Харука смотрела в окно с пассажирского сидения.

После этого они заказали доставку и поели вместе суши. Гото вез ее домой.

Иссин и Гото рассказали ей о прошлом Якумо, незнакомом ей…

Было трудно дышать, словно что-то застряло у нее в груди, но почему-то она также чувствовала себя в безопасности, будто окутанная чем-то теплым.

«Странное ощущение…»

- О Якумо думаешь? – спросил Гото с водительского сидения.

- Нет, – быстро опровергла Харука.

- Врешь. У тебя на лице все написано. – Гото многозначительно на нее посмотрел – похоже, ей не удалось его обмануть.

Харука знала, что относится к людям, неспособным скрыть свои чувства, но ее раскрыли с такой легкостью, что она почувствовала себя жалкой.

- Я просто подумала, что и правда ничего не знаю о Якумо-куне… – смиренно произнесла Харука.

Это были ее настоящие чувства.

Чем больше она узнавала о неизвестном прошлом Якумо, тем большую отдаленность от него ощущала.

- Харука-тян, сейчас ты знаешь Якумо лучше всех. Разве этого не достаточно? – спросил Гото, закуривая на светофоре.

- Я хочу знать больше… – машинально отозвалась она.

- Ты настоящая влюбленная барышня. – Гото засмеялся.

Харука покраснела до ушей и спрятала лицо.

- Нет, это не так.

Хотя она и пыталась отрицать, но сама чувствовала, что это неубедительно звучит.

- Тогда давай поговорим об еще одной истории из прошлого Якумо, – заговорил Гото, дождавшись зеленого сигнала светофора.

- Еще одной…

- Ага. Прошла неделя после инцидента с учительницей…

1.

- Обнаружен труп.

Гото Казутоси услышал это через неделю после случая с Акеми.

Местом преступления был парк примерно в пяти минутах от станции.

В парке был пруд грушевидной формы, в узких участках которого находились плавучие пирсы. Развлечения ради можно было плавать в маленьких лодочках по большому пруду.

Тропинка вокруг пруда была выложена камнями, а примерно через каждые десять метров стояли повернутые к пруду скамейки.

Здесь также было местное место для свиданий.

По контрасту с этим у дальней части пруда росли сорняки по колено и дубовые заросли – словно совершенно другое место.

Миновав стальные ворота парка и пройдя по сухим листьям вдоль пруда, Гото заметил толпу людей у плавучего пирса.

В центре находился труп женщины…

Гото пробился сквозь толпу и подошел к мертвой женщине у плавучего пирса.

Женщина с длинными волосами.

Хотя на ней и была одежда, тело полностью вымокло.

Уже почти наступила зима, так что едва ли она играла в пруду.

Поскольку она лежала на животе, Гото не видел ее лица, но, судя по одежде и коже, вероятно, женщина была молодой.

На опухшие пальцы женщины села муха.

Она ползала, потирая свои лапки.

- Ужасно… – Гото согнал муху.

- Гото-кун, верно? – окликнул его хриплый голос. Гото поднял взгляд.

Старик с белыми волосами и лицом, похожим на сушеную хурму. Одет он был в белый медицинский халат и ухмылялся, что совсем не подходило для места обнаружения трупа.

Это был Хата, судмедэксперт-извращенец, который называл вскрытие своим хобби.

- Не усмехайтесь рядом с трупом. Это бестактно. – Гото встал, цокнув языком.

- Твое существование более бестактно, – бесстыдно заявил Хата, не запнувшись.

- Какого черта это значит, чертов старик?

- Мой интерес помогает следствию, но ты лишь занимаешь пространство. Я говорю, что от тебя совершенно никакого толка.

«…Ведет себя так, словно меня за вещь держит».

- Я что, крупногабаритный мусор?

- Так ты в курсе. – Хата улыбнулся, показывая свои зубы, словно скелет.

- Раз уж Вы здесь, значит, смерть не естественная? – спросил Гото, сдерживая свое желание ударить Хата.

- Ты и правда идиот.

- Что?

- Все смерти, причина которых не очевидна – неестественные, – насмешливо произнес Хата. Затем хихикнул, отчего его плечи затряслись.

«…Подлавливает меня».

- Так у Вас есть идеи касательно причины смерти?

- Какой ты нетерпеливый. Я жду возможности заняться этим вопросом после расследования. – Хата издал еще один жуткий смешок.

- Ах, понятно. Несчастный случай, самоубийство, убийство – просто скажите мне, что Вам известно.

- Это убийство, никаких сомнений, – спокойно произнес Хата.

«…Убийство?»

Гото не мог это проигнорировать.

- Вы только что сказали, что ничего не знаете о причине смерти. О чем Вы?

Не отвечая на вопрос Гото, Хата присел на корточки перед женщиной и закатал ее синюю блузку.

Показалась ее белая спина.

- К-какого черта?!

На спине было множество ран – ее словно резали ножом.

Порезы были довольно глубокими…

Ее кожа поднялась по краям, словно в ней вырезали желоб.

- Сразу видно, верно? Это порезы.

- Это и есть причина смерти?

- Нет. Вероятно, их нанесли, пока она еще была жива. – Хата поскреб подбородок.

- Пока она еще была жива… Ее мучили?

В голове Гото возник образ женщины, которая плакала, пока резали ее спину.

У него по спине пробежал холодок. Возможно, преступник был невероятным садистом.

- Не в этом дело. – Хата покачал головой.

- Тогда в чем?

- Подумай немного своей головой. Это послание.

- Послание?

Хата кивнул. Затем он дернул подбородком, снова указывая Гото на спину.

«…Если понимаешь, просто объясни».

Проглотив свое раздражение, Гото снова посмотрел на спину женщины.

- Что… Это…

Гото понял, о чем говорил Хата.

Там было послание…

Порезы на спине женщины складывались в слова.

«УМРИ, УРОДИНА».

Писать слова на чьей-то коже – это было безумие.

Должно быть, преступник ненавидел жертву.

«…Похоже, дело будет неприятным».

Внутри Гото родилась смутная тревога.

2.

Покинув это странное место, Гото отправился в офис администрации парка.

Миягава перевелся после дела Акеми. Перераспределение напарников в следственном отделе шло плохо, и пока Гото остался один.

Проблема была с распоряжениями нового шефа, Идеути.

Из-за этого Гото не сразу вернулся к работе.

- Этот лысик недоделанный, – пробурчал Гото, подходя к типовому зданию администрации.

Похоже, здесь можно брать напрокат лодки. Там была передняя стойка, за которой сейчас стоял офицер.

Гото увидел женщину в синей форме, положившую голову на стол, а обе руки – на электрический обогреватель.

- Вы здесь работаете?

Когда он окликнул ее, плечи женщины дернулись, и она подняла голову.

У нее был настолько яркий макияж, что в данной ситуации это казалось неуместным.

- Ах, да, – ответила женщина низким голосом.

Если забыть, где они находились, Гото казалось, словно он попал в бар в захудалом районе.

- Как Вас зовут?

- Мое имя Татибана Фумико.

- Что Вы здесь делаете? – Гото достал свое полицейское удостоверение.

- Э, э, мне сказали оставаться здесь.

- Кто?

- Следователь по фамилии Симамура. Э… Труп женщины. Я его первой нашла. – Фумико запиналась, словно оправдывалась за измену.

- Я Вас не подозреваю. – Гото закурил.

- Вот как…

- Так какова ситуация?

- Ах, да. Я рассказала Симамура-сан…

- Простите, но можете мне еще раз повторить? – Гото не стал дожидаться ответа Фумико. Он сел на стул напротив нее.

- Я повторю то, что уже говорила… – Фумико неуверенно посмотрела на Гото.

- Я не возражаю.

После твердого ответа Гото, Фумико неохотно кивнула.

- Простите… С чего мне начать…

- Когда Вы нашли тело? – Гото ненавидел окольные вопросы. Он перешел сразу к делу.

- Не знаю, когда именно, но, наверное, до девяти.

- Где Вы были до этого?

- Убирала в парке.

- Когда Вы пришли в парк?

- Я пришла до 7:10, отметилась, переоделась, а потом собрала мусор и подмела. – Фумико снова посмотрела на Гото, словно ребенок, которого отчитывали.

Похоже, она чувствовала себя под подозрением.

- Я просто проверяю факты.

- О.

Хотя Фумико, похоже, такую версию не приняла, Гото все равно продолжил говорить.

- Как она выглядела, когда Вы ее нашли?

- Поначалу я не разобралась. Я подумала, что в воде что-то плавает… Потом, когда я подошла… – похоже Фумико вспоминала эту картину, поскольку хмурила брови, а ее губы дрожали.

- Был ли кто-нибудь рядом?

- Я упала в обморок, так что не знаю.

У Фумико был такой вид, словно она в любой миг расплачется. Она прижала ладонь ко рту и согнулась.

Гото заметил ее красные ногти, не подходившие работнице, убиравшей мусор.

- Так Ваше внимание что-нибудь привлекло? Не только сегодня.

- Хм…

- Вроде подозрительных людей, что ошивались здесь недавно, или криков, которые Вы могли слышать. Что угодно.

Фумико подняла взгляд к потолку, словно задумавшись. Наконец, она ахнула.

- Вы что-то вспомнили? – пробудились надежды Гото, даже если сам он этого не хотел.

- Н-нет. Ничего важного. Кое-что меня тревожило…

- Вас что-то тревожило?

- Ах, но даже если я расскажу Вам, следователь…

- Ничего. Просто рассказывайте, – с силой произнес Гото.

Его измучает любопытство, если рассказ просто остановится на середине.

Хотя у Фумико и был озадаченный вид, она заговорила.

- В этом парке появляется призрак.

- Призрак? – неожиданный ответ заставил дрогнуть голос Гото.

«…Именно призрак».

Гото понимал, почему Фумико не хотела говорить.

- Мне и правда не стоило рассказывать Вам об этом, следователь. – Фумико с виноватым видом опустила плечи.

Еще недавно Гото бы, пожалуй, закончил разговор прямо на этом, посчитав глупым, но сейчас Гото не мог пренебречь историями о призраках.

Просто он помнил о Сайто Якумо, мальчике с красным левым глазом, который мог видеть духов умерших.

- Я не против. Рассказывайте.

- Хорошо… Ходит слух, будто в парке появляется призрак, – голос Фумико звучал неуверенно.

- Что за слух?

- Люди говорят, что в парке была убита девочка, и с приходом ночи можно увидеть разгуливающую здесь девочку в школьной форме с собранными в конский хвост волосами…

- Вы видели ее?

- Э? – Фумико пришла в замешательство.

- Говорю, Вы видели призрак?

- Поначалу я тоже в это не верила. Но… – Фумико, чье тело не переставало дрожать, обхватила себя за плечи. – Однажды я задержалась, возясь с растениями, и вышла из офиса поздно вечером. Затем, у пруда я услышала чей-то плач.

