Аах, ну почему я возвращаюсь туда?

Стояла прекрасная лунная ночь. Я напряжённо крутил педали велосипеда.

Мы проехали жилой район к северу от вокзала и продолжили путь в западном направлении вдоль извилистой реки. Река называлась Шимокава и была одной из тех, что снабжали водопроводные сооружения Тамагава. Она постепенно изгибалась на северо-восток и тянулась до того района, где жил я.

Каждый раз, когда велосипед подскакивал на очередной кочке, тело сидящей на багажнике Ёиши прижималось ко мне. Каждый такой раз даже сквозь свитер я отчётливо чувствовал пару мягких выпуклостей на своей спине. Меня то и дело посещали несвоевременные мысли о том, что мы выглядим как молодая пара.

Не стоило, однако, забывать о том, что позади сидела полоумная особа в готической одежде. Её руки, обнимавшие меня за талию, были ненормально холодные. Разве у девушек температура тела не должна быть повыше? Они должны быть мягкими и тёплыми, от них должен исходить приятный аромат. От Ёиши я едва ли чувствовал хоть толику тепла. Если бы вдруг обнаружилось, что её могу видеть только я, я даже не удивился бы. Настолько не похожа на свидание была наша ночная поездка.

Жилой район остался далеко позади, и теперь нас окружали поля. Городские огни померкли и, казалось, звёзд на небе прибавилось, а запах травы чувствовался сильнее. Мой дом был уже совсем рядом.

— Прямо как в деревне.

— Только не начинай.

Так начался наш диалог после продолжительного периода молчания.

— Я ничего плохого этим не имею в виду. Просто не знала, что в Мусасино ещё остались такие места.

— Потому я и подумал, что арендная плата тут будет небольшой, — немного развеял я свои самоуничижительные чувства.

Дома всё редели и, обогнув несколько старых храмов, мы выехали на территорию, плотно заросшую деревьями. Если проехать по дорожке между ними, мы окажемся у моего дома.

— Честно говоря, не хотел бы я туда ночью соваться.

На это голос за спиной ответил:

— Он появляется только ночью, значит, мы должны идти сейчас, — Ёиши была прямолинейна. С таким аргументом не поспоришь.

На некоторое время вновь повисла тишина, пока Ёиши не спросила:

— Какое желание ты загадал?

— А?

— Ну, тебе ведь удалось поселиться в "доме, исполняющем желания", не так ли?

Не "удалось", а пришлось по финансовым обстоятельствам.

— Ничего особенного. Просто хотел, чтобы бизнес моей семьи шёл хорошо, вот и всё.

— Надо же, думаешь о семье, — прокомментировала Ёиши, не выказав ни признака эмоций.

Довольно жёстко с твоей стороны это "надо же" — хотел было ответить я, но тут дом показался из-за деревьев.

— Вот и он.

— Вижу.

Глядя на него теперь, я сам себе удивлялся — как я только мог его арендовать?! С какой стороны не посмотри, сейчас это вылитый дом с привидениями.

Я плавно заехал в гараж на первом этаже и Ёиши спрыгнула с багажника. Она щёлкнула выключателем на стальной колонне и зажёгся свет — этого оказалось достаточно, чтобы порядком уменьшить мой страх. Не спрашивая разрешения, Ёиши прошлась вокруг дома, осматривая здание с разных сторон.

"Великолепное строение", — сказала она и, обогнав меня, поднялась по лестнице ко входу на второй этаж. Не зная, что мне делать самому, я поставил ногу на ступень, но дальше двинуться не смог. Ёиши же быстро взобралась по лестнице, спокойно открыла дверь и заглянула внутрь. А, точно. Я вспомнил, что когда в панике выскочил из дома, то, конечно же, ничего не закрыл. То есть, он был не заперт несколько дней — как небрежно с моей стороны.

Я не мог заставить себя подняться и просто стоял внизу у лестницы, наблюдая. Довольно стыдно, но испытанный мною страх меня оправдывал. Ведь у животных есть такой же инстинкт — они ни за что не приблизятся к предмету, если не будут уверены, что он безопасен.

— Как там?

— Темно.

Ну разумеется.

И Ёиши вошла в дом. Страх остаться внизу одному переборол все остальные и я побежал за ней. Открыв дверь, я обнаружил, что помещение полностью освещено. Ёиши стояла у переключателя, оглядывая всё от стен до потолка.

Как прекрасен свет. Он был невероятно ярок и успокаивал меня до такой степени, что казалось, будто все произошедшие со мной жуткие вещи были просто сном.

Когда я собирался снять ботинки в прихожей, то заметил, что Ёиши уже разулась и аккуратно поставила свои сапожки в углу. Я подумал, что она на удивление неплохо воспитана, и вдруг осознал. Мы ведь ещё даже толком не представились друг другу.

— Немного запоздало, но… — я повернулся к Ёиши и презентовал себя, — мой ник в онлайне "Наги". А зовут меня Ямада Нагито. Я первокурсник, поступил в институт этой весной.

