— Я думал, ты уже упорхнула, — произнес Элайджа, заглянув в покои Сары.

Принцесса сидела за массивным столом, с головой погрузившись в ворох исписанных листов. Пергамент ровным слоем покрывал не только полированную столешницу, но и ковер под ногами — девчонка явно корпела над записями не один час.

Она подняла затуманенный взор:

— Я могла бы сказать о тебе ровно то же самое.

Элайджа неловко потер затылок:

— Выдвигаюсь через считаные минуты. Просто заглянул попрощаться.

Сара растерянно моргнула, оглядывая комнату так, словно только что очнулась от глубокого сна:

— А какой сегодня день?

Друид тяжело вздохнул:

— Ты носа из покоев не кажешь уже трое суток.

— Уже столько прошло?..

— Чем ты вообще тут занимаешься? — поинтересовался он, на цыпочках лавируя между разложенными на полу чертежами. — И почему на обычной бумаге? Я думал, вы всё запечатываете в кристаллы памяти или вроде того.

— Кристаллы великолепно хранят массивы данных, вот только для записи мыслеобразов требуется профильный системный навык, — пояснила принцесса. — У меня такого умения нет, да будь оно в наличии — пускать в ход я бы его не стала. Во всяком случае, пока черновики не обретут законченный вид.

— Вот как. Значит, всё это — ради Земли?

— А ради чего еще? — вскинула она подбородок.

— Честно говоря, я думал, что по возвращении домой ты мгновенно переключишься на очередную сиюминутную забаву.

— Ты настолько невысокого обо мне мнения?

— Что? Нет, просто я...

Сара звонко, от души расхохоталась:

— Да ладно тебе, я шучу! Год назад ты оказался бы прав на все сто. Наставники в академии плешь мне проели упреками, что я не умею доводить дела до конца.

— А с этим проектом, стало быть, всё иначе? — Элайджа сдвинул стопку исписанных листов на край стола и присел на освободившийся угол.

— Никаких сомнений. Я же сказала, что вернусь на Землю и переверну там всё к лучшему. С матушкой я уже побеседовала — почву прощупала, пусть напрямую прошения пока не подавала. Она прекрасно поняла мой намек, к гадалке не ходи. Если я выложу перед ней безупречный бизнес-план с реальными шансами на триумф, она даст добро, — воодушевленно делилась драконица. — Как только закрою академический курс, разумеется. Но там дел на пару пустяков.

— Вот уж... неожиданно.

— В полубожественный ранг я могу шагнуть хоть сию секунду, — напомнила Сара. — Я лишь полирую Наследие до абсолюта. Академия в этом здорово помогает, но...

— Погоди, — перебил ее Элайджа. — Академия влияет на Наследие?

— Само собой! Нас там не просто пичкают теорией: на выпускных экзаменах выставляются баллы, и если набрать высший квалификационный порог — Система засчитывает это как персональное великое свершение. Чего ради мы, по-твоему, штаны там просиживаем?

— Дай угадаю: вас тупо натаскивают на сдачу этих самых тестов?

Принцесса неопределенно повела плечом:

— Ну... отчасти. Или даже по большей части — черт его разберет. Это главное матушкино условие перед эволюцией: сдать всё на высший балл, иначе останусь зубрить до посинения. Но я процентов на девяносто уверена, что готова закрыть сессию прямо сейчас. Единственный затык — боевые спарринги, но Бирк-Бирк обещал подтянуть мне технику.

— Звучит солидно, — улыбнулся друид. — Но смотри не загоняй старика. Ты же знаешь, он перед тобой тает как воск.

— И я намерена выжать из этой слабости максимум пользы!

Элайджа сокрушенно покачал головой:

— И каков же генеральный план по спасению Земли? Надеюсь, вернувшись, я не обнаружу тебя на троне верховной владычицы человечества?

Сара загадочно промолчала.

— Сара? Если по возвращении я увижу твои парадные портреты на стенах каждого министерства...

— О чем ты вообще говоришь?

— ...или монументы! Умоляю, только без конных статуй на площадях!

— У матушки повсюду стоят статуи.

— Боже правый... процесс уже пошел.

Она шутливо врезала ему кулачком в плечо:

— Да не собираюсь я узурпировать вашу власть! Я лечу исключительно помогать!

— А под «помогать» ты подразумеваешь диктовать каждому смертному, как ему правильно жить, верно?

Она без тени смущения пожала плечами:

— Это самый надежный способ заставить людей поступать правильно.

— Ну всё, тушите свет. Земля обрела своего верховного диктатора. Сил тебе на этом тернистом пути.

— Ты серьезно?

