Глава 14: Борьба за жизнь

В тот самый миг, когда Юлиус уже про себя попрощался с жизнью, чья-то рука рванула его сзади за шиворот и резко отшвырнула в сторону, спасая от удара ножом.

В суматохе Юлиус совсем забыл про Эдвина. К счастью, грохот выбитой двери справился с задачей и без него, вырвав того из объятий сна.

Убрав Юлиуса с линии атаки, Эдвин тут же набросился на врага. Движения были настолько быстрыми, что Юлиус не успевал за ними уследить. Доля секунды — и клинок из теневой маны уже пронзил грудь противника. У него не было ни единого шанса.

Услышав шум в комнате Эдвина, Юлиус почувствовал, как остальные убийцы начали стягиваться туда из своих укрытий. Фиолетовая сфера маны, пущенная Юлиусом, не задела нападавшего: хоть она и двигалась быстрее его прежних заклинаний, для высокорангового противника этого было недостаточно. Однако удача сегодня явно благоволила юноше. Промахнувшись мимо цели, сгусток энергии устремился прямиком в дверной проём — туда, куда как раз вбегали другие наёмники.

Шар фиолетовой маны врезался в грудь первому же подоспевшему и сдетонировал. В отличие от недавнего пинка, эта атака нанесла куда более серьёзный урон.

Смесь сжатого огня и кинетики породила смертоносный взрыв, в клочья разорвавший защиту убийцы. Созданная Юлиусом сфера не отличалась ни изяществом, ни эффективностью расхода сил. Это заклинание служило единственной цели — уничтожать всё на своём пути.

И всё же Юлиус оставался магом всего лишь 1-го ранга. Ранить кого-то третьего или четвёртого казалось невозможным. Даже схватка с обладателем 2-го ранга была бы безумием, а с ростом уровней пропасть в силе становилась лишь глубже.

Тем удивительнее было видеть, насколько эффективной оказалась его атака против куда более сильного противника. Взрыв поглотил убийцу, вышвырнул его из дверного проёма и пробил им стену здания, оставив в кладке дыру в человеческий рост.

Коридору тоже досталось: взрывная волна разнесла всё вокруг, превратив стену между ним и комнатой Эдвина в груду щебня.

От удара в ушах Юлиуса зазвенело. Зато устроенный им хаос подарил Эдвину несколько драгоценных мгновений, чтобы сориентироваться.

Окинув взглядом наступающих врагов, Эдвин выпустил волну теневой маны. Наёмников качнуло, словно пьяных. Похоже, целью было лишь сбить их с толку, потому что Эдвин тут же развернулся к стене, смежной с покоями Лукаса, и пробил в ней огромную брешь.

Юлиус понял замысел: Эдвин стремился пробиться к Лукасу, догадываясь, что истинной целью нападения был именно он.

В соседней комнате творилось то же самое. Лукас, видимо, тоже проснулся от шума, но его положение было куда хуже: Патриарха пытались прикончить десяток убийц, тогда как к Эдвину ворвались лишь четверо.

Сомнений не оставалось: главной мишенью был Патриарх дома Гипериус. Но, несмотря на численный перевес врага, Лукас держался стойко.

Дядя укрылся за плотным золотым барьером из солнечной маны, спасавшим от града ударов, и при первой же возможности огрызался ответными золотистыми залпами.

К несчастью, убийцы знали о способностях дяди и подготовились. Трое нападавших, прикрывая остальных, выставили перед собой смоляно-чёрные щиты. Те с лёгкостью поглощали атаки Лукаса, словно выпивая свет из его заклинаний.

Враг предусмотрел всё. Общеизвестно, что маги со сродством к солнцу куда сильнее днём. Вероятно, именно поэтому для покушения выбрали ночь: нападавшие рассчитывали застать Лукаса врасплох, когда он слабее всего и беззащитен во сне.

