Простуда — знакомая болезнь.

Лихорадка, от которой страдаешь хотя бы раз в жизни.

Когда подхватываешь простуду, нет ничего лучше, чем хорошо поесть и вдоволь поспать в теплом месте.

Параной боролась с демоном сна, широко вылупив глаза, будто насильно сопротивляясь накатывающей дремоте.

Параной заговорила о причине.

— Я, Параной, заболеваю такой сильной простудой далеко не в первый раз... Тогда я попыталась вот так сладко поспать, и в итоге осталась совсем одна...

— Вот как?

— Именно... Эта кипящая лихорадка... Ледяной холод, касающийся моего лба... Всё точно так же, как и тогда...

— Тогда?

— Если я, Параной, закрою глаза и усну вот так, Хассан-ним, Луна-ним и Ипполита — все они бросят меня...

— Я же говорил, этого не случится.

— Я, Параной, знаю это...! Ты непременно бросишь меня, потому что подумаешь, будто больная Параной бесполезна и лишь в тягость...!

— Хм...

Пришлось признать, что Параной была не в себе из-за жара.

Можно даже сказать, что её охватили параноидальные симптомы — совсем как тогда, когда она еще до конца не избавилась от влияния Культа.

Видя, как она ни на секунду не сомневается, что все бросят её, стоить ей только вот так заснуть, я почувствовал к ней некоторую жалость и сострадание.

Неужели она действительно считает себя бесполезной и обузой?

Возможно, её комплекс неполноценности так велик из-за того, что она — единственная нимфа сточной канавы, которой не удалось эволюционировать.

Может, в самом начале всё было иначе, но теперь для нас Параной стала товарищем и семьей.

Однако у меня не было особого способа успокоить Параной, так что я мог лишь продолжать уверять её, что мы не оставим её позади.

— Можешь спать. Клянусь рекой Стикс, я не брошу тебя. И, если подумать, вообще-то это ты в прошлый раз бросила меня.

— Что ты имеешь в виду...?!

— Когда Ад рушился. Я не забыл, что ты оставила меня позади.

При моих словах Параной задрожала, словно сильно растерявшись.

— Эт... это не было побегом...! У меня просто не было выбора, кроме как отправиться на поверхность, чтобы найти способ воскресить Хассана-нима...! Это правда...!

— Вот как.

В ответ на слова Параной я вспомнил историю, которую слышал раньше.

В те времена, когда я остался один с Луной в землях Сансары и Хаоса. Говорили, что Параной, поднявшаяся на поверхность, каждый день околачивалась перед моей временной могилой.

Она не смеялась и не болтала без умолку, как обычно.

Казалось, она могла часами лежать ничком перед этим надгробием без еды или всматриваться в лица проходивших мимо самаритян.

В отличие от других нимф, Параной вечно препирается со мной или Луной, но по-своему она, должно быть, тосковала по нам.

Даже если сейчас она предана мне, ей не стать эрцгерцогиней Ада.

Какова же причина, по которой эта девчонка вот так следует за мной?

Потому что она может получать жалованье, которое способна транжирить?

Просто потому, что я бог, а она — моя соратница-нимфа, вроде начальника штаба?

Нет.

Вряд ли дело только в этом.

У неё есть привычка хитро скрывать свои истинные мысли, так что наверняка я не знал.

Но мне казалось, я смутно понимал, что богатство и слава — вовсе не конечная цель Параной.

Тогда Параной заговорила.

— ...Хассан-ним, Хассан-ним, есть ли кто-то, кого ты хочешь увидеть...?

— С чего вдруг? Ну. Сейчас, пожалуй, это Эльфрида.

— Я, Параной, страстно желаю кое с кем встретиться... Если я стану известна на весь белый свет, этот человек тоже услышит моё имя и...

Среуреу-.

Параной заснула, не успев закончить фразу.

Сопротивляться дремоте было уже выше её сил.

Я решил не спать всю ночь рядом с Параной, пока она снова не проснется.

— Кто-то, с кем она хочет встретиться...

Если подумать, пророчество, которое Параной услышала в Дельфах, гласило, что однажды она воссоединится с тем человеком, которого желает увидеть, пока находится со мной.

Я знал, что этим человеком была мать Параной.