— Сара, если я хоть что-то смыслю в людской породе — власть добровольно у нас не отдаст ни одна живая душа, — хмыкнул друид. А затем не сдержал тихого смешка.

— Что смешного?

— Просто живо представил, как ты сцепишься языками с Исайей. Зрелище обещает быть грандиозным.

— Да справлюсь я с вашим Исайей!

— Не сомневаюсь. Но дружеский совет на дорожку: начни с малого. Подсоби Аттикусу. Поработай с Фондом Хартвуда. Помоги разрулить завалы Рамику. Встань твердо на ноги, обзаведись связями — а уж потом разворачивай имперские знамена.

Будь у него хоть малейшее подозрение, что сопливой драконице по силам подмять под себя планету, напутствие вышло бы куда жестче. Но человеческую природу Элайджа знал досконально. И земных лидеров знал не хуже: полисы не уступят суверенитет без драки, а переводить спор в плоскость кровопролития Сара не станет.

В конце концов, девочка искренне желала добра. Разжигать гражданскую войну противоречило всей ее сути.

И всё же он посерьезнел:

— Просто поклянись, что не станешь бряцать оружием.

— Разумеется, не стану! Это ниже нашего достоинства. Матушка со стыда сгорит, если я опущусь до банального мордобоя.

— Которого, стало быть, не случится?

Она закатила глаза к потолку и протяжно вздохнула:

— Которого не случится.

— Вот и славно.

Они еще немного поболтали о предстоящем вояже и временных рамках. Кирлисса с Мано не раз прозрачно намекали, что за визитом к Первому Клыку последует нечто куда более масштабное, но подробностями не баловали, оставляя простор для догадок.

Наконец стрелки часов заставили ставить точку в прощании. Элайджа крепко прижал сестру к груди, строго наказал вести себя прилично и шагнул за порог. Шагая по анфиладам, он вдруг с предельной ясностью осознал: пусть они знали друг друга настоящих от силы пару лет, Сара стала ему по-настоящему родной.

Без всяких скидок на статус «названой».

С этой теплой мыслью он миновал дворцовые переходы. На сей раз лабиринт покорился без единой осечки: друид ни разу не сбился с пути, в считаные минуты выбравшись к парадным вратам цитадели. Там его уже поджидали четверо.

Первым высился Мано, монументальной скалой заслоняя горизонт. Присутствие исполина сюрпризом не было: воитель шел с ним к Первому Клыку на правах официального поручителя и личного телохранителя. А вот остальная троица заставила друида удивленно вскинуть брови.

Скользнув взглядом по невозмутимым фигурам Иласкина и Ноаи, Элайджа уставился на последнюю спутницу.

— Ималь? А ты что здесь делаешь?

За последние дни он мельком видел девушку считаные разы, но перекинуться словом не удавалось: отчасти потому, что стоило ему появиться в коридоре, как служанка испуганной ланью бросалась наутек, отчасти из-за масштабов самого дворца — комплекс мог вместить сотни тысяч обитателей, так что случайные встречи на лестницах стремились к нулю.

— Ималь на Роси принесла присягу нашему клану в качестве боевого адепта, — рокотом ответил за мага воды Мано.

Ноаи с усмешкой подхватила:

— Ее триумф на арене турнира разжег нешуточную драку на аукционе контрактов среди знати.

— А перебить ставку Процветания золотом в этой империи не под силу никому, — самодовольно резюмировал Иласкин.

— Вот как... — протянул Элайджа. — Что ж... добро пожаловать в семью, полагаю.

— Благодарю вас, господин, — едва слышно пискнула девушка, почтительно склонив голову.

Впрочем, сквозь «Душу Дикой Природы» отчетливо сквозило ее отчаянное желание провалиться сквозь мраморные плиты прямо в преисподнюю, лишь бы не ловить на себе чужие взгляды.

— Если что-то понадобится — обращайся без колебаний, — ободряюще улыбнулся друид, поймав ее взгляд.

Ималь едва заметно вздрогнула, но усилием воли взяла себя в руки:

— Непременно. Еще раз... благодарю.

— Раз политесы исчерпаны — выдвигаемся, — рявкнул Мано, крутанулся на каблуках и зашагал к выходу. Ноаи и Иласкин пристроились следом; Элайджа с водяной чародейкой замкнули строй.

Смущать девушку дальше друид не стал, благоразумно выдерживая дистанцию и храня молчание.

Достигнув телепортационного зала, они ступили в серебряные кольца и мгновением позже материализовались на поверхности столичного Эсика. Очутившись в Ашакаре, процессия пересекла центральные кварталы и поднялась на борт одного из парящих облачных артефактов. Элайджа предпочел бы расправить собственные крылья, но трезво оценивал обстановку: драконий облик Мано габаритами спорил с небольшой луной и в атмосфере планеты не развернулся бы чисто физически, а Ималь драконом не являлась вовсе — не исключено, что летать она не умела в принципе.

