'Это действительно госпожа Янг?'

Она была намного моложе, но выглядела как госпожа Янг. У Вон сложилось впечатление, что если уменьшить возраст госпожи Янг и вдохнуть в нее немного жизни, она стала бы похожа на женщину на фото.

'Мне нужно рассмотреть поближе, чтобы убедиться...'

Подсобное помещение было оборудовано системой видеонаблюдения. Она не хотела делать ничего, что могло бы вызвать подозрения.

Как она могла достичь своей цели, не показавшись подозрительной наблюдающему персоналу?

Она размышляла про себя, не обращая внимания на окружающее.

"Эй! Ты меня слушаешь?" - завопила сестра Чон.

'Ага'.

Ей не нужно было так сильно стараться.

Вон ухмыльнулась.

"Нет, это не так. Я не слушала".

"Что?"

"Сестра, вы говорите какие-то нелепые вещи. В этом отделении нет ни одной палаты, где бы не было видеонаблюдения, так как же вы могли заниматься сексом с Роком... и транслировать это своим коллегам в режиме реального времени?"

"Ну, есть способ сделать это, просто ты о нем не знаешь!"

"Какой-то метод? Что это значит? Разве это не просто ваши иллюзии? Рок, кажется, не особенно интересуется вами..."

Вон оглядела медсестру Чон с ног до головы.

Агенты такде проходили актерскую подготовку. Вон не была лучшей ученицей, но основы она знала.

Она одарила сестру Чон взглядом, которому ее специально научил учитель актерского мастерства, вплоть до изгиба бровей. Это был взгляд, от которого у собеседника внутри все переворачивалось так сильно, что невольно хотелось подраться с человеком, который так смотрит.

Медсестра Чон подняла руку и ударила ее по щеке. Медсестра была недовольна направлением разговора, но Вон была рада получить удар.

'Я контролирую результат. Вы просто являетесь движущей силой'.

Вон встряхнулась, сделала пару шагов и упала в нужном направлении. Возможно, она не была хороша в эмоциональной игре, но и в физической была успешна. Она была уверена в своей способности преуспеть в голливудских боевиках.

Врезавшись в полку, она изо всех сил пыталась восстановить равновесие и случайно задела рамку для фото, сбив ее на пол, а затем упала на нее сверху. Раздался громкий треск, и медсестра Чон застыла в замешательстве.

"Угх".

Застонав, Вон сделала вид, что с трудом поднимается на ноги, и уставилась на фотографию под собой. Когда ее взгляд упал на изображение, она оказалась права. Это была госпожа Янг.

Госпожа Янг когда-то работала медсестрой в этой психиатрической больнице.

'Тогда как же она стала пациенткой и оказалась запертой в отделении?'

Вон задавалась вопросом, не работала ли она сначала в больнице, но после скандала ее выгнали. Она хотела раскрыть сущность больницу внешнему миру? Ее мотивом для разоблачения могла была месть.

'Возможно, у нее развилась болезнь Альцгеймера, когда в больнице ее накачали наркотиками, чтобы она молчала...'

"Ты! Ты специально устраиваешь шоу. Я даже не сильно тебя ударила, и ты улетела сама! Ты мошенница, не так ли?" - спросила медсестра Чон обвиняющим, но нервным тоном.

'В точку'.

Мысленно соглашаясь, Вон продолжала стонать, притворяясь, что ей больно.

"Хватит прикидываться".

Как раз в тот момент, когда медсестра Чон собиралась взорваться от гнева, дверь в подсобное помещение открылась. При виде третьей стороны лицо сестры Чон побледнело, как будто она увидела смерть с косой.

"О, сестра Пак".

"Я, кажется, говорила вам, что нужно соблюдать меру, сестра Чон".

'Как и ожидалось, они следили по камерам'.

Вон проделала хорошую работу, воздержавшись от чего-либо подозрительного.

Вон поздравляла себя, в то время как медсестра Пак отчитывала свою коллегу.

"Похоже, вы не в состоянии держать рот на замке в присутствии пациента, и вы не можете держатт свои руки при себе. Я не уверена, что вы подходите для работы медсестрой в этой больнице".

"Госпожа, извините. Это сорвалось с языка. Должно быть, из-за лекарства я солгала пациенту. Пожалуйста, простите меня, хотя бы в этот раз".

"Вам не нужно просить прощения у меня, вам нужно попросить прощения у пациента".

Несмотря на то, что они обе были медсестрами, иерархия была предельно четкой. Медсестра Пак намного выше сестры Чон.

Расстроенная медсестра извинилась, понимая, что скорее умрет, чем сделает это, но у нее не было выбора.

"Я была неправа".

“Вы в порядке?” - мягко спросила сестра Пак.

Вон сильно ударилась при падении, но она умело избежала серьёзных травм, так что на самом деле ей не было больно.

"Мне больно, но я не думаю, что это что-то серьезное".

"На всякий случай, вы не возражаете, если я взгляну?"

Осмотрев тело Вон, медсестра Пак одарила ее канцелярской улыбкой.

"К счастью у вас нет кровотечения или чего-то такого, что выглядело бы плохо."