- А потом?

- Я пошла к пруду. Потом… – Фумико сглотнула. – У плавучего пирса стояла девочка с хвостиком. Когда я спросила ее, что она делает, эта девочка исчезла, словно дым.

- Исчезла?

- Да. Хотя девочка и исчезла, я слышала ее голос…

- Что она сказала?

- «Я прокляну вас! Я прокляну вас и убью!». Вот ее слова. – Фумико подалась вперед с округлившимися глазами, словно сама стала призраком.

Эта сила заставила Гото отпрянуть.

Затем пепел от его сигареты упал на пол…

3.

Покинув офис вместе с криминалистами и другими полицейскими, Гото отправился изучать район.

Они до поздней ночи ходили по окружавшим пруд зарослям, но не смогли найти ничего необычного.

Однако, Гото не чувствовал разочарования.

Он знал, таковы уж расследования.

Гото считал, что они должны делать то, в чем хороши, особенно идиоты-громилы вроде него, которые больше действовали, чем думали.

Оставив полицейских на месте обнаружения трупа, Гото подошел к плавучему пирсу.

Он посмотрел на воду, где, вероятно, плавала жертва.

Бледная луна отражалась в подвижной водной поверхности.

Гото закурил и выдул дым в небо.

У него в голове всплыла недавняя картина. Вырезанные на спине женщины слова.

«УМРИ, УРОДИНА».

Слова казались исполненными ненависти, если смотреть только на их смысл.

Но Гото считал, что здесь есть что-то еще.

Хата назвал это посланием. Тогда кому оно было адресовано?

Возможно, в таком коротком послании был код.

Плесь.

Из пруда выскочил карп.

«…Ну, не думаю, что найду ответ, размышляя над этим».

С самоуничижением улыбнувшись, Гото затолкал сигарету в пепельницу и отвернулся от плавучего пирса.

Он двинулся по тропинке вдоль пруда.

Сев в припаркованную им у входа машину, он откинулся на спинку сидения. Когда он потянулся повернуть ключ, ему показалось, будто он что-то услышал.

«…Что это?»

Гото перестал дышать и прислушался.

Однако, он услышал лишь шелест деревьев на ветру.

Возможно, из-за истории о призраке, услышанной от Фумико, он стал слишком восприимчив.

- Сам на себя не похож.

Хотя оправдываться было не перед кем, Гото сухо рассмеялся. Он повернул ключ и завел машину.

Затем, перед ним кто-то появился, загораживая проезд машине.

Человек.

Девочка в школьной форме с хвостиком.

«…Черт!»

Гото ударил по тормозам и вывернул руль.

«…Не успеваю».

Все двигалось, как в замедленной съемке.

На миг он встретился взглядом с девочкой.

Ее глаза были широко распахнуты, но оставались темными и безжизненными…

Машина крутанулась, взметнув песок.

«…Проклятье! Какого черта!»

Гото выбежал из машины.

- Эй! Ты в порядке?

Несмотря на иступленные крики Гото, там никого не было.

Лишь темнота и тишина.

Он огляделся в поисках девочки, но нигде ее не нашел.

Гото проверил капот и под машиной, но там не было ни царапины.

Он никого не сбил. Но с такой скоростью избежать этого было невозможно.

«…Мне показалось?»

- Черт! Что происходит?! – Гото изо всех сил пнул шину и в расстроенных чувствах вернулся за руль.

Возможно, он увидел иллюзию из-за недавней истории.

- Я устал? – спросил себя Гото, закуривая и откидываясь на спинку сидения.

Шурх.

Он услышал какое-то движение позади него.

Выпрямившись, он посмотрел в зеркало заднего вида.

В прямоугольном зеркале виднелась какая-то темная тень.

«…Это человек».

Кто-то пробрался на заднее сидение.

«Успокойся». - так сказал себе Гото и сделал глубокий вдох. Его спина была липкой от пота.

Глаза привыкали к темноте. Пусть и неясно, но он видел очертания человека на заднем сидении.

Это была девочка в школьной форме с пиджаком.

«Та же девочка, что я недавно видел…»

Ее хвостик промок.

Кап, кап, кап.

Вода капала на сидение.

- Кто ты?! – Гото обернулся, подняв кулак.

Там…

Никого не было.

Хотя он и видел ее только что…

Бззз!

Внезапно зашумела полицейская рация в машине.

Гото подскочил от неожиданности.

Он потянулся уменьшить громкость.

«Аааааа!».

Из рации донесся странный голос, словно вой или крик, остановивший Гото.

«…Д… айте… мне… уме… реть…».

- Заткнись! – Гото поднял кулак и ударил по рации.

Звук исчез.

- Мне не страшно! Призраки могут просто идти к черту!

4.

На следующий день рано утром прошло совещание.

Гото сидел за самым дальним столом, слушая, как Идеути говорит о следствии.

Жертву звали Канеда Мисако. Двадцать лет. Офисный работник в косметической компании.

Причина смерти – давление на шею.

На ее шее были признаки удушения веревкой.

Раны на ее спине были нанесены, как и предположил первым Хата, еще при ее жизни.

Поскольку деньги из ее бумажника не пропали, следственный отдел решил, что, скорее всего, причина кроется во вражде.

Им сказали продолжать расследование, сосредоточившись на коллегах Мисако, в том числе, клиентах из клуба-кабаре, и совещание закончилось.

Однако, у Гото не было напарника, и никаких указаний по следствию он не получил.

Возможно, он не нравился Идеути.

Когда он в одиночку вышел из комнаты для совещаний, его окликнул криминалист Мацумура.

- Есть время? – тихо произнес Мацумура, оглядевшись по сторонам.

«Время…»

- Куча.

- Понятно. Мне нужен твой совет по одному вопросу…

«…Совет?»

Гото пришел в полицию одновременно с Мацумура, но раньше они особо не разговаривали. Во время прошлого дела они заговорили впервые за несколько лет.

Отчасти дело было в том, что они работали в разных отделах, но Мацумура также был очень серьезным человеком, производившим впечатление личности неприступной.

Даже если Мацумура просил совета, Гото не мог ответить, поскольку плохо его знал.

- Ты не того спросил. Если недоволен следствием, скажи это шефу.

- Нет, нужен ты.

«Что за жуть он несет? Смеется надо мной?»

Гото смерил Мацумура взглядом, но тот не дрогнул и вернул серьезный взгляд. Он сложил руки.

- Пожалуйста.

На самом деле, такая настырность Мацумура разожгла интерес Гото.

- Совет в чем?

- Я хочу, чтобы ты посмотрел на один снимок.

«…Снимок?»

Гото был еще больше озадачен.

- Понял.

Волноваться не было смысла. После ответа Гото Мацумура просиял и попросил его вернуться в комнату для совещаний.

Похоже, он не хотел, чтобы другие люди его слышали.

- И на что я должен посмотреть? Невесту мне подобрал? – пошутил Гото, садясь напротив Мацумура.

- Ты разве не женат, Гото? – с совершенно серьезным взглядом отозвался Мацумура.

Поэтому Гото и держался от него на расстоянии.

- Тогда на что я должен посмотреть?

Когда Гото поторопил Мацумура, тот достал из своей папки снимок и положил его на стол дрожавшими пальцами, словно это было что-то дорогое.

Выглядело фото как прямоугольный снимок вчерашнего места происшествия.

Фотография была сделана крупным планом. В центре лежал труп, окруженный следователями и криминалистами.

Гото тоже был там.

Это была не школьная экскурсия, так что снимок, вероятно, сделали не на память.

- И что с этим фото?

- Посмотри рядом с трупом, – тихо сказал Мацумура.

- Рядом с трупом? – Гото снова посмотрел на снимок. – Ах!

Фотография выскользнула из его пальцев.

У него по спине пробежал холодок.

«…Возможно, мои глаза меня обманывают».

Подумав об этом, Гото снова посмотрел на оброненный на стол снимок.

«…Нет, не обманывают».

Гото испытал неприятное потрясение.

Рядом с трупом стояла девочка в форме с пиджаком.

Девочка с собранными в конский хвост волосами.

Она полностью промокла, словно вылезла из воды.

Девочка смотрела вниз, так что Гото не мог разглядеть ее лицо, но ему казалось, словно она слегка улыбалась.

- Вчерашняя девочка, – машинально произнес Гото.

Сразу же после этого он мысленно чертыхнулся.

«…Он меня сейчас услышал?»

Гото торопливо посмотрел на Мацумура, но тот и сам вопросительно смотрел на него.

- Этой девочки там не должно было быть, – дрожащим голосом сказал Мацумура.

Возмущения в его голосе не было. А значит, он заметил.

- Что думаешь? – спросил Гото.

- Думаю, она может быть призраком. – у Мацумура в голосе даже сквозила уверенность.

- Ничего себе заявление для такого серьезного типа.

- Тогда как ты объяснишь эту девочку?

Гото не мог ответить на вопрос Мацумура.

Глядя на фото, вполне логично было посчитать ее призраком.

Но если там был призрак, значит, кто-то умер.

«…Постойте».

Внезапно зашевелились спящие воспоминания Гото.

«…Я помню».

Гото уже бывал у этого пруда.

«Кажется, это произошло шесть лет назад…»

В пруду всплыл труп девочки, совсем как в этот раз.

Ее отец обратился в полицию, сказав, что его дочь, ученица средней школы, не появлялась дома два дня.

Гото тогда работал автоинспектором. Он обыскивал парк.

Участвовавший вместе с ним в поисках офицер нашел плававший в пруду труп.

Гото тогда не работал в следственном отделе и не знал подробностей дальнейших событий.

Однако, он помнил странное поведение отца, когда тот увидел выловленный из пруда труп своей дочери.

Тогда отец девочки плакал, одновременно смеясь…

Гото не мог понять, что значит потерять ребенка, но смех ему все равно показался странным…

- У тебя есть идеи? – Мацумура, похоже, недоумевал, глядя на глубоко задумавшегося Гото.

- Нет, не в этом дело. В любом случае, почему ты показал этот снимок мне?

- Недавняя гинекологическая больница. Разве дело было раскрыто не потому, что ты сделал что-то с какой-то духовной ерундовиной?

- Что?

Это было неожиданно.

- Ты ведь видишь призраков? Так ты раскрыл дело, верно? Поэтому на этот раз…

Гото перестал слушать на середине.

«…Он шутит?»

Хотя и считалось, что слухи обычно приукрашиваются, это уже было перебором. Пораженный Гото не мог ничего сказать. Что за информация должна была просочиться, чтобы обернуться подобным? Гото понятия не имел.

Он не стал бы терпеть отношение словно к какому-то шарлатану из специальных выпусков на телевидении.

- Какого черта ты несешь? Я… э… – Гото хотел было возразить, но не придумал, что еще сказать.

