- Ты тоже это понимаешь.

Его голос был полон надежды. Учитывая нынешние обстоятельства, в результате которых она, слишком «сосредоточившись» на другом, отстала в работе, его обнадеживающий энтузиазм ее совсем не радовал.

- Ты сказал, званый ужин? Я все слышал. Та-да!

Как раз в этот момент Ким Сан Хун, проходивший мимо стола Сын Чжэ, неожиданно вмешался, придвигаясь так, словно слова: «званый ужин» были магнитом.

В этот миг Наюль забыла, что ей нужно ответить и нахмурилась. Зачем ей еще Сан Хун?

- Позволь и мне пойти, Ли Сын Чжэ.

- Женатым мужчинам нужно рано возвращаться домой.

- Разве женатики не могут немного повеселиться с молодыми? Хм? Или ты хочешь, чтобы я вернулся в пятницу вечером пораньше и позволил жене мучить себя?

- Не так давно ты ею выхвалялся.

- Ох, в последние несколько дней дела пошли немного хуже.

- В твоем возрасте ты уже сам должен разбираться со своей женой.

В такие моменты, несмотря на то, что Сын Чжэ был самым молодым из сотрудников, он мог откровенно говорить даже со служащими из других отделов, которые были заметно старше его самого. Говорил он настолько прямолинейно, что Наюль даже задавалась вопросом, куда девается его хвастливый артистизм.

Определенно, это было связано с климатом в коллективе. Иерархия здесь не была четко выстроена, а Сын Чжэ относился к тем людям, которых легко простить, сказав: «Ну, что за милый парень!»

- Как подло, Ли Сын Чжэ. Что за удовольствие в том, чтобы пить вдвоем?

- Это командная работа. Званый ужин для нашей команды.

- Да, верно, вас ведь там двое... стой. Если так подумать, то это звучит странно. Почему вас только двое, разве никто больше не придет? Хм?

Сан Хун из семьи Ким с любопытством начал что-то бормотать, поглядывая то на Сын Чжэ, то на Наюль. Наюль взглянула на Сын Чжэ, оценивая суету, в которую он ее втянул. Ей уже хотелось отказаться от этого ужина, но сейчас, ее участие мог подтвердить другой человек...

Сын Чжэ, следя за реакцией Наюль, ответил:

- Что ты имеешь в виду, следователь Ким? Ты слишком подозрителен.

- А, верно! Разве Наюль не говорила, что у нее есть парень? Тот, мой тезка...

- О, они не так давно расстались.

Не так давно, заметьте...

- Тогда, что насчет ваших отношений? Как-то подозрительно.

- Ничего подозрительного. Я тебе говорю: ничего совершенно.

Разве они не должны сейчас работать? Что вообще происходит?

Ким Наюль против своей воли грустно наблюдала за суетой, которая происходила рядом с ее столом. Затем она повернула голову к экрану.

Или, если точнее, она собралась повернуть голову к экрану.

И тут в нижней части экрана появилось всплывающее окошко, подписанное именем «Квон Си Джин».

Как только Наюль это увидела, на пару секунд она испугалась, что мужчины по соседству тоже заметят. Еще через пять секунд она пришла к выводу, что Си Джин, вероятно, не написал ничего щекотливого, о чем ей следовало бы беспокоиться. Только после этого она сумела прямо посмотреть на свой экран. Она повернула голову.

- Если нет, то почему только вы двое будете ужинать? Хм?

- Все из-за командной работы, командной работы! Командной работы, для которой члены команды куда важнее посторонних.

В разгар суматохи Наюль кликнула по новому сообщению.

«Пожалуйста, ведите себя потише в офисе». 3:23 пополудни.

И что это сейчас было?

Часть 7.В. - Утро пятницы, 4:10 пополудни.

- Итак, сегодня ты работаешь сверхурочно?

- Сейчас выходные, я потихоньку.

- Следователь Ким устроил шум из-за того, что мы будем выпивать. Иди, повеселись с ним немного.

- Да, я слышал, как он снова и снова просился на званый ужин. Раз так, команда планирования просто должна организовать собственный. Как насчет вас, Парк?

- Сегодня я закончу к полуночи. У меня встреча с пиар-группой Хансуна, она у меня третья за утро.

- Черт.

