Глава 15

— Ваше высочество!

— Интересно, чем вы двое занимались, пока юный лорд бродил по залу один?

От дерзких слов Макса атмосфера стала ещё ледянее.

«Господи. Так он только сильнее раздразнит вдовствующую герцогиню».

Похоже, и вдовствующая герцогиня, и герцог Арман считали, что во всём виноват Макс. Нужно было это исправить.

— Вдовствующая герцогиня, милорд. Это я отвела юного лорда в сад. Мы гуляли и дошли до пруда…

Герцог, словно больше и слушать не желая, взвился:

— Кто позволил леди поручать Пьера? С какого права вы увели чужого драгоценного сына самовольно!

— Эдуар. Довольно.

— Леди Бриен, запомните. Если с нашим Пьером что-то случится, тогда!..

Хоп!

— Нет! Леди ни в чем не виновата!

Пьер, которого унесли на руках, вбежал обратно. Герцогиня, едва успевшая за ним, была так ошеломлена внезапной выходкой сына, что и не подумала его остановить.

— Пьер, взрослые разговаривают. Немедленно выйди.

Казалось, от сурового окрика герцога мальчик съёжился, но, тяжело дыша, он вцепился в подол вдовствующей герцогини.

— Бабушка, леди Бриен лишь играла со мной. Это леди хотела вернуться одна, а я упрямился.

— О, Пьер…

Сандрин ласково погладила его по спине, и Пьер понемногу всхлипнул.

— Мне было так интересно. Когда мы вернёмся в Арман, я не увижу ни красивого неба, ни душистого сада, ни жуков-оленей, ни жуков-носорогов… хнык. У пруда я увидел необычного жучка и… потянулся поймать, а потом поскользнулся… ик.

Лицо вдовствующей герцогини окаменело, но рука, что его успокаивала, оставалась по-прежнему нежной.

— А тот неуклюжий, поросёнок такой, сам всё тону-ул, всё тону-ул, а я так… вверх-вверх подталкива-ал… хнык.

Сандрин спокойно выслушала внука. Когда он умолк и немного успокоился, она тепло обняла его и успокоила.

— Спасибо, что рассказал, Пьер. А теперь выйдешь на минутку?

Вскоре юного лорда, державшегося за руку герцогини, вновь увели, и повисло тяжёлое молчание.

— Леди Бриен. Благодарю вас за Пьера.

— !..

— Пьер, верно, докучал вам. Вы могли и не обращать на него внимания, но вы приглядели за ним — и за это тоже спасибо.

— Матушка, да что вы говорите!..

— Герцог, в том, что мы недосмотрели за Пьером, наша вина. Мы оба знаем, какими непредсказуемыми бывают дети в его возрасте.

— Я требую ответа. Наш драгоценный Пьер едва не погиб!

— Потому ты и запираешь его и не выпускаешь? До того, что сад в этом скромном загородном доме кажется ему целым новым светом в сравнении с Арман?

— …

— Мне стыдно за тебя; этот разговор продолжим потом. Неоспоримый факт: леди Бриен и его высочество третий принц спасли Пьера. Больше ни единой бестактности — я этого не потерплю.

После этого острого, как нож, предупреждения герцог умолк.

— Вы, должно быть, перепугались. Я распоряжусь приготовить комнаты — как насчёт того, чтобы отдохнуть сегодня в нашем загородном доме?

Предложение Сандрин звучало сладко: с самого начала Анаис знобило, тело стало свинцовым.

В таком состоянии она и думать не могла о дороге домой. Хоть сядь в роскошную колесницу, присланную её величеством вдовствующей королевой, — всё равно будет казаться, что тебя трясёт по гравию.

«И всё же…»

Анаис бросила на Макса быстрый взгляд. Он-то при каждом удобном случае твердил о возвращении; перспектива провести ночь здесь, должно быть, приведёт его в ужас. И всё же оставаться одной после его отъезда ей совершенно не хотелось…

Она уже раскрыла рот, чтобы сдержанно отказаться от любезности, как…

— Так и поступим.

Макс неожиданно согласился. Казалось, он возненавидит это и тут же умчится прочь. Она удивлённо посмотрела на него, но на лице его не было ни тени неловкости.

Анаис невольно погладила полы накинутого им на её плечи сюртука.

* * *

Вдовствующая герцогиня и герцог вернулись в бальный зал заканчивать приём. Ожидая слугу, который проводит их в комнаты, Анаис украдкой посматривала на Макса.

— Принц, почему вы не уезжаете… Вы ведь пришли, чтобы меня проводить.