Чтобы объяснить ситуацию с гинекологической больницей, ему пришлось бы говорить о Якумо.

Якумо ненавидел собственную способность. Почему-то разговоры о ней казались против правил.

- Ладно, фотографию я отдаю. Остальное оставляю на тебя, – заявил Мацумура. Он вышел из комнаты.

«…История становится какой-то закрученной».

5.

Гото припарковал машину за воротами средней школы, откинулся на спинку сидения и посмотрел на школьный двор.

Там энергично носилась мелюзга. Событий недельной давности словно и не было.

В этом шуме Гото заметил шедшего в тени мальчика.

«…Сайто Якумо».

- Эй. Якумо. – Гото выбрался из машины и подошел к Якумо, который шел, опустив взгляд.

Якумо поднял взгляд, но затем попробовал уйти, словно ничего не заметил.

- Эй, подожди. – Гото подбежал к Якумо и схватил его за плечо, вынуждая остановиться.

- Что Вам нужно? – Якумо обернулся и стряхнул руку Гото, сердито глядя на него.

Он был настроен откровенно враждебно.

- Две вещи.

- Говорите уже. Вы тратите мое время.

- Во-первых, я хотел передать последние слова твоей учительницы.

Уголки глаз Якумо словно опустились.

- Ее последние… слова? – прошептал он слегка дрожавшим голосом.

- Верно. Эта учительница при смерти произнесла твое имя.

- Мое? – от удивления Якумо открыл рот.

Его удивление можно было понять, но так оно и было.

Подробностей Гото не знал, но Акеми ударили ножом и перерезали горло. Будучи при смерти, она назвала имя Якумо.

- «Спасибо, что простил меня. Якумо-кун, ты…», – на этом Гото остановился.

- Что идет дальше?

Конечно, он не мог этого не спросить, но, к несчастью…

- Не знаю. На этом она перестала дышать.

- От Вас и правда никакого толку. – Якумо нахмурился и пробежался рукой по волосам. Затем он отвернулся, словно больше ему ничего не было нужно.

- Секундочку. Я ведь о двух вещах говорил, верно?

Когда Гото схватил Якумо за руку, заставив его повернуться к нему, тот раздраженно цокнул языком.

- Ты можешь видеть призраков, так?

- Вы же мне не верили?

«Вот зараза».

Оправдываться за каждую мелочь было хлопотно, и потому Гото продолжил разговор:

- Я хочу, чтобы ты кое-что проверил.

С этими словами Гото достал из кармана снимок и сунул его под нос Якумо.

Это был снимок, полученный недавно от Мацумура.

- Что это? – Якумо казался ошарашенным.

- Фотография призрака, сделанная на месте обнаружения трупа.

- Это я и так вижу.

- Помоги с расследованием.

Якумо покачал головой, словно не мог поверить в слова Гото.

- Хотите сказать, Вы собрались меня использовать?

- Разве плохо? Все умные парни вкладывают свою энергию в бумажную работу. Качки вроде меня по делам мотаются. Все делают то, в чем хороши. Так устроено общество.

- Что Вы хотите сказать?

- То же и к тебе относится. Раз можешь их видеть, используй это. В этом нет ничего особенного.

Якумо посмотрел на Гото как на какую-то гадость.

Гото не считал, будто в чем-то не прав.

Он не знал, что могли подумать другие люди, но с точки зрения Гото Якумо был просто сопляком, способным видеть призраков.

- Раз можешь их видеть, используй это. Делов-то, – снова попытался Гото, но безрезультатно.

Якумо отбросил руку Гото и торопливо ушел прочь, ничего больше не сказав.

«…Пойти ли мне следом?»

Подумав об этом, Гото решил молча проводить Якумо взглядом.

У него еще было время. Он мог просто встретиться с ним еще раз.

6.

Вернувшись в участок, он сел на свое место и закурил.

Большой кабинет следственного отдела был пуст.

Все занимались расследованиями.

Гото же не только выслушал страшилку от обнаружившего труп человека и получил снимок с призраком от криминалиста, но и ходил поговорить с дерзким сопляком…

Ему в глаза попал сигаретный дым, заставив прослезиться.

- Интересно, почему… – пробормотал Гото, снова глядя на полученное от Мацумура фото.

После повторного изучения снимка призрак на фото оказался девочкой, чей труп нашли в пруду шесть лет назад.

«…Нет смысла тревожиться об этом».

Гото взял трубку и набрал внутренний номер криминалистов.

К счастью, ответил Мацумура.

- Как обстоят дела?

- Работа на месте закончена. Остается только анализ.

- Хорошая работа.

- А у тебя как? Нашел что-нибудь? – голос Мацумура звучал слегка взволнованно.

Он оказался неожиданно нетерпеливым человеком.

- Как будто я могу что-то так запросто найти. У меня есть просьба.

- Что?

- В этом пруду уже должны были находить труп девочки. Думаю, дело было шесть лет назад… Мне нужны следственные документы по этому делу.

- Расследовать – это твоя работа, нет?

Мацумура был прав.

Однако, это Мацумура навязал ему странную историю. Если он немного не поможет, оно того не стоит.

- Ничего страшного, если не хочешь. Я просто расследую по твоей просьбе. Если не станешь помогать, на этом расследование и завершится.

- Какое-то равнодушие с твоей стороны, нет?

«…Кто здесь равнодушен?»

Гото зарыл свое недовольство поглубже.

- Мацумура, ты знал?

- О чем?

- Те, кто снимают призраков – прокляты. Если все так и оставишь, я лишь надеюсь, что ты не умрешь во время какого-нибудь несчастного случая.

- Ты ведь шутишь… – голос Мацумура дрожал.

Похоже, из-за своей серьезности он легко верил лжи.

- Скоро узнаешь, вру я или нет. Ну, пожалуй, тогда тебя уже не будет в этом мире.

- П-п-понял. Я проведу расследование. – Мацумура говорил так, словно в любой миг мог расплакаться.

Возможно, Гото слишком запугал его, но теперь он будет нормально помогать.

- Рассчитываю на тебя. – Гото положил трубку, раздавил сигарету в пепельнице и встал со своего места.

Ничего бы не изменилось, останься он просто сидеть на месте.

Пока не было никакой гарантии, что он мог столкнуться с призраком, но Гото все равно решил снова вернуться в парк.

7.

Когда Гото приехал в парк, было уже темно.

Хотя было еще в районе пяти, сейчас солнце садилось раньше.

У ворот стояли полицейские, похожие, словно близнецы.

- Я Гото из следственного отдела, – он показал удостоверение. Перед ним открыли стальные ворота.

- Кто-нибудь есть внутри?

- Ах, да. Два офицера дежурят, а еще хозяин проката лодок.

- И все?

- Э? – полицейский, похоже, услышал бормотание Гото.

- Ничего.

За распределение членов следственной бригады отвечал не Гото.

Помахав, он отправился в центр парка.

Он шел к зданию администрации по дорожке вдоль пруда, усыпанной мертвыми листьями.

Плесь.

Что-то плескалось в пруду.

Вероятно, утка или карп.

Дойдя до администрации, он заметил двух полицейских в форме, совершавших обход.

- Спасибо за Вашу работу, – вежливо поклонился офицер в остроугольных серебристых очках.

- Эй. Что-нибудь странное?

- Э, ничего особенного. Прошу прощения…

- Что?

- Я слышал, расследование в парке уже завершилось.

«…Этот парень вежливо указывает мне, как работать?»

Гото цокнул язык и сердито посмотрел на офицера в очках.

- Я это и без тебя знаю.

- Ах, нет, это…

- Изучай место преступления, пока все не закончится. Это работа следователя.

- Я-я искренне извиняюсь, – произнес офицер испуганным голосом, выпрямив спину и снова кланяясь.

«…В самом деле».

Гото отвернулся от полицейских и двинулся к дальней части пруда.

Кладка дорожки исчезла, сравнявшись с землей.

Вокруг пруда росли сорняки по колено.

Самая дальняя часть пруда. Дойдя до вишневого дерева, почти касавшегося водной поверхности, Гото передохнул.

Он вытер пот со лба.

Он подумывал присесть отдохнуть, но не нашел скамейку.

Сдавшись, он хотел уже идти дальше, но затем услышал что-то.

«…О-о-о».

Ветер?

Сердце Гото забилось быстрее, он напрягся.

Шурх.

Дерево качнулось и перед ним прошло что-то темное.

Собака или кошка? Ну, что-то вроде. Гото облегченно вздохнул.

Плюх.

Он увидел что-то в пруду. Утка…

«Нет, это не утка!»

Он перепрыгнул через ограду дорожки, пробежал сквозь заросли и прыгнул в пруд.

«…Человек».

Длинноволосая женщина лицом вниз плавала в пруду.

Гото схватил ее тело и попробовал вытянуть на берег.

Однако, стоял он неустойчиво, и дело шло плохо.

«…Проклятье! Одному мне никак не справиться!»

- Эй! Кто-нибудь! Помогите!

Внезапно внутри Гото вскипел гнев.

Парк – это не здание. Не было смысла перекрывать вход.

Если прокрасться, внутрь можно было попасть отовсюду.

Преступник знал о недостаточной охране.

Поэтому он и осмелился выбрать то же место…

- Быстрее! Идиоты! – в ярости кричал Гото.

Через какое-то время наконец-то показались полицейские. Оба озадаченно замерли на месте с фонариками в руках.

- Что вы смотрите! Помогите мне! – крикнул Гото.

Наконец, два полицейских прыгнули в пруд и начали помогать.

Втроем они вытащили женщину на берег. Они перевернули ее на спину, чтобы откачать.

- Что… – слова Гото застряли у него в горле.

Губы женщины были сшиты то ли нитью, то ли еще чем.

Вероятно, они лихорадочно сопротивлялась.

Вокруг губ виднелись следы царапин от ногтей.

- А-а-а-а-а-а-а! – офицер в очках завопил и упал на спину.

- Замолкни! Не поднимай столько шума! Быстрее, звони уже! – крикнул Гото, тем не менее, будучи не силах подавить дурное предчувствие в своем животе.

«…О-о-о».

Откуда-то до него донесся вой.

Это явно был не обман слуха.

Гото встал и огляделся.

- Где ты? Где же ты?

«…Там!»

В пяти метрах впереди.

Там стояла по пояс в пруду девочка.

Как и раньше, она была в форме и с забранными в хвост волосами.

Гото сразу же прыгнул в воду.

- Эй! – крича, Гото брел вперед по пруду.

«Еще немного и я дотянусь до нее…»

Стоило ему так подумать, как девочка растаяла во тьме.

8.

На совещании следующим утром Идеути стоял на возвышении с совершенно бледным лицом.

Казалось, словно он постарел лет на десять.

