— ......

— Ты где-то поранился, сам того не заметив? Или...

— Знаю, знаю, просто... не получай больше ран.

Просьба Гелиоса была несложной: избегать травм.

На самом деле, кинжал, летавший среди заключённых, создала сама Минт, а атака была инсценирована.

— Хорошо. Постараюсь.

Она поступила так, чтобы остальные не рискнули нападать. Они оказались трусливее, чем ожидалось. Так что ради *самообороны*, пришлось немного схитрить. Идеальный надзиратель, следовал правилам.

— Кстати, заключённый Гелиос. Кажется, есть проблема.

Минт говорила с серьёзным видом.

— В столовой, наверное, уже не осталось мяса.

—...

* * *

Этой ночью по тюрьме разнеслись слухи: высокоранговый заключённый Гроги и его банда были избиты новичком-надзирателем и остались без сознания. Особенно всех шокировало известие, что запястье Гроги полностью сломано.

Это потрясло не только надзирателей, но и всех заключённых, включая высшие ранги.

Из-за этого на рассвете Минт тайно вызвали.

Прямо к начальнику тюрьмы.

* * *

*Тук-тук.*

Звук постукивания пальцев по столу эхом разносился в тёмной комнате.

—... Ты говорила, что освоила «здравый смысл»?

Лысый начальник Ральф Гаман схватился за голову.

— Освоила, — уверенно ответила Минт.

Ральф Гаман снова схватился за голову.

— И это здравый смысл — избивать заключенных высоких рангов?! 

— А... Разве вы не говорили, что в тюрьме много лишних людей?

— Когда я это говорил?!

Минт задумалась.

*Нет ничего хуже, чем бесполезные типы, ползущие вверх по рангам*.

Надзиратель действительно намекал на нечто подобное, но никогда не говорил прямо.

Видимо, сегодняшний инцидент с бандой Гроги стал поводом для разборок.

С гордостью настоящего надзирателя Минт заявила:

— Не волнуйтесь. Всё можно списать на *самооборону*!

— Да кого волнует твоя самооборона? Ха! Разве нельзя было избежать драки? Ты забыла, как надо действовать тихо?

Минт снова задумалась.

Она никого не убила, кровопролитие было минимальным. Всё решилось *лёгким* насилием.

*Разве это не идеальный исход?*

Даже если бы они избежали атаки Гроги, эти твари всё равно вернулись бы. Наоборот, сегодняшнее нападение у башни оказалось к лучшему. Ведь свидетелей не было!

— Если бы они напали в главном корпусе, я не смогла бы защитить заключенного Гелиоса.

Надзиратели не дежурят в камерах до отбоя, даже если закреплены за конкретным заключенным.

Так что Минт была права.

*Да, черт возьми, она права!*

— Если бы ты не выделялась изначально, всё было бы нормально! Если бы не твоя «опека», ничего бы не случилось!

— Хм... Не совсем понимаю, в чем проблема.

— Просто оставь их, пусть сами разбираются!

Надзиратель ударил кулаком по столу.

В чём-то он был прав. Минт держалась на расстоянии, вмешиваясь только в крайних случаях.

Но среди заключенных было слишком много тех, кто хотел заполучить «красивую игрушку». Из-за внешности Гелиоса к нему тянулись не только развратники всех мастей, но и настоящие извращенцы. Для главного героя всё должно было сложиться удачно, но Минт слишком хорошо знала эту тюрьму.

*Верно. Зачем я вообще вмешалась?*

В романе герой преодолел бы все испытания сам. Но отрицать её роль было нельзя, Минт слишком активно вмешивалась.

После долгих раздумий она наконец ответила:

— Потому что... он слишком красив, чтобы его сломали.

Даже ей это объяснение казалось натянутым, но другого объяснения не находилось. Это не было жалостью — она давно забыла такие эмоции. И не ностальгией по любимой книге — все яркое в её жизни давно потускнело. Её искалеченные эмоции мешали трезво оценивать, когда дело касалось чувств.

