Его блестящие глаза расширились от шока.

— Ференика!

— Лучше не двигайся, Девкалион.

Её рука скользнула под ткань и несколько раз нежно провела по массивному мужскому достоинству от самого основания. Оно быстро увеличилось в размерах, выступая за пределы гиматия. Кончик сразу стал влажным. Девкалион почувствовал беспомощность перед ощущениями, которые никогда прежде не испытывал.

Он недоверчиво смотрел на руку Ференики и на её беспечные глаза, а после крепко сжал простынь под собой. Костяшки пальцев побелели, вены и сухожилия вздулись.

— Угх…

— Он так быстро намок.

— Прекрати, Ференика… Я…

— Не притворяйся, что тебе не нравится, — нежно прошептала Ференика и пальцами погладила головку, делая её ещё более влажной.

Его бёдра дрогнули от прикосновения. Она продолжала поглаживать его член по всей длине, а второй рукой сдавила бедро и при помощи Алтеи связала ему ноги.

Не в силах пошевелить ногами, он с искажённым лицом выкрикнул её имя:

— Ника!

— Давно нужно было сделать это.

— Ты спятила!

— Но тебя ведь возбуждают прикосновения спятившей девушки?

— Да я и сам чувствую, что вот-вот сойду с ума, так что перестань! Не делай этого!

— Разве ты не хочешь меня?

— Я всегда чертовски хотел тебя, Ника.

— Но?

— Но не сегодня.

Ференика непонимающе уставилась на него.

— Ты предала меня, Ференика.

— …

— Ради того, что никогда не было мне нужно.

— Я не предавала тебя.

— Ты предала саму себя.

— …

— Предала нас обоих. Повела себя так, будто то, чем я дорожу больше всего на свете, ничего для тебя не значит.

— …

— А больше всего на свете я дорожу тобой, — бессильно засмеялся он.

Ференика улыбнулась ему, а затем открыла рот и коснулась губами головки его члена.

«Тогда наблюдай за тем, как я — та, кем ты дорожишь больше всего на свете, — принимаю тебя в себе».

В будущем Ференика не раз спала со своим мужем Девкалионом, но она совсем не умела доставлять ему удовольствие ртом. Он никогда не просил об этом, ему было интереснее целовать и покусывать её, чем самому получать удовольствие.

В результате её опыт ограничился несколькими случаями, когда она решила воспользоваться ртом из любопытства. Однако благодаря этому опыту сейчас она ни секунды не колебалась.

Какими бы неловкими ни были её действия, разве невинная Парфенос* способна пойти на подобное? Девкалион даже не заметил, что на самом деле она была не слишком умела. Неопытность сполна компенсировалась смелостью.

*Парфенос — так называли девственных богинь, таких, как Геката, Артемида, Афина. Также это слово имеет значение «девственница».

— Пожалуйста, не делай этого, Ференика… — отчаянно умолял Девкалион с искажённым, заплаканным лицом.

Но его мольбы лишь больше распаляли Ференику.

Словно его слова были призывом, она опустила голову ниже и погрузила член глубже. Двигаться дальше стало трудно. Несмотря на решимость, она не смогла принять и половину его длины.

В конце концов Ференика подняла голову и медленно начала двигаться.

— М-м, ах, Ференика…

Девкалион даже не предполагал, что когда-нибудь ему доведётся увидеть столь непристойное зрелище, и отвернулся. Он был полон отвращения и презрения к себе из-за бесконечно растущего желания.