И всё же пробить защиту Патриарха им пока не удавалось. Неожиданно Эдвин схватил Юлиуса за руку и швырнул прямо к ногам Лукаса. Дядя тут же расширил барьер, укрывая племянника от шальных ударов.

Сам же Эдвин исчез, чтобы мгновение спустя возникнуть прямо за спинами нападавших. В один миг он перерезал горло одному из щитоносцев и снова испарился, прежде чем полдюжины клинков рассекли воздух на месте, где он только что стоял. Появившись в нескольких шагах в стороне, он накрыл врагов той же дезориентирующей волной, что и в прошлой комнате. Потерявшие концентрацию убийцы отвлеклись от Лукаса, и тот не упустил момент: узкий диск сжатой маны рассёк четверых, словно глину.

Тем временем подоспела четвёрка из комнаты Эдвина. Теперь против троих защитников дома стояло девять противников. Ошибок они больше не допускали: чёрные щиты надёжно блокировали каждый выпад Лукаса.

Юлиусу оставалось лишь сидеть за барьером и наблюдать. Он прекрасно понимал, что сейчас он — лишь обуза. Из-за него Лукас вынужден тратить силы на поддержание купола, вместо того чтобы сражаться в полную силу.

Он непрерывно рассылал импульсы Пространственного восприятия, следя, чтобы никто не подкрался незамеченным. Но такая нагрузка нещадно давила на мозг. Ноги всё ещё были в плачевном состоянии, хоть он и вливал в них ману жизни до предела. Единственное, что, по его мнению, могло помочь — это попытка повторить ту фиолетовую сферу маны.

Он не знал точно, как она у него получилась, но та атака стала единственной полезной в сражении. Глубоко вздохнув, он попытался вспомнить, что сделал тогда. С тех пор как ему удался тот пинок, усиленный кинетикой, в Юлиусе словно что-то переключилось. Кинетическая мана теперь отзывалась охотнее. Будто тело, единожды научившись, уже не могло забыть.

Юлиус смутно припоминал, что в суматохе приходило какое-то уведомление. Поэтому, прежде чем пытаться воссоздать сферу, он решил быстро проверить, не появился ли новый навык. Любой прирост силы сейчас был бы кстати и мог решить вопрос жизни и смерти.

[Пространственное восприятие достигло порога.]

[Пространственное восприятие ур. 16 -> Пространственное восприятие ур. 17]

[Пространственное восприятие достигло порога.]

[Пространственное восприятие ур. 17 -> Пространственное восприятие ур. 18]

[Концентрация достигла порога.]

[Концентрация ур. 8 -> Концентрация ур. 9]

Он получил два уровня Пространственного восприятия подряд и один — Концентрации. Должно быть, всё дело в давлении и смертельной угрозе. Ни для кого не было секретом, что уровни навыков растут в зависимости от того, какому стрессу подвергается душа. Но он и не думал, что эффект будет столь значительным.

Были и другие уведомления.

[Желаете изучить навык Кинетический выброс?]

[Желаете изучить навык Термальное сжатие (Необычный)?]

Ему предложили два навыка, причём один — необычный. Освоить необычный навык, не развивая уже имеющийся общий, было задачей не из лёгких, мало кому такое удавалось. Он подозревал, что всё дело в его многолетнем опыте сжатия собственной маны.

Юлиус принял оба без раздумий. Может, в долгосрочной перспективе они ему и не нужны, но если он переживёт эту ночь, то всегда сможет удалить их позже.

[Поздравляем, навык Кинетический выброс получен.]

[Поздравляем, навык Термальное сжатие (Необычный) получен.]

Пока Юлиус разбирался с новыми навыками, Эдвин и Лукас сражались с оставшимися противниками. Чувствуя вину за то, что висит балластом, он сосредоточился на своей задаче.

Термальное сжатие, как и ожидалось, основывалось на том, как Юлиус до предела сжимал огненную ману, а Кинетический выброс напоминал то, что он проделал, ударив ногой убийцу в лицо. Хотя они не были новыми вариациями его способностей, эти навыки уже многое меняли. Он чувствовал, как они начинают активироваться сами по себе, стоило лишь подумать.