— С каких пор ты вообще обращаешь внимание на внешность?

— Вы бу уже устранили меня, если бы вам было не по душе.

Надзиратель замолчал. Она была права. Минт, бывшая лидер заключённых, всегда казалась наивной, но её суждения были точны.

— Вы вызвали меня неспроста.

 Пугающе точны.

—... Ты слишком догадлива.

— Спасибо за комплимент.

— Это не комплимент, заткнись. С завтрашнего дня твоя роль меняется.

Наказать её он не мог. Для этой миссии Минт была идеальным орудием.

Знала ли Минт о важности задания или нет, но ее лицо было спокойным и безразличным.

Однако начальник прекрасно понимал, как долго этот заключенный мечтал о выходе на свободу.

Эта женщина была готова на все ради освобождения.

Нет, кроме выхода на свободу, она не желала и не стремилась ни к чему другому.

Разве она когда-либо интересовалась тем, насколько ее подчиненные ей преданы?

Идеальная пешка для таких, как он.

Глаза начальника, десятилетиями управлявшего этой адской тюрьмой, холодно блеснули.

— Отныне твоя роль...

* * *

Сержант Стивен выглядел озадаченным.

— Ну и... как такое вообще возможно?

Недоумение, растерянность, недоверие — всё смешалось на его лице. Но в глазах сверкнула искорка интереса.

Что ж, со стороны это выглядело забавно.

— Эй, псы этого блока! Внимание!

Сержант Стивен распахнул дверь одиночной камеры и громко постучал. Стальная дверь была толстой, но звук получился звонким и вибрировал в воздухе — признак его силы.

*Стихийный тип? Или материальный?*

— Состав камеры меняется. Теперь вас будет трое в четырехместной камере — хорошая новость.

Минт скользнула взглядом по заключенным, уставившимся на них.

*Тут есть те, кто дрался с Гелиосом на первом уровне.*

Среди них особенно выделялся один — сам Гелиос, смотрящий с упорством, граничащим с одержимостью. 

— Заключённый Гелиос, за мной.

Он поднялся, не отрывая от меня глаз. Всю дорогу молчал, но то и дело бросал на Минт непонятные взгляды.

Ну да, наверное, действительно было любопытно.

Наконец мы обрались до одной из камер.

*Как же тут убого.*

Неизвестно, сколько лет этому месту, но ржавые железные двери встретили нас своим унылым видом.

Скрип―.

Звук открывающейся двери был жутким. Минт без особого энтузиазма вошла в камеру и начала осматриваться. Камера настолько старая, что краска на стенах облупилась, а от коек пахло пылью. На стенах — пятна, то ли кровь, то ли грязь.

— Это единственная двухместная камера?

Эти пятна не отмыть, даже если тереть вечно.

— Эй, новичок, ты реально облажался, — усмехнулся Стивен.

— Нет, — ответила я. Стивен фыркнул.

— Ладно, если хотел провала — ты его добился. На твоём месте, я бы уже сдался и ушёл.

—...

Не дождавшись ответа, сержант Стивен похлопал Минт по плечу — видимо, решив, что та «держится».

— Не вешай нос. Скоро восстановят.

*Вряд ли. * 

Но Минт покорно кивнула. Сержант Стивен снова стал официальным и встал перед ними.

— Заключённый Гелиос, знакомься: твой новый сокамерник — Гаррет.

Гелиос удивлённо повернулся ко мне. Чего удивляться? Я наблюдала за ним с первого дня.

Минт безучастно уставилась в стену.

— Бывший надзиратель Гаррет временно разжалован в заключенные за вчерашний инцидент со смертельным исходом.

Хоть я никого не убивала, руководство свалило на меня «ликвидацию» Гроги. Вероятно, его всё равно хотели убрать — как паразита, пожирающего ресурсы.

— Теперь ты будешь защищать цель, находясь рядом в качестве заключенного. Задача остается прежней.

В голове снова зазвучал голос начальника.

— Наблюдать и защищать «гостя» 24 часа в сутки.