Поскольку в парке два дня подряд находили трупы, он, вероятно, был невообразимо встревожен.

Однако, это Идеути был виноват в том, что поставил на первое место поимку преступника и пренебрег охраной места преступления.

Жертву звали Озаки Киеми. Работала на полставки.

Как и первая жертва, Мисако, она умерла от удушения.

Было подтверждено, что губы ей сшили еще при жизни.

Теперь Хата точно плакал от счастья, крутясь у трупа.

Более того, при установлении ее личности оказалось, что первая жертва, Мисако, училась с Киеми в одной средней школе и дружила с ней.

Скорее всего, их убил одноклассник, затаивший обиду.

Один из членов следственной бригады предложил в качестве подозреваемого мужчину по имени Такимото Юити.

Он учился в одном классе с жертвами и привлекался за посягательства сексуального характера.

- Займитесь Такимото как следует, – распорядился Идеути, после чего следователи высыпались из комнаты.

Однако, Гото был против такого метода расследования.

«…Такимото - не преступник».

У него была одна причина. На жертвах не наблюдалось признаков сексуального насилия.

А значит, было трудно предположить, будто Такимото напал на одноклассниц с целью изнасилования.

- Это слишком поспешно.

Даже Гото это понимал. Сохраняй Идеути спокойствие, он бы тоже знал, что Такимото не преступник.

Однако, он спешил, лихорадочно пытаясь реабилитироваться.

Заминки на начальных этапах следствия в последствии вызывают проблемы. Прошлое дело служило тому подтверждением.

- Гото! – окликнул его кто-то, когда он как раз собирался встать.

Это был Мацумура.

- Что? Не пугай меня, – сердито произнес Гото, но глаза Мацумура блестели, как у ребенка, обнаружившего странного жука.

- Ты о чем? Это я ошарашен.

- Э?

- Ты с самого начала знал, верно? Ты точно следователь-экстрасенс. – Мацумура схватила Гото за плечи в излишне дружелюбной манере и покивал несколько раз.

- Я понятия не имею, о чем ты. Объясни нормально!

Плечи Мацумура поникли, и тот с разочарованным видом протянул Гото папку.

- Это еще что?

- Что значит, «что»? Это дело, которое ты вчера просил.

- О-о. Точно.

Гото раскрыл взятую у Мацумура папку. Затем он внезапно увидел девочку в школьной форме.

У него по спине пробежал холодок. Он едва не выронил папку.

У нее был хвостик и форма с пиджаком. Худое лицо и опущенный взгляд.

«…Никаких сомнений».

Гото видел эту девочку в парке.

- Так это правда… – машинально пробормотал Гото.

- Я тоже удивился, увидев. Погибшая шесть лет назад девочка училась в одном классе с двумя нынешними жертвами.

- Ч-что ты сказал?! Это правда? – Гото был так шокирован, что схватил Мацумура за воротник.

- Э-это легко проверить по документам. Ты разве не это подозревал?

- Я тебе кажусь настолько умным?

Мацумура покачал головой, словно не понимая.

9.

Гото снова просмотрел документы по делу шестилетней давности.

Девочку, чей труп нашли в пруду, звали Хара Кимие. Тогда ей было четырнадцать.

Ее родители развелись, и она жила с отцом, Казунори.

Должно быть, девочке ее возраста было нелегко жить вдвоем с отцом.

Она умерла от удушья…

Когда ее нашли, следствие заподозрило, что это убийство.

На ее шее остались следы от веревки.

Были и другие причины подозревать убийство.

Ее отец, Казунори, повел себя необъяснимо.

Во-первых, до его обращения в полицию прошло два дня.

Более того, Кимие не оставила записки, но ее жизнь была застрахована на значительную сумму денег.

Поначалу полиция занялась ее отцом, приняв его за подозреваемого, но затем дело приняло неожиданный поворот.

Согласно отчету судмедэксперта, смерть была признана самоубийством.

Она планировала убить себя, повесив веревку на ветку вишни, но ветка сломалась от тяжести, и она упала в пруд.

Вешаясь, Кимие привязала веревку в ветке, так что после ее падения веревка тоже упала. Так оно и было.

Веревку нашли в пруду, а тогдашний классный руководитель девочки сказал, что над ней издевались, так что издевательства посчитали причиной самоубийства, и дело закрыли.

Но Гото с этим не смирился.

Он подумывал поговорить с ее тогдашним классным руководителем, но, увидев имя, посчитал это откровением.

Гото отправился прямо в храм Иссина.

Поднявшись по крутому склону, Гото поставил машину у храмовых ворот и отправился к дому священника через гравийный сад.

Он остановился у входа и нажал кнопку домофона. Через какое-то время открылась раздвижная дверь.

Показался Иссин в рабочей одежде.

На его лице была добрая улыбка, вызывавшая вздох облегчения.

- Это Вы, Гото-сан? – лицо Иссина слегка напряглось.

- Я хочу поговорить с Вами кое о чем, можно?

- Пожалуйста, давайте.

По приглашению Иссина Гото зашел в гостиную.

- Не волнуйтесь обо мне, – сказал он, но Иссин все равно приготовил чай и закуски, после чего сел напротив Гото с плачущим ребенком на руках.

- Это ребенок той учительницы…

- Нет, это наш ребенок, – твердо ответил Иссин, словно это само собой разумелось.

«…Какой хороший священник».

Гото криво улыбнулся.

Хотя Иссин и любил ее, они не были связаны кровью. А эта женщина уже умерла.

Иссин знал это и все равно удочерил девочку. Пораженный Гото не мог ничего сказать.

Второй ребенок этого храма, Якумо, тоже не был родным сыном Иссина. Он был ребенком его старшей сестры, пытавшейся убить своего сына.

Своим духом самопожертвования Иссин мог поспорить с Ганди.

- Большое спасибо за Вашу помощь. – Иссин вежливо склонил голову.

- Я ничего не сделал.

Вероятно, Иссин благодарил Гото за помощь с заключением брака с Акеми, которая тогда уже умерла.

Но Гото не имел права принимать благодарность за это.

На самом деле, вопросом занимался Миягава, а не Гото. Гото даже не знал, как Миягава это сделал.

- Я искренне благодарен. Благодаря Вам, я могу держать этого ребенка на руках, – сказал Иссин, потрепав девочку по голове.

- Да забудьте уже, – грубо отозвался Гото.

- Хорошо. – Иссин с озадаченным видом поскреб подбородок.

Гото заметил на его правой ладони бинт.

- Что-то случилось с Вашей рукой? – спросил он, указывая на руку подбородком.

- Неловко об этом говорить. Случайно порезался, когда резал капусту.

- Не выдумывайте. Если бы Вы резали капусту, то порезали бы пальцы, верно? – возразил Гото.

Рукой Иссин изобразил нарезание овощей и ахнул. Затем он с озадаченным видом склонил голову набок.

Никто не был так плох во лжи, как он.

- Ну, забудем об этом. Сегодня я пришел по другому вопросу.

- Другому?

- Верно. Я хочу поговорить с Якумо.

- Зачем? – Иссин прищурился, словно почувствовав намерения Гото.

Он напоминал осторожного кота.

Гото хотел поговорить с Якумо, по возможности, не объясняя причину. Расскажи он Иссину, было ясно как день, что тот откажется.

«…Разве нельзя как-то придумать что-нибудь?»

Гото подумал об этом, но сразу же сдался.

Он совершенно не умел лгать – в этом он мог поспорить с Иссином. Выдай он очевидную ложь, это только ухудшило бы ситуацию.

Прочистив горло, Гото перешел прямо к сути проблемы.

- Вы знаете о происшествии с трупами девушек в парке?

- Да, хотя и лишь то, что прочитал в газете…

Значит, разговор выйдет быстрым.

Гото достал из кармана снимок и положил его на стол.

Стоило Иссину взглянуть на фото, как его лицо мгновенно напряглось.

- Фотография призрака… – сказал он.

«…Он быстро соображает».

Похоже, он понял намерения Гото, хотя тот и не озвучил их.

- Ага. Сделана на месте обнаружения трупа.

- И?

- Это призрак девочки. Она покончила с собой на этом пруду шесть лет назад. А нынешние жертвы были ее одноклассницами. Вам не кажется, что здесь что-то есть?

- Якумо это не касается, – тихо произнес Иссин, возвращая снимок на стол.

Прозвучало это как отказ.

- Если Якумо и правда может видеть призраков, я хочу, чтобы он помог.

- Вы пытаетесь использовать Якумо? – Иссин посмотрел Гото в глаза, не меняясь в лице.

Хотя Иссин не угрожал ему, все равно ощущалось дополнительное давление.

- Это не так…

- Тогда в чем дело? – продолжил Иссин с тяжелым взглядом.

- Не могу объяснить нормально… Я просто беспокоюсь об этом парне.

- И что Вас беспокоит?

- У меня такое чувство, словно он проклинает себя на смерть.

Возможно, Гото говорил лишнего, но Иссин молча его слушал.

- Похоже, способность видеть призраков его обременяет, но, как по мне, в этом нет ничего такого особенного. На самом деле, я думаю, раз у него есть особая сила, которой лишено большинство людей, ему стоит использовать ее.

- Поэтому Вы и просите его сотрудничать со следствием?

- Да, верно.

- Мне все равно кажется, что Вы просто пытаетесь его использовать. – Иссин вздохнул.

Возможно, он презирал Гото, но Иссин не мог односторонне винить Гото. Причина крылась в том…

- Вы тоже использовали Якумо во время дела той учительницы, верно?

Иссин бросил на Гото откровенно сердитый взгляд.

- Это отличается от проверки на смелость. Вы не можете втягивать его в дело об убийстве.

Гото понимал чувства Иссина. Но…

- Вы не можете сказать, будто это дело не имеет к Вам отношения.

Иссин склонил голову набок.

- Что это значит?

- Шесть лет назад учительницей жертвы была мать этой девочки. – Гото посмотрел на ребенка, которого Иссин прижимал к груди.

- Акеми-тян…

- Вам ведь интересно, правда?

Повисло давящее молчание…

Гото ждал ответа Иссина, затаив дыхание.

Наконец, Иссин сказал, словно выдавливая слова:

- …В таком случае, я помогу вместо Якумо.

Вариант в духе Иссина…

Но это была не рутинная работа. На нее не подошел бы кто угодно. Это должен был быть Якумо.

Гото собрался было возразить, когда…

Раздвижная дверь открылась.

- Дядя, с тобой это будет лишь пустая трата времени. Ты ничего не видишь.

За дверью стоял Якумо.

Прищурившись, он с раздраженным видом пробежался рукой по волосам.

- Нет, но… – заговорил было Иссин, глядя на Якумо, затем вздохнул и опустил плечи, когда не смог больше ничего сказать.

- Отведите меня туда, где был призрак, – равнодушно произнес Якумо.