Она просто кивнула, не оборачиваясь, и произнесла:

— Я Ёиши.

— Разве это не твой ник?

— Нет. Моя фамилия — Мицуруги. Впрочем, это неважно.

Мицуруги Ёиши. Она продолжала удивлять меня своими странностями: в онлайне использовала настоящее имя, так пренебрежительно относилась к своей фамилии.

— Ты обнаружил цифру "五" (пять) на стене уборной? — спросила она, не желая более тратить время на формальности. Я указал на другой конец коридора и Ёиши молча направилась туда. Не колеблясь, она открыла дверь, включила свет и заглянула внутрь. Я тихо последовал за ней.

— Видишь? Это же действительно выглядит как "五", да? Это же не перцептивная схема или как там, правда? — сказал я спине Ёиши.

— Такие умные слова знаешь, — произнесла она снисходительно.

— Ну, я же фанат оккультизма.

Это, разумеется, была лишь отговорка, этот термин я узнал совсем недавно.

— В состоянии, когда твой мозг получил определённую информацию, он начинает воспринимать визуальные данные, подстраиваясь под неё. В когнитивистике это называют перцептивной схемой или самовнушением, — не обращая внимания на мой ответ, пояснила Ёиши. — Но здесь, без сомнения, написана цифра "五". Я тоже это вижу, — она провела пальцами по надписи, пробуя её на ощупь.

Что ж, не то чтобы вывод о том, что это не самовнушение, к чему-либо привёл. Скорее наоборот, всё стало только хуже. Если эта надпись была нацарапана специально, значит в этом доме кто-то был, или даже что-то.

— Число "六" (шесть) появилось рядом с ванной?

Закончив изучать пятёрку, Ёиши прошла по коридору к ванной с туалетом, включила там свет и открыла дверь. Она почти носом уткнулась в следующий символ, нацарапанный на подоконнике.

Подойдя ближе, я почувствовал странный запах. Честно сказать, он меня беспокоил с самого момента встречи с Ёиши. Но сейчас, в замкнутом пространстве и непосредственной близости к ней, он обнаружил себя гораздо явственнее чем раньше.

— …Это у тебя какие-то духи?

Ёиши молча покачала головой.

— Нет? Но ты… этот запах…

И тут я вспомнил, где раньше чувствовал его. Этот аромат стоял в раздевалках, когда я ещё учился в средней школе. Кисловатый, спёртый запах чего-то испорченного.

— …Эмм, я, конечно, понимаю, что девушку об этом спрашивать неприлично… — я почесал нос, — но когда ты последний раз принимала ванну?

Ёиши повернулась ко мне с недоумением на лице. Затем подняла глаза к потолку. Она глубоко задумалась, словно роясь в далёких воспоминаниях, и у меня возникло неприятное предчувствие.

— Что… почему ты так долго думаешь?

— Не помню, может, в прошлом месяце?

— Какого чёрта?! Сходи в ванну! Сходи сейчас же!

— Мы и так в ванной.

— Не в этом смысле! То есть… Ты что, никогда не принимаешь душ? Не моешь волосы?

— А как это связано с появлением цифр?

Задавая мне такой вопрос, Ёиши выглядела искренне удивлённой. Да, я слышал о не любящих гигиену девушках и даже читал, что французы королевских кровей были знамениты тем, что никогда не принимали ванну, но, блин, это современная Япония. Разве здесь ещё существуют девушки, не моющиеся месяцами?!

— Ты нелогичен, — отрезала Ёиши и снова уставилась на подоконник, — сомнений нет, это "六".

Затем она обернулась и спросила про цифру "七" (семь). Её в самом деле не интересовало ничего кроме паранормального. Я вздохнул и повёл её к следующей надписи.

Она была на лестничной площадке ведущей на третий этаж. Именно там я и заметил незнакомца в мысленном квесте с окнами, который меня заставила пройти Ёиши. Я не хотел туда идти, поэтому просто махнул рукой в том направлении.

Ёиши беззвучно поднялась по лестнице и прильнула к стене.

— Хмм.

— Это ведь тоже цифра, да?

Однако Ёиши не торопилась с ответом. Она вытащила из кармана маленький фонарик, посветила на надпись "七" и осмотрела её со всех сторон.

— Что-то не так?

— Это определённо "七", но да, что-то не так.

Только я собрался спросить, что ей показалось странным…

Ёиши неожиданно стошнило. И она даже не попыталась сдержать это, зажав рот, как обычно делают девушки. Она открыто сблевала, стоя прямо со сложенными на груди руками. От такого зрелища я попятился назад. "Она к этому привыкла", — пронеслась у меня мысль.

Брызжущая рвота. Переливающаяся желудочная жидкость с остатками апельсинового сока, что она пила ранее. Что это за девушка такая? Не моется, не сдерживает рвоту. Любительница оккультизма, тёплой весной ходит в чёрном пальто, не дружит с головой.

Тем не менее, я всё же заметил, что ненормальной девушке было очевидно плохо.