Выходит, причина, по которой Параной так одержимо пыталась прославиться и возвысить своё имя, заключалась в надежде, что оно долетит до ушей её матери, находившейся где-то в этом мире.

Если она станет знаменитой и великой.

Она, должно быть, думала, что её мать, которая, как она верила, бросила её из-за болезни и бесполезности, услышит эти новости и вернется.

Конечно, она не признавалась мне в этих тайных мыслях собственными устами.

Но, пожалуй, благодаря долгому времени и беседам, что мы разделяли, мне казалось, я примерно понимал, что творится в голове у Параной.

Сеуек-.

Я положил ледяное перо штормовой птицы на голову Параной. После этого её лицо, выглядевшее до того мученическим, немного расслабилось.

— Я сделаю тебя самой знаменитой нимфой в мире. Только поправляйся скорее. Мы не можем застревать в этом городе надолго.

— Драконьи сопли... Хе-хе... Цифровой мир нимф... Наши Четверо Небесных Владык захватят власть...

— Что вообще за сон тебе снится?

Время шло, и наступило утро.

— Мое состояние значительно улучшилось...! Как и ожидалось, какая-то простуда не способна остановить мой путь к верховной власти...!

Параной, которая недавно лежала в постели с сильнейшим жаром, заметно поправилась. Её температура пришла в норму, и никаких иных побочных эффектов не наблюдалось.

— Я, Параной, покорительница простуд, превосходящая Короной, нимфу болезней и медицины...

— Верно, это облегчение.

Скорее, она носилась туда-сюда, словно желая продемонстрировать свою пиковую физическую форму, отчего это немного отвлекало.

— Параной! Посиди смирно хоть немного, пока твоя простуда не вернулась!

Когда Луна сжала кулак, Параной тут же захлопнула рот.

Благодаря этому мы смогли благополучно миновать базовый город Винтерсварм и сесть в карету, направляющуюся в владения Борзак.

.

— Мы прибудем в замок Борзак еще через день-!

Я очнулся от жизнерадостного голоса Луны.

Оглядевшись, я увидел перед собой пейзаж незнакомого заснеженного поля. Глория и Ипполита спали со скрещенными руками.

Только Луна и Параной играли внутри кареты в веревочку паутиной, которую выплюнул Конг-Конг-.

— Аат-! Я, Параной, снова проиграла...! Луна-ним, как ты умудряешься так искусно играть в веревочку...?

— Я играю в веревочку каждый день с восьминогим Конг-Конгом. Конг-Конг, между прочим, чемпион Содоморы по этой игре.

━Конг-Конг.

— Вот оно что...!

Женщины, лениво погруженные в сон. Нимфа и юная богиня Луна, беззаботно проводящие время вместе. И даже маленький питомец Конг-Конг.

Это можно было бы назвать привычной картиной, но я почувствовал некую странность.

— Параной, какой сейчас день и который час?

— Сейчас 14 января, 3 часа дня...!

Время снова пропустилось.

Можно сказать, что примерно два-три дня испарились без следа с того момента, как мы запаслись припасами в городе Винтерсварм и выехали на карете за городские стены.

— Почему, Хассан... Что-то снова не так?

— Нет-.

Ответив расплывчато, чтобы успокоить встревоженную Луну.

Я задумался об исчезновении промежуточных отрезков времени, которое в последнее время происходило постоянно.

Судя по словам Луны, власть над временем, скорее всего, является божественной сферой Сатурна, которого называли Титаном и Царем Мира еще до Юпитера.

Иными словами, старый царь Сатурн приходился мне дедом.

Почему же его сила, с которой я даже не сталкивался и которая уже угасла, влияет на меня?

Неужели во мне пробудилась какая-то атавистическая способность пропускать время?

Бред какой-то.

Я полушутя-полусерьезно усмехнулся и мягко закрыл глаза.

С этой секунды я совершу скачок во времени.

Когда я снова приду в себя, наступит 16-е число, запланированный день прибытия в владения Борзак...

Я попытался внушить это самому себе.

— Как тебе это, восьмистороннее плетение в форме паутины? Потрясающе —

— Аат-! Это поистине потрясающая техника —

Голоса болтавших за игрой в веревочку Луны и Параной постепенно затихли, по мере того как я сосредоточился, словно погружаясь в собственное «я».