Хотя отношение этого чертова сопляка и бесило Гото, он был благодарен за вмешательство Якумо. Вероятно, лучше было начать действовать, пока не изменилось настроение этого неприветливого ребенка.

- Понял, – ответил Гото, вставая.

- Якумо, тебе не стоит так бросаться словами. Это опасно, – вмешался Иссин, с виду все еще не смирившийся с происходящим.

- Опасность повсюду, – парировал Якумо.

Прозвучало это не как небрежная фраза.

- Именно. Я не хочу, чтобы ты сам бежал навстречу опасности, – продолжил Иссин, вставая.

- Ты сам вчера говорил, верно, дядя? Что призраков я вижу по какой-то причине. Я сам найду эту причину. Вот и все.

- Но…

- Действительно ли у моего левого глаза есть причина? Если не буду искать ответ, то не найду его. Я также беспокоюсь о сенсее, – перебил Иссина Якумо, после чего развернулся и вышел из комнаты.

- Я тоже ответственен за то, что втянул его в это. Я обязательно защищу Якумо, – твердо заявил Гото.

- Рассчитываю на Вас.

Приняв скромную просьбу Иссина, Гото вышел из комнаты.

10.

Гото рассказал Якумо обо всем, что успело случиться до сих пор, пока они ехали в его машине в парк.

Сидя на переднем сидении, Якумо смотрел вперед и молча слушал Гото.

- Думаю, покончившая с собой шесть лет назад девочка как-то связана с этим делом, – высказал свое мнение Гото, закончив свои объяснения и сунув в рот сигарету.

- Позвольте сказать одну вещь. – Якумо холодно посмотрел на Гото.

- Что?

- Если закурите это, я сразу же покину машину.

- Ах, виноват. Так что ты думаешь?

«…Какой привередливый сопляк».

Гото вернул сигарету в пачку и задал вышеупомянутый вопрос.

- Насчет чего?

«…Он что, не слушал?»

- Говорю, дело шестилетней давности может быть связано с нынешним.

- Вы о чем? – спросил Якумо, зевая, словно от скуки.

А ведь он должен был понять по течению разговора. Он специально заставлял Гото это говорить.

- Я хочу сказать, по-моему, на этот раз преступником может оказаться призрак.

На самом деле, Гото и самому не хотелось в это верить.

Но после всех случившихся странностей он пришел к такому мнению.

- Вы и правда считаете, что призрак может кого-то убить?

- Как будто я стал бы такое говорить в шутку.

«Если на этот раз преступник – призрак, как полиции разбираться с этим делом?» - мысль об этом внезапно посетила Гото.

- Вы и правда… – пробормотал Якумо.

Он говорил так тихо, что Гото не расслышал главную часть.

- Э? Что ты сказал?

- Я сказал, что Вы и правда идиот.

- Ты кого идиотом называешь?!

«…Это можно было и как-то иначе сказать».

В гневе Гото раскричался, не подумав.

- Не кричите в машине. – Якумо заткнул уши пальцами.

- Какого черта ты называешь взрослого идиотом?! Идиотом?!

- Не вынуждайте меня повторять одно и то же. Если считаете, что призрак убил кого-то, то Вы пересмотрели ужастиков. Призраки – это эмоции, оставшиеся после людей, которые умерли и покинули свои тела.

- Людские эмоции? – суть Гото уловил, но повторил эти слова, не в силах понять.

- Ага. Поэтому… – Якумо проглотил слова, которые собирался сказать. Он прищурился, всматриваясь в лицо Гото.

Однако, больше он ничего не сказал. Лишь промолчал, раздраженно покачав головой.

«…Да что с этим сопляком такое?»

- Если тебе есть что сказать, говори.

- Говорить это бессмысленно. Ваш мозг не сможет понять.

«…О, ничего себе заявочки».

Гото хотел было хорошенько его стукнуть, но передумал.

Так уже случилось в прошлый раз. Якумо не относился к тем, кто станет говорить после удара.

Когда Гото вздохнул, как раз показался парк…

11.

Выйдя из машины, Гото отвел Якумо в парк.

Стоило Якумо зайти туда, как он быстро зашагал, словно ведомый чем-то.

Он миновал офис администрации и повернул прямо к пруду.

- Здесь… – пробормотал Якумо, остановившись.

Там росло вишневое дерево, чьи ветви свисали над прудом.

Именно там и нашли труп…

Взгляд Якумо был направлен прямо на воду.

«…Он что-то видит?»

Гото хотелось спросить, но Якумо окружала холодная и острая, словно нож, аура – Гото не мог даже подойти.

- Кто ты? – спросил Якумо, по-прежнему глядя на пруд.

Но в пруду никого не было. Только две утки плавали по воде.

- Почему ты здесь? – продолжал спрашивать Якумо.

От сухого ветра по воде пошла рябь.

- Понятно… Так вот оно как… – произнеся это слабым голосом, Якумо медленно закрыл глаза.

К нему было трудно подойти, словно он медитировал.

- Спасибо за вашу усердную работу.

Гото обернулся на внезапный голос.

Там стояла обнаружившая труп женщина, Фумико.

- О, это Вы?

- Извините за прошлый раз. – Фумико выпустила тачку, которую везла, сняла шляпу и поклонилась.

- О чем Вы?

- Э… Просто я наговорила следователю странностей… – тихо ответила Фумико, хмурясь.

- Не волнуйтесь об этом. Ладно, потом Вы его видели?

На миг Фумико казалась удивленной.

- Кого видела?

- Призрака.

- А-ах. На самом деле, позавчера, после Вашего ухода, следователь…

- Правда?

- В тот день я задержалась в парке до ночи. Возвращаясь домой, я услышала, как кто-то провыл: «Я убью тебя».

- О…

«…Все сходится».

Гото проглотил слова, которые хотел сказать.

Следователь не мог говорить перед гражданскими, что видел призрака.

Призрак действительно был связан с делом. Гото не сомневался в этом.

- Если подобное снова случится, свяжитесь со мной, – сказал Гото, протягивая Фумико свою визитку. Затем он снова повернулся к Якумо.

Поскольку тот ничего не говорил, Гото посчитал, что он слушает, но Якумо по-прежнему смотрел на пруд.

- Ну, что там?

- Как Вы и говорили, по этому парку бродит призрак девочки, – ответил Якумо, не отрывая взгляда от воды.

«…Так я был прав».

- Почему здесь бродит призрак этой девочки? – спросил Гото.

- Она одержима сильной ненавистью… – Якумо опустил взгляд.

У него был печальный вид.

- Ненавистью?

- Да. Но в глубине это ненависти таится грусть и одиночество.

Грусть и одиночество, таящиеся в ненависти…

Гото не понимал таких деликатных эмоциональных состояний, но если призрак был одержим сильной ненавистью…

- Так этот призрак и правда убил тех девушек?

Стоило Гото это сказать, как лицо Якумо скривилось, словно он смотрел на что-то мерзкое.

- Разве следователю стоит говорить такое? Когда это полиция стала такой безответственной?

«…Этот сопляк! Каждый раз, когда я даю ему слово!»

Гнев Гото достиг своего пика.

- Ты сам сказал, что призрак блуждает из-за ненависти!

- Не помню, чтобы говорил, будто призрак кого-то убил. И призраки все равно не могут убивать людей.

«…Не могут убивать?»

Якумо уже говорил об этом.

- Что это значит?

- Ничего. Я говорил, что призраки – это скопления людских эмоций, верно?

- Да.

- Они не новая форма жизни и не демоны. Они вроде остаточных мыслей. Поэтому мы не можем к ним прикоснуться. С другой стороны, они не могут прикоснуться к нам. Если они не способны на физический контакт, убийство для них невозможно. – Якумо говорил безразличным тоном, словно цитировал книгу.

- Вот как?

- Я так считаю.

Гото не был экспертом.

Но раз так говорил тот, кто мог их видеть, вероятно, так оно и было.

- Значит, этот призрак не связан с нашим делом?

- Вы и правда глупый.

- Что?

«…Этот парень мне и правда действует на нервы».

- Одно лишь то, что призрак не убивал их напрямую, не значит, что он здесь ни при чем. Услышь Вас следователь, он был бы в шоке.

Якумо был прав, но Гото не нравилась его манера речи.

- Я и так следователь.

- Насчет этого не знаю.

- Ты... если не прекратишь, я тебя ударю. – Гото в гневе занес кулак.

- Делайте, что хотите, – без выражения отозвался Якумо.

После таких слов никому не захочется бить человека.

Гото пнул землю.

- Что важнее, у Вас есть бумаги по следствию шестилетней давности? – сменил тему Якумо, не обращая внимания на гнев Гото.

- В машине.

- Покажите их мне, – как ни в чем не бывало сказал Якумо.

- Легко сказать. Я не могу показать следственные документы гражданскому.

- А разве в обращении к гражданскому лицу за помощью проблемы нет? Что Вы говорите, когда и так уже настолько меня втянули?

Хотя тон Якумо и раздражал Гото, он был прав.

«…Присутствие этого парня выбивает меня из колеи».

12.

Гото сходил к машине и принес Якумо документы по следствию.

Якумо с серьезным видом просматривал бумаги, время от времени шевеля губами. Это ему шло.

Нельзя было сказать, кто из них следователь.

- Ясно… – Якумо кивнул и поднял взгляд.

- Обнаружил что-то?

- Я обнаружил, что с пониманием прочитанного у Вас хуже, чем у младшеклассника.

- Кто здесь не понимает прочитанное?

«…У этого парня на все найдутся замечания».

- Вы, очевидно. Вы эти документы нормально читали?

- Да, конечно, – уверенно ответил Гото, но Якумо раздраженно вздохнул.

Такое отношение еще сильнее распалило гнев Гото.

- Вы сказали, что шесть лет назад классной руководительницей этой девочки была Такагиси-сенсей, верно?

- Ага.

«…Это я говорил».

Поэтому Гото и решил, что это дело имеет отношение к Якумо. Якумо знал это и согласился помочь.

Гото не думал, что Якумо укажет на это сейчас.

Гото тщетно пытался разобраться, когда Якумо указал на некое место в документе.

Там значилось имя…

- Это читается как «Такамине Томоми», – сказал Якумо.

- Ах!

«…Я неправильно прочитал».

Ту учительницу звали Такагиси Акеми.

- Ну, иероглифы же похожи, правда?

- Нет. Даже младшеклассник не ошибся бы.

Говорить так было ужасно.

Но это Гото ошибся. Ему нечего было возразить.

- Ну, все в порядке, верно?

- Не в порядке, – сказал Якумо, перебивая его.

- Все ошибаются. Ладно, ты еще что-нибудь нашел? – Гото попробовал продолжить разговор, но Якумо замолк, сверля его взглядом.

Если дело не было связано с Акеми, Якумо не был обязан в нем участвовать и не нес никакой ответственности.

