В пятницу, накануне зимних каникул, ма- ма собрала мне рюкзачок с вещами и кое-какое смертельное оружие и повезла меня в очередной интернат. По дороге мы подобрали моих друзей, Аннабет и Талию.

От Нью-Йорка до Бар-Харбора в штате Мэн восемь часов езды. На шоссе хлестал снег с до- ждем. Мы с Аннабет и Талией не виделись уже несколько месяцев, но из-за снегопада и раз- мышлений о том, что нам предстоит сделать, мы так нервничали, что разговаривать особо не тянуло. Никого, кроме мамы. Она, когда нерв- ничает, болтает еще больше обычного. К тому времени, как мы, наконец, добрались до Весто- вер-Холла, уже почти стемнело и мамочка успе- ла пересказать Аннабет и Талии абсолютно все позорные истории из моего детства.

Талия протерла запотевшее окно и выгляну-

ла наружу: О да! Тут будет весело.

Вестовер-Холл выглядел как замок злого ры- царя. Сплошной черный камень, башенки, окна- бойницы и высокие двустворчатые деревянные двери. Стоял он на заснеженном утесе, который одной стороной смотрел на большой заснежен- ный лес, а с другой стороны шумел серый океан. - Вас точно подождать не надо? - спросила мама.

Нет, мам, спасибо, - сказал я. - Я же не знаю, сколько времени это займет. С нами все будет нормально! Но как же вы обратно-то вернетесь? Я бес-покоюсь, Перси. Надеюсь, я не покраснел. Хватит и того, что я такой маменькин сынок, что меня на битвы мамочка возит.

Все в порядке, госпожа Джексон. - Анна- бег ободряюще улыбнулась. Ее белокурые воло сы были спрятаны под лыжную шапочку, а се- рые глаза были того же цвета, что и бушующее

море. Мы за ним присмотрим!

Мама, похоже, чуть-чуть расслабилась. Она считает Аннабет самой надежной и уравнове- шенной из полубогов, что когда-либо доживали до восьмого класса. Она уверена, что если я до сих пор жив, то только благодаря Аннабет. Она права, но это не значит, что мне это нравится. Ну хорошо, дорогие мои, сказала ма- Все взяли, что надо?

- Да, госпожа Джексон, - сказала Талия. -

Спасибо, что подвезли. Запасные свитера не забыли? Номер мое- го мобильника у вас есть? - Ну, мам!..

Амброзию и нектар взял, Перси? А золо- тую драхму, на случай, если понадобится свя- заться с лагерем?

Мам, серьезно! Нормально все будет! Пошли, ребята!

Она, похоже, слегка обиделась, и мне сдела- лось стыдно, но я уже готов был выскочить из этой машины на ходу. Если мама еще раз загово- рит о том, какой хорошенький я был в ванночке в три годика, я точно нырну в снег и замерзну насмерть!

Аннабет с Талией вылезли из машины следом за мной. Ветер продувал куртку насквозь,точно ледяные кинжалы.

Когда мамина машина скрылась из виду. Та-лия сказала: - Славная у тебя мама, Перси.

- Ну да, она хорошая,согласился я. -А твоя? Ты со своей мамой видишься?

Едва я это сказал, как тут же пожалел об этом. Талия большой специалист по части злоб- ных взглядов. С ее панковским прикидом, как она всегда ходит: в драной армейской куртке, черных кожаных штанах и вся в цепях, с прон зительно-синими глазами с черной подвод кой. - смотрится особенно убедительно. Но злобный взгляд, который она бросила на меня сейчас, тянул на все десять баллов: -

Не твое собачье дело. Перси!

Пошли-ка лучше внутрь. перебила нас

Аннабет. - Гроувер, наверно, уже ждет. Талия взглянула на замок и передернула плечами:

-Да, верно. Интересно, что он там такого нашел, что отправил экстренный вызов?

Я посмотрел на темные башни Вестовер- Холла.

Ничего хорошего, предположил я. Дубовые двери распахнулись со скрипом. и мы втроем шагнули в холл вместе с порывом вьюги.

