Он слегка покрутил стакан, заставляя кубики льда соприкоснуться, издавая звон, а затем сказал:

— На твоем месте я бы немедленно проверил, как она связана с этим господином Лю. У мужчины его возраста, скорее всего, уже есть семья.

ТИЛИНЬ!

В голове Чэн Юран тут же появилась идея:

— Тогда мне придется связаться с частным детективом.

— Просто позволь Гао Цзяо заняться этим.

Лу Цзысяо поставил стакан на кофейный столик и поднялся по лестнице, держа руку в кармане.

Чэн Юран смотрела ему вслед.

Приведя свои мысли в порядок, она набрала номер телефона Гао Цзяо и вежливо сказала:

— Секретарь Гао, вы можете помочь мне проследить кое за кем…

— Мадам, дайте мне одну ночь. — На другом конце провода раздался серьезный голос Гао Цзяо, который необъяснимо успокаивал ее.

— Спасибо, секретарь Гао.

Чэн Юран завершила телефонный разговор.

Гао Цзяо родился в семье, которая была известна как род потомственных элитных секретарей. Он прошел строгую подготовку, когда был ребенком, и стал секретарем Лу Цзысяо в юном возрасте, что доказывало его превосходные способности.

В оригинальном романе он добровольно взял на себя вину за преступление, совершенное Лу Цзысяо, и провел двадцать лет в тюрьме.

Какая жалость.

Чэн Юран тихо вздохнула.

Девушка поднялась в свою комнату, желая лечь спать.

Однако когда она открыла дверь, то была ошеломлена. С залитым румянцем лицом она быстро спросила:

— Почему ты здесь?

Лу Цзысяо только что принял душ.

Он был одет в свободную серебристо-серую шелковую пижаму и читал книгу, лежа на кровати.

Несколько капель воды скатились с его черных волос, пробегая вниз по адамову яблоку на широкую грудь.

— Почему я не могу быть здесь?

Он перестал читать «Историю южной династии Мин» и, прищурившись, спросил:

— Я не могу спать в своей комнате? Тогда почему бы тебе не объяснить мне причину, по которой я не могу спать в собственной комнате?

Похоже, что не было никаких разумных причин для этого…

Чэн Юран кивнула и тут же развернулась в сторону двери, чтобы отправиться спать в гостевую.

— Вернись.

На виске Лу Цзысяо проглядывали пульсирующие вены.

— Теперь ты даже не можешь спать со мной в одной комнате?

Чэн Юран резко остановилась и осторожно посмотрела на Лу Цзысяо.

Лу Цзысяо закрыл книгу и усмехнулся:

— Не волнуйся, ты меня не интересуешь.

— Тогда почему ты хочешь, чтобы я вернулась? — тихо пробормотала Чэн Юран.

Она медленно повернулась и прошла в комнату.

Умывшись, она переоделась в хлопчатобумажную пижаму, легла на краешек правой стороны кровати и, уткнувшись в телефон, стала играть.

Игра, которую она выбрала на этот раз, называлась «Общенациональный рекорд культивирования».

Хотя интерфейс был достаточно несовременный, а графика оставляла желать лучшего, это банальная игра почему-то захватывала внимание, лишая людей сна.

За короткое время Чэн Юран уже успела пополнить игровой счет на сто тысяч юаней и превратилась из нуба в босса восьмидесятого уровня. Девушка тут же заняла высокую позицию и стала той, с кем следует считаться другим игрокам, а затем получила множество заявок на добавление в друзья и постепенно одобрила их.

А когда дошла до последней заявки, она улыбнулась, потому что никнейм игрока был Ян Цзюнь Цзе.

«Такое же имя, как и у актера».

Она догадалась, что человек был поклонником Янь Цзюнь Цзе.

Этот актер дебютировал в возрасте четырнадцати лет и в том же году получил премию на Каннском кинофестивале, шокировав своим успехом китайцев и даже европейские страны. Он не только вел себя экстраординарно, но и выглядел так же.

Чтобы понять, насколько он популярен, можно просто выйти на улицу и спросить прохожих. Восемь из десяти опрошенных девушек окажутся его фанатками.

* * *

Вечер, «Арк Студио».

Молодой парень в круглых очках и с растрепанными волосами позвал людей в конференц-зал.

— Конкуренция на рынке мобильных игр обострилась, и «Общенациональный рекорд культивирования» так же потерял свою былую популярность. Количество его ежедневных пользователей составляет менее трех тысяч человек.

— Два месяца назад я планировал представить его на игровой выставке. Все инвесторы, которых я спрашивал, тактично говорили мне о том, что я должен отказаться от этой игры, но я сказал: «Нет». Это первая игра нашей студии. Я буду и дальше продвигать ее.