Но Гото не мог отступить, зайдя так далеко.

- Не смотри на меня так. Ты уже в этом замешан. Если уйдешь сейчас, не сможешь уснуть ночью, верно? Ты уже на борту. Помоги. – Гото изо всех сил старался убедить Якумо.

Якумо по-прежнему молчал с подавленным видом.

Якумо всегда закрывался в своей раковине. Так он мог защитить себя, но, с другой стороны, не мог изменить ситуацию.

- Опять собираешься сбежать? – слетело с языка Гото.

- Что Вы сказали? – у Якумо был подозрительный вид.

Он словно не думал, что Гото это скажет, но тот не стал останавливаться.

- Я сказал, опять собираешься сбежать? Та учительница не сбегала. Но ты сбегаешь от собственной судьбы. – Гото знал, что его слова жестоки, но все равно вывалил все сразу.

Якумо разозлится – так считал Гото, но неожиданно никакой реакции не последовало.

Якумо закрыл лицо руками и опустил взгляд.

Гото не знал, о чем сейчас думает мальчик. Он ждал, пока Якумо заговорит.

Помолчав, Якумо медленно поднял голову и сказал:

- Я хочу встретиться с отцом девочки, умершей шесть лет назад.

Его лицо как всегда было лишено выражения. Гото просто не мог понять, какие мысли привели Якумо к такому заключению.

- Ты уверен?

- Вы сами попросили меня о помощи, верно? – губы Якумо сложились в недовольную гримасу.

- Верно. Давай встретимся с ее отцом.

Гото завел машину, пока Якумо не передумал.

13.

Отъехав от парка, примерно через десять минут они оказались у нужного дома.

Он находился на углу тихой жилой улицы на вершине холма.

Застройка, похоже, была однотипной. Все дома выглядели одинаково, из-за чего на поиски нужного ушло больше времени, чем ожидалось.

Остановившись за домом, они посмотрели на него сквозь лобовое стекло.

Дом был двухэтажным, с черепичной крышей. Размером, наверное, с трехкомнатную квартиру.

Перед домом расположился печального вида сад.

Он был не ухожен – разрослись сорняки.

В упадок пришел не только сад. Стены были грязными и местами потрескавшимися, а калитка проржавела.

Данные собирали шесть лет назад. Возможно, этот мужчина уже не жил здесь.

Тогда им придется начать с поисков его адреса.

- Это здесь? – спросил недовольным тоном с пассажирского сидения Якумо.

- Так написано в деле, но он мог переехать…

- Значит, можно пойти и проверить, верно? – Якумо указал на дом подбородком.

«…Боже, вот сопляк. Использует полицию как лакеев».

- Подожди здесь.

Гото проглотил свой гнев и выбрался из машины.

По дорожке он зашел на участок и подошел к двери.

На почтовом ящике у ворот он увидел фамилию Хара.

Похоже, мужчина до сих пор жил здесь.

Гото потянулся к кнопке домофона, но внезапно его посетила некая мысль.

Гото не знал, что сказать при встрече с Казунори.

- Что? Не собираетесь заходить? – раздался голос у него за спиной.

Крутанувшись, Гото увидел стоявшего там Якумо.

- Я просил подождать в машине, так? – приглушенно произнес Гото.

- Не помню, чтобы соглашался Вас слушаться, – невозмутимо отозвался Якумо.

- Не говори так. И о чем ты собираешься спрашивать отца, когда встретишься с ним?

- Очевидно же, нет? Хочу убедиться, как умерла девочка шесть лет назад, – сказал Якумо, не колеблясь.

Даже если то были предположения любителя, Гото не мог их проигнорировать.

- Смерть шесть лет назад не была самоубийством. Ты это хочешь сказать?

- Поэтому я и пришел сюда проверить, верно?

«…Корчит из себя важную шишку».

До приезда сюда Гото не слышал от Якумо никаких объяснений.

И он не знал, почему Якумо усомнился в причине смерти. Возможно, тот уже о чем-то догадался.

- Ты что-то скрываешь от меня, верно? – задал провокационный вопрос Гото.

- Ага, конечно, – спокойно и без всякого стыда отозвался Якумо.

- Какого черта, «конечно»?! Если скрываешь что-то, рассказывай!

- Отказываюсь! – заявил Якумо. Затем он открыл ворота, подошел к входной двери и без всяких колебаний нажал на кнопку домофона.

«…Этот сопляк безрассуднее, чем я думал».

Но сколько бы они ни ждали, дверь не открывалась.

- Его нет? – пробурчал Гото.

Странного, но его раздражало, что мужчины нет дома.

- Ага.

- Зайдем потом, – сказал Гото, но Якумо с недовольным видом засунул руки в карманы и неподвижно уставился на второй этаж.

Даже если они подождут возвращения отца, стоя у входа, они просто будут смотреться подозрительно.

- Подождем в машине. – Гото схватил Якумо за руку и утащил его назад в машину. – И что ты теперь собираешься делать? – спросил он у мальчика, но тот не ответил.

Якумо скрестил руки и упрямо смотрел на дом. Выглядел он совсем как обиженный сопляк.

- Вы гей?

- Чего? – Гото склонил голову набок в ответ на внезапные слова Якумо.

- Не пяльтесь на лица людей. Это жутко, – сказал Якумо.

У насмешек тоже должны быть свои границы.

- Да кто станет смотреть на лицо чертова сопляка вроде тебя? У меня бы глаза сгнили. – Гото отвернулся от Якумо, переведя взгляд на окно.

По улице шла парочка, на вид из средней школы. Флиртуя, они катили свои велосипеды. Хотя Якумо был их ровесником, он словно жил в другом измерении.

«…Когда и как он сбился с пути?»

Гото не мог знать ответ на этот вопрос.

- Можно спросить кое-что? – прервал молчание вопросом Якумо.

Возможно, он впервые спрашивал о чем-то Гото.

- Что?

- Почему Вы меня преследуете?

«Преследовать» было ужасной формулировкой.

Но Гото знал, ничего не поделать, если Якумо так считает.

- Без особой причины. Мне нужна твоя способность видеть призраков. Вот и все, – сказал Гото, не раздумывая.

Хотя он и хотел сказать что-то еще, но не мог нормально сформулировать.

Гото всегда говорил кратко, не в силах выразить собеседнику свои искренние чувства.

Такие вещи давались ему плохо. Это его тревожило.

- Вы ведь мне не поверили, когда я сказал, что могу видеть призраков?

- Теперь верю. Тебя это не устраивает?

- Значит, есть и люди вроде Вас… – слабым голосом отозвался Якумо.

- Это еще что значит?

- Что Вы - идиот, в отличие от моего дяди и сенсея.

- Сколько раз тебе нужно сказать «идиот», чтобы ты успокоился?! – закричал Гото. Якумо поднял руку, останавливая его.

…Пум!

Послышался звук удара.

Исходил он, похоже, из дома Казунори.

«…Там кто-то есть?»

- Якумо! Жди здесь! – распорядился Гото, после чего выбрался из машины и прокрался на участок.

Оказавшись у двери и обернувшись, он увидел Якумо, сидевшего на переднем сидении автомобиля.

Похоже, на этот раз он решил послушаться Гото.

Гото как раз потянулся к кнопке домофона…

- А-а-а-а-агх! – послышался крик из-за двери.

Раздался звук падения.

«…В доме определенно кто-то есть».

- Полиция! Откройте! – закричал Гото. Он повернул дверную ручку, но там было заперто, и дверь не открывалась.

Он зашел за дом и коленом разбил окно в гостиной, врываясь в дом.

Он осторожно прошел через гостиную и вышел в коридор.

Там он заметил лежавшего на спине мужчину.

Гото уже видел этого мужчину. То был Хара Казунори.

Из его головы текла кровь.

- Эй! Держитесь! – Гото подбежал и затряс его за плечи.

Однако, никакой реакции не последовало.

Гото поднес ухо к носу мужчины. Слышалось слабое дыхание.

«…Он еще дышит».

Пум!

Гото как раз встал, намереваясь вызвать скорую, когда услышал звук падения.

Он остановился, в горле пересохло.

«…Я был слишком беспечен».

В такой ситуации было очевидно, что в доме находится еще один человек.

«…Где?»

Гото огляделся.

Пульс ускорился.

«…Где он?»

Скрип.

Скрипнул пол.

- Сзади!

Гото обернулся на крик.

Внезапно на него обрушилась лопата.

Полностью уклониться он не смог, но его лицо едва не задело.

Лопата царапнула его ухо и ударила в плечо.

Хрясь!

Удар сотряс его с глухим звуком, заставляя упасть на пол.

Краем глаза он заметил, как кто-то обегает его, пригнувшись. Гото попробовал было броситься следом, но тело его не слушалось, и он не мог встать.

- Черт! Подожди! – крикнул Гото, прижимая руку к плечу. Больше он ничего сделать не мог.

- Ни один преступник не станет ждать, если попросить его об этом.

В гостиную успел зайти Якумо.

Похоже, это он недавно кричал: «Сзади!». Благодаря ему, Гото спасся. Но…

- Я говорил тебе подождать в машине, верно?

- Повторюсь, я не стану слушать Ваши указания, – бесстыдно заявил Якумо.

- Проклятье, что ж ты за своенравный сопляк, – криво улыбнулся Гото.

- Не хочу слышать это от взрослого, готового расплакаться от простого удара лопатой.

«…Ох, какой острый язык».

Гото стиснул зубы от боли, садясь.

По его спине побежал холодный пот.

- Ты видел лицо того, кто меня ударил? – спросил Гото, скривившись от боли.

- А Вы его не видели с такого близкого расстояния? – ответил вопросом на вопрос Якумо.

«…Поэтому я и не люблю молодежь».

- Меня внезапно ударили лопатой. У меня не было на это времени.

- Полиция неожиданно слаба.

- Прекрати… Ой… – Гото хотел было прикрикнуть, но из-за боли голос его не слушался.

Якумо насмешливо фыркнул.

«…Этот сопляк действительно действует мне на нервы».

14.

Недавно тихая улица теперь шумела, словно фестиваль.

Там собралась скорая помощь, полиция и любопытные зеваки.

Казунори пришел в сознание до приезда скорой, но, похоже, был не в себе – он не ответил ни на один из вопросов Гото.

Когда Казунори унесли, Гото стали расспрашивать полицейские в форме.

«Что здесь произошло?».

«Что это за происшествие?».

«Что нам делать?».

Гото проигнорировал все эти вопросы и убежал к своей машине.

Он и сам не знал, что произошло.

В машине на переднем сидении расположился Якумо, с серьезным видом смотревший в какой-то блокнот.

- Что ты читаешь?

Якумо вздохнул с раздраженным видом.

- Дневник девочки, умершей шесть лет назад.

- Дневник?

- Ага.