Все, что я мог сказать, было «Ух ты-и!». Холл был громадный. Стены увешаны бое- выми знаменами и оружием: старинными вин- товками, боевыми топорами и всем таким про- чим. Нет, в смысле, я знаю, что Вестовер - во- енное училище и все такое, но все равно эта выставка смотрелась как-то уж чересчур воин- СТВЕННО.

Рука сама потянулась к карману, где я но- шу свою боевую шариковую ручку. Стремнину. Я уже почуял, что тут что-то неладно. Тут рази- ло опасностью. Талия поглаживала серебряный браслет, свой любимый магический предмет Я знал, что мы думаем об одном и том же. Нас ждала битва.

Хотелось бы знать, где... - начала было Аннабет.

Двери захлопнулись у нас за спиной. - Ла-адненько... - пробормотал я. - Пожа луй, мы тут немного задержимся... С другого конца холла доносились отзвуки музыки. Музыка, похоже, была танцевальная. Мы спрятали свои рюкзачки за колонной и двинулись вперед через холл. Далеко мы уйти не успели: послышались шаги, и из теней выш- ли мужчина и женщина, которые преградили нам путь.

У обоих были коротко подстриженные седые волосы, оба в черной форме с красным кантом военного образца. У тетки были жиденькие уси- ки, а дядька, наоборот, был чисто выбрит, что показалось мне довольно странным. Оба держа- лись так напряженно, как будто у них к спине метла прикручена.

Ну? - осведомилась тетка. - И что вы тут делаете? -XM...

Я осознал, что на это я не рассчитывал. Я был так поглощен тем, чтобы добраться до Гроувера и выяснить, в чем дело, что даже и не подумал, как подозрительно выглядят трое детей, проникших в школу среди ночи. О том. как мы попадем внутрь машине разговору не было.

Мэм, сказал я. - мы просто... Ха! - рявкнул дядька - я аж вздрогнул - Посетители на баль не допускаются! Вас виста BЯT BOH!

Дядька говорил с акцентом - французским, наверное. Он был высокий, с ястребиным ли- цом. Когда он говорил, ноздри у него раздува- лись, от этого было очень трудно не заглядывать ему в нос, и глаза у него были разноцветные: один карий, другой голубой, как у помоечной кошки.

Наверно, он собирался выкинуть нас в снег, но тут Талия выступила вперед и сделала нечто очень странное: она щелкнула пальцами. Щел- чок вышел резкий и громкий. Может быть, мне просто померещилось, но я почувствовал, как из ее руки вырвался порыв ветра. Ветер пролетел по залу, и знамена на стенах заполоскались. Мы же не посетители, сэр, сказала Та- Мы здесь учимся. Как же вы не помните: лия. я - Талия. А это Аннабет и Перси. Мы из вось- мого класса.

Учитель сощурил свои разноцветные гла за. Я не понимал, на что рассчитывает Талия. Вполне возможно, нас все равно выкинут в снег.только нам еще влетит за вранье. Но мужик как будто заколебался. Он посмотрел на коллегу Госпожа Элмел, ви знаете этих учеников? Несмотря на грозящую нам опасность, мне пришлось прикусить язык, чтобы не рассмеять- ся. Учительница по фамилии «Ел мель? Шутит он, что ли?

Женщина моргнула, как будто выходя из транса:

Я... да, кажется, знаю, сэр. Она нахмурившись посмотрела на нас:

Аннабет. Талия. Перси. Вы почему не в спортзале? Мы не успели ответить - снова послышались шаги, и в холл влетел запыхавшийся Гроувер: У вас получилось! Вы все-таки при... Он увидел учителей и запнулся на полуслове.

-Ой, миссис Элмел, доктор Терн! Я......... В чем дело, мистер Ундервуд? - осведо- мился дядька. Судя по его тону, Гроувера он на дух не переносил. чилось»? Что именно у них получилось

Гроувер сглотнул: - Э-э... да, сэр. Ничего, доктор Терн. Я про- сто имел в виду, что они при... приготовили пунш для бала. И у них очень хорошо получилось.

Доктор Терн уставился на нас. Я решил, что один глаз у него, наверно, искусственный. Инте- ресно, который? Голубой или карий? Вид у него был такой, как будто ему хочется сбросить нас с самой высокой башни замка, но миссис Элмел сонно сказала:

Да-да, пунш превосходный. Ну, бегите, бе- гите! И больше не выходите из спортзала.

