Пространство было тёмным, как безлунная ночь.

И только одна женщина светилась здесь, подобно звезде, — в темноте, где невозможно было различить верх и низ.

— Так это ты.

О Кан У улыбнулся, глядя на женщину, источавшую тусклый свет. У неё были длинные чёрные волосы… нет, «длинные» — слишком слабое слово. Настолько длинные, что казалось, именно они и образовали всю эту тьму. Волосы были неухоженные, растрёпанные, они беспорядочно спадали на её лицо.

Под глазами залегли густые чёрные круги, губы были сухими. Взгляд — резкий, колкий из-за приподнятых уголков глаз, но сейчас в нём дрожало потрясение, когда она смотрела на Кан У.

— К-Как?.. Как ты проник в это пространство?

Богиня Разврата, высшая из Созвездий, инстинктивно отступила назад. Для простого Покорителя войти в обитель Созвездий должно быть абсолютно невозможно.

— Не твоё дело.

Кан У медленно пошёл к ней, с хрустом сгибая пальцы. Звука, разумеется, не было — он находился в астральной форме. Но одного движения хватало, чтобы вселить в Созвездие страх.

— Ну что? Так и не хочешь выплюнуть мои Небулы, да?

В глазах Кан У пылала ярость, переполненная жаждой крови. Богиня Разврата только застонала.

Вероятно, из-за того что на ней до сих пор висели оковы Закона Титанов, вокруг её тела пробегали искры, а лицо искажала мука.

— Т-т-ты… наглый человечишка!..

Богиня Разврата оскалила зубы. Она не понимала, как Кан У сюда попал, но для неё было ясно одно: смертный — не соперник Созвездию.

— Как ты смеешь являться передо мной с таким высокомерием?!

Бум—!

В темноте взметнулись потоки энергии. Правила Башни запрещали Созвездиям использовать силу против Покорителей, но если Покоритель сам вторгался в их владения — такие правила теряли смысл.

— Слова громкие… для воровки, что сперла мои Небулы.

Кан У даже не дёрнулся при виде бушующего потока. Слова, видения, дешёвые угрозы — всё это он уже привык игнорировать. Но вот одно — терпеть не мог.

— Украсть мои Небулы?.. Ты за это ответишь.

— Хмф! Это ты первым начал мухлевать! — выкрикнула она.

— Мухлевать?

— Да! Ты же жив-здоров, не так ли?!

Богиня Разврата не понимала, какой трюк он провернул, но сама его жизнь была доказательством, что тут что-то нечисто. Ведь мёртвые не возвращаются обратно.

— Значит, Небулы ты мне не отдашь? — уточнил Кан У.

— Нет!

Его глаза сузились. Он опустил голову, обнажив зубы.

— Тогда придётся тебя проучить.

Он и не собирался решать вопрос мирно.

Бип—! Бип—!

[Закон вновь предостерегает тебя!]

— Да пошёл он.

Кан У проигнорировал гулкие предупреждения, звеневшие в его голове.

‘Даже если выйду отсюда в худшем положении — я не уступлю.’

Пойти на уступку означало бы вечно уступать. За всю жизнь Кан У никогда не шёл на компромиссы — и не собирался начинать.

‘Отвечать злу — ещё большим злом.’

Он никогда не терпел несправедливость молча: всегда возвращал сполна, с лихвой.

— Скажу тебе одну вещь…

Кан У сжал кулак.

Фшшш!

Кулак охватили золотые и чёрные языки пламени.

— ПРОСНИСЬ, СУКА!!!

Он рванулся вперёд. В этой тьме нельзя было различить, где верх, где низ, но он отчётливо ощущал — расстояние сокращается, он всё ближе к Богине Разврата.

— Тцх!..

Она заскрипела зубами. Её длинные чёрные волосы вспыхнули, разлетаясь во все стороны, будто ожили, обнажив её лицо. Красивое, несомненно. Но Кан У не обратил на это внимания — только ударил кулаком.