— Эй, ты в порядке? — я подбежал к ней и положил руку на плечо. Ёиши обессиленно кивнула и вытерла рот.

На лестничной площадке растеклась лужа рвоты, но Ёиши заговорила как ни в чём не бывало.

— Я заметила кое-что странное в твоём посте. Я не могу понять, почему отсчёт начался с семи.

— А?

— Обычно отсчёт начинается с десяти или девяти.

— Мне-то откуда знать?! То есть, я хочу сказать, призраки страшны неизвестностью своих мыслей и намерений. Так откуда же обычный человек вроде меня может знать, почему отсчёт начался именно с семи?

— Это не так. У паранормального нет никаких правил, но есть определённые намерения, присущие только им, — произнесла Ёиши, взбираясь по ступенькам. Мне оставалось только следовать за ней. Словно желая сказать, что есть ещё восемь и девять, она включила свет на третьем этаже и стала внимательно изучать стены, от потолка до пола. Вид Ёиши, ползающей на четвереньках по комнате, смешил и пугал одновременно.

Через некоторое время Ёиши стала тихо что-то бормотать про себя, напрочь забыв о моём существовании. Поняв, что бесполезно у неё сейчас что-либо спрашивать, я спустился на второй этаж. Зашёл в уборную, набрал там ведро воды в раковине и взял тряпку. В конце концов, это мой дом. Раз уж я не могу забыть лицо того человека, что увидел тогда в ресторане, отвлеку себя и уберу рвотную лужу.

Уфф, и почему она так воняет? Настолько, что у меня самого к горлу подступает тошнота. А ещё раздражает то, что виновника беспорядка это нисколько не заботит. Словно это само собой разумеется, что я должен за ней убирать.

— Эй, ты не ешь что ли совсем? Здесь никаких следов пищи, — сказал я с ноткой раздражения в голосе.

Однако спустившаяся с третьего этажа Ёиши просто пробормотала, что не нашла никаких цифр наверху. Я вспылил от её равнодушия.

— Я так и сказал — что нет там ничего!

Она проигнорировала мою реакцию и стала осматривать стены второго этажа. Несколько рассерженный, я наблюдал за ней, относя обратно ведро с тряпкой. Затем я взглянул на часы и поинтересовался:

— А ничего, что ты не дома в такое время?

Запоздалый, конечно, вопрос, учитывая, что сейчас три часа ночи. На месте её отца, я был бы уже вне себя от гнева и беспокойства.

— Надеюсь, ты предупредила родителей. То есть, я понимаю, что ты здесь по моей вине, но и они тоже волнуются. Я раньше всегда думал, как они надоедают, пока жил дома, но стоило мне уехать и пожить отдельно, как я сразу осознал всю их заботу.

Впрочем, моя вдохновенная лекция проходила мимо её ушей. Я заметил, что Ёиши стоит совершенно неподвижно, уставившись в одну точку.

— Что там? — спросил я, но Ёиши не сдвинулась. Она застыла, словно манекен на витрине.

Я подошёл и проследил за её взглядом. Это было то самое место, где её вырвало. А ещё именно там стоял мужчина из моего воображения.

— Эй… т-ты с кем там в гляделки играешь?

Я положил ей руку на плечо. Ёиши дёрнулась, будто избавившись от проклятья. И тихо прошептала: "Понятно".

Ко мне обернулось полное радости лицо. Её воодушевление было очевидно по проявившемуся на бледной коже румянцу.

— Ты заметил?

— Что?

Но она не ответила — развернулась на месте и пошла в сторону прихожей.

— Э-эй… Постой!

— Уходим отсюда.

Ёиши быстро надела свои высокие чёрные сапожки и двинулась прямиком к выходу. Я торопливо натянул кроссовки и побежал за ней. Стараясь не смотреть лишний раз внутрь, я выключил свет, закрыл дверь и, не забыв в этот раз, запер её. Спускался по лестнице я держась поближе к Ёиши.

Когда мы подошли к велосипеду в гараже, Ёиши ещё раз взглянула на тёмное строение и произнесла:

— Это очень интересный дом.

— О чём ты говоришь?

— Под ступенями на третий этаж есть бессмысленное пространство.

По спине пробежали мурашки.

Теперь ясно…

Я понял источник своего страха в этом доме. Да, я всегда полагал, что с ним что-то не так. Особенно то место под лестницей на третий этаж, до которого никак не добраться. Туда нельзя было забраться ни изнутри, ни снаружи дома. Мне приходилось слышать о тайниках, куда невозможно попасть, и то место под лестницей было очень схоже с такими. Не представляю, что могло там быть.

— И ещё, взгляни на это, — Ёиши указала на почтовый ящик у лестницы, ведущей в дом.

На листке бумаги размером с визитную карточку было написано моё имя. Оно было рассечено тремя горизонтальными чертами. Ошибиться было невозможно.

"三" (три).

Обратный отсчёт продолжался.

Ёиши пригляделась к надписи поближе и радостно проговорила: "Это место настоящее".

Я же произнёс голосом покойника: "Я больше не вынесу".