Трёхдневное празднование дня рождения Карэма наконец-то подошло к концу. Лица слуг загорелись, и они, подпрыгивая на месте, бросились убирать гостевые комнаты. Когда Камелия сразу же вышла на улицу, личные помощники леди Ихар поняли, что их обязанности только начинаются.

— Заморозки наступят со дня на день. Увеличьте количество патрульных на ближайшие две недели.

— Есть, миледи.

— Проследите за тем, чтобы в больницах были запасы горючего, в том числе угля. Как обстоят дела со свинарниками и конюшнями?

— Там начали распределять уголь, привезённый сегодня с Нейтральной территории.

— Хорошо, – Лия удовлетворённо кивнула, – я буду в женском монастыре. Пожалуйста, отправляйтесь в распределительный центр и проследите, чтобы уголь был отправлен до заката.

— Да, миледи, – хором отозвались слуги и разошлись по своим местам.

Эдит сопровождала свою леди в женский монастырь. Это была единственная работа, которую герцогиня никогда не пропускала, как бы ни была занята. Одной из самых больших радостей в её жизни были встречи с детьми, их обучение и наблюдение за ростом и преображением этих малышей. Обязанности, перешедшие ей от госпожи Жасмин, истощали, но девушка относилась к ним со всей решительностью.

— Добро пожаловать, леди Ихар, – настоятельница и дети выбежали поприветствовать герцогиню и Эдит.

Камелия была одета в удобные брюки и кожаные сапоги, а её волосы были собраны в высокий хвост. Девушка улыбнулась, приветствуя монахиню.

— Спасибо за продукты, которые Вы отправили, Герцогиня. Всё было очень изысканно и прекрасно, еды было так много, что мы смогли накормить всех и даже кое-что осталось.

— Рада слышать, – леди довольно ответила, – а теперь, дети, пора играть!

Малыши радостно закричали и побежали к девушке. Лия засучила рукава и бросила им мяч, а затем присоединилась сама. Эдит и монахини улыбались, собирая зимнюю одежду для детей.

— Благодаря леди Ихар, это будет ещё одна тёплая зима.

— В конце концов, она подобна солнечному свету. У вас готов список потенциальных студентов Академии?

Монахиня протянула Эдит небольшую стопку писем с ответами о приёме.

— Благодаря леди Арин наши воспитанницы также смогут посещать школу Святого Александра для девочек.

Арин была сиротой из Лоуэра, которую Камелия и Клод взяли к себе в подопечные. Она стала представителем школы Святого Александра и изменила правила приёма в школу таким образом, чтобы в неё могли поступать и те, кто не имеет опекунов.

— Это и вправду благословение, преподобная матушка, – с улыбкой ответила Эдит, листая письма о приёме на обучение.

***

Вереница машин пронеслась по мосту Дель Касы. В пяти автомобилях находились дворяне-бизнесмены, успешные предприниматели Этера. В основном эти люди занимались торговлей табаком, кофе, пряностями, а также строительством, поднимаясь по крутой кривой богатства, соперничая в этом поприще со старейшими дворянскими родами.

Они ценили свободу и расточительность, жаждали титулов: некоторые из них посещали знатные семьи, у которых ничего не осталось, и покупали их звания и титулы за золото, потому что, несмотря на всё своё состояние, эти дельцы оставались простолюдинами.

Одним из них был табачный магнат Альфред, сделавший своё состояние в столице. Мужчина также находился в одном из автомобилей, проезжавших через центр Дель Касы. Он планировал пробыть здесь неделю, несколько раз встретиться с великим герцогом, а затем двинуться в сторону Нейтральной территории.

— Мы приближаемся к гостинице, господин, – мужчина кивнул в ответ на слова водителя. Александр, его сын, наконец, поднялся на заднем сидении.

— Вот что бывает, когда слишком много выпиваешь, – Альфред отругал молодого мужчину, но тот не обратил на него внимания, продолжая потягиваться, – если будешь продолжать в том же духе на Нейтральной территории, можешь не сомневаться, я вышвырну тебя вовсе без денег!

— Я не хочу заниматься табачным бизнесом, – Александр зачесал светлые волосы, глядя в окно машины.

— Позор мне. Вырастил избалованного сына.

— Я хочу руководить театральной труппой.

— Не смеши меня. Ты будешь терять деньги быстрее, чем зарабатывать. Не представляешь, как тебе повезло, что унаследуешь успешный семейный бизнес.

— Я хочу в своей жизни стремиться к прекрасному, отец. И я ненавижу запах табака.

Альфред покачал головой на глупость отпрыска. Александр, старший сын, сейчас его беспокоил больше всего: он всё сильнее увлекался алкоголем, женщинами, музыкой и искусством. Но, как и все молодые люди его возраста, не желал слушать отца.

— Я слышал, что улицы Дель Касы усеяны красавицами, – молодой мужчина, глядя в окно, бормотал себе под нос, когда заметил открытую заднюю дверь женского монастыря.

