Циньян внимательно выслушала Мурона Цзинсюана. В конце, она подняла голову, чтобы взглянуть на него: "Если бы на его месте был ты, что бы ты сделал? Ты бы отпустил руку Цилиан Циньян?"

Он взял руку Циньян и с улыбкой ответил: "Моя ситуация отличается от ситуации Вайшена Чжунмо. У меня есть выбор, но у него его не было. Поэтому ему оставалось только отпустить руку Императрицы Сяньи, но если говорить обо мне, что бы ни случилось," - он приложил руку Циньян к своему сердцу: "Я бы никогда не отпустил твою руку"

Циньян счастливо улыбнулась: "В этой жизни муж - это валун, а жена - как трава. Валун не двигается, а трава сильна, как шелк"*.

(*TN: эта строка взята из поэтического рассказа «Павлины летят на юго-восток» неизвестного поэта во времена династии Хань. Значение этих слов в контексте оригинального рассказа гласит: «Хотя мы вынуждены разойтись, любовь между нами нерушима. Ради любви ты должен быть как валун, чтобы удержать свою землю, и не двигаться, а я должна быть как пампасная трава, сильная и несломимая». Это клятва, которую главная героиня рассказа даёт своему мужу, прежде чем броситься в воду, чтобы совершить самоубийство.)

Мурон Цзинсюан знал, что такой девушке, как Циньян нелегко сказать что-то подобное, поэтому, когда он услышал эти слова, его настроение значительно улучшилось. Возможно, эта девушка ещё не полностью открыла ему своё сердце, но он знал, что так она показывает свою веру в него.

И всё, что он мог сделать, это не предать это доверие. Они просидели вдвоём до второй половины ночи. Циньян больше не могла бороться с постоянной усталостью и уснула на плече Мурона Цзинсюана. Что касается него, он сделал всё возможное, чтобы остаться неподвижным и дать ей возможность немного поспать. А на счёт Вайшена Чжунмо, он слышал о нём от своих шпионов.

После смерти Цилиан Циньян Вайшен Чжунмо покинул Наньчэн. Но его точное местонахождение никто не знал. Однако он слышал, что через полгода после его ухода в Цзянху возникла безжалостная организация - секта восьми триграмм.

В трёх других королевствах секта Восьми триграмм показала себя с очень хорошей стороны, но всякий раз, когда они нападали на Нанчен, они всегда были злобными и беспощадными. Как будто люди этой секты специально нацеливались на Наньчен.

Некоторые говорили, что за этой организацией стоит Вайшен Чжунмо.

Также говорили, что он сошел с ума от любви, набросившись на монарха Наньчэн в безумной ярости.

Но он знал, что только так Вайшен Чжунмо мог подавить ненависть в своем сердце.

У него был трудный выбор, она - его любимая, он - его старший брат.

В конце концов, единственное, что он мог сделать, это наблюдать, как его любимая девушка отправляется в Императорский дворец.

От супруги наследного принца до императрицы: каждый её шаг ошеломляюще колол его сердце.

И всё же никто не знает, как было больно Вайшену Чжунмо в те бесчисленные ночи.

И, в конце концов, он мог только наблюдать, как его любимая встретила свою смерть.

Но Ян'eр, тебе не нужно о таком беспокоиться.

Потому что мы разные.

Ты не Цилиан Циньян, и я не Вайшен Чжунмо.

В этой жизни я хочу держать тебя за руку и состариться вместе с тобой.

Горизонт начал постепенно светать, и вершину горы окутал густой туман.

Когда всё стихло, с неба донесся птичий крик, нарушив ночную тишину.

Именно тогда Циньян открыла глаза и посмотрела на мраморное белое солнце, выходящее из восточного горизонта. Она повернулась к молодому человеку рядом, который всё это время наблюдал за ней: "Возможно, только в такие моменты я могу почувствовать спокойствие". Внезапно на горизонте появился сияющий свет, ослепляющий глаза.

Мурон Цзинсюан наблюдал за эмоционально взволнованной молодой девушкой в его руках и ещё крепче обнял её: "Если тебе здесь так нравится, то теперь мы постоянно будем приходить сюда, чтобы наблюдать за восходом солнца".

Она посмотрела на него и поправила плащ на плечах: "Если однажды мы уйдем в Цзянху, тогда будет не поздно сказать эти слова".

