Жизнь была несправедлива, вот как можно сказать. Она смотрела на календарь так, словно несла на своих плечах всю тяжесть мира. Монитор отбрасывал тусклый свет на милые иероглифы календаря.

[200 Дней Празднования Поездки Гапен]

- Гребаные две сотни дней, гребаная праздничная поездка. Что за куча дерьма… - пробормотав самые сильные ругательства, какие она только могла вспомнить, Наюль дрожащими руками оторвала ноябрьскую страницу.

Хотя почерк у неё был не особенно красивый, она украсила День " Д " с большой тщательностью. Поскольку была обеспокоена тем, что могут подумать ее коллеги, она не могла порвать календарь, выбросить его или вычеркнуть этот день красным крестиком.

Это были последние выходные ноября. Другими словами, всё произойдет через день. Завтра.

На самом деле настоящий двухсотдневный праздник был две недели назад. Так почему же поездку надо отметить на следующей неделе? И все из-за этой проклятой компании.

В самый день празднования, бедняжку Наюль срочно потащили помогать в проект, который уже просто горел, поэтому ей пришлось отменить заказ, сделанный два месяца назад со своим бойфрендом на дорогой отдых в Гапен. А на следующий уик-энд она снова отменила встречу из-за каких-то рабочих дел, которые уже однажды отложила.

Теперь, похоже, долгожданное завтра превратилось в продолжение сегодняшней ночной сверхурочной работы.

И все это совершенно неожиданно началось вчера. Да, это было вчера.

Она была полностью поглощена работой, и это состояние, скорее всего, должно было продлиться до следующей недели. Ее поездка, определенно, не состоится.

И в самом деле, ее бойфренд, чьи жалобы на то, что она такая трудоголичка, достигли своего апогея. Наконец, он устал и объявил о разрыве этих вялых отношений. Это произошло ровно через пять секунд после того, как слова «На самом деле, я не думаю, что мы сможем отправиться в путешествие на этой неделе», - слетели с губ Наюль.

- Давай просто расстанемся, Наюль.

- А?

- Похоже, я тебе все равно не очень нравлюсь, и я устал ждать, когда ты начнешь уделять мне внимание. Серьезно.

Похоже, я тебе не нравлюсь - всегда парировал Санг -Хун, бойфренд Наюль, который был на четыре года старше, ой, подождите, бывший бойфренд. Это был его козырь, который всегда использует против Наюль, хотя она уже чувствовала жалость и раскаяние.

Как бы подчеркивая, что он пожертвовал собой в этих отношениях ради бессердечной Наюль, Санг-Хун повторял эти слова снова и снова, чтобы пробудить в ней чувство вины. Он вёл себя так, как будто пытался заставить ее яростно отрицать это, выдавить из себя слова “Это совсем не то, о чём ты думаешь”. Поэтому, естественно, она думала, что он остановится на этом, как всегда.

- Ким Наюль. Ты меня слышишь? Давай расстанемся.

- Оп-па. Это просто Гапен. Мы уже бывали там несколько раз. Если ты так сильно хочешь отправиться в путешествие, мы можем поехать в Чеджу в следующий раз или куда угодно.

- В следующий раз, какой следующий раз, черт побери?! Следующего раза не будет.

- Ты только что выругался на меня?

- С каких это пор "черт побери" стало оскорблением?

- Что это за чушь. Ты что, бандит, что ли?

- А! Ты сама это сказала. Разве ты только что не выругалась на меня? Кто теперь тут у нас бандит, а?

- О боже, что за чушь.

- Вау. Ты выругалась. Ты это сделала. Ким Наюль – чёртова бандитка.

- Это ты начал!

- Я просто сказал "черт побери", это к тебе не относилось!

- Это одно и то же! Как может мужчина ругаться перед своей женщиной!

Насколько помнила Наюль, они всегда дрались по-детски и постыдно, но прошлой ночью, глупая ссора закончилась глупым расставанием. Санг-Хун выглядел более серьезным, чем обычно, и ему это надоело, а не просто надоело. Казалось, на этот раз, все действительно закончилось.

Конечно, это не значит, что я не сожалею.

В любом случае, если отбросить тот факт, что работа сверхурочно в пятницу вечером не принадлежала к кругу вещей, которые она сама выбрала, это была поездка, которую Санг-Хун с нетерпением ждал.

Это она разрушила их первоначальные планы, ей пришлось отложить их во второй раз, и она снова заставила их отменить поездку прямо перед отъездом.

Без разницы, хотела ли она этого – вот результат.

Наюль взглянула на разорванную страницу календаря с новой точки зрения. Если она зашла так далеко, чтобы в сердцах отметить их поездку маленькими сердцами на двухсотый день совместной жизни, то это было потому, что она чувствовала давление со стороны Санг-Хуна.

Она убедила себя, что должна что-то чувствовать. Сначала это было чувство вины, а на этот раз - чувство долга принуждало её отправиться в путешествие, несмотря на ее нежелание.

«Подумать только, я думала, что кому-то, что-то там должна… Как же это глупо с моей стороны».

Даже мысли у нее были не такие, как полагалось. Как и сказал Санг-Хун, возможно, он ей действительно, не очень нравился.

Так что, возможно, это и к лучшему. Расставание было правильным решением. Им не придется больше тратить время друг на друга. Мало того, что у нее не было свободного времени по выходным, она вообще никогда не хотела ехать в эту поездку. Она не хотела, чтобы ее целый день таскали туда, куда он хотел бы пойти – и, что еще важнее, она ненавидела, когда мужчина всерьез считал дни, оставшиеся до этих двух сотен…

Вспомнив о прошлом, Наюль отвернулась от календаря, как будто холодно отмахнулась от него. Вернувшись к пустому монитору, она снова впала в отчаяние.