Макс, досадливо оттягивая липковатую рубашку, тяжело опустился на диван.

— Уехать вот так?

— ?..

— Сегодняшнее, несомненно, дойдёт до ушей бабушки. Не получу ли я нагоняй за то, что бросил свою помощницу? Да ты и сама, с таким огнём в теле, всё равно не доедешь.

— …

Анаис тихо приложила тыльную сторону ладони ко лбу. Он пылал жаром. Ах вот почему её знобило.

Незаметно для неё Макс, кажется, давно понял, что ей нехорошо. И хотя после перепалки с вдовствующей герцогиней за ужином ему должно быть неловко, он принял решение без колебаний — и предстал в новом свете.

Пусть он и устроил шум с какой-то ставкой и успел задеть Сандрин, но несомненно — сегодня принц добросовестно следовал плану Анаис. Этого уже было достаточно, чтобы быть ему благодарной, а ведь за один только день он помог ей дважды.

«Значит, это не просто моё воображение».

Возможно, принц Макс, вопреки слухам, на редкость деликатный человек…

— На случай, если ты вдруг не так поймёшь: мне лишь не хочется по пустякам раздражать её величество вдовствующую королеву. Не будь мы с тобой, как ты там говоришь, «в одной лодке», — мне было бы всё равно, стала ли ты с мальцом рыбьим кормом.

— …

Ага. Понятно.

Анаис натянула пустую улыбку с потухшим взглядом, и тут как раз подошёл слуга. Дошли до середины коридора на втором этаже и остановились рядом. Комната Макса оказалась недалеко от комнаты Анаис. То есть прямо по соседству.

Из всех комнат — соседняя. Не одна на двоих, конечно, но мысль о том, что всю ночь их будет разделять лишь одна стена, немного напрягала. Макс, впрочем, к таким вещам, кажется, был равнодушен. И, что характерно, как представитель королевского дома он нисколько не возмутился тем, что его разместили наравне с небогатой дворянкой.

Они уже входили в комнаты, как внизу зазвучали торопливые шаги на лестнице. Вскоре, тяжело дыша, мелкими шажками по коридору поспешил полуседой лекарь с залысинами.

— Смиренно приветствую его высочество третьего принца Барбье. Я — Бенджамин. Позвольте провести осмотр.

— Я обойдусь. Сначала — к ней.

Макс кивком указал на Анаис и бесцеремонно скрылся у себя.

Личный врач Сандрин, Бенджамин, оказался мастером своего дела. Он осмотрел Анаис, выписал несколько лекарств и подробно объяснил, как их принимать.

Анаис омылась тёплой водой и надела оставленный служанкой халат. Лекарство разлилось по телу мягкой усталостью.

«Как там принц…»

Едва коснувшись головой пухлой подушки, она провалилась в сон, как в омут.

* * *

Анаис проснулась от стука. Глаза сморщило от режущего солнца.

Потянувшись, она ойкнула — руки и бок ныли, словно те были отбиты. Видно, мышцы разболелись от вчерашних отчаянных рывков в воде. Но по сравнению с жаром прошлой ночи чувствовала она себя неплохо.

Кхм-кхм, Анаис прочистила горло.

— Да.

Служанка, вчера проводившая её, принесла одежду по размеру. Сказала, что выбрала из вещей, заботливо приготовленных герцогиней.

— Вчерашнее платье выстираем и пришлём к вам домой. Собирайтесь, и неторопливо спускайтесь.

Надев муслиновое платье в горошек и пригладив волосы, Анаис вышла из комнаты.

— !..

Дверь напротив распахнулась, и она нос к носу столкнулась с Максом. Невольно отшатнулась, но всё же улыбнулась, поздоровалась. Видеть его с раннего утра, ещё сонной, было странно — вчерашнее казалось сном.

— Раз уж ты улыбаешься с утра, вид у тебя бодрый.

— Благодаря вам. А вы как, принц?

Вряд ли хорошо… впрочем? С самого утра у него было почему-то сердитое лицо.

Вчера он, кажется, так и не дался Бенджамину. Она с заботой на него взглянула — Макс криво усмехнулся.

— Если спрашиваешь, болит ли что-нибудь, — нет. Если спал ли я хорошо, — тоже нет.

— А, наверное, ворочались — место непривычное.

Гостевые покои загородного дома Арманов были, объективно, превосходны; она молча кивнула, решив, что мужчине, привыкшему к дворцу, может не хватать лоска. Но Макс с отвращением проговорил:

— Тут кое-кто храпел — уснёшь тут.

— …Прошу прощения?

Это он… о чём?