Приходилось мириться с комфортом облака.

Впрочем, этот транспорт оказался на порядок резвее прогулочных платформ Президиума: перелет не занял много времени, и уже через пару часов на горизонте выросли очертания незнакомого полиса.

И на парадный Ашакар этот город не походил ни единой чертой.

Первым делом бросалось в глаза то, что мегаполис стоял прочно на земле, без парящих островов. Фасады сохраняли общую геометрию имперского стиля, но лоска в них не чувствовалось вовсе. Картина живо напомнила друиду портовые доки Железного берега: трущобной нищеты здесь не водилось, но строили здания явно не ради услады праздных эстетов. Новый полис, который Мано назвал Пайкиром, дышал чистым функционалом.

— У этого города единственное предназначение, — пояснила Ноаи. — Он служит узловой точкой входа на Стержневой Тракт для всей нашей звездной системы. Абсолютно вся инфраструктура заточена под обслуживание грузопотока.

Элайджа промолчал, не зная, к чему готовиться. По мере снижения облака стало ясно: масштабы Пайкира превосходили первые прикидки в разы — оптическая иллюзия скрадывала расстояния. Город-гигант без труда вмещал многомиллионное население.

Артефакт плавно коснулся посадочного диска в предместьях. Сойдя на твердь, путники влились в плотный людской поток, катившийся по широкому тракту. Мано едва заметно дергал желваками от нетерпения, но шага не прибавлял, смиренно держа строй.

Пеший марш растянулся почти на час, дав Элайдже возможность во всех деталях изучить колорит транзитной столицы. Первое впечатление не обмануло: изящные шпили дворцов кое-где мелькали, но девяносто процентов застройки составляли монументальные конторы торговых гильдий, пакгаузы и ремонтные верфи.

Здесь же друид впервые воочию узрел имперские караваны. Большинство пешеходов вышагивало на своих двоих, но вдоль обочин тянулись бесконечные стоянки шестиколесных грузовых платформ, под завязку забитых контейнерами. Многие стояли на консервации, но два снаряженных состава как раз тяжело выползали на центральный тракт.

Как и всё в обиходе драконов, фуры поражали воображение: каждая секция вытягивалась более чем на сотню футов в длину, а с грузом вздымалась вдвое выше. Одни только кованые колеса достигали тридцати футов в поперечнике, готовые месить любую целину. А во главе каждого автопоезда мерно вышагал исполинский живой тягач.

Твари отдаленно напоминали земных бронтозавров, но с куда более массивным плечевым поясом и низкой посадкой. Броню массивных туш устилала зеркальная лазурная чешуя, переливавшаяся в лучах заката.

— Эколосы, — заметив интерес друида, обронила Ноаи. — Благороднейшие создания. Мы разводим их стада на противоположном полушарии. Лучших вьючных исполинов мироздание еще не знало: смирные, если не скупиться на ласку и корм. Выносливые до жути. А чешую видишь? Пробить этот панцирь под силу лишь матерому божеству на пике ступени.

— Впечатляет, — искренне признал Элайджа, шагая рядом.

Тягостного чувства ментального рабства от исполинов не исходило. Скорее они напоминали преданных домашних питомцев — добросовестно тянули лямку, ластились к погонщикам и с аппетитом хрустели кормовыми тюками. Против подобного симбиоза друид ничего не имел.

Петляя между кварталами, отряд вышел к складскому терминалу, представлявшему коммерческие интересы Кирлиссы. Точнее — к целому ведомственному району, подмявшему под себя добрую четверть полиса. Мано уверенно провел спутников сквозь лабиринт ангаров к центральной цитадели управления, царившей над базой.

И на погрузочном плацу друид наконец увидел состав, к которому им предстояло примкнуть.

Караван насчитывал добрую сотню исполинских грузовых платформ. Обоз вышел настолько огромным, что одной упряжкой обойтись не удалось: во главе колонны переминались с ноги на ногу сразу три мощных эколоса.

— Это лишь один из десяти караванов нашего общего эшелона, — глухо бросил Мано. В голосе великана прорезались командные обертоны кадрового офицера: — На Стержневом Тракте каждый из вас заступает в боевое охранение. Приказ ясен?

— Вполне по мне, — пожал плечами Элайджа. Остальные согласно кивнули. Друид окинул взглядом горизонт: — Один вопрос: а где сам Тракт?

Мано хищно осклабился сквозь бороду:

— Сейчас сам всё увидишь.