- И еще президент придет, - тихо добавил он исполненным сожаления голосом, ставя кружку под кофеварку.

Его собеседник сочувственно вздохнул.

- Это, у тебя тут полный...

- Жопа, да.

- Ну да, похоже на нее.

Имея похожий опыт, они без колебаний пришли к соглашению.

- Раз он такой успешный и богатый в столь юном возрасте, от него можно было бы ожидать большей сговорчивости. Но почему, чем больше времени проходит, тем менее гибким он становится...

- Говорят, что с богачами всегда так происходит.

- В любом случае, даже если я и опоздаю, я говорю, что поеду, как только закончу. Так что и ты, Юн Сон, отправляйся к нам, как только выдастся время, - сказал Парк, покачав головой, словно бы избавляясь от своего неприятия.

- Я уже был на командном ужине в прошлую пятницу. Если пойду и в этот раз, жена меня убьет.

- Нечего это сравнивать. Прошлый был званым ужином твоей команды. А этот - нашей.

Как только Юн Сон собрался весьма озадаченно взглянуть на Парка, в комнату отдыха вошел тот самый сатана, о котором они говорили. Неловкое молчание на пять секунд воцарилось в помещении.

Они не возражали, если бы комната отдыха была всего лишь крошечным пятачком, где лежит парочка пакетиков растворимого кофе, если бы только здесь была нормальная дверь

Несмотря на то, что сейчас комната отдыха была достаточно просторной, чтобы вместить полноценную кухню порядка четырех метров площадью, где стояли отличная кофемашина, стоял дорогой импортный чай в пакетиках и всегда лежали закуски, вроде печений и кексов, а также имелись длинные, стильные обеденные столы и удобные диваны, на которых за раз могло поместиться немало сотрудников, очень грустно было, что здесь не была предусмотрена хотя бы одна дверь.

Кухонный гарнитур крепился к одной двери в форме буквы «L», отделенный от диванов длинной стеной, которая закрывала проход. Это была единственная перегородка в помещении. Так что, если бы вы готовили себе кофе на кухне, вы никак не смогли бы узнать, кто стоит по другую сторону стены из-за шума кофемашины. Поэтому вы бы узнали, что рядом с вами кто-то есть, только когда этот человек оказался бы рядом.

Таким образом, многие были неприятно удивлены, неожиданно столкнувшись с Квон Си Джином.

Мужчины посмотрели друг на друга, словно спрашивая: «Он слышал?».

Кажется, можно было слышать, как они ругаются про себя. Время не остановилось, а Квон Си Джин неумолимо приближался к ним.

Они со скрипом вежливо поклонились, как будто невидимая рука рванула их головы вниз. Си Джин ответил им безразличным кивком и направился к холодильнику.

Юн Сон, более расслабленный, чем остальные, продолжил разговор так, словно ничего не случилось.

- Это худшее оправдание, что только можно было изобрести.

Парк, таращась в затылок Си Джина, вздрогнул, когда беседа вдруг возобновилась. Юн Сон пристально посмотрел на него, чтобы привлечь его внимание и, взяв себя в руки, Парк кивнул и бросил туманное:

- О, конечно...

Сколько ему еще от этого страдать? Юн Сон продолжил говорить. В его голосе слышались жалость и симпатия к Парку.

- Если бы моя жена тебя слышала, она спросила бы, зачем я вообще хожу к другим командам на званые ужины... у нее бы челюсть отвисла.

- Не то чтобы, конечно, мы в первый раз выпиваем вместе, - наконец, Парку удалось ответить в некотором смысле расслабленно.

Его встревоженный взгляд, однако, все еще отслеживал всякое движение Си Джина. Пока Парк задавался вопросом, зачем Си Джин вынимает овощи - обычно их в холодильнике компании не было, начальник прошел мимо мужчин и направился к раковине.

- На прошлой неделе я выпил, так что жена меня предупредила: если я это сделаю снова, она вышвырнет меня из спальни.

- Эй, обещали быть только два несносных пьяницы. Ким и Чхве Чжин Хо.

- Чхве Чжин Хо тоже придет? А, тогда мне и впрямь не хочется.

- Ты же понимаешь, что должен.

- Потому что несносные пьяницы должны приглядывать друг за другом, верно?

- Абсолютно!