Дважды ей повторять не пришлось. Мы смы- лись оттуда, приговаривая <<Да, мам!» и «Да, сэр] и пару раз отдав честь, потому что это вы- глядело уместным.

Гроувер потащил нас через холл туда, откуда слышалась музыка.

Я чувствовал, как учителя смотрят мне в спину, но все же подошел поближе к Талии

и вполголоса спросил: А что это было, вот когда ты пальцами щелкнула?

- Это ты про Туман? А что, разве Хирон те- бя этому еще не научил?

В горле у меня встал неприятный комок. Хи- рон был нашим главным наставником в лагеpe, но меня он никогда ничему подобному не учил. Почему Талии он это показал, а мне нет?

Гроувер привел нас к двери, где на стекле было написано •СПОРТЗАЛ. Такими круп- ными буквами, что даже я со своей дислексией разобрал.

Чудом прорвались! - сказал Гроувер. Хвала богам, что вы приехали!

Аннабет с Талией обняли Гроувера. Я стук- нулся с ним ладонями. Я был рад встрече Мы столько месяцев не виделись! Гроувер немного вытянулся, и бакенбарды у него отросли чуть погуще, но в остальном он выглядел точно так же, как всегда, когда прикидывался человеком: на кудрявых каштановых волосах красная шапочка, скрывающая козлиные рожки, мешко- ватые джинсы и кроссовки с фальшивыми ступ- нями, под которыми он прятал свои мохнатые ноги и копыта. На Гроувере была черная фут- болка с надписью, которую я разобрал, хоть и не сразу. Там было написано: «ВЕСТОВЕР-ХОЛЛ: ПЕХТУРА». Что это значит я не понял. Мо- жет, ранг Гроувера, а может, девиз школы... Так что за срочное дело? - спросил я.

Гроувер перевел дух.

Я нашел двоих. - Двоих полукровок? - изумленно пере- спросила Талия. - Здесь? Гроувер кивнул.

Найти одного полукровку и то большая ред кость. В этом году Хирон разослал сатиров по всей стране со срочным заданием: проверить школьников с четвертого класса до старше- классников, не найдется ли среди них свежих новобранцев. Времена настали отчаянные. Мы теряли ребят одного за другим. Мы нуждались во всех новых воинах, каких только сумеем най- ти. Проблема в том, что полубогов вообще не так много.

Брат с сестрой, - сказал Гроупер. - Ему десять, ей двенадцать. Не знаю, чьи они, но очень могущественные. Но времени в обрез. Мне нужна помощь. - Чудовища?

Один. - Гроувер заметно нервничал. - Он что-то подозревает. Не думаю, что он уже знает наверняка, но сегодня последний день перед ка- никулами. Я уверен, он их не выпустит из шко- лы, не выяснив, что к чему. Может быть, это наш последний шанс! Каждый раз, как я пытаюсь к ним подобраться, он тут как тут и преграждает мне путь. Не знаю, что и делать!

Гроувер умоляюще уставился на талию. Я постарался не расстраиваться из-за этого. Бы- вало, Гроувер обращался с такими вопросами ко мне, но сейчас старшей была талия. И не толь ко потому, что у нее папа Зевс. У Талии было больше опыта борьбы с чудовищами в реальном мире, чем у любого из нас.

Так, сказала она. - Эти полукровки сей- час на балу?

Гроувер кивнул.

- Ну так пошли на бал, - сказала Талия. А кто здесь чудовище?

-А! - сказал Гроувер и опасливо огляделся. - Вы с ним только что разговаривали. Это завуч, доктор Терн.

Что удивительно в этих военных училищах: ребята просто с катушек слетают каждый раз, когда им по какому-нибудь особому поводу разрешают не носить форму. Наверно, это потому, что в остальное время они ходят по струночке, вот они и стараются оттянуться.