Он начал закачивать огненную ману в новую сферу, пытаясь добавить к ней и кинетическую. Однако взаимодействие кинетики с огнём ощущалось не так, как раньше. Прежде они словно кружились вместе внутри, подпитываясь энергией друг друга.

Поэтому он начал раскручивать ману внутри сферы, не думая о контроле каждого типа по отдельности, а просто пытаясь смешать их, словно в блендере. Пока он продолжал вливать ману, сфера вращалась всё быстрее и, как следствие, сжималась всё сильнее — Термальное сжатие делало процесс практически автоматическим. На создание ушло куда больше времени, чем в прошлый раз, но теперь сфера ощущалась мощнее.

Спустя почти десять секунд перед ним наконец зависла сфера из сжатого огня и кинетической маны. Она всё так же отливала фиолетовым, но теперь внутри неё бушевал стремительный вихрь.

Напряжение на разум от контроля такой массы энергии при одновременной подпитке двумя типами маны было колоссальным. С учётом того, как щедро он использовал Пространственное восприятие, мозг был готов вот-вот расплавиться в жижу.

Юлиус не знал, блокирует ли барьер Лукаса только внешние атаки или пропускает их изнутри. Казалось, собственные атаки Лукаса проходят без проблем, но, возможно, дело было в том, что это его техника.

Поэтому Юлиус тронул дядю за бок, чтобы тот обратил на него внимание.

***

Лукас наблюдал за тем, как Юлиус создаёт сферу, параллельно защищаясь и атакуя убийц. По правде говоря, он был потрясён тем, сколько маны Юлиусу удалось уместить внутри сферы. Казалось, у Юлиуса всегда был талант к сжатию маны. Кроме того, Лукас помнил о неестественной чистоте маны Юлиуса после крещения. Он не знал, почему у мага первого ранга такая насыщенная энергия, но раз это шло на пользу Юлиусу, а следовательно, и дому Гипериус, Лукас не стал лезть с расспросами.

Всё это, в сочетании с огромным запасом маны, ставило Юлиуса на голову выше любого мага 1-го ранга, которого когда-либо встречал Лукас. Он бы ни за что не признался в этом племяннику, но, если судить только по «сырой» мане, Юлиус уже находился на уровне бойца 2-го ранга.

Похоже, сам Юлиус понятия не имел, насколько опережает сверстников. Из-за изоляции ему не с кем было себя сравнивать, а благодаря жестоким тренировкам Эдвина заложенный у него фундамент был просто невероятным. Лукас был искренне убеждён: если мальчик проживёт достаточно долго, то однажды достигнет шестого, а может, и седьмого ранга.

Он должен во что бы то ни стало сохранить Юлиусу жизнь. Если тот раскроет свой потенциал, процветание дома Гипериус будет гарантировано.

***

Стоило привлечь внимание Лукаса, как тот понял Юлиуса без единого слова. Дядя просто приоткрыл в барьере брешь размером со сферу, и Юлиус тут же метнул её в сторону нападавших.

Тем временем Эдвин, похоже, уже расправился с одним из противников. Однако двое оставшихся со щитами представляли наибольшую угрозу. Их защита явно была создана специально против магии солнца, и с ними нужно было разобраться в первую очередь.

Юлиус применил Кинетический выброс, высвобождая часть заряда, скопленного на поверхности сферы. В отличие от прошлых попыток, где он использовал взрывы для ускорения снаряда, кинетика действовала куда деликатнее. Кинетическая мана сработала подобно реактивному двигателю: сила толкала в одну сторону, а сфера летела в другую.