В конце концов стихли даже те звуки, что доходили до моего медитирующего сознания.

Уже получилось?

И вот, когда я украдкой приоткрыл глаза...

— А это веревочка в форме пингвина-!

— Это поистине потрясающе...! Она и впрямь похожа на пингвина...!

━Хиоонг-.

Я видел лишь Луну, Параной и Конг-Конга, которые, как и прежде, мирно играли в веревочку.

Чего...

Неужели это всё-таки было лишь моим собственным перевозбуждением?

Я с чувством «так я и знал» откинулся спиной на спинку сиденья и лениво перевел взгляд в окно.

Тогда перед моими глазами предстало белое снежное поле, над которым клубился довольно голубоватый свет. Если быть точным, это было больше похоже на замерзший водный путь, чем на равнину.

Вероятно, это...

— Это море.

Прямо перед моими глазами раскинулось море с дрейфующими льдинами.

Замерзшее море.

Разве мы не неслись по снежному полю всего мгновение назад?

Слегка встревоженным сердцем я спросил Параной:

— Параной, какой сейчас день и который час?

— Сейчас 16-е число, 2 часа дня...!

— ...

Время.

Оно действительно пролетело.

С 3 часов дня 14-го числа до 2 часов дня 16-го.

Несколько дней пронеслись в одно мгновение.

Я растерялся лишь на миг из-за того, что Луна, Параной и Конг-Конг беззаботно играли в веревочку, а Ипполита и Глория спали.

Я пропустил время до такой степени, что это можно было назвать полным вырезанием самого процесса.

Я был настолько поражен этой невероятной силой, что лишился дар речи.

Сам сделал, но до чего же изумительно.

И как только мне это удалось?

Поскольку циферблат часов круглый, неужели я, бывший богом кругов, обрел способность управлять даже временем?

Если это действительно так, то происходящее — абсолютная, непостижимая фантастика.

Тут же Параной завопила:

— Аат-! Смотрите, за окном начал виднеться порт...! Наконец-то мы прибыли в незамерзающую гавань, во владения семьи Борзак...!

Как и говорила Параной, за окном показалось нечто вроде порта, где было пришвартовано бесчисленное множество кораблей. Большой город, где ощущалась суета высотных зданий и людское присутствие.

Город Борзак, насчитывающий около ста тысяч жителей — прямо как Содомора или королевская столица Зеруит, — предстал перед нашими глазами.

На шум Параной Ипполита, спавшая со скрещенными руками, слегка приоткрыла глаза.

— Мы наконец прибыли. В Борзак — город, где, как говорят, живет дракон.

Когда карета прошла досмотр в портовом городе.

— До меня дошли новости, что вы направлетесь в этот город, поэтому я лично вышла и ждала вас.

Вопреки нашим мыслям о том, что путешествие будет тихим, мы увидели собравшуюся целую толпу, приветствующую нас.

Принцесса Нике Борзак, правившая освободительной армией, вышла встретить нас, вероятно, услышав слухи о том, что мы тем временем прибыли на север.

Благодаря этому нам удалось снять лучшую комнату в гостиной особняка семьи Борзак, расположенного на высоком холме, и распаковать вещи при помощи более чем десятка слуг-эльфов.

Закончив с распаковкой и выйдя в вестибюль, принцесса Нике в черном платье под люстрой обратилась ко мне:

— Это впервые со времен свадьбы. Прошло уже пятнадцать дней или целый месяц?

Месяц. Время уже успело так пролететь?

Поскольку я перемещался, пропуская время, мне казалось, что прошла от силы неделя. Однако я подумал, что меня сочтут странным человеком, если я ляпну такое, поэтому решил отделаться туманным ответом.

— Кажется, вы преуспевали. Я знал, что вы пришли на свадьбу, но там было столько народу, что я не смог нормально вас поприветствовать. Пусть и с опозданием, но примите мою искреннюю благодарность.

В ответ на мою благодарность принцесса Нике махнула рукой.

— Я отлично понимаю, насколько хлопотна и суетлива свадьба знаменитости. В любом случае, добро пожаловать во владения Борзак.