— Нет уж! — взревела она.

Взмахнула рукой, и волосы, раскинувшиеся во тьме, собрались, превращаясь в сотни и тысячи рук разных форм и размеров. Сухие, как у ведьмы; толстые и звериные; костлявые и когтистые.

— Порождения безлунной ночи… —

Она широко раскинула руки. Ведь именно она — богиня всего отвратительного, жестокого и тёмного.

— Утащите моего врага в самую глубину мрака!

Руки подчинились её воле.

Крррак—!!

Десятки тысяч ладоней тянулись к Кан У, подобно цунами. Как утопающий, что судорожно хватается за воздух, так и эти руки хватали его, несмотря на то, что Пламя Жадности обжигало их.

— Да ну брось. — Кан У усмехнулся. — «Глубочайшая тьма»?

И как кто-то вообще смеет упоминать Бездну в его присутствии?

— Ты даже близко не стоишь.

Шевеление.

Чёрное море колыхнулось. Взбесилось Демоническое Море. И пламя, способное пожрать целый мир, рвануло из самой Бездны, глубочайшей её части.

Фшшшш—!!!

— КЬЯЯЯЯЯЯЯЯЯ!!!

Пламя Жадности поглотило бесчисленные руки и прожорливо пожрало их все.

Хрясь! Хрясь!!

Богиня Разврата попыталась отступить, но не смогла уйти от рванувшегося пламени. Оно было столь мощным, что могло сжечь всё это пространство, и оставило её почти без волос — обугленные клочья жалко торчали из головы.

— Ха! Чувствую, сквознячок у тебя в черепе теперь гуляет.

— Ах—

Глаза её расширились. Она в ужасе ощупала голову и осознала потерю.

— А-А-А-А-А-А-А!!! — истошно завизжала она. — М-МОИ ВОЛОСЫ!!! МОИ ВОЛОСЫЫЫЫЫЫ!!!

Богиню потрясла утрата вовсе не из-за женской природы — пол для Созвездий ничего не значил. Но её сила заключалась в волосах. И потеря их означала одно: полное бессилие и отчаяние.

— Бхе-хе-хе! Ну что, нравится? По-моему, тебе так даже больше идёт! — Кан У расхохотался. — Разве не знала? Жадные — всегда лысеют! (1)

Это было идеальное наказание для той, что пыталась его облапошить.

— У-у-у-у… — Богиня извивалась, хваталась за свою голую голову и бессвязно орала, словно отрицая реальность. — Т-т-т-тттттыыыыы!!!

— Ч-Ч-Ч-ЧТОООО?!

— В-ВЕРНИ!!! ВЕРНИ МНЕ МОИ ВОЛОСЫ!!!

— ЧТО-О-О?! Я НЕ СЛЫШУ ЛЫСУЮ НЕУДАЧНИЦУ~!

Кан У захохотал в полный голос. Богиня Разврата, обезумев от ярости, кинулась на него.

БАХ—!!

— Кьяяяя!!!

Победить Кан У она, разумеется, не могла — даже раньше, на пике своей силы, шансов у неё не было. А сейчас, лишившись статуса Созвездия, и подавно. Одного лёгкого пинка хватило, чтобы Богиню Разврата отшвырнуло прочь.

— Хлюп… ууууууууу!

— Ты чего, блядь, ревёшь? — Кан У неторопливо подошёл к ней, когда та, рыдая, встала на колени. — Мы ещё не закончили.

Она рыдала, словно какая-то трагическая героиня, но Кан У до сих пор не получил то, зачем пришёл.

— Ч-что ты…

— Ну же, не строй из себя дурочку. Ты прекрасно знаешь, чего я хочу.

Кан У облизнул губы. Ярость не утихнет, пока он не получит обещанные десять миллионов Небулы.

— Убирайся… — Богиня в страхе отползала назад.

— Всего этого бы не было, если бы ты честно заплатила мне то, что должна. Согласна?