По всему полу спортзала были раскиданы красные и черные воздушные шарики, и ребята пинали их друг другу в лицо или пытались удушить друг друга креповыми бумажными лентами, развешанными по стенам. Девчонки расхаживали в обнимку - ну, как всегда, - все накрашенные, в маечках на тоненьких лямках, ярких штанах и туфлях, которые выглядели как орудия пытки. Время от времени они окружали какого-нибудь бедолагу и накидывались на него, как стая пираний, с визгом и хохотом. Когда они, наконец, удирали прочь, парень оставался с ленточками в волосах и с физиономией, расписанной губной помадой. Некоторые из ребят постарше выглядели как я: им было явно неуютно, они жались по углам зала и старались спрятаться, как будто им вот-вот придется сражаться не на жизнь, а на смерть. В моем случае так оно и было…

Вон они! - Гроувер кивнул в сторону двух ребят помладше, которые о чем-то спорили, си- дя на трибуне - Бьянка и Нико ди Анджело.

На девочке была мешковатая зеленая шап- ка, как будто она пыталась спрятать лицо. Пар- нишка явно был ее младшим братом. У обоих были черные шелковистые волосы и оливковая кожа, и оба сильно жестикулировали, когда раз- говаривали. Мальчик перебирал какие-то кар- точки. Сестра его, похоже, за что-то бранила. И оглядывалась по сторонам, как будто чуяла неладное.

Аннабет спросила:- А они в курсе... в смысле, ты им сказал? Гроувер покачал головой:- Ну, ты же знаешь. Это могло бы подвер- гнуть их еще большей опасности. Как только они понимают, кто они такие, их запах усили вается.

Он взглянул на меня, и я кивнул. Я не мог себе представить, чем пахнут, полукровки, с точки зрения чудовищ и сатиров, но знал, что этот запах может тебя погубить. И чем могуще ственней становится полубог, тем аппетитней он пахнет для чудовища. Тогда хватаем их и сваливаем отсюда, сказал я.

Я шагнул было вперед, но Талия положила Руку мне на плечо. Завуч. доктор Терн, появился из двери рядом с трибунами и теперь стоял рядом с братом и сестрой ди Анджело. Он хо- лодно кивнул в нашу сторону. Его голубой глаз как будто светился.

Судя по выражению его лица, Туман, кото- рый напустила Талия, Терна, похоже, ничуть не обманул. Он подозревал, кто мы такие. И про- сто выжидал, чтобы выяснить, зачем мы здесь. Не смотрите на детей! - приказала Талия.

Нужно дождаться, пока представится

случай их увести. Надо сделать вид, что они нас вообще не интересуют. Сбить его со следа. А как? Нас трое могущественных полукровок.

Наше присутствие должно сбить его с толку. Смешайтесь с толпой. Ведите себя естественно. Танцуйте. Но приглядывайте за ребятишками. -Танцевать? - переспросила Аннабет. -

Талия кивнула. Прислушалась к музыке и скривилась:

Фу-у! Кто поставил Джесси Маккартни? Гроувер, похоже, обиделся:

- Я, а что? - о боги, Гроувер! Нашел чего поставить.

Не мог, что ли, взять «Green Day» или еще какой-нибудь панк?

Чего-чего?

- Ладно, забей. Пошли танцевать.

- Я не умею!

Ничего, я буду вести, - сказала Талия

Пошли, козлик! Гроувер взвыл: Талия ухватила его за руку и вытащила на танцпол. Аннабет улыбнулась.

-Чего? - спросил я.

Ничего. Просто здорово, что Талия вернулась. За прошлое лето Аннабет вымахала выше меня. Меня это несколько напрягало. Раньше она не носила никаких украшений, кроме свое- го ожерелья из лагеря полукровок, а теперь на ней были серебряные сережки в виде сов сим- вола ее матери, Афины. Она стянула с головы лыжную шапочку, и светлые кудри рассыпались у нее по плечам. Почему-то от этого она сдела- лась старше.

Ну, это... Я попытался придумать, что бы такое ска- зать. Талия велела вести себя естественно. А ес- ли ты полукровка, выполняющий опасное задание, естественно это как? Спроектировала в последнее время чтонибудь интересное? Глаза у Аннабет вспыхнули, как всегда, когда речь заходила об архитектуре. О богиПерси! Там, в моей новой школе, преподают элективный курс трехмерного дизайна!

