, с длинными волосами, ниспадающими на спину. Он улыбался победоносно.

Его глаза были темно-красными.

- Жалкий конец… – произнес мужчина без выражения.

Возможно, так оно и было. Сгнить в одиночестве на берегу озера, вдали от людских глаз…

- От мертвеца слышу. – Якумо стиснул зубы и бросил на красноглазого мужчину сердитый взгляд.

Тот уже был мертв. Он был просто духом.

- Что думаешь? Не хочешь пойти со мной? – мужчина протянул руку в сторону Якумо.

…Куда?

Пункт назначения был неизвестен Якумо, но ему казалось, что, приняв эту руку, он освободится от своих страданий.

- Я жду.

Мужчина исчез во тьме со слабой улыбкой на лице.

…Где ты ждешь?

Не успев ответить, Якумо увидел спину девушки, стоявшей у озера.

Он подумал, что это недавний призрак, но ошибся.

Когда девушка обернулась, он узнал Харуку.

- Ты… – лицо Якумо разгладилось.

Харука ничего не говорила. Она смотрела на Якумо, хмурясь, словно ее что-то тревожило.

- Не смотри так… Опять проблемы?

Харука покачала головой. В ее глазах виднелись следы слез.

Якумо не любил видеть Харуку плачущей.

Поначалу он думал, что ее слезы раздражают его, но потом осознал, что это не так.

- Улыбнись мне…

Улыбка Харуки заставляла его почувствовать, как исчезает осадок у него на сердце.

Он ощущал глупость своих тревог. Ему словно говорили, что он может быть в этом мире – что ему можно жить.

«Я должен был умереть, когда моя мать пыталась убить меня» – он так думал.

В нем все равно не нуждались.

Он и представить не мог, что кто-то улыбнется при виде его красного левого глаза.

Хотя Якумо холодно отталкивал ее, в глубине души он был благодарен, что мог видеть эту улыбку снова.

Ему стоило нормально поговорить с ней.

На самом деле, он хотел поговорить с ней и о других вещах. Хотел, чтобы она узнала его. И хотел узнать ее.

…Перед глазами все плывет.

Харука растаяла во тьме.

…Не исчезай.

Якумо изо всех сил протянул руку, но его рука не достигла ее.

Перед пораженным беспомощностью Якумо появился мужчина.

Мужчина с улыбкой Майтреи. Это был Иссин.

…Дядя.

Иссин не ответил. Он лишь улыбался.

…Верно. Дядя тоже всегда улыбался мне.

Какие бы гадости Якумо ни говорил ему, Иссин улыбался и принимал их все.

…Почему ты ушел?

Дядя всегда говорил правильные вещи, но я даже не пытался честно принять их.

И все же, дядя оставался со мной.

Он всегда дарил мне улыбку.

…Спасибо.

Я так и не смог сказать того, что хотел сказать ему сильнее всего, даже в самом конце.

Понятно. Дядя пришел, чтобы забрать меня с собой.

Я столько всего хочу обсудить с ним.

Скоро я буду там, так что выслушай меня.

Я…

Спутанное сознание Якумо погрузилось во тьму.