Кан У ухмыльнулся и шагнул ближе. И в этот момент—

Дзиииин!

[«Хозяин Башни» внимательно наблюдает за тобой!]

— Хм…?

Закон Титанов, похоже, донёс на него «Хозяину Башни», как и грозился.

«Значит, Хозяин Башни… неужели он тоже Титан?»

Кан У прищурился, глядя на всплывшее окно.

[«Хозяин Башни» заявляет, что ты нарушаешь баланс и порядок башни!]

В принципе, обвинение было вполне ожидаемым — всё, что он вытворял с момента входа в башню, давно вышло за рамки нормы.

— Ну и что ты с этим сделаешь? — Кан У скрестил руки на груди и вскинул голову. Ему стало любопытно, как поступит тот, кто стоит над всеми.

[«Хозяин Башни» вызывает тебя на вершину!]

— Чё…? — глаза Кан У распахнулись. Этого он точно не ждал. — Что за нахер?! Эй!! Ты чё удумал?!!

Он, конечно, планировал дойти до вершины… но не вот так, не таким темпом.

"У меня ещё столько Небул не выжато!!!"

Все планы — за три оставшиеся недели выкачать по максимуму из Созвездий— летели к чёрту.

[Покоритель «О Кан У» будет призван. Его тело останется на сорок первом этаже. Запись о прохождении сорок первого этажа будет удалена.]

— ЧТО, БЛЯТЬ?!! Ты вообще кто такой, чтобы так со мной обращаться?!

Он сыпал проклятиями, но прекрасно понимал: противиться властителю башни невозможно. Невидимая сила уже оплетала его тело.

«Чёрт! Неужели перегнул палку?!»

Поздно пришло сожаление о том, что он проигнорировал все предупреждения и вломился в пространство Богини Разврата. Но сделанного не воротишь.

Да и как я мог стерпеть, что меня наёбывают?

Он никогда бы не проглотил подобное — и снова сделал бы тот же выбор.

— Твою ж…

Пусть это было неизбежно, но мысль потерять возможность выжать Небулы из всех Созвездий до конца жгла душу.

Хотя бы свои десять миллионов я обязан забрать!

Кан У метнулся к Богине Разврата, которая всё ещё скулила на коленях.

— НЕБУУУУЛАААААААААА!!!

— КЯЯЯЯЯЯЯ!!!

— ОТДАЙ МОЮ НЕБУУУУЛУУУУУУ!!!

Он схватил её за худую шею и затряс, дёргая из стороны в сторону.

— П-прекрати!!! Хваааатит!!

— ХВАТИТ, МОЮ ЖОПУ!!! ГОНДОНША, ОТДАВАЙ НЕБУУУУЛУУУУ!!!

[Начинается призыв!]

— Н-нет!! — лицо Кан У побледнело.

Он ещё не получил обещанные десять миллионов!

— СЕЙЧАААААС!!! ЖРИ, БЛЯТЬ, СВОИМИ РУКАМИ НАЖМИ!!!

Кан У схватился за волосы и, как юла, закрутился на голове, его ноги едва не задели Богиню.

— КЯЯЯЯЯ!!!

— СЕЙЧАААААС, БЛЯТЬ!!!

— П-пожалуйста, п-подожди—

— WRYYYYYYYYYYYY!!!

— АААААААА!!! Я-я дам тебе!! Дам, только перестань…!

— ЯСХОЖУСУМАЯСХОЖУСУМАЯСХОЖУСУМА!!!

Богиня дрожащей рукой потянулась к прозрачному окну интерфейса.

Вжууух!!!

Кан У ощутил знакомую невесомость — и в тот же миг Богиня нажала кнопку «Задание выполнено».

— Ах… да пошла она, эта жизнь…

Сознание поглотила тьма.

1. Это поговорка в Корее, которая означает, что за то, что вам подают, нужно платить. Лысость — это проклятие, когда этого не происходит