И еще там на компах стоит такая крутая

программа...

И она принялась рассказывать, как спроек- тировала громадный монумент для места терак- та 11 сентября на Манхэттене. Она толковала об опорных элементах конструкции, о фасадах, обо всем таком. Я честно старался слушать. Я знал, что она мечтает стать суперархитектором, когда вырастет, она обожает математику, историче- ские здания и так далее, но из того, что она говорила, я не понимал почти ни слова.

По правде говоря, я был вроде как разоча- рован, узнав, что ей так нравится в новой шко- ле. Она впервые пошла в школу в Нью-Йорке. Я надеялся видеться с нею почаще. Это был пансион в Бруклине, они с Талией ходили туда вдвоем. Это было достаточно близко от лагеря полукровок, так что Хирон мог им помочь, если что. Школа была только для девочек, а я учил- ся в средней школе номер 54 на Манхэттене, так что я с ними почти не ВИДЕЛСЯ.

Ага, ну да, круто, сказал я. - Так ты там до конца года пробудешь, да? Аннабет помрачнела:

Ну да, может быть, если только не...

- Эй! окликнула нас Талия. Она танцева- ла медленный танец в паре с Гроувером. Сатир спотыкался, пинал Талию в голени и выглядел так, словно мечтает умереть. Ну что ж, у него ноги фальшивые. Хоть какое-то оправдание его неуклюжести. У меня и того нет. - Танцуйте, ребята! - потребовала Талия.

А то стоите там, как придурки! Я нервно взглянул на Аннабет, потом на

стайки девчонок, шныряющие по залу. - Ну? - сказала Аннабет.

А... а кого же мне пригласить?

Она ткнула меня в живот:

Меня, рыбьи мозги!

А-а... Ага, ладно.

Мы вышли на танцпол, и я огляделся, чтобы выяснить, как дела у Талии с Гроувером. Я по- ложил одну руку на бедро Аннабет, а она ухва- тила меня за вторую, как дзюдоист, собираю- щийся провести бросок. Не бойся, я тебя не укушу, сказала она. - Серьезно, Перси! Вас что, в школе танцам не учат, что ли?

Некоторое время мы неуклюже топтались по танцполу. Я пытался думать о всякой ерунде: о бумажных лентах, о миске с пуншем О чем угодно, кроме того, что Аннабет выше меня, а руки у меня потные и, наверно, очень грубые и я все время наступаю ей на ноги. - А о чем ты сейчас говорила? - спросил я. - У тебя неприятности в школе или типа того...

Она стиснула губы:

- Да не в школе, а с отцом.

Ой-ой! - Я знал, что с отцом у нее отно- шения не фонтан. - А я думал, вы вроде как по- мирились... Это опять из-за мачехи? Аннабет вздохнула:

Он решил переехать. Стоило мне при- житься в Нью-Йорке, как он нашел эту дурац- кую новую работу исследования для книги о Первой мировой войне. В Сан-Франциско! Она сказала это таким тоном, будто речь шла о Полях Наказаний или штанах Аида. - И он хочет, чтобы ты переехала вместе с ним?

На другой конец страны! с несчастным видом сказала она. - А в Сан-Франциско полу- кровки вообще жить не могут! Можно подумать, он не знает.

- А что такое? Почему?

Аннабет закатила глаза. Кажется, она реши- ла, что я придуриваюсь.

Ну как же! Это же прямо там!

- A-a, сказал я. Я понятия не имел, о чем она, но мне не хотелось выглядеть идиотом. Так ты, значит, вернешься в лагерь, или что?

Все куда серьезнее, Перси. Я... наверно,

мне следует сказать тебе одну вещь.

И вдруг она застыла.

Они исчезли!

Что?

Я посмотрел туда же, куда и она. На три- буны. Двоих полукровок, Бьянки и Нико, там больше не было. Дверь рядом с трибунами была широко распахнута. И доктор Терн тоже исчез.