Благодаря этому снаряд набрал скорость, недостижимую для прежних атак Юлиуса. Фигуры со щитами заметили угрозу и приготовились принять удар. Эдвин, поняв замысел ученика, телепортировался подальше от группы и выпустил ещё одну волну теневой маны. Эффект оказался слабее, чем в первый раз — враги были готовы, — но их всё же пошатнуло.

Сфера врезалась в щиты и с чудовищной силой и детонировала. Щитоносцы отшатнулись. В их глазах читался шок: они не ожидали такой мощи от ребёнка. Один из них едва не выронил щит из рук.

Эдвин мгновенно воспользовался заминкой. Он телепортировался прямо над ними и обрушил мощный поток теневой маны, который буквально искромсал того, кто едва удержал щит, и оторвал левую руку второму.

Когда остался лишь один полукалека со щитом, в дело вступил Лукас. Он окружил уцелевших ассасинов золотым сиянием. Единственный щит пытался поглотить столько маны, сколько мог, а остальные в отчаянии швыряли в Лукаса заклинания, но тщетно. Лукас вложил в этот ход столько силы, что полностью подавил любое сопротивление. Как только вся группа оказалась внутри плотной ауры, Лукас высвободил свою технику.

Подобно тому, что случилось с Грегором, их накрыл божественный луч света; на этот раз Юлиус ощутил жар и давящую мощь. Все до единого были испепелены. От врагов остались лишь кучки пепла да несколько уцелевших предметов экипировки.

Всё кончилось так же внезапно, как и началось. Юлиус был истощён. Запас маны у него был велик, но эти две сферы выжали его досуха; на восстановление уйдут часы.

Вот только Эдвин и Лукас вовсе не выглядели так, будто всё позади. Они оставались настороже, готовые к продолжению боя.

И чутьё их не подвело: сквозь дыру в стене Юлиус увидел слой голубой маны, накрывший ту часть особняка, где они находились, словно куполом. Они в ловушке.

Он услышал, как Эдвин сквозь зубы выругался.

Лукас тоже тихо вздохнул:

— Они как-то активировали защитный контур поместья, и теперь мы не можем выйти. Я всё гадал, как они проникли внутрь, но теперь всё сходится.

— Думаешь, нас предали? — спросил Эдвин.

— Да. Кто-то изнутри должен был впустить их и дать доступ к барьерам. И, вероятно, это заняло немало времени, иначе я бы заметил следы вмешательства.

— Что это значит для нас? — спросил Юлиус.

Никто не ответил, но молчание говорило само за себя. Дела плохи.

— Те, кто напал на нас, рассчитывали застать нас врасплох во сне. Честно говоря, у них бы получилось, если бы ты не разбудил нас, Юлиус. Те щиты были созданы специально против моих навыков, и рано или поздно они бы меня измотали. Мы выжили благодаря тебе, — наконец сказал Лукас, взъерошив ему волосы.

Осознание того, насколько близка была смерть, накрыло Юлиуса. Один неверный шаг — и они могли погибнуть. Впрочем, опасность ещё не миновала. Похоже, положение всё ещё оставалось скверным.

— Я заметил их только потому, что почувствовал неладное, а Пространственное восприятие засекло их в тенях, — Юлиус помолчал мгновение. — Они из клана Геншен?

Лукас кивнул:

— Да. Полагаю, кто-то из наших врагов, возможно, герцог Грейсон, нанял их.

Эдвин подал голос:

— Нам нужно пробираться к аварийной станции телепортации. Они не должны о ней знать и могут подумать, что мы заперты внутри. Беспокоит лишь одно: барьеры могут помешать дальней телепортации. Но, как бы то ни было, лучше пути нет.

— Куда она нас отправит? — спросил Юлиус.

— Она должна перенести нас на соответствующую станцию в одном из наших убежищ. Скорее всего, в Селестию, — ответил Лукас.

Юлиус мало что слышал о Селестии, знал лишь, что это ближайший к поместью город, где у дома Гипериус много владений. Похоже, именно туда лежал их путь — если, конечно, они успеют добраться до станции первыми.

———