“Спасибо”.

"Я еще раз приношу извинения за допущенную ошибку как старшая медсестра. Я знаю, что прошу о многом, но если вы будете настолько великодушны, что простите меня на этот раз, я сделаю все возможное, чтобы этого больше не повторилось".

"Эм, хорошо, но эта медсестра, сестра Чон, сказала, что у нее были сексуальные отношения с пациентом мужского пола. Я бы хотела, чтобы вы подтвердили, правда ли это. Такие отношения врача и пациента противоречили бы профессиональной этике, поэтому, если это правда, не должна ли больница принять меры?"

"...Не волнуйтесь, я прослежу, чтобы у сестры Чон больше не было неуместных "заблуждений".

Сестра Пак пристально посмотрела на сестру Чон, подчеркнув слово "заблуждений". Сестра Чон вздрогнула, как мышь перед кошкой.

Ей придется поплатиться за свое поведение с Вожаком в те ночи, когда не работали камеры. Само по себе было плохо, что она вот так пряталась, но, поскольку она рассказала об этом пациенту, Вон была уверена, что медсестра Пак захочет ее убить.

'Ты больше не сможешь разговаривать с Вожаком'.

Вон начала собирать вещи, которые упали с полки, но сестра Парк остановила ее.

"Мы все уберем, так что оставьте. Следуйте за мной, и я отведу вас обратно".

Медсестра Пак отвела Вон к другим сотрудникам и вернулась в подсобное помещение.

Они схватили Вон и вывели с сестринского поста.

Взгляды пациентов в главном зале сразу же обратились к ней. Их глаза были полны любопытства, в чем же ее обвинили, что ее схватили и так быстро отпустили. Среди них был и Вожак.

Вожак, который сидел в своей фирменной позе на диване и болтал, внезапно замолчал.

Поднявшись с дивана, он подошел к Вон и коснулся ее щеки, спросив: "Кто?"

"Что?"

"Придурок, который дал тебе пощечину".

Вон была немного озадачена. Она не думала, что след все еще будет на месте, поскольку удар был не таким сильным.

Она слышала, как пациенты зашевелились. Она не хотела устраивать сцену, поэтому опровергла предположение Вожака.

"Кто дал мне пощечину? Я ударилась обо что-то, когда выходила, так что не преувеличивай".

"А почему тогда у тебя только левая щека такая, красотка? Как будто ты стояла лицом к лицу с кем-то и получила пощечину от правши?"

Вон взглядом дала ему понять, чтобы он остановился. Она намеренно спровоцировала медсестру ударить ее, поэтому получила то, на что рассчитывала. Не было смысла усугублять ситуацию и выставлять больницу в плохом свете.

"Нет, так что прекращай". - процедила Вон сквозь стиснутые зубы.

Вожак пожал плечами и вернулся на диван, на свое место. Он лег и начал разговаривать сам с собой, достаточно громко, чтобы Вон могла слышать.

"О, почему я чувствую такую слабость? Все мое тело какое-то вялое и липкое. Я умираю?"

Его голос был слишком громким для того, кто действительно был болен. Можно было почти видеть, как тон его голоса подпрыгивает.

"О, почему-я-чувствую-такую-слабость", и этого достаточно, чтобы любой, кто услышит это, понял, что это полное притворство.

Пока Вон стояла там, не в силах даже подумать о том, чтобы покинуть свое место, он продолжил свое персональное шоу без всякого стыда.

"У меня кружится голова, по телу пробегает дрожь, а спина вспотела. Что может быть не так? Я умираю? А что, если это у меня выпадут все волосы?"

Вожак внезапно указал пальцем на Вон, громко провозгласив.

"Я надеюсь, что, по крайней мере, моя милая девочка поправит последнюю прядь на лысой голове. Она такая колючая, но у нее достаточно доброе сердце, чтобы, по крайней мере, погладить меня по лысой голове, пока я сплю. Это похоже на тебя, красотка, не так ли?"

Схватившись за грудь, Вожак задумчиво кашлянул.

"Вот почему я в порядке. Даже если я болен, и ты не хочешь ухаживать за мной; даже если ты такая холодная и не заботишься обо мне, все в порядке, потому что, по крайней мере, моя милая девочка назовёт меня оппой..."

Было ясно, что он не успокоится, пока не добьется своего.

'Я проиграла'.

Она предпочла бы немного поухаживать за ним, чем слушать его бесконечное выступление.

Вон подняла обе руки в знак поражения и подошла к Вожаку.

"Что мне нужно сделать, чтобы ты перестал так себя вести?"

Его цель была достигнута, и он ухмыльнулся.

"Колени вместо подушки".

"Самодовольный засранец".

Вон прищелкнула языком и встала рядом с Вожаком.

"Подними голову".

Он послушно приподнял голову, освобождая ей место, чтобы она могла сесть. Она села на диван, согретым теплом его тела, и похлопала себя рукой по бедру.

"Опусти голову".

"Тебе обязательно так себя вести?"

"Если ты не хочешь этого делать, то и не делай".

Ни за что", - прямо сказал он, опуская голову.

Вон недоверчиво хмыкнула.