Надо найти Талию и Гроувера! - Аннабет лихорадочно огляделась. вали? Идем! Куда же они утанце-

Она бросилась сквозь толпу. Я уже хотел было последовать за ней, но тут мне прегради- ла путь толпа девчонок. Я обогнул их, чтобы не оказаться в лентах и помаде, и к тому времени, как я вырвался, Аннабет исчезла. Я развернул- ся на месте, разыскивая ее, Талию или Гроувера Но вместо них я увидел то, от чего кровь у меня застыла в жилах.

Метрах в пятнадцати на полу спортзала ва- лялась мешковатая зеленая шапка, совсем как та, что была на Бьянке ди Анджело. И рядом с ней - раскиданные карточки. А потом я мель- ком увидел доктора Терна. Он торопливо шагал к двери в противоположном конце зала, волоча ребят ди Анджело за шкирки, как котят.

Аннабет я по-прежнему не видел, но она сей- час наверняка пробивается в другую сторону. разыскивая Талию с Гроувером.

Я едва не бросился за ней, а потом подумал: «Постой-ка...

Я вспомнил, что сказала мне Талия в хол- ле, когда я ее спросил про этот трюк со щелч- ком: Разве Хирон тебя этому еще не научил?≫ И про то, как Гроувер обернулся к ней, рассчи- тывая, что она все исправит.

Не то чтобы я ей завидовал или что. Талия классная. Она не виновата, что у нее отец Зевс, и все внимание достается ей... Но все-таки не стоит мне бегать к ней с каждой проблемой. А потом, и времени нет. Ребятам ди Анджело грозит опасность. К тому времени, как я отыщу Друзей, дети, возможно, уже исчезнут. А то я чу- довищ не видел! Сам управлюсь.

Я выхватил из кармана Стремнину и бросил-

ся вслед за доктором Терном.

Дверь вела в темный коридор. Впереди по- слышалось шарканье ног, потом болезненное оханье. Я сорвал со Стремнины колпачок.

Ручка у меня в руках удлинилась, превратив- шись в бронзовый греческий меч около метра в длину, с обтянутой кожей рукоятью. Клинок чуть светился, отбрасывая золотистый отсвет на ряды шкафчиков.

Я трусцой припустился по коридору, но, ког- да я добежал до другого конца, там никого не было. Я ответил дверь и снова очутился в холле. Я был совершенно сбит с толку. ДоктораДоктор Торн уставился на нас. Я решил, что один глаз у него, должно быть, вставной. Вот только какой? Карий? Голубой? Он смотрел так, будто хотел сбросить нас с самой высокой башни замка, но затем миссис Готтчок полусонно произнесла:— Превосходный пунш. А теперь — уходите отсюда все. И не вздумайте снова покидать школу!Дважды повторять нам не пришлось. Прежде чем уйти, мы нестройно отбарабанили «да, мэм» и «да, сэр», поскольку сообразили, что здесь так принято.Гроувер быстро повел нас через холл в направлении, откуда доносилась музыка.Я чувствовал, как учителя смотрят нам в спину, однако поравнялся с Талией и вполголоса спросил ее:— Как тебе удалось проделать эту штуку… ну, когда ты щелкнула пальцами?— Ты про туман? Неужели Хирон тебе не показывал?У меня перехватило дыхание. Хирон был нашим учителем, но он никогда не показывал мне ничего подобного. Почему же он научил этому Талию?Гроувер, поторапливая, вел нас к двери, на стекле которой было написано «СПОРТЗАЛ». Даже при моей дислексии я смог это прочесть.— Уже скоро! — сказал Гроувер. — Слава богам, вы подоспели!Аннабет и Талия крепко обняли его. Я показал ему поднятый вверх большой палец.Здорово было увидеться с ним спустя столько месяцев. Он немного подрос и отпустил хиленькие бакенбарды, но в остальном выглядел как всегда, когда хотел сойти за человека: красная кепка на курчавых каштановых волосах, чтобы скрыть козлиные рожки, мешковатые джинсы и спортивные кроссовки, скрывавшие его мохнатые ноги и копыта. Наряд сатира дополняла черная футболка, и мне потребовалось несколько секунд, чтобы прочесть надпись на ней: «Уэстовер-холл, пехотинец». Трудно было сказать наверняка, что это — род войск, к которому принадлежал Гроувер, или просто школьное прозвище.