Циньян хотела встать, чтобы растянуть мышцы, но кто знал, что, как только она поднимется, то тут же рухнет вниз. К счастью, Мурон Цзинсюан сразу же поймал её в свои объятия.

"Ещё очень рано, не нужно так торопиться". Увидев, что девушка в его руках начинает краснеть, его настроение резко улучшилось.

Кажется, это первый раз, когда он увидел, что Циньян покраснела.

"Мурон Цзинсюан, ты бессовестный!" - сказала Циньян, оттолкнув его. Но кто бы мог подумать, что из-за своих онемевших ног она осядет на землю.

Видя, как она взволнована, Мурон Цзинсюан не мог удержаться от улыбки: "Не волнуйся"

Циньян посмотрела на его игривую манеру, не зная, злилась ли она на себя или на то, что он сказал: "Ты подлец"

Мурон Цзинсюан подошел к ней и протянул руку, осторожно добавив: "Да, я бессовестный"

Циньян повернулась к протянутой руке: "Давай возвращаться. В конце концов, мне всё ещё предстоит тяжелая битва, после возвращения в усадьбу Су"

Мурон Цзинсюан взял её за талию и начал спускаться с горы.

Когда утренний холодный ветерок прошелся по лицу Циньян, она вдруг поняла, что сейчас проснулась как никогда. Она должна укрепить свой дух, чтобы справиться со всем, что грядет.

Нин Сияо, Чай Июнь, Су Циньюань, Су Цинвэнь и вся усадьба Су - всё превратиться в пыль.

И она с нетерпением ждёт этого дня.

---------------------------------

Нянся не знала, почему заснула прошлой ночью, но к тому времени, когда она проснулась, сцена перед её глазами полностью её ошеломила.

На кровати лежали мужчина и женщина, и этой молодой женщиной была никто иная, как первой мисс усадьбы Су, Су Циньюань.

Нянся немедленно закричала в панике. И когда четыре девушки-служанки Су Циньюань открыли дверь, они увидели ту же сцену.

Они все прикрыли рты, сдерживаясь, чтобы не издать ни звука. Но в этот момент Су Циньюань не проявляла никаких признаков пробуждения.

Донмэй была решительной девушкой и, увидев эту сцену, она сразу же бросилась сообщать Нин Сияо.

Когда та услышала об этом, она почувствовала, что это невозможно. Она явно ждала известия о том, что Су Циньюань потеряла свою чистоту, но, в конце концов, почему её дочь могла сделать что-то настолько глупое?

Когда Нин Сияо бросилась во двор Юаньсинь, она увидела там Су Циньюань, а рядом с ней лежал мужчина с прошлой ночи, который должен был похитить Су Циньян.

Нин Сияо сразу ударила его по лицу, и тот мгновенно очнулся. Придя в себя, он с недоумением посмотрел на Нин Сияо. Последняя прошипела ему холодным голосом: "Сгинь!"

Мужчина тоже не знал, как это случилось. Он явно похитил Су Циньян, но почему, проснувшись, он лежал рядом с Су Циньюань. Но прежде чем он успел среагировать, его грудь пронзил острый меч.

Он уставился на клинок в груди и медленно рухнул перед Нин Сияо.

"Моя бедная девочка! Что я сделала, чтобы такое заслужить!" Нин Сияо наклонилась над кроватью Су Циньюань и громко заплакала. Но даже сейчас девушка не посыпалась.

"Юань'ер, моя бедная Юань'ер!" Нин Сияо закричала, сотрясая тело дочери: "Что случилось, почему ты в таком состоянии?!"

Су Циньюань наконец-то отреагировала, но когда она увидела Нин Сияо, она громко закричала. Кричала, чтобы её не трогали, чтобы не причиняли ей боль.

Каждое из этих слов мучало сердце Нин Сияо, как будто кто-то резал его ножом.

"Юань'ер, это мама, я твоя мама!" Нин Сияо плакала, сразу втягивая Су Циньюань в объятия.

Су Циньюань, похоже, постепенно пришла в себя, но её глаза остались пустыми, пустыми до такой степени, что в них не отражалась жизнь.

По какой-то причине Нин Сияо сразу вспомнила о Су Циньян и схватила ножницы, что лежали на прикроватной тумбочке, с угрожающим выражением.

Су Циньян, я тебя убью!