Он так спокойно говорил об этом.

- Где ты вообще его взял?

- Он лежал в кармане мужчины, что был без сознания.

«…Украл под носом у следователя. Смелости ему не занимать».

Гото был, скорее, поражен, чем зол.

- Отдай его немедленно!

Гото думал, что Якумо откажется, но тот с готовностью бросил дневник на приборную панель.

- Ты сегодня послушный?

- Мне он больше не нужен – я уже дочитал.

«Понятно, вот в чем дело. Итак…»

- Нашел что-нибудь?

- Ага. Соответствует моей теории на основе услышанного рассказа.

Хотя обычно такие слова показались бы хвастовством, в устах Якумо они звучали до странного убедительно.

- Звучит так, словно ты уже знаешь, кто преступник, да?

- Конечно.

Хотя Гото говорил насмешливо, Якумо с готовностью согласился.

- Если знаешь, скажи мне!

- В этом нет необходимости. Завтра дело будет раскрыто.

Прозвучало это, словно пророчество.

- Что ты хочешь этим сказать?

- Ничего. Преступник совершит самоубийство. Поэтому дело закроется.

- С-с-самоубийство?! Почему это произойдет? Где преступник? – Гото так разволновался, что схватил Якумо за плечи и затряс его.

Но Якумо, похоже, не хотел отвечать и отвел взгляд.

Он словно знал, но не желал говорить.

- Эй! В чем дело? Говори! – продолжал Гото, сильнее тряся Якумо.

- Что Вы собираетесь делать, когда узнаете? – холодный взгляд Якумо пронзил Гото.

На миг Гото растерялся из-за неожиданного вопроса, но он знал ответ.

- Очевидно же, задержу преступника.

- Если он хочет умереть, почему бы не дать ему это сделать? Он убийца. Незачем так волноваться, – равнодушно отозвался Якумо.

Гото думал, что он стал ближе к Якумо, но сейчас ему казалось, словно его резко оттолкнули.

- Т-ты это серьезно говоришь…

- Само собой. Что бы ни говорилось, меня это не касается.

Слова Якумо распалили гнев Гото.

- Ты... нельзя так просто все оставлять! Нельзя махнуть рукой на смерть кого бы то ни было в этом мире! Почему ты этого не понимаешь, хотя видишь призраков?! На что ты вообще все это время смотрел, а?! Отвечай!

Гото, чьи эмоции вскипели, ударил Якумо по левой щеке.

Он вел себя по-детски с сопляком. Он знал это.

Но он просто не мог его простить.

Якумо мог видеть призраков. Его мать едва не убила его. Другие люди смотрели на него с неприязнью. Он прожил так всю жизнь. Он лучше всех знал, насколько важна жизнь. Так считал Гото.

И все же…

Вскоре пламя гнева внутри Гото обернулось разочарованием.

«…Возможно, я переоценил Якумо».

- Что… – Якумо шевелил губами, опустив взгляд.

- Если есть что сказать, говори внятно! – завопил Гото, наклонившись к лицу Якумо.

Якумо медленно поднял голову.

Он был без контактных линз.

Якумо смотрел на Гото своим темно-красным левым глазом…

- Да что Вы знаете? – произнес Якумо, словно выдавливая слова.

- Ха?

- Если думаете, будто все в этом мире хотят жить, Вы совершенно не правы. Есть те, кто хочет умереть и освободиться.

«…Те, кто хочет умереть».

Он словно говорил о себе.

Но Гото не принимал такой образ мыслей.

- Меня не касается, хотят ли они умирать! Если жизнь угрожает угаснуть у меня на глазах, я спасу ее! Всякая логика здесь не при чем! Так уж я живу!

- Ведете себя так высокомерно... вы же не смогли спасти сенсея, верно?! – крик Якумо был близок к воплю.

Его красный глаз мерцал, словно пламя.

Так оно и было. Гото не смог спасти Акеми.

«Мне оставалось лишь смотреть, как она умирает, теряя кровь…»

Если бы он раньше заметил Симомура с ножом, Акеми могла бы сейчас улыбаться вместе с Якумо.

Когда Гото думал об этом, его охватывало бесконечное сожаление. Но поэтому…

- Замолкни! На этот раз я спасу человека! – закричал Гото.

«…Я отказываюсь снова позволить кому-либо умереть передо мной».

Гото дал клятву после того дела. Он больше не даст никому умереть у него на глазах.

- Даже если на этот раз Вы спасете преступника, он убийца. Он намеренно убил двух человек – ему не избежать смертной казни.

- И что?

- Так что если Вы спасете его сейчас, он все равно просто умрет в итоге. Это бессмысленно.

«…Нет смысла, потому что результат одинаковый?»

Гото не мог разделить эту точку зрения.

- Как будто меня это заботит! Каким бы ни был результат судебных разбирательств, я просто продолжу идти своим путем! – взволнованно выкрикнул Гото, хотя и чувствовал, что его слова – простой эгоизм.

Как и сказал Якумо, возможно, люди, желавшие умереть, были бы счастливее, сумей они это сделать. Но он просто не мог этого допустить.

Гото крепко сжал кулаки.

- Вы - идиот? – сказал Якумо, глядя на Гото как на какую-то гадость.

- Что если и идиот?! Это лучше, чем быть ублюдком, который что-то знает, но игнорирует это знание!

Дальнейший спор был пустой тратой времени.

В любом случае, если настоящий преступник собирался покончить с собой, Гото должен был остановить его…

- Вылезай, – приказал Гото Якумо.

- Что Вы будете делать после моего ухода?

- Очевидно же, нет? Искать преступника.

Якумо улыбнулся.

- Где?

- Если бы я знал! Я просто буду делать, что могу! Вот и все!

Якумо глубоко вздохнул и посмотрел прямо на Гото, словно приняв решение.

Недавняя холодность исчезла.

Глаза были яркими, словно он что-то отбросил.

- Труп нашли в парке. Там и преступник, – сказал Якумо.

Слова Якумо, противоположность его недавним заявлениям, шокировали Гото. Он уставился на лицо мальчика.

- Сейчас не время отлынивать, верно? – Якумо посмотрел в окно, словно смутившись, и откинулся на спинку сидения, скрестив руки.

Похоже, выходить из машины он не собирался.

«…Теперь немного лучше выглядишь, да?»

Мысленно пробормотав это, Гото завел машину.

«…Сенсей. Похоже, Вы не ошиблись в своих надеждах».

15.

- Почему преступник пытается покончить с собой? – спросил Гото у Якумо, сидя за рулем.

Гото принял недавние слова Якумо из-за их силы, но теперь задумался – Якумо просто не мог так глубоко постигнуть личность преступника, чтобы предугадать его самоубийство.

Также оставались не проясненными основные вопросы вроде личности и мотивов преступника.

- Это дело было актом мести, – сказал Якумо, вздернув левую бровь.

- Актом мести… за кого?

- Очевидно, за покончившую с собой шесть лет назад девочку.

- Эту девочку и правда убили… Ты это хочешь сказать?

Когда Гото озвучил посетившую его мысль, Якумо картинно вздохнул, словно не знал, как быть со следователем.

- Вы спешите с выводами. Вы всегда витаете в облаках?

Внутри Гото вскипел гнев.

«…Этот парень вечно говорит лишнего».

- Ты же сам сейчас сказал, так? Что это была месть за убитую шесть лет назад девочку.

- Да, но я не говорил, что ее убили. Она явно покончила с собой.

- Чем ты это докажешь?

- Так написано в ее дневнике. Она страдала от издевательств. Она даже записала имена своих мучителей, и что они с ней делали. Поэтому… – Якумо замолк.

Похоже, он сомневался, стоит ли продолжать.

- Поэтому что?

Когда Гото поторопил Якумо, тот смиренно покачал головой и продолжил говорить.

- Поэтому преступник писал слова на спине одной жертвы ножом и зашивал губы другой.

Этих слов Гото хватило, чтобы содрогнуться.

В глубине его мыслей всплыли ужасные раны жертв. Спина, изрезанная ножом, из-за чего вздулась кожа. Губы, сшитые вместе…

И что все это было сделано при их жизни.

- Так это была месть…

Якумо кивнул.

- Ее мучители приклеили ей на спину бумажку «УМРИ, УРОДИНА» и заклеили рот скотчем – вот как над ней издевались.

Это была шутка? Слишком суровая месть.

Подумав об этом, Гото почувствовал отвращение.

- И еще кое-что. Она оставила предсмертную записку.

- Секунду. На месте смерти записки не было.

Того, о чем сейчас говорил Якумо, определенно не было в следственных документах.

Во время расследования записку не нашли.

- Записка была. На последней странице дневника, – говоря, Якумо взял с приборной панели дневник, открыл его на последней странице и показал Гото.

Там было только одно короткое предложение.

«Похоже, как человек, я лишена всякой значимости».

Пусть и в абстрактной формулировке, но это звучало как предсмертная записка.

- Почему копы проглядели этот дневник?

- Вы тоже коп, нет? Как-то неправильно задавать такой вопрос ученику средней школы.

Якумо был прав, но Гото не знал того, чего не знал.

- Если знаешь, рассказывай!

- Простая история. Ее отец спрятал дневник.

Под отцом Якумо имел в виду пострадавшего недавно Казунори.

- Зачем?

- Это доказывает, что Вы невнимательно читали дело. Ради страховки.

- Страховки…

- Ага. За год до смерти эту девочку застраховали. В случае самоубийства в течение двух лет после заключения договора… – начал фразу Якумо, но Гото понял, даже не дослушав.

- В случае несчастного случая или убийства выплачивалась страховка. Поэтому он спрятал предсмертную записку? – произнеся эти слова, Гото содрогнулся.

Хотя его собственная дочь покончила с собой, Казунори это не печалило – он затеял получить страховку.

Гото вспомнилось тогдашнее лицо Казунори, смех и слезы.

«…Похоже, как человек, я лишена всякой значимости».

В сердце Гото прозвенел крик девочки.

- Да за что вообще все кругом держат человеческую жизнь?!

Не в силах излить свой гнев, Гото со всей силы надавил на клаксон.

16.

- За мной, – сказал Якумо, шагая вперед, когда Гото остановил машину у входа в парк.

- Так и не скажешь, кто из нас следователь. – Гото выдавил сухой смешок и двинулся следом.

Они миновали здание администрации и прошли к противоположному от входа берегу, когда Якумо остановился.

Гото отдышался, осматриваясь.

Здесь были найдены оба трупа.

Старое вишневое дерево свесило свои ветви к пруду.

- Я знаю, что Вы здесь. Почему бы Вам не выйти? – позвал Якумо в сторону дерева.

Повисло молчание, после чего из тени вишни появился человек.

В свете луны было ясно видно лицо.

Гото уже видел эту женщину.

- Вы…

Это была уборщица, Фумико.

Держа в правой руке тесак, она смотрела на них озверевшим взглядом. Казалось, женщина бросится прямо на них, стоило им отвернуться.

Она выглядела совершенно другим человеком по сравнению с тем, какой он видел ее в офисе.

- Ты же не хочешь сказать, что она и есть преступник? – сказал Гото, не успев подумать.

- Так оно и есть, – ответил, прищурившись, Якумо.

Это было не импульсивное убийство. Оно было до ужаса продумано. Женщина средних лет просто не могла совершить подобное.

- Я не понимаю. Какого черта происходит?

- Здесь нечего понимать. Раз преступник мог ходить по парку, не вызывая подозрений, значит, он мог быть либо полицейским, либо работником парка. Она принесла в парк второе тело, не вызвав подозрений.

- Принесла, говоришь, но как? На входе стояли два офицера.

- Они ведь не проверяли ее вещи. Она могла просто положить труп в какую-нибудь потертую сумку и провести его на тачке.

Гото вспомнил, как Фумико везла тачку в прошлый раз. Он даже слышал, как она говорила, что ухаживает за растениями, что-то в этом роде. Поэтому никто и не заподозрил ее.

Вполне логично. Но…

- Ты говорил, это дело было местью за девочку, покончившую с собой шесть лет назад, верно?

- Да, говорил, – как ни в чем не бывало сказал Якумо.

- Тогда разве не странно? У Фумико нет причин для мести.

- Из-за того, что принимаете все близко к сердцу, Вы упускаете истину, – заявил Якумо, вздернув левую бровь, и медленно поднял руку, чтобы указать на Фумико.

Лицо Фумико скривилось от ненависти.

- Она – мать покончившей с собой девочки.

- Ч-ч-ч-что?!

Гото казалось, что от шока у него отвалится челюсть.

«…Фумико – это мать Кимие?»

Она жила только с отцом – нет, не так.

У нее была мать. Ее родители развелись, и она осталась с отцом.

Но…

- Якумо! Не болтай просто так! Доказательств у тебя нет, верно? Доказательства!

- У меня есть доказательства. Когда мы пришли к этому пруду днем, мы встретили ее, верно? Тогда мой глаз увидел покончившую с собой девочку, и она это сказала. – Якумо замолк и с вызовом посмотрел на Фумико.

Молчание было таким тяжелым, что Гото казалось, будто он сейчас перестанет дышать.

- «Мама»…

Хотя Якумо говорил негромко, это слово эхом отозвалось в сердце Гото.

Дерево зашелестело.

- Э-э-это правда? – у Гото пересохло во рту, язык не слушался его.

- Они довели мою дочь до смерти. Это все равно, что убийство. Их смерть вполне оправдана, – тихо простонала Фумико.

Прозвучало это болезненным плачем.

В качестве мести за покончившую с собой дочку, она убила двоих людей, изводивших ее.

Затем она попыталась убить Казунори, который не только ничего не сделал, хотя над его дочкой издевались, но даже задумал получить страховку.

«Так вот оно что…»

Вот чем все закончилось.

Гото не мог позволить этому продолжаться.

- Признайтесь, как взрослый человек. Ответьте за свои преступления.

Фумико закрыла глаза и засмеялась, услышав слова Гото.

Этот холодный смех потряс его до глубины души.

- Мне не нужно отвечать за мое преступление перед полицией или судом, – с этими словами Фумико подняла правую руку, в которой держала тесак.

- Эй! Прекратите! Не размахивайте этой штукой! – Гото попробовал подойти и успокоить ее, но Фумико лишь сильнее разволновалась, размахивая тесаком по сторонам.

«…Так мне к ней не подобраться».

Однако, Якумо посчитал иначе.

Он со спокойным видом медленно двинулся к Фумико, размахивавшей ножом.

- Якумо! Стой! Это опасно!

Но Якумо не слушал. Шаг за шагом, он приближался к Фумико.

«…Проклятье. Этот парень – сплошное наказание».

- А-а-а-а-а-а! – крича, Гото решительно подбежал к Якумо, бросившись на махавшую тесаком Фумико.

Лезвие тесака попало по его правой руке, разрезав кожу и врезавшись в кость.

Его накрыло волной боли, но Гото не остановился.

Его тело врезалось в Фумико.

Тесак упал на траву, а Фумико опрокинулась на спину.

Из его раны текло поразительно много крови. Гото торопливо пережал её.

- Вы и правда идиот. Она не собиралась на нас нападать. Это было просто запугивание… – раздраженно произнес Якумо, пробежавшись рукой по волосам.

- Что ты сейчас сказал?

- Я с самого начала об этом говорил, так? Преступник собирался совершить самоубийство. И недавнее – «Мне не нужно отвечать за мое преступление перед полицией или судом». Она сама так сказала…

- Что это значит?

Прежде чем продолжить, Якумо заявил: «Вам и правда не свойственна понятливость».

- У этого происшествия было две цели – отомстить за дочь и попросить прощения.

- Попросить прощения? Ее дочь покончила с собой из-за издевательств, верно? – произнес Гото, смирившийся с болью в руке.

- Издевательства стали основной причиной самоубийства, но не все жертвы издевательств совершают суицид. В итоге, она решила покончить с собой из-за ее отношения, – с этими словами Якумо опустил взгляд своего красного левого глаза на Фумико.

Фумико отвернулась, словно избегая этого взгляда.

- Что это значит?

- Вы развелись, потому что у Вас был любовник. Право опеки досталось отцу, Казунори. Звучит не очень, но Вы бросили свою дочь.

Фуми встала, ничего не говоря.

- Согласно дневнику, перед самоубийством она позвонила матери – Вам – посоветоваться. Тогда Вы даже не попытались выслушать тревоги дочери. Тогда вот что Вы сказали: «Я занята, поговорим позже». Верно?

Она не только бросила ребенка и сбежала с любовником, она даже оттолкнула свою дочку, когда та страдала?

Но Фумико, вероятно, и подумать не могла, что это доведет ее дочь до самоубийства.

«Мне хочется в это верить…»

Фумико закрыла уши ладонями, словно не желая это слушать.

Но Якумо все равно продолжил.

- На следующий день она покончила с собой. Ни отец, ни мать не спасли ее. Она никому не была нужна. Так она считала, и потому повесилась на пруду. В качестве последней части своей мести, Вы хотели лишить себя жизни. Верно?

Фумико все качала головой, опустив взгляд.

Теперь Гото понял. Месть Фумико была направлена не только против издевавшихся над ее дочерью одноклассниц и отца, ухитрившегося получить страховку после смерти дочки, но и против себя самой, не выслушавшей просьбу своего ребенка.

«Проклятье. Какими же глупыми бывают люди…»

- Вы ведь не знаете, почему Ваша дочь решила покончить с собой именно здесь?

В ответ на тихие слова Якумо Фумико подняла взгляд.

- Раньше вы всей семьей приходили сюда любоваться цветущей вишней. Это был последний раз, когда вы ходили куда-то втроем…

Старая вишня, чьи ветки свисали над водой.

Фумико обняла свои плечи, дрожа всем телом.

Дышала она отрывисто, словно хватая ртом воздух.

- Даже когда Вы ушли из дома, Ваша дочь всегда хранила это воспоминание. Не только в день своей смерти – она приходила сюда множество раз.

Якумо достал из кармана дневник, перелистнул его на первую страницу и показал ее Фумико.

Фумико дрожащими руками взяла дневник.

Внутри лежала фотография.

Солнечный весенний день. Под цветущей вишней на покрывале для пикника сидела семья из трех человек, евшая принесенный с собой обед.

Семья казалась душевной и счастливой.

Когда же они свернули не туда…

- Это послание от Вашей дочери. Она говорит, что не хочет Вашей смерти.

Услышав это, Фумико расплакалась.

Ее тело словно усохло перед ними.

- А-а-а-а-а! – по-звериному взвыла Фумико, вцепившись в ствол дерева.

Всего на миг Гото показалось, словно он увидел порхавшие в воздухе лепестки вишни.

17.

Врач скорой обработал руку Гото.

Хотя кровь остановилась, болело все равно безумно.

На три дня пруд окружили полицейские.

Дело выдалось действительно неприятным. Фумико, которую увезла полиция, напоминала пустую оболочку.

- Эй, Гото, – к нему с широкой улыбкой подошел Мацумура.

- Раздражающий парень объявился, – пробурчал Гото, закуривая.

- У тебя и правда есть духовные силы. Ты раскрыл дело с помощью снимка с призраком – поразительно. – Мацумура был так взволнован, что, казалось, в любой миг запрыгает.

«…Этот парень сильно заблуждается».

Гото подумал, что должен объясниться нормально, но ему не хотелось.

- Это не так, – небрежно отмахнулся он и отправился к плавучему пирсу, где был Якумо.

Якумо печально смотрел на пруд. Он совершенно не походил на ученика средней школы.

- Прости за это дело, – произнес так весело, как только мог, Гото.

Якумо продолжал смотреть на пруд, словно совершенно его не заметил.

«…Расследование закончено, так о чем же думает этот парень?»

- Стоило ли мне это делать? – произнес Якумо голосом, который, казалось, может стихнуть в любой миг.

Действительно ли ему стоило вмешиваться в это дело – вероятно, вот что тревожило Якумо.

- Все хорошо, верно? Дело раскрыто. – Гото не пытался утешить Якумо – он и правда так считал.

- Полиция бы и без меня в итоге раскрыла дело.

Зачем он так прибеднялся?

- Дело было раскрыто намного быстрее, чем это сделала бы полиция.

- Это не проблема.

- Нет, проблема. Благодаря тебе не умер Хара Казунори. Если бы не ты, его бы точно убили, верно? И Фумико тоже не покончила с собой.

Якумо спас жизни двух человек.

Этого было достаточно.

- Но она хотела умереть. Жизнь лишь принесет ей новые страдания. Ей было бы проще умереть…

Никто не мог решать, счастливее ли сделает человека жизнь или смерть.

Но лучше так, чем потом сожалеть.

Даже если это был простой эгоизм. И…

- Дочь не хотела, чтобы ее мать умирала, верно? Ты выполнил ее желание, так что все хорошо. – Гото похлопал Якумо по плечу.

- Вы такой простой.

Когда Якумо обернулся, казалось, словно он улыбается, самую малость.

Хотя, возможно, Гото просто показалось…

- Не люблю сложные вещи.

- В следующий раз думайте своей головой. Я помогаю Вам в последний раз, – сказал Якумо, прищурившись.

«…Боже, вечно он что-то лишнее говорит».

- Понял. Это в последний раз. Давай как-нибудь поболтаем как следует, когда не будет расследований.

- Отказываюсь! – с этими словами Якумо отвернулся и медленно пошел прочь.

Тогда Гото не думал, что нарушит данное Якумо обещание…