Среуреу-.

Затем Нике Борзак ласково погладила свой живот.

— Кажется, мой ребёнок тоже приветствует своего отца...

Ребёнок. Отец.

От этих двух слов в моей голове на мгновение раздался треск, словно по весеннему льду реки: «джжунг-джжунг».

Гадая, что это значит, я в конце концов вспомнил, что выкинул ужасную шутку с принцессой Нике в тот момент, когда мое половое влечение зашкаливало.

Эта женщина ни на секунду не сомневалась, что от поцелуев беременеют. А я тогда лапал её за грудь под предлогом проверки на беременность.

В тот самый миг, когда мое сердце готово было рухнуть в пятки от осознания того, что я натворил, Нике тихо произнесла:

— Я хреню клятву по реке Стикс никому ничего не рассказывать, так что можешь не переживать.

— Э-э... это самое... Понимаю.

— Твоим жёнам было бы неприятно узнать, что ты обрюхатил другую женщину. Да и мне, не имеющей намерений выходить замуж, это доставило бы хлопоты. Ведь мне нужно лишь превосходное семя выдающегося мужчины...

— Хассан-! Ты быстро вышел-!

В этот самый момент издали появились Луна, Ипполита и Параной, переодевшиеся в удобную одежду, и принцесса Нике сменила тему.

— Гавань, пожалуй, оттает примерно через два дня. А до тех пор пусть каждый отдохнёт с комфортом во владениях Борзак... Ах да, кое-кто хочет с вами встретиться.

— Кое-кто хочет с нами встретиться?

— Да. Сэр Локхид, герой севера, ждёт вас на тренировочной площадке. Вы ведь уже встречались в Винтерсварме...

— О, Хассан-!

Принцесса Нике пыталась сказать что-то еще.

Но до моей головы долетели лишь слова о том, что седовласый мужчина ждет меня на тренировочной площадке. Я без колебаний зашагал вперед, направляясь к месту, называемому плацем.

На тренировочной площадке, занесенной белым снегом, посреди спарринг-арены я увидел стоявшего седого старика.

Его длинные волосы развевались на свистящем ветру.

Я встал напротив него.

— ...

— ...

Ни он, ни я не произнесли ни звука. Даже без слов мы инстинктивно почувствовали, что должны были встретиться именно так.

О чём мне спросить?

С чего начать.

Пока я размышлял об этом, не успел я оглянуться, как люди — включая Луну, Параной, Глорию и Ипполиту — сбежались к краю тренировочной площадки и окружили нас.

— Они что, будут драться?

Сзади посмел голос Луны, а на него тут же отозвалась Глория: «Похоже на то...»

Мы что, собираемся сражаться прямо сейчас?

Нет, я просто хочу спросить.

Кто ты такой.

Чего ты хочешь.

Словно читая мои мысли, старик разжал губы, скрытые бородой.

— У тебя, должно быть, накопилось много вопросов ко мне.

И с этими словами он с лязгом вытащил из ножен меч на поясе — «сереунг».

— За Дверью, за Дверью, которую охраняет твой отец. Всё, чего ты желал, находится там. Но сможешь ли ты действительно одолеть своего отца?

— ...Ты Странник?

— Да. Я путешествовал по многим мирам, много раз. Чтобы встретиться с тобой, способным пройти за Дверь. Долгие, долгие годы, которые ты даже не можешь вообразить...

Кваааан-.

В тот же миг от мужчины вырвалась мощная аура. Одновременно с этим снег, окружавший его, разлетелся во все стороны.

Время остановилось.

Буквально всё вокруг нас замерло. Если точнее, правильнее было бы сказать, что мы вошли в ускоренный мир — настолько быстрый, что все объекты казались медленно плывущими.

В этом заторможенном мире, прорваться в который можно лишь тогда, когда показатель Ловкости достигает 16, в сфере богов...

Старик произнес медленным, но отчетливым голосом:

— Поскольку я заблокировал слух посторонних наблюдателей. Скажу прямо. Хассан, в нынешнем своем состоянии ты не сможешь одолеть отца. Ты не спасешь ни Эльфриду. Ни Луну. Ни Ипполиту. Ни Параной. Кто-то обязательно умрёт.