Из неё вышла девушка, удерживавшая в руках большой мусорный бак. Она была стройной, но не слишком худой, и, как ни странно, на ней были брюки, а блестящие светлые волосы завязаны в высокий хвост. Александр заворожено смотрел на её искрящиеся изумрудные глаза.

— Остановите машину! – крикнул он, заметив, что девушка сейчас уйдёт.

Водитель с визгом остановил машину на скользкой дороге. Альфред в гневе закричал, схватившись за трость, но Александр смотрел только на одного человека. Девушка отодвинула мусорный бак к обочине, вытирая пот со лба. Сын магната выскочил из машины, перекидывая через руку толстую шубу. Он ускорил шаг, заметив, что на девушке лишь тонкая рубашка, брюки и кожаный жилет.

“Как же она бедна, что такой красавице приходится дрожать от холода.”

— Эй, ты, – окрикнул девушку Александр, пробираясь к ней по заснеженному тротуару.

— Я? – с недоумением спросила незнакомка, остановившись на полушаге.

Он был потрясён, сначала при виде облачка дыхания в холодном воздухе, затем её голосом, который был так же прекрасен, как и внешность девушки.

— Да, ты. Тебе не холодно? Как тебя зовут?

Незнакомка посмотрела на него, склонив голову набок. Словно она не поняла его вопроса. Александр почувствовал, что дрожит, но не от холода: он никогда раньше не нервничал и не заикался перед женщиной. Вблизи незнакомка была ещё прекраснее.

“Это судьба?”

— Ты простудишься, – сказал он и без предисловий накинул шубу на её плечи.

Она немного замешкалась: тяжёлая вещь давила на неё. Шуба была настолько высокого качества, что даже дворянам приходилось ждать не менее семи месяцев, чтобы заполучить такую в свои руки. Однако девушка, казалось, была не в восторге от такой роскоши, и просто продолжала смотреть на него с недоумением.

— Я отдам шубу тебе. Но взамен назови мне своё имя.

— Ты даёшь её мне? Зачем?

— Потому что... Ты выглядишь замёрзшей.

— Замёрзшей? О, я работала, поэтому сняла пальто, – пояснила незнакомка, – и мне не нужна такая роскошная вещь. Благодарю за Вашу доброту.

Александр недоверчиво смотрел на неё, сжимая в руках шубу, которую ему вернули.

“Она что, глупая? Этой шубой можно оплатить три года жизни, использовав её как средство к существованию.”

— Тогда продай её, – сказал он, – за эту шубу можно выручить больше, чем получить пожертвований в здешний женский монастырь за год. Руки станут грубыми, если будешь работать. Всё, что я хочу знать за эту вещь – твоё имя. Я – Александр Данхилл.

— Тогда я полагаю, что ты жертвуешь это женскому монастырю.

— Что?

— Сумма, равная пожертвованиям за год, была бы очень кстати. Ты отдашь её? Мне нужно только устное подтверждение.

— Ты здесь живешь? В женском монастыре?

Девушка снова покачала головой, явно не понимая их разговора.

— Миледи! Что Вы здесь делаете? Я же говорила Вам, оставьте такие дела нам! – кричала служанка с рыжими волосами и веснушками, выбегая из монастыря навстречу им, – Боже мой, Вы так легко одеты! Лорд Ихар прибыл, чтобы забрать Вас домой!

— Ох, прости, Пипи. Этот джентльмен как раз говорил мне о своём намерении пожертвовать эту шубу. Я просто уточняла, чтобы убедиться.

— Правда? – горничная скептически оглядела Александра с ног до головы.

Вскоре позади них раздался небольшой шум, и, обернувшись, люди, всё ещё стоящие возле бака, увидели идущего к ним в белой униформе, резко контрастирующей с его чёрными волосами, лорда Ихар. Александр было попятился назад, но Клод уже бросил на него беглый взгляд и вздохнул.

— Ты убьёшь меня, Камелия. Где твоё пальто?

Мужчина стянул с себя толстое кашемировое пальто и накинул его жене на плечи. Она улыбнулась и прильнула к его плечу.

— Всё-таки твоё пальто теплее.

— Ты моя смерть, клянусь, – Клод покачал головой, затем перевёл свой высокомерный взгляд на Александра, – кто это?

— Он жертвует свою шубу женскому монастырю. Я всё равно планировала открыть сбор средств, так что это просто замечательная новость. Как думаешь, леди Хейден это понравится?

Александр почувствовал, что теряет сознание, слушая этот разговор, в котором эти люди оценивали его меховое пальто, подобно пустяку. Эта женщина не только была чьей-то женой, но и была не моложе его. Если её муж действительно лорд Ихар, то это означало, что он обращался с великой герцогиней как с простой простолюдинкой.

— Великая герцогиня Ихар, – Александр торопливо поклонился, чувствуя, как на спине выступили капельки холодного пота.

— Я благодарю Вас за проявленную доброту к моей супруге, но всё же откажусь от подобных предметов роскоши, – Клод крепче обхватил Лию за плечи, сузив глаза, – никогда не знаешь, как могут быть истолкованы твои намерения. Не